Пролог
━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━
— Давай, Ангелина, мы ждем только тебя!
Услышав ворчливое бормотание матери с первого этажа, я демонстративно закатила глаза. Ну вот, началось! Сначала это невыносимое использование моего полного имени — словно я опять пятилетняя провинившаяся девчонка, а потом ещё и эти вечные поторапливания... Ведь именно я последние два часа помогала им паковать вещи, перерыла весь дом вверх дном, рассортировала каждую мелочь!
— Лина, я нормально выгляжу? — в комнату вихрем ворвался мой брат, на ходу поправляя косуху. На лице читалось такое нетерпение, будто от моего ответа зависела его жизнь.
Он крутился перед зеркалом, то втягивая живот, то выпячивая грудь, пытаясь поймать идеальный ракурс, и всё это — за какие-то считанные секунды до выхода.
— Я вижу ждут не только меня.
— Ну так что?
— Боже, Макс...
— Что? Плохо?
От волнения его лицо приняло настолько уморительное выражение, что я не смогла сдержать смех — он был настолько искренним и забавным в своей неуверенности. Смех вырвался из меня непроизвольно, искренний и звонкий, наполняя комнату тёплым, живым звуком.
Его неловкость, суетливые движения и попытки выглядеть невозмутимым создавали настолько комичную картину, что я просто не могла остановиться, хохоча над этой милой картиной.
— И чего ты смеешься? Я по-моему за советом пришел, — окидывает меня недовольным взглядом.
— Выдохни уже! Мы просто переезжаем, к чему этот прикид? — я с улыбкой осмотрела брата с головы до ног.
Его внешний вид поражал своей безупречностью: белоснежная рубашка, идеально выглаженная и заправленная в классические брюки в коричневую клетку. Чёрный ремень подчёркивал талию, а начищенные до блеска кожаные ботинки довершали образ. Даже дорогие часы на запястье, казалось, сверкали ярче обычного, словно он специально хотел ими похвастаться.
Макс редко баловал нас подобными выходами — обычно он предпочитал более свободный стиль. Но сегодня он превзошёл сам себя, превратившись в настоящего денди, что только добавляло комичности ситуации.
— Вот именно, Линочка, переезжаем. А зачем я туда еду? Правильно, покорять сердца. Хотя тебе не понять. Ты собираешься ехать в своих балахонах, — усмехнулся, потянув меня за рукав толстовки.
— Ну да! Мне так удобнее будет в самолёте. И какая тебе разница вообще? Сам-то выглядишь как клоун! — резко бросила я, схватив свой чемодан.
Раздражённо толкнув дверь, я выскочила из комнаты, намеренно громко хлопнув ею прямо перед его носом. Он как раз выходил следом, и звук удара эхом отразился от стен, подчёркивая моё негодование. В коридоре повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь моим быстрым шагом.
Перед тем как сесть в машину, я в последний раз окинула взглядом наш дом — каждый уголок, каждую деталь, словно пытаясь запечатлеть их в памяти навсегда. Солнечные лучи, пробивающиеся сквозь листву, играли на стенах, создавая причудливый узор света и тени.
Странное чувство охватило меня — противоречивое, запутанное. То ли радость от новых начинаний, то ли грусть от прощания с прошлым... Сердце билось неровно, словно пытаясь разобраться в этом потоке эмоций. Но среди всей этой путаницы чувств одно оставалось кристально ясным: я никогда не буду скучать по этому месту. Никогда. Эти стены больше не хранят для меня ничего ценного, никаких тёплых воспоминаний.
•°• ✾ •°•
— Твою мать, Лина! Кроссовки! — выругался Максим, после чего сразу получил смачного подзатыльника от мамы.
— Сколько можно ссориться? Десять минут всего-то осталось, угомонитесь! — буквально злясь шептал отец, смотря на брата.
— Вот видишь, он говорит это тебе! — с торжествующей улыбкой прошептала я, наклонившись к уху брата. Мой шёпот был полон триумфа, но радость длилась всего мгновение.
В следующую секунду брат молниеносно двинул меня локтем, и я едва сдержала вскрик.
— Придурок! — схватившись за ноющее плечо, я зашипела от боли, потирая ушибленное место. Глаза наполнились возмущением.
— Красавец, — поправил меня, пафосно надевая очки.
Спустя мучительные несколько минут самолёт наконец коснулся земли. Мягкое подрагивание шасси, гул двигателей, постепенно стихающий в тишине — всё это означало конец изматывающего перелёта.
