Глава 1: Город, который никогда не спит
Шум улиц Нью-Йорка, словно нескончаемый саундтрек, заполнял пространство. Эмили Картер шла по тротуару, балансируя стаканчик с кофе и планшет с эскизами. Её каштановые волосы были собраны в небрежный хвост, а несколько прядей выбивались и трепались холодным ноябрьским ветром. Глубокие зелёные глаза, которые всегда казались немного задумчивыми, подчеркивали лёгкий макияж. На ней было длинное пальто приглушённого серого цвета и пара удобных ботинок, заметно поношенных, но любимых. Мысли были заняты другим: на подходе была выставка в галерее, где она надеялась представить свои работы, и ей предстояло убедить куратора, что её картины заслуживают места среди признанных мастеров.
Галерея находилась в центре Манхэттена. Высокие потолки, стеклянные стены и холодный свет делали пространство стерильным, почти безжизненным. "Отличное место для современного искусства, но слишком чуждое для души," — подумала Эмили, заходя внутрь. На пороге её встретила куратор — мисс Холлоуэй, женщина средних лет с короткой стрижкой и острым взглядом, который словно просвечивал человека насквозь. Она носила идеально сидящий брючный костюм тёмно-синего цвета и тонкие очки в серебряной оправе. В её манере говорить было что-то отточенное, как будто каждое слово вымерено заранее.
— Мисс Картер, — начала Холлоуэй, даже не пытаясь скрыть скепсиса. — Я посмотрела ваши работы. Технично. Но...
Эмили напряглась. Она знала, что за этим «но» последует.
— Они слишком... эмоциональны. Наши посетители предпочитают что-то более концептуальное, понимаете? — продолжила Холлоуэй. — Попробуйте что-то менее личное.
Эмили кивнула, хотя внутри всё кипело. Как можно сделать искусство "менее личным"? Оно же и есть её личная история. Но спорить было бесполезно. Она поблагодарила за время и вышла на улицу, чувствуя себя пустой.
— Да пошли они все, — пробормотала она себе под нос, шагая по тротуару. Город продолжал жить своей жизнью: такси сигналили, уличные музыканты играли джаз, туристы фотографировали небоскрёбы. Вся эта суета обычно вдохновляла Эмили, но сегодня она чувствовала себя чужой в этом огромном, шумном мире.
После галереи Эмили направилась в кафе на углу Лексингтон-авеню, где её ждала Элли. Подруга уже сидела за столиком у окна и махала ей рукой. Элли была полной противоположностью Эмили: яркая, энергичная, с волнистыми рыжими волосами, которые спадали до плеч. Она носила стильное пальто горчичного цвета, выделяющееся среди серой массы прохожих, и всегда знала, как притягивать внимание. Её зелёные глаза светились энтузиазмом, а улыбка была настолько заразительной, что могла поднять настроение даже самым угрюмым людям.
— Ну и что? — Элли махнула рукой, услышав историю про мисс Холлоуэй. — Забей на неё. Есть куча других галерей.
— Не так уж и много, если честно, — вздохнула Эмили. — Аренда студии, материалы, счета... я не могу позволить себе ждать годами.
Элли закатила глаза и наклонилась ближе.
— Послушай, ты талантливая, и ты это знаешь. Просто вспомни, ради чего ты начала рисовать. Разве не для себя?
Эмили задумалась. Она вспомнила, как в подростковом возрасте спасалась от одиночества, запираясь в комнате с карандашами и бумагой. Искусство всегда было её убежищем. Может, она действительно потеряла из виду, ради чего всё начиналось?
— Может, ты и права, — наконец сказала она, отпивая глоток кофе. — Но иногда кажется, что я просто трачу время.
— Это Нью-Йорк, дорогая. Здесь все тратят время, чтобы в итоге добиться своего, — улыбнулась Элли. — Ты просто пока не на своей волне.
Они провели в кафе больше часа, обсуждая всё на свете. От разговоров о жизни Элли — которая только что закончила крупный проект в маркетинговой компании — до случайных воспоминаний из детства, когда они вместе мечтали уехать в большой город.
Когда они наконец попрощались, на улице уже начинало смеркаться. Эмили решила пройтись пешком до дома. Городские огни зажигались один за другим, придавая улицам почти сказочную атмосферу. Её дом находился в Бруклине — небольшой многоквартирный дом с потрескавшейся штукатуркой, но уютной атмосферой. Её квартира была тесной, но именно эта теснота казалась ей родной. Стены были уставлены картинами, на полках стояли книги и всевозможные фигурки, а в углу стоял старый деревянный мольберт.
Глядя на вечерний город из окна, Эмили почувствовала, как возвращается вдохновение. Она взяла блокнот, накинула куртку и спустилась к набережной. Ночной Нью-Йорк всегда был для неё источником вдохновения: огни небоскрёбов, отражения в воде, звуки автомобилей... Город дышал, жил своей жизнью, и это завораживало.
Сидя на скамейке, Эмили начала делать наброски. Её карандаш летал по бумаге, создавая линии мостов, силуэты зданий. Она была так увлечена, что даже не заметила, как мимо прошёл её сосед Джейк.
— Эмили? Ты в порядке? — раздался его голос.
Она вздрогнула, обернулась и увидела его. Джейк был в старом свитере, который слегка растянулся на плечах, и с неизменной книгой в руках. Его светлые волосы были немного взлохмачены, а голубые глаза светились заботой.
— Да, просто рисую, — ответила она, пытаясь скрыть усталость.
— Ты выглядишь так, будто носишь на плечах весь мир, — сказал он, присаживаясь рядом. — Хочешь поговорить?
Эмили помедлила. Джейк всегда был рядом, готов выслушать, но ей не хотелось жаловаться.
— Не сегодня, — улыбнулась она. — Просто хочется немного тишины.
Джейк кивнул и остался сидеть рядом. Они молчали, глядя на город, который никогда не спит. В этой тишине было что-то успокаивающее, и Эмили впервые за день почувствовала себя немного легче.
— Знаешь, — сказал Джейк, вставая. — Если ты когда-нибудь захочешь сбежать отсюда, я в деле. Мне тоже иногда нужен перерыв.
Эмили усмехнулась.
— Может быть. Спасибо, Джейк.
Когда он ушёл, Эмили снова взглянула на свои наброски. Они не казались ей законченными, но в них было что-то настоящее. Она закрыла блокнот, подняла голову и посмотрела на звёзды, которые едва пробивались сквозь свет города. Завтра будет новый день, новый шанс. Она даже представить не могла, что это "завтра" изменит её жизнь навсегда.