Золотые камни+ДРИ(часть 11).
Ники шёл по коридору школы.
Люди смотрели на него, но не от того, что считали его сумасшедшим, а потому что думали, что он вредит им.
Он вспомнил среднюю школу. Где бы он не ходил с его лучшим другом, Аароном Питерсоном. Все шарахались от него. Все боялись его, ведь считали проклятьем.
А сейчас они боятся его, ведь считают монстром.
С одной стороны, ему было плевать. Ну и пусть, это лучше чем быть ковриком для их ног. Но с другой, он боялся.
Боялся часть монстром. Причинять вред себе и другим, невинными людям.
Он не хотел быть таким, как Теодор Питерсон.
Или как школьники, которые раньше издевались над ним, пока он им страхом не зарядил.
Он хмыкнул, людей так просто спугнуть стало.
Его мысль оборвалась, когда он почувствовал боль в голове.
Он оглянулся по сторонам, никого.
Он дошёл до библиотеки и зашёл в самый уединённый уголок, какой только смог найти. Он поднял книгу перед лицом, словно читал, и закрыл глаза. Вскоре он оказался в своём ментальном пространстве.
Что чёрт тебя дери альтеры творили?
...
Внутри головы:
Внутри его подсознания всё иное.
Альтеры часто баловались, меняя окружение под свой лад.
В этот раз место походило на мозг. Розовые стенки, бесконечный зал казалось состоял из них.
Альтеры сидели за столом, прямо посреди розового пульсирующего зала, будто кто-то воткнул туда мебель из старого бара. Лампы не было, свет шёл от самих стен — мягкий, живой, немного раздражающий.
Манитоба и Майк увлечённо гоняли карты. У австралийца на шляпе висела фишка вместо пера, а Майк раз за разом ухмылялся, будто собирался провернуть какой-то трюк. Светлана с Чейзом и Вито почти лезли друг на друга, доказывая, что те двое мухлюют, а Честер ворчал, что карты «всё равно фальшивые, мир давно катится в пропасть, и вот вам доказательство».
Ники появился рядом с ними и чуть не споткнулся от неожиданности.
"Майк?.."
Все обернулись. Майк поднял голову, улыбнулся так по-доброму, как будто не было ни подвала, ни кошмаров, ни всех этих слоёв тьмы.
"Эй! Давно не виделись!"
Он хлопнул картами по столу, будто это было самое обычное утро.
"Проснулся... ну, точнее, почувствовал что-то, дернуло, и вот я тут. Смотрю — многое пропустил."
"«Многое» — мягко сказано."-пробормотал Ники, уставившись на него.
"Ты месяц как в спячке. Я думал, ты вообще не вернёшься."
Майк пожал плечами.
"Ты же знаешь меня. Если что-то интересно, я не могу просто так сидеть. Вот и вернулся. Хотя..."-он задумался, глядя на Манитобу.
"Чую, здесь творится что-то большее, чем карточная партия."
Манитоба усмехнулся, откинувшись на спинку стула.
"Ты даже не представляешь, приятель. Тут такие расклады, что карты — самое безобидное, чем можно заняться."
Светлана скрестила руки на груди:
"Светлана думает, что он врёт. Всегда врёт."
"Ой, хватит."-отмахнулся Чейз.
"Ты просто завидуешь, что я лучше вижу, кто мухлюет."
"Никто тут не мухлюет, кроме самого мира!"-буркнул Честер и опять полез поправлять колоду, будто хотел поймать сам факт жульничества.
Ники смотрел на всё это, и внутри у него перемешалось: радость от того, что Майк вернулся, и тревога — почему именно сейчас?
"Так..."-наконец сказал он, садясь рядом.
"Вы можете объяснить, что, чёрт возьми, тут происходит? Я каждый день чувствую, что из меня кто-то лезет. Голова будто трещит."
Майк посмотрел на него серьёзнее.
"Может, потому что мы больше не просто «альтеры для удобства». Кажется, у каждого из нас теперь свои планы."