Каждая клеточка моего тела буквально кричала об усталости. Долгие часы в тесном кресле, нервное напряжение взлёта и посадки, монотонное гудение двигателей — всё это окончательно вымотало меня. Сейчас, в этот момент, единственным моим желанием был сон — глубокий, спокойный, исцеляющий. Ничего больше не существовало в моём сознании, только эта простая, но такая желанная мысль о долгожданном отдыхе.
— Да, детка! Именно так пахнет Питер. Чуешь? — брат с притворным восторгом втянул воздух носом, словно пробуя на вкус сам дух города. Его лицо выражало неподдельное изумление, будто он впервые оказался в этом месте.
— Да, дерьмом! Ой, это же, кажется, твой новый парфюм, извини, — я состроила самое жалостливое лицо, на которое была способна, театрально прижав руку к груди.
Но стоило мне заметить, как его брови сурово сошлись на переносице, а взгляд стал опасно холодным, как все моё игривое настроение вмиг испарилось. Медленно, словно заворожённая змеёй мышь, я начала отступать назад, мысленно прикидывая, успею ли добежать до спасительного угла, прежде чем он до меня доберётся.
— Я тебя убью! — взревел Макс, стремительно рванувшись за мной.
Не теряя ни секунды, я метнулась к отцу и юркнула за его широкую спину, как за надёжную крепость. Его присутствие всегда было моим спасением в подобных ситуациях — сколько раз он уже выручал меня из таких передряг, когда мой острый язык заводил меня слишком далеко!
Отец лишь усмехнулся, глядя на эту сцену, и покачал головой, прекрасно понимая, что я снова напросилась на неприятности своими колкостями.
— Макс! — окликнул его отец строгим голосом, но тот, поглощённый погоней, даже не обернулся. Его азарт был настолько сильным, что никакие преграды не могли остановить его в стремлении поймать меня.
— Я заблокирую твои банковские счета, имей в виду! — голос отца прозвучал твёрдо и непреклонно.
Эти слова, словно холодный душ, мгновенно остудили пыл молодого человека. Макс замер на месте, его лицо выражало смесь удивления и досады. Попытки поймать меня мгновенно утратили свою привлекательность перед перспективой остаться без доступа к деньгам.
— Тебе это так просто не сойдёт с рук! — его губы растянулись в зловещей ухмылке, а в глазах заплясали озорные огоньки. Было ясно как день: в его хитрой голове уже зрел какой-то коварный план мести.
— Мечтай.
Наконец-то мы тронулись в путь к нашему новому дому. После изматывающего путешествия все были настолько уставшими, что даже не нашлось сил как следует осмотреться вокруг. Единственным желанием было поскорее прийти в себя после дороги.
Первым делом мы приняли душ, а затем разбрелись по комнатам. Я уже видела фотографии нашего нового жилища в Москве, но реальность превзошла все ожидания. Дом оказался куда более величественным и прекрасным, чем на снимках.
Трёхэтажный особняк встретил гостей величественным фасадом из светлого камня, украшенным изящными колоннами и панорамными окнами. Входная дверь, выполненная из массива дуба с витиеватой кованой фурнитурой, приглашала войти в мир роскоши и комфорта.
Просторная гостиная с высокими потолками была оформлена в благородных серо-бежевых тонах. Центральным элементом служил роскошный камин из оникса, окружённый дизайнерской мебелью с мягкими линиями. Огромные окна с шёлковыми шторами впускали потоки естественного света, играя бликами на глянцевых поверхностях. Спальни, каждая со своим характером, были оформлены в пастельных тонах с элементами арт-деко.
Территория вокруг дома была не менее впечатляющей. Благоустроенный сад с извилистыми дорожками, выложенными декоративной плиткой, создавал атмосферу умиротворения. В тени раскидистых деревьев расположилась изящная беседка с коваными элементами и мягкой мебелью, где можно было наслаждаться прохладным вечером в компании близких.
Освещение играло особую роль в общей концепции. Многоуровневые системы подсветки, скрытые светильники и дизайнерские люстры создавали различные сценарии освещения.
К моему удивлению, сон никак не шёл. В голове крутился калейдоскоп мыслей — они роились, словно беспокойные пчёлы, не давая покоя. Каждая клеточка сознания была заполнена тревожными размышлениями о будущем.
Как и любого подростка, меня терзали страхи и сомнения. Смогу ли я начать здесь новую жизнь? Жизнь, в которой не будет места прошлому, где не осталось места больным психопатам и душевной боли? Смогу ли я наконец-то обрести настоящих друзей, построить новые отношения, найти своё место под солнцем?
Эти вопