Первые слезы
Её окружали звуки ударов стали. Здесь, среди высоких гор сражались сотни воинов, заполняя просторную тренировочную площадь. Деревянные столы были раскиданы по всем углам, так же как и бочки, набитые копьями, мечами и топорами. Афелия стояла около большой тренировочной цели. Большой деревянный щит опирался о телегу, нагруженную сеном. На белой ткани был нарисован контур тела, невысокий и худощавый враг был повержен остроконечными стрелами, которые друг за другом были вогнаны в голову, горло и грудь. Афелия провела рукой по длинной стреле и, схватив за оперение, попыталась вытащить ее. Стрела не поддавалась, но Афелия настойчиво схватилась двумя руками за древко, не прекращая извиваться.
- Теперь ее можно только отломить. Стальной наконечник не вытащить обратно. - Почему? Как вошел, так и выйдет. Нужно только как следует..., - резко дергая руками, прерывисто сказала Афелия. - Стрелы сделаны так, чтобы у врага не было возможности выжить. - Поломанная стрела мне не нужна, - развернувшись к незнакомому советчику лицом, сказала она, тут же продолжив, - ты Раянти, сын Вилона? Он протянул ей целую стрелу с наконечником, загнутые усики которого, дали понять, в чём же дело. - Отец мне рассказал про Вас. Его радует, что он смог рассказать свои истории. Давно я не видел его таким..., - не подобрав слова, Раянти замолк и улыбнулся Афелии. - Да, он был очень добр ко мне. И сказал, что ты сможешь вспомнить что-то еще? - Я не думаю, что отец мог забыть о чем-то. Но если Вам будет так угодно...
Она прервала его словами:
- Раянти, я всё понимаю, но тебе не стоит бояться меня. Я еще не королева, а ты уже не узник. Не нужно выкать.
- Афелия, - произнес тихо Раянти.
- Что? – приблизившись, спросила она.
Его щеки побагровели, и он хрустнул костяшкой мизинца, опустив взгляд на руки.
- Я просто хотел сказать ваше..., простите, твое имя.
- Раянти, я знаю тебе несколько мгновений, но ты мне уже приятен, - улыбнувшись ему, сказала Афелия.
- Пойдем на стену, расскажешь мне всё про себя.
- Я не могу, - схватив за ладонь, уходящую от него Афелию, произнес он.
Она сжала его руку в ответ, повернулась и сделала шаг вперед, подняв их руки к животу. Раянти сразу же продолжил говорить, опустив голову и смотря на ее красивые пальцы. Ему стало стыдно за свои грязные, порезанные и грубые руки.
- Это моя обязанность, я должен прислуживать ночной страже. Они сейчас здесь, и я должен быть здесь. Извините.
- Король разрешил мне говорить с кем угодно и когда угодно, не бойся.
- Афелия, я давно хотел сказать тебе, но не мог решиться приблизится. А теперь, ты стоишь рядом, но пойти за тобой я не могу. Стражники добры ко мне, Споты добры к нам с отцом. Я не хочу подвести их, и должен быть здесь, выполняя указы.
- Хватит! - прикрикнула Афелия, но тут же улыбнулась.
- Ты прав, каждый должен заниматься своим делом, а не слоняться туда-сюда. Я, пожалуй, тоже отправлюсь к писарю.
Афелия отпустила прохладную и чуть влажную руку Раянти и резко спросила:
- Когда ты будешь свободен?
До этого момента, его глаза лишь украдкой встречались с ее взглядом. Но теперь он смотрел на нее, вблизи разглядывая ее нежное лицо, медленно произнося:
- После заката, мне нужно отмыть доспехи дневной стражи. А после я...
Афелия снова перебила его и, развернувшись на одной ноге, начала удаляться.
- Там и увидимся, прокричала она, среди ударов топоров и мечей.
༻ ༺༻ ༺
Поднявшись по вырубленным в камне ступеням, она прошла в коридор, который тянулся далеко вперед. Факелы мерцали от залетевшего в проход ветра, и её длинные волосы скользнули по лицу. Она наклонилась вперед, свесив их почти до пола и резко выпрямилась, закинув их за спину. В её руке по-прежнему была длинная стрела из дерева с острым наконечником и красивым оперением. Посмотрев на неё, на его лице появилась легкая улыбка.
- Афелия, - хриплый голос звал ее.
Приоткрытая дверь, среди многих закрытых, привлекла ее внимание, и она снова услышала:
– Афелия, прошу, подойди ближе.
Перехватив стрелу в левую руку наконечником вперед, она настороженно приблизилась. Покрытая накидкой голова пропала за дверью. Афелия толкнула её свободной рукой, дверь распахнулась, звонко ударившись длинной железной петлей о стену.
– Не бойся. Заходи и закрой дверь.
Афелия узнала голос лекаря Крока и быстро зашла, заперев дверь.
- Что происходит? Что за тай..., - оборвала вопрос Афелия. Оглядев фигуру в накидке, она настороженно продолжила: - Вы не Спот...
༻ ༺༻ ༺
«Красавица, краше нет» - говорила нянечка, а теперь уже смотрительница Афелии. Она обладала невиданной красотой в детстве, а после того, как ей исполнилось шестнадцать лет, ее преображения не знали предела. Как по щелчку её лицо вытянулось, как и маленькие ушки. Глаза стали выразительнее, а зрачок из чёрного бездонного колодца превратился в семечко. Афелия, за короткое время, из ребенка обратилась в девушку, а волосы стали темнее, приобретя черный блеск.
Смотрительница юной избранницы была встревожена изменениями, но Афелия просила не делиться беспокойствами с лекарем и королем.
Но король уделял много времени избраннице сына и, несомненно, видел её особенную красоту, которая ежедневно преображала Афелию. Робера это радовало, ведь эти изменения говорили о том, что в скором времени она сможет зачать ребенка для Греда. Совет старшинств и мудрецов предупреждал короля о возможных уродствах ребенка, и молвили, что было бы правильнее выбрать одну из Чарм[2].
Но у короля были свои планы на будущих детей. Робер желал заявить права на земли королевства Дайон. Он давно знал, где выстроено убежище людей. Но те земли были не интересны ему, так как там не было необходимой руды, и земли располагались неудобно и далеко от границ королевства.
Он так же знал, что угрозы люди не несли в связи отсутствием навыков сражения. Прошлые дни были тому доказательством, а для Спотов, деревянные стены не были преградой и если потребуется, он запросто разгонит эту свору.
-Таромед умер. Тарлин был убит мной. Его дочь и единственная наследница Дайона скоро родит моему сыну ребенка. Мы войдем на их земли бесстрашным войском и свергнем избранника людей, если понадобится. До тех пор, пока ребенок не сможет самостоятельно править этими землями, Рейд будет восседать в Дайоне. А после, он займет моё место, - говорил Робер на очередном сборе совета.
- Люди мне не противны, а даже наоборот. Но им нужен сильный правитель. Они должны быть благодарны Спотам за то, что мы избавили землю от ужасных существ и наконец-то понять, кому они обязаны своими жизнями! Но я не хочу ополчить против себя людскую расу! Из-за этого королевством Дайон будет управлять истинный наследник. Ведь мы же не желаем иметь узников, а лишь тех, кто будет пасти животных, готовить запасы и возвысит самого низшего из Спотов, при этом довольно улыбаясь, – воодушевляя своих приближенных, продолжал он.
༻ ༺༻ ༺
Избранница Греда сидела в каменном саду, который построил для неё король Красных гор. Здесь были собраны самые красивые растения. Афелию в детстве удивляло, как они произрастают из камня. Но теперь она знала, что под ровными глыбами пряталась влажная земля. Робер постарался для нее, создав прекрасное, чистое и красивое место, потому что ее жизнь ограничивалась пребыванием в замке. Здесь Афелия проводила много времени в детстве за изучением символов и историй. Повзрослев, она приглашала своих сверстников для весёлых игр и долгих разговоров. Вскоре сад был открыт для всех жителей королевства, ведь отсюда открывался прекрасный вид с высоты птичьего полета. Горы зажигали свои вершины во время заката, склоны покрытые зеленым покрывалом переливались на ветру, обломанные и острые хребты рассыпались, отправляясь к подножью.
Сегодня ее не радовали ни птицы, ни свежие плоды винограда. Она смотрела на синюю воду реки, протекавшую среди опасных скал. Этот вид очаровывал её сознание, когда она свешивалась с невысокого ограждения. Но сейчас она смотрела туда пустым взглядом, вспоминая разговор со старцем, назвавшим себя Валдином.
- Долгие годы ты провела здесь не по воли своей, но тебя любили, заботились, давая самое лучшее. И теперь это все станет для тебя выбором, но ты не одна. Тяжёлой ношей будет нависать, возложенное на тебя решение. Я расскажу всё, о чем ты меня спросишь до полуночи, и это очень сильно изменит твою жизнь.
Но учти, твои вопросы станут первыми шагами к необратимому...
- Желаешь ли ты этого?
- Ты пришел сюда именно сейчас и говоришь о выборе? – с легкой дрожью в голосе спросила Афелия.
- Я должен был предупредить тебя, потому что этот выбор изменит судьбу людей.
- Людей? Что ты имел ввиду, сказав, что я не одна?
- Твои братья стремятся к тебе, но с разными целями.
- Что? Какие братья? – на выдохе, встревоженно спросила она.
Слеза обожгла щеку, она не успела смахнуть тонкими пальцами, как ей казалось оставляющие шрамы слезы. Старец, скинув накидку с седой головы, вложил в ее руку платок. Но твердые, помеченные шрамами руки Валдина передали ей тепло, которое проникло в Афелию. Она неожиданно для себя взяла платок.
- Не плачь, - низким, добрым голосом прошептал старец.
- Твои слезы - опасное оружие.
Афелия смахнула слезы платком, остановившись на подбородке и спросила:
- Мое лицо, оно в ожогах? Почему так больно?
Валдин рассмеялся, задорно, но в тоже время тихо.
- Нет, девочка моя, оно по-прежнему прекрасно, - прижав к её щеке левую руку, он продолжил:
- Но если твои слезы увидит король, то мне несдобровать.
Афелия улыбнулась и тихо спросила:
- Почему меня успокаивают ваши прикосновения, кто вы?
- Твой отец считал меня своим наставником и братом. Тебя же, считаю своей родной кровью. Когда я увидел твои первые слёзы, я уже не мог слушать твоего отца и, держа тебя на руках, противостоял его слову. Но он сделал всё, как задумал.
- Я ничего не понимаю, - сжимая руками его пальцы, сказала Афелия и по её лицу снова пробежали слезы.
- Твои слезы, как и тогда, предвестники прощания. Я не могу здесь долго находиться, это слишком опасно.
- Но как же...
Перебив Афелию, Валдин продолжил шепотом:
- Перед закатом, ты оправишься в опочивальню лекаря, одна. Там то мы и встретимся вновь. Вытри свои слезы и не думай обо мне, веди себя как обычно.