Вито хохотнул, вытягивая карту из колоды.
"А я думал, план у всех один — жить красиво и трах..."
Светлана со злостью врезала ему по плечу.
"Замолчи, идиот."
Но Ники уже не слышал. Ему в голову снова врезалась боль — резкая, колющая. И где-то в глубине, за стенами их импровизированного «зала», проскользнул знакомый насмешливый свист.
In the Hall of the Mountain King.
Мэл.
Но тут он понял, что мелодия исходит... рядом.
Чейз снова включил своего придурка: насвистел знакомые ноты. У Ники чуть сердце не в пятки ушло.
"Чейз, твою мать!.."
ТРАХ! — трость Честера обрушилась на его голову.
"Эти безмозглые трюкачи только и будут думать, как нас в гроб загнать! Вот так вот с современной молодёжью надо! Они только и будут думать, как из сердца инфаркт сделать!"
Чейз ойкнул, но ухмылку не убрал.
В это время Манитоба откинул карты, глядя на Майка.
"Ну, дружище, проснулся наконец. Месяц тебя не было, многое проспал."
Майк прищурился.
"Вижу... вы теперь все с апгрейдом?"
"Не «теперь», а уже давно!"-ухмыльнулся Вито, скрещивая руки. От его ладоней ещё шло лёгкое красное свечение.
"А ты, соня, только догоняешь."
Светлана гордо вскинула подбородок:
"У Светланы ловкость! Никто так быстро не двигается, как Светлана!"
"А у меня нюх и чутьё, как у шакала."-добавил Манитоба.
"Ловушки, проходы, сокровища... всё моё."
"Ну и я, естественно, самый ценный кадр."-хмыкнул Чейз.
"Прыгнуть с крыши — запросто. Да хоть в лаву нырну."
Честер буркнул:
"Ценный он только для морга."
Все загоготали, а Майк почесал затылок.
"Погодите... значит, только я без понятия, что умею?"
"Попробуй."-предложил Ники.
Майк глубоко вдохнул. И будто на автомате — вспыхнуло кристаллическим светом. За его спиной из воздуха начали проступать кристаллические фигуры. Раз, два, три, четыре — все одинаковые копии.
"Ого..."-выдохнул он.
"Это... это моё?"
"Ага."-кивнул Ники.
"Клоны. Хрупкие, но полезные."-сделал вердикт Чейз.
Светлана от удивления даже прикрыла рот рукой.
"Майк... это... это красиво."
"Это, мать его, жутко."-пробурчал Честер, но глаз не отводил.
"Чисто как фабрика самоубийц."
Вито, наоборот, ухмыльнулся.
"Вот это по-нашему! Четыре братана на подхвате! Эй, один из вас пива принесёт?"
"Они не официанты."-отрезал Майк.
Один из дубликатов треснул по локтю о край стола — и рассыпался в осколки. Те сверкнули, как шрапнель, ударившись о пол.
"И ещё они взрываются, если ты захочешь."-спокойно добавил Манитоба.
"Энергию только вложи..."-его чутьё подсказало.
Майк замолчал, глядя на трёх оставшихся.
"Ну что ж..."-он ухмыльнулся.
"Значит, не так уж и отстал."
Честер хмыкнул:
"Отстал, отстал. Но теперь хотя бы с инструментами."
"Ну и что теперь?"-спросил Майк, глядя на своих двойников, что уже начинали тускнеть.
"У нас силы есть... а делать-то что?"
Манитоба хитро щёлкнул картой по столу.
"У меня идейка. Помните Люси И?"
Майк замер. Даже у Ники сердце кольнуло.
"Она пару лет назад..."-Манитоба осёкся и понизил голос.
"День открытия парка «Золотое яблоко». Села на аттракцион «Гнилое яблоко», молния шибанула прямо в вагонетку. Девочку смело подчистую. От неё ничего не осталось... только шарик улетел."
Честер поднял бровь и недоверчиво хмыкнул:
"Ты что, предлагаешь... экскурсию по проклятому парку?"
"Именно."-Ники кивнул, сложив руки.
"У парка мы впервые встретили Ворона. Тогда он был нам не по зубам... но теперь одно моё касание может его спугнуть."
Майк сжал кулаки. Его улыбка вышла наполовину грустной:
"Люси... Она же всегда улыбалась, даже когда всем было хреново. Она была подругой всем в городе, и задирам, и ботанам... Если есть хоть малейший шанс, что Ворон связан с её исчезновением... или Теодор... мы должны попробовать. Ради неё."
Светлана вздохнула и положила ладонь на сердце:
"Светлана согласна. Ради девочки!"
"А я согласен!"-вскинул руку Чейз.
"..но не ради Люси. А ради того, чтобы снять парочку сумасшедших трюков! Вы видели эти сломанные американские горки? Прыгнуть с них — это ж бомба!"
"Придурок..."-пробормотал Честер и снова замахнулся тростью.
Вито зевнул и откинулся на воображаемый диван:
"Я бы лучше на солнышке полежал. Загарчику словил бы..."
Майк приподнял бровь:
"Какой загар? В Вороньих Ручьях даже пляжа нет."
Вито мрачно уронил голову в ладони.
"Жизнь — страдание... ладно, пойду с вами."
"Значит, решено."-подвёл итог Ники.
"Но одному туда идти рискованно."
Он замолчал. Мысли снова потянулись к друзьям... к Тринити. Злость ещё не ушла, и он точно не хотел видеть её сейчас. Да и остальные были заняты.
И тут в голове всплыло:
«Я сделаю всё, чтобы заслужить твоё прощение».
"Финч..."-пробормотал Ники.
"О-о-о!"-Манитоба с Вито переглянулись и одновременно протянули.
"Ну началось..."
"Да что началось?"-нахмурился Ники.
"Любовные сопли!"-подмигнул Манитоба.
"Ты только свистни, и эта Шейла будет крутиться возле тебя, как крокодил у реки."
"Да-да."-Вито ухмыльнулся.
"И «заслужу прощение» тоже намёчено по полной программе."
"Закройтесь! Мы с ней и друзьями не являемся!"
...
На следующий день:
Финч еще раз перечитала последний разговор между Ники и мистером Мёрто.
Конечно, они просто говорили о том, как дела у Ники, а Мёрто просто давал ему советы.
Но что-то не давало покоя...
Терапевты должны быть людьми, с которыми можно поговорить о чём угодно. Но, похоже, Ники не доверял своему психотерапевту настолько, чтобы обсудить с ним свои причуды полноценно. Лишь Мёрто упомянул неких «Манитоба» и «Мэл».
И она давненько не слышала новостей о Ники. В последнее время он ни к кому не прикасался, и она даже не видела его в столовой.
«Полагаю, он пошёл куда-то ещё поесть. Может быть, в класс мистера Мёрто.»-подумала чирлидерша.
Это просто начинало раздражать.
Она знала, что Ники скрывал что-то, или кого-то. Кем бы эти «Мэл» и «Манитоба» ни были. Из-за первого, по словам Мёрто, Ники вообще в колонию для несовершеннолетних в Миннесоте попал. Поэтому его и не было этим летом.
По его словам- Мэл искалечил, и даже убил человека.
Она закрыла дверцу своего шкафчика и вздрогнула, увидев позади себя кого-то знакомого.
Руки у него были скрещены, и он был одет во всё чёрное и тёмно-серое. Но она всё равно его узнала. Из-за защитных очков на лбу.
Ники.
"Ники -?"
"Мне нужна твоя услуга."
Она спрятала блокнот, который держала в руках, за спину.
Она не хотела чтобы он узнал про него. Ей ещё нужно понять, что он скрывает.
"Какого рода одолжение?"-спросила Аллен, немного нервничая.
Он оглядел её с ног до головы, а затем посмотрел ей в глаза.
"Я хочу, чтобы ты пошла со мной в парк развлечений."
Мои глаза расширились, а брови нахмурились в недоумении.
"Парк развлечений? Типо как парк развлечений «Золотое яблоко»? Но он откроется только через несколько месяцев."
"Я знаю."-сказал он.
"Тогда зачем ты туда идешь?"
Он вздохнул.
"Вы когда-нибудь слышали о ком-то по имени Ворон?"
Она посмотрела на него в полном недоумении.
"Ворон?"
"Демон-ворон, который прячется в лесу и проклинает город, насылая на него несчастья и камни смерти."-сказал он.
"Он проклял всех моих друзей. На родителей Энцо и Марицы напали животные, собака Делроя умерла, а машина Ивана сломалась."
"И ты думаешь, это как-то связано с человеком-вороном?"-спросила она.
"Я знаю, что это как-то связано с человеком-вороном, потому что после каждой катастрофы мои друзья находили блестящий золотой камень. Как я тебе пару дней назад сказал."-ответил Рот.
Финч приложила руку ко рту, дабы сдержать себя.
Она не хотела давать ему знать о том, что она тоже получила камень.
"По какой-то причине животные в лесу ведут себя крайне странно. Как безумные. Глаза красные, наверное, бешенство. Думаю, именно поэтому на родителей Энцо и Марицы напали животные."-Финч добавила.
Она тряслась, но судорожно сумела положить свой блокнот в шкафчик.
"Правда? Не знал об этом..."-Ники обернулся.
"Что?! Животные с красными глазами?! Мы должны взяться за это дело!"-подал голос Манитоба в голове.
"Если отбросить всё это в сторону, я пойду с тобой в парк развлечений."-наконец сказала Финч.
"Надеюсь, мы узнаем больше о Вороне и сможем вернуться к своей обычной жизни. Интересно связан ли тот вороно-подобный человек с ним?"-Аллен задался вопросом.
"Без понятия. Может быть. А может и нет. Скорее всего- он один из обычных мутантов, только он умудрился выбраться из комплекса."-Ники вздохнул.
Он взял её руку в свою, нежно сжав её.
Финч была ошеломлена этим действием, а потом он сделал что-то настолько странное, настолько необычное и настолько удивительное, что она чуть не упала в обморок прямо там.
Он улыбнулся ЕЙ!
"Спасибо, Финч."-сказал он.
Затем он отпустил её руку и ушел.
Она просто постояла там мгновение и почувствовала, что лицо её немного покраснело.
Он улыбнулся. Он чертовски улыбнулся.
Но что ещё более удивительно, он улыбнулся ей. Ей! Суке, которая так долго над ним издевалась!
Она не могла поверить своим глазам и была уверена, что никто ей не поверит, если она кому-нибудь расскажет о том, что он только что сделал.
Но сейчас её это не слишком беспокоило. Её больше беспокоило то, что ей нужно было узнать, кто такие Манитоба и Мэл, и как они связаны с Ники.
Но сначала ей нужно было зайти к медсестре. Здесь становилось жарковато.
...
Финч уже почти дошла до медпункта, когда в коридоре на неё буквально налетел кто-то плечом. Она дернулась назад и чуть не выронила тетрадь.
"Эй, смотри куда идёшь!"-воскликнула она.
Парень перед ней откинул со лба тёмные кудри и нахмурился.
Энцо.
Финч внутренне похолодела. Сердце ёкнуло — ведь именно он тогда, вместе с Делроем, Тринити, Иваном и Марицей, прижал её, заставил извиниться перед Ники и вдобавок раскрошил её камеру.
Она даже сделала шаг назад, но потом резко остановилась.
Он же друг Ники. Он может знать.
"Привет..."-выдавила она натянуто.
Энцо прищурился.
"Ты? Чего надо?"
Финч сглотнула, крепко прижимая блокнот к груди.
"Слушай, у меня вопрос."
Она глянула по сторонам, убедившись, что коридор почти пуст.
"Ты когда-нибудь слышал имена... Мэл и Манитоба?"
Энцо дернул бровью.
"...Что?"-он даже усмехнулся.
"Манитоба — это вообще-то провинция в Канаде. А «мэл» по-испански значит «зло». Ты где такие байки выкапываешь?"
Финч нахмурилась.
"То есть... они тебе ничего не говорят?"
"Ничего."-Энцо скрестил руки, пристально разглядывая её, словно пытался раскусить.
"С чего вдруг тебе это интересно?"
Финч запнулась. Признаться, что ведёт своё расследование о Ники? Слишком рискованно. Тогда она выдохнула и быстро придумала:
"Я... проходила мимо кабинета мистера Мёрто. Услышала, как он говорил об этом с Ники. Словно эти двое... были как-то связаны с ним."
Энцо нахмурился сильнее.
"С Мёрто?"
Финч кивнула.
"Он сказал... что Мэл был радикальным человеком. Настолько радикальным, что из-за него кто-то попал в больницу. А один даже... умер."
Она сделала паузу, понизив голос.
"И из-за этого Ники отправили летом в колонию для несовершеннолетних. В Миннесоте."
Энцо замер, будто пытаясь понять, врёт она или нет. Потом скептически хмыкнул:
"Слушай, если ты опять пытаешься нарыть грязь на Ники, забудь. Тебе лучше держаться подальше."
Финч покраснела.
"Это не так! Я... я просто хочу заслужить его прощение, ладно?"-почти выкрикнула она.
Энцо приподнял бровь. Скепсис в глазах остался, но напряжение немного спало.
"Хм. Вот как..."
Он потер подбородок.
"Ну, тогда могу сказать одно: если и есть правда в том, что ты слышала, значит, это всё не просто так. Но лично я — ничего о них не знаю."
Он обошёл её и пошёл дальше по коридору, не сказав больше ни слова.
Финч осталась стоять, крепко сжимая блокнот. Она чувствовала, что подошла ближе к разгадке... но одновременно запуталась ещё сильнее.
...
Энцо двинулся по коридору, не оглядываясь. Но едва завернув за угол, остановился.
Тишина. Ни камер, ни людей.
Он выдохнул и поднял руку. В следующее мгновение его фигуру разорвала ослепляющая синяя вспышка.
Через секунду он уже стоял посреди клуба изобретателей. В воздухе пахло озоном и раскалённым металлом. Повсюду — провода, банки с какой-то слизью, схемы, полузавершённые механизмы.
Иван Торре сидел у окна, возился с каким-то прибором. На вид — куча алюминиевых пластин, но от неё исходил низкий гул.
"Опять магниты балуешь?"-спросил Энцо, подходя ближе.
"Это не магниты."-буркнул Иван, даже не обернувшись.
"Это прототип гравитационного компенсатора."
Он щёлкнул пальцами, и прибор на секунду завис в воздухе, потом рухнул на стол.
"Пока нестабильно."
Энцо фыркнул, но лицо у него было серьёзным.
"Слушай, у меня к тебе просьба."
Торре замер, медленно поднял голову и посмотрел прямо в глаза другу.
"Ты хочешь, чтобы я заглянул в голову Ники. Чтобы выяснить, кто такие Мэл и Манитоба."
Энцо моргнул.
"Чёрт... ты телепат. Забыл."
Иван слегка усмехнулся.
"Не забывай, я читаю не только твои слова, но и колебания мысли. Ты думаешь — я слышу. Всё просто."
"Так сделаешь?"-Энцо скрестил руки.
"Сделаю."-коротко ответил Иван.
"Расстояние роли не играет."
Он закрыл глаза. В комнате повисла тишина, нарушаемая только треском лампы над столом.
И вдруг... чужие голоса ворвались в сознание.
Шесть. Шесть потоков мыслей, накладывающихся один на другой, спорящих, перебивающих друг друга.
"С дороги, я лучше знаю, как правильно!"-грубый, горячий, с итальянским оттенком.
"Тише! Надо осторожнее, надо думать!"-усталый старческий голос.
"А я бы прыгнул! С разбегу!"-лёгкий, сорвиголовский.
"Осторожно, там ловушка... ага, вижу лаз!"-тёплый австралийский акцент.
"Я могу попробовать обойтись без этого... просто дайте шанс!"-голос мягкий, почти такой же, как у Ники, только спокойнее.
"Нет, лучше через верх. У меня хватит гибкости, поверьте."-отчётливый русский акцент, жёсткий и дисциплинированный.
Иван сжал зубы. Каждое слово било в виски, как молотком. Это было похоже на шумный зал, где все разговаривают одновременно.
А потом... сквозь какофонию пробился знакомый голос. Настоящий, центральный.
Ники.
"Тихо... пожалуйста, помолчите хоть на минуту. У меня и так хватает проблем, чтобы скрывать это расстройство от всех... кроме родителей и Мёрто."
Иван резко открыл глаза. Сердце билось быстрее.
"Чёрт..."-выдохнул он.
"У него в голове... не просто шум. У него... люди. Семеро. И они разговаривают."
Он поднял взгляд на Энцо.
"И знаешь что? Я слышал их имена. Вито. Светлана. Манитоба. Чейз. Майк. Честер."
Энцо побледнел.
"Ты серьёзно?.."
Иван кивнул.
"Более чем."
Иван сидел неподвижно, словно его только что ударили током. Голоса ещё звенели в голове.
Он вспомнил слова Ники: «Скрывать это расстройство...»
Расстройство.
И тут его осенило.
"Подожди..."-прошептал он, почти сам себе.
"Это же... диссоциативное расстройство идентичности."
Энцо нахмурился.
"Чего?"
Иван поднял глаза, в которых плясала смесь ужаса и восхищения.
"У Ники в голове не просто «голоса». Это... личности. Альтернативные. Каждая со своим характером, своим акцентом, даже своим способом мыслить. Они реальные."
Он провёл рукой по волосам, пытаясь прийти в себя.
"Чёрт, я слышал, как они спорят, как советуют ему. Майк, Чейз, Вито, Светлана, Манитоба, Честер... Они все разные, но связаны одним телом."
Энцо застыл, приоткрыв рот.
"Ты серьёзно хочешь сказать... что он раздвоенный?"
"Не раздвоенный!"-резко поправил Иван.
"Семеро. Шесть альтеров. И, судя по всему, они помогают ему выживать. Они не бредовые. Они живые."
Он тяжело выдохнул и встал из-за стола, заходил по комнате.
"Чёрт, теперь многое объясняется... его вспышки, его нестабильность, эти исчезновения на лето."
Энцо сжал кулаки.
"Но... если это так... тогда кто, мать его, такие Мэл и Манитоба?"
Иван остановился, резко повернувшись к нему.
"Манитоба — один из его альтеров. Я его слышал. А вот Мэл..."-он помедлил.
"...если он существует, то, похоже, Ники его тщательно скрывает."
Он замолчал, в комнате повисло напряжение.
Энцо впервые за долгое время выглядел растерянным.
"Значит, он всё это время... воевал сам с собой?.."
"Не уверен. Альтеры сейчас довольно дружелюбные к нему..."
...
Финч выходит из медпункта, и по пути в столовую в голове крутится одна мысль:
«Если даже Энцо ничего не знает... значит, придётся искать самой».
И тут память подбрасывает нужную деталь. Она вспоминает разговор Ники с мистером Мёрто:
"Ты делал записи в дневнике, который я тебе дал?"
"Да."
И тот момент, когда она видела, как Ники в классе протянул тетрадь учителю. Мёрто долго листал страницы, что-то отмечал.
Дневник. В нём может быть правда.
Финч ускоряет шаг, и как раз удачное совпадение: время обеда, Ники сидел в кафетерии, но ушёл в уборную. А рюкзак остался без присмотра за столом.
Девушка глубоко вдыхает, собирается. Она растворяется в воздухе — становится невидимой. Сердце колотится, будто кто-то услышит даже биение.
Тихо, осторожно, она проходит мимо шумных ребят, пробирается к столу Ники. Осторожно раздвигает молнию, засовывает руку внутрь. Нащупывает дневник.
Как только пальцы обхватывают его, тетрадь тоже пропадает — становится невидимой, ведь Финч передаёт энергию предмету, пока сама скрыта.
Она сразу не разворачивает находку. Вместо этого быстро уходит, держа дневник крепко прижатым к груди.
В следующую секунду воздух вокруг неё искривляется, и тело легко «скользит» сквозь пространство. Вздох — и Финч уже появляется в женской уборной. Секунда, и она захлопывает за собой дверцу кабинки, щёлкает щеколдой.
Сбрасывает невидимость — и дневник проступает в руках.
Теперь она одна. Теперь можно открыть его.
Аллен раскрыла дневник. Страницы встретили её не ровными заметками, а хаотичными строчками — почерк то расползался в стороны, то становился мелким и чётким, словно писал совсем другой человек.
Она водила пальцем по словам, и понимала: это не просто бред. Это диалог. Фразы перебивали друг друга, как если бы несколько голосов спорили прямо на бумаге.
"Ты не понимаешь."
"А ты слишком трусишь."
"Мы должны держаться вместе."
"Ха! Лучше рискнуть!"
Финч нахмурилась, перелистывая страницу за страницей. Сердце било тревогу: кто же здесь говорил? Один и тот же человек... или разные?
Она качнула головой, чувствуя, что запуталась в обрывках. Решила пролистать ближе к концу, где записи выглядели свежее.
И там наткнулась на аккуратно выведенную подпись, заголовок посреди страницы:
«Мои альтеры»
Под ним — ровные блоки текста, словно биографии. Каждая начиналась с имени. И дальше — несколько строчек описания, почти как личные досье.
У Финч перехватило дыхание. Она держала не просто дневник. Она держала свидетельство того, что в голове у Ники живёт кто-то ещё.
Финч вцепилась в страницы, пальцы чуть дрожали. Она начала читать.
Честер — сварливый старик.
Статус: жив.
Триггер: моя фрустрация.
Её брови дрогнули. «Триггер»? То, что запускает появление?
Дальше:
Майк — мальчик (по поведению походит на меня до (подвала — зачёркнуто)).
Статус: жив, недавно проснулся из «спячки».
Триггер: ностальгия.
Подвал? Зачёркнуто, но читается. Финч сглотнула.
Светлана — олимпийская чемпионка / королева гимнастики.
Статус: жива.
Триггер: опасности, напутственные речи, спортивные испытания.
Фразы шли всё более хладнокровно, как личные характеристики.
Чейз — сорвиголова / безбашенный пранкер / трюкач.
Статус: жив.
Триггер: защитные / обычные очки надеты на глаза.
Манитоба — австралийский охотник за сокровищами и выживальщик.
Статус: жив.
Триггер: фетровая шляпа на голове.
Вито — итальянский крутой парень / гангстер.
Статус: жив.
Триггер: мой торс оголяется.
Финч моргнула, чувствуя, как воздух в кабинке стал тесным. Это были не просто заметки. Это — целая система. У Ники внутри... жили люди.
Она перевернула страницу — и остановилась.
Последний параграф был перечёркнут так яростно, что чернила пробились сквозь бумагу. Но прищурившись, она разобрала отдельные слова, пробившиеся сквозь линии:
«Мэл».
«Монстр».
«Убийца».
«Защитник».
А ниже — повторяющаяся, будто мольба:
«Статус: мёртв (и больше не вернётся... он больше не вернётся... он больше не вернётся... никогда).»
Финч выдохнула так, будто её ударили. Сердце билось в ушах.
У Ники было имя для каждой личности. Он называл их альтерами. И среди них был один, которого он сам заклеймил словом «монстр».