Хоррор!Ники(связано с ремейком СС)(18+)
Предупреждение: данная серия глав представляет собой сборник историй для персонажей, что появятся в ветке ремейка сверх способностей. Прошу, если вы особо впечатлительный человек, или ребёнок, не читайте их! Здесь много жестокости, смертей, и взрослых тем!!! 18+
Вы всё равно ничего не потеряете. Их история в более мягкой форме, поверхностно будет объяснена в основной линии! Читайте на свой страх и риск!(я вам не советую, мне самому противно.)
Данная глава содержит каннибализм, одержимость, мазохизм.
"Я помню то, кем я когда-то был..."-фигура в тёмно-красном пролетает через здание.
Показывается фото Ники, который чертит схему дома Питерсона.
"...то, кем я хотел стать."-существо взвывает в небо.
Фото Ники, что рисовал себя как космического агента, который втёрся в доверие к пришельцам.
"Тех, кто окружали меня..."-он достигает определённой высоты.
Показано фото всех близких Рота.
"...тех, кого я потерял."-он начинает пикирование на улицу.
Фото начинает мигать, и вскоре на лицах всех на нём появляются крестики.
"Но сейчас это не важно..."-фигура врезается в дорогу, вызывая массивные разрешения.
Асфальт начинает беспорядочно летать, образовывая огромный кратер. Волна от удара разносится по округе, пугая птиц, и ломая стёкла зданий.
"...я просто монстр."-существо наконец мирно стоит.
Он носит полный комбинезон с ярким цветовым разделением: верхняя половина чисто чёрная, а нижняя половина вспыхивает тёмно-красным. Его чёрные ботинки подчеркиваются одной красной полосой по центру. Завершает ансамбль струящийся алый плащ, на котором по центру идет смелая удлиненная малиновая полоса. Его колючие волосы взвиваются по ветру.
Но что хуже всего это...
Его кожа.
Его руки, чёрный как смоль, дают понять, что они сжигались невиданное количество раз.
Его полное ожогов лицо, подчёркивало глаза.
Чёрный глаза полные безумия, в которых читалась боль и страдание от своего состояния, что было плачевным так и из-за ожогов на теле, так и из-за костюма, что знал лучшие времена.
Его улыбка. Все 32 грязных зуба показывались наглядно, всё время. Но эта улыбка была вызвана не радостью, а мучениями.
В его руках сердце, вырванное у одного прохожего под обломками.
Он быстро съедает его...
...
Мультивселенная- это просторно же место, где возможно почти всё.
Вариации миров, где что-то пошло не так, лучше или хуже.
Так давайте же рассмотрим их....
[LIMINAL–90.π–MISTAKE]
ПОТЕНЦИАЛ: СРЕДНИЙ. СТАБИЛЬНОСТЬ: НИЗКАЯ.
Наша история начинается с одного момента:
"Ты уверен, что это хорошая идея?"-спрашивает Ники, находясь в колбе, его костюм на Хэллоуин на нём
"Если ты хочешь стабилизировать свою энергию, и перестать вредить себе, то это необходимо."-отвечает Иван, нажимая кнопки на панели управления.
Знал бы он к чему это приведёт...
"...я не уверен."-Ники сглатывает. Его голос будто тонул в конденсате.
"Ты не уверен- это нормально. Но у нас нет альтернатив. Эта энергия... она убивает тебя, с каждым использованием. А она выпускается автоматически от сильных эмоций."-Иван даже не посмотрел на друга, говорил ровно, без лишних эмоций.
На экране мигала строка:
ЭНЕРГЕТИЧЕСКАЯ СИНХРОНИЗАЦИЯ: НЕСТАБИЛЬНА. УРОВЕНЬ ПОГЛОЩЕНИЯ: КРИТИЧЕСКИЙ.
"Ты держишься на воле. Но воля — не кость. Она не выдержит бесконечно. Нужна стабилизация, или..."
Он замолчал. И так ясно, что будет «или».
Ники опустил голову.
"А если я перестану быть собой? Если... ты случайно удалишь то, что делает меня мной?"
"Я не изобрёл стерильную машину для промывания мозгов, Ники. Это — якорь. Переходник между твоей природной частотой и хаос-сигналом."-Иван указал на прибор, вживлённый в панель рядом с капсулой.
"Я не переписываю тебя. Я пытаюсь удержать тебя от самоуничтожения."
"Или создать оружие?"-голос Ники был тихий. Горький.
"Если бы я хотел оружие, я бы сделал себе одно."-Иван обернулся.
"Ты мне не пушечное мясо. Ты — мой друг. И я хочу, чтобы ты выжил."
Тишина.
Потом — лёгкое прикосновение.
Слева от капсулы — Тринити. В её глазах нет макияжа. Нет иронии. Только мокрая усталость и бесконечное... тепло.
Она приложила ладонь к стеклу. Её голос — шёпот.
Но шёпот, в котором больше смысла, чем в десятках криков.
"Я с тобой."
Ники посмотрел на неё.
И в этом взгляде — всё. И испуг. И нежность. И обречённость. И... искра.
"Я не хочу быть монстром..."-прошептал он.
"Так не стань. Ты — это ты. Сломанный, уставший, злой, упрямый, но настоящий. Я верю. Даже если никто больше не будет."
Пауза. Вечная пауза, в которой сердце рвёт грудь.
И тогда, впервые, Тринити сказала:
"Я тебя люблю."
Ники, внутри капсулы, едва не задохнулся.
Он хотел что-то сказать. Но не успел.
Потому что Иван нажал кнопку.
ПРОЦЕСС НАЧАЛСЯ.
[СТАДИЯ 1: СИНХРОНИЗАЦИЯ]
Капсула загудела. Внутри зажглась слабая пульсация. Энергия начала циркулировать по кабелям, входящим в браслеты на запястьях Ники.
На мониторе — кривые частот. Нестабильные, но входящие в фазу.
И вдруг...
[СТАДИЯ 2: РЕАКТИВАЦИЯ]
"Подожди... его частоты..."-Иван нахмурился.
На экране появились красные импульсы. Противофаза.
Одна из них разрасталась.
"Этого не может быть..."
Ники начал дергаться. Не от боли — от чего-то глубже.
От соприкосновения с неправильной энергией.
Как будто всё в нём говорило: "Остановись."
[СТАДИЯ 3: РАСШИРЕНИЕ]
Кожа Ники начала темнеть. Сначала слегка. Потом — с пугающей скоростью.
Тёмно-красные прожилки побежали по шее, по глазам.
Он вскрикнул.
И не потому что больно.
А потому что приятно.
"Иван! Останови!"-закричала Тринити.
"Он должен пройти через это! Он..."
СИСТЕМА ЗАМИГАЛА КРАСНЫМ:
ЧАСТОТНЫЙ СБОЙ!
РЕЗОНАНС С ХАОС-ЯДРОМ: ПЕРЕГРУЗКА
СТАБИЛИЗАЦИЯ НЕВОЗМОЖНА
"НЕТ!"
Стекло капсулы вспыхнуло. Внутри — рёв.
Ники стоял на коленях, голова запрокинута. Его кожа с треском чернела. Из его спины вырвались жгуты энергии, похожие на хлысты из сгоревшего света.
Капсула взорвалась изнутри.
Осколки стекла рассыпались.
Ники медленно поднялся.
Одежда обуглена. Глаза — тёмные, без зрачков. А его улыбка...
Слишком широкая.
"Тринити?"-выдохнул он.
Она, не веря, смотрела на него.
Он выглядел... не собой. Не больше. И в то же время — именно собой, если бы его вывернули наружу.
"Я чувствую всё. Каждый нерв. Каждую клетку. Каждое... сожаление."
Тишина.
Ники стоит в центре разбитой лаборатории. Капсула развеяна по полу. Трубки искрят. В воздухе — жжёный металл и что-то хуже: страх.
Он двигает пальцами правой руки. Каждое движение вызывает хруст — словно суставы собираются заново.
Тёмно-кровавая энергия поднимается по его телу, медленно, как раскалённая нефть. Жгучая, вязкая. Она не просто обвивает — она выходит изнутри, будто это то, что было спрятано в нём всегда.
Иван делает полшага назад.
"Ники... ты с нами? Ты... ты это контролируешь?"
Ники не отвечает. Он поворачивает голову к Тринити.
Она стоит с застывшей рукой, всё ещё протянутой туда, где было стекло. На глазах — слёзы. Но не от страха. От ошибки.
"Ты ведь... обещал..."
"Я помню."-говорит он, голосом, в котором больше нет детского, он был поломанным, грубым... демоническим.
Он поднимает руку — не к ней. Над ней.
И на ладони раскрывается живой жгут энергии, похожий на вену, что начинает распухать в воздухе, как гниющий цветок.
"Но я больше не должен сдерживаться. Я наконец... чувствую себя целым."
ПУЛЬС.
Энергия взрывается из его спины, как расплавленные крылья — искривлённые, болезненные, несимметричные. Они шевелятся сами.
От них тянет болью.
"Ники — стой!"-Иван срывается с места, хватает пульт, жмёт экстренное подавление.
Но ничего не происходит.
На экране — мигающая строка:
ПРИОРИТЕТ СИСТЕМЫ ПЕРЕНАЗНАЧЕН. КОНТРОЛЬ: РОТ.Н
Иван смотрит на Ники. Тот улыбается. Не злобно. Даже не безумно.
Слишком спокойно.
"Я больше не пассажир, Иван. Эта энергия... она не подчиняется никому. Только боли. Только... мне."
Он швыряет руку в сторону — и жгут энергии пронзает прибор на стене, разрывая его, как консервную банку. Искры. Взрыв.
Огонь ползёт по полу.
Тринити кидается вперёд — попытка удержать, остановить, достучаться.
"Ники, чёрт возьми, смотри на меня! Я здесь! Это я — Тринити! Я... люблю тебя! Я с тобой, помнишь?!"
Ники замирает.
Голова опускается. Руки трясутся.
И вдруг — смех.
Хриплый. Тихий. Больной.
"Знаешь... я тоже тебя люблю."-он медленно поднимает взгляд, и в глазах...
Кровавые слёзы.
Чёрные белки.
Улыбка сквозь страдание.
"Потому что ты — моя боль. А боль... делает меня сильнее."
Он вспыхивает. Всё его тело, включая плащ и кожу, становится буро-красным, как кровь под прожектором.
Атака начинается.
Ники делает резкий шаг вперёд, и пол под ним вспучивается, как от удара метеора. Обломки летят во все стороны.
Он взмахивает рукой — и из его тела вылетают три острых "щупальца", что несутся в сторону Ивана.
Иван в последний момент включает щит — браслет пульсирует, и щупальца отскакивают, оставляя в воздухе прорези, будто лезвия.
"Он усиливается... от боли! Чем больше страдает — тем сильнее становится!"
Тринити вытягивает руки. Магическая пульсация — фиолетовая сфера вырастает между ней и Ники.
"Барьер отчаяния!"
Удар — сфера трескается сразу, но не ломается.
Ники отшатывается на секунду, его тело дрожит.
"Ты мешаешь мне... быть собой..."
Он выпускает вторую волну атаки — из груди, как хлыст из шипов. Она бьёт по земле, разрывая пол между ним и друзьями. Всё вокруг — в пыли.
"Я — это не я. Но теперь... мне всё равно."
Он вскакивает в воздух, будто притянут собственной яростью, и бьёт вниз, словно комета.
Всё гаснет.
...
Через полчаса:
Пепел, опавшие листья и клочья дыма медленно вьются между деревьями.
Тринити лежит на холодной земле, лицо в грязи, волосы спутались, мантия разодрана. Рука дёргается — всё тело болит.
Она медленно садится, с трудом осматриваясь.
Никакой лаборатории. Никакого города.
Только деревья. Разрушенные, обугленные, вырванные с корнями.
Где-то вдали — светится небо.
Город... горит.
Тринити дёргается, хватаясь за дерево, пытаясь встать.
"Иван... где ты?"-шепчет она, глядя в лесную темноту.
Она делает несколько шатких шагов вперёд. Вокруг — пусто.
Никаких голосов.
Только гул.
Словно воспоминание об ударе всё ещё вибрирует в воздухе.
И вдруг — звук. Легкий. Едва слышный.
Треск ветки.
Тринити замерла. Сердце застучало.
"Нет... пожалуйста. Не сейчас."-выдавила она, вытягивая ладонь. Магия дрожит. Слишком устала. Её энергия — на исходе.
Шаг.
Слева, между деревьями, что-то двигается. Но без звука.
Как будто само пространство раздвигается под его шагами.
Она прижимается к стволу.
"Прошу..."
Голос.
"Ты не должна бояться меня."
Тринити оборачивается резко.
Он.
Ники. Но не тот, что был. Даже не тот, что был в капсуле.
Этот — чёрно-красный, изорванный, как из фильма ужасов и покинутого сна.
Его костюм теперь облезлый, грязный, алый плащ выцветает.
Лицо — наполовину сгоревшее, но не залеченное.
Ожоги — как карта боли.
Глаза... нет, не глаза. Дыры, наполненные кровавым светом.
Но самое жуткое — он улыбается.
"Ты всё ещё красива. Даже в страхе."
"Ники... пожалуйста... это не ты."
"Ошибаешься."-он делает шаг.
Земля хрустит под ним, но он не касается её. Он плывёт.
"Это всегда был я. Просто ты не хотела смотреть."
Тринити поднимает руки. Заклинание. Фиолетовая вспышка.
"Остановись!"
Взрыв света — барьер врезается в него, но не отталкивает.
Он входит в него, как в пар.
Энергия трещит. Рвётся. Рассыпается.
"Ты называла меня дорогим тебе человеком."-голос спокойный. Тихий. Но в нем — трещины.
Как будто его сшивали из боли.
"Ты сказала, что любишь меня."
Он рядом. В двух шагах. Тринити пятится, но падает — нога подворачивается.
Он наклоняется к ней.
"А я ведь люблю тебя тоже."
Пауза.
"Так сильно, что хочу, чтобы ты всегда была со мной. Даже внутри."
Тринити задыхаясь ползёт назад. Его руки медленно поднимаются. Не с кулаками. С пальцами, как у скрипача.
Тянется к её щеке.
"Ты ведь чувствуешь это тоже, да?.. Эта боль. Она объединяет нас. Делает ближе, чем когда-либо."
"Ты... сошёл с ума."
Он замирает. Медленно улыбается шире.
"Да... И это... наконец-то дало мне свободу."
Из его спины начинают вырываться жгуты тёмно-кровавой энергии.
Они обвиваются вокруг деревьев. Вокруг неё.
Закрывают свет.
Тринити делает последнее усилие — вспышка ветра, мощная, изнутри. Её отбрасывает в сторону. Она влетает в кустарник, больно, но освобождается.
"Ты хочешь быть со мной..."-кричит она
"...Но я больше не вижу в тебе Ники!"
Ответа нет.
Он стоит в центре, весь в этих тянущихся жгутах, словно древо из тьмы.
Он смотрит в небо.
"Я — Рот. Ники Рот. Только теперь... истинный."
Он улыбается. Этой зубастой, страшной улыбкой.
Он спустился на колени.
Тринити попыталась отползти, но тело не слушало.
Он провёл пальцами по её щеке.
Они были обуглены, будто держал их в огне. Но она чувствовала тепло.
Он поцеловал её в лоб. Мягко. Почти по-настоящему.
"Ты говорила, хочешь быть со мной навсегда. Теперь — будешь."
Он вцепился в неё.
Зубами.
Он вгрызся в её ключицу. С хрустом. С мясом.
Кровь — тёплая. Брызнула ему на лицо.
Он даже зашипел, как от наслаждения.
Тринити закричала — один раз. А потом — мозг отключил боль.
Он ел не как зверь, а как влюблённый, который ждал слишком долго.
Медленно. Нежно. Разрывая мышцу от мышцы.
Руки — не сломанные, а обнимающие.
Пальцы — не рвущие, а поддерживающие.
Он не просто ел — он разделял.
Каждый кусок сопровождался словами:
"Теперь ты — часть меня."
"Никто нас не разлучит."
"Никогда."
Когда её сердце остановилось, он приложил ухо к груди.
Ждал.
Потом вырезал его — и съел последним.
"Самая важная часть. Самая честная."
...
Позже, когда он стоял на крыше развалин и смотрел на город, его пальцы всё ещё были в крови.
Но он их не вытирал.
Он касался ею лица — как грима. Как помады, оставленной ею когда-то на его щеке.
...
В его сознании — она всё ещё говорит.
Иногда ругается. Иногда молчит.
Иногда он слышит её смех.
«Она со мной! Всегда со мной...»
Это история мальчика, чьё сознание помутнело. Стало... искаженным.
Он- Хоррор-Ники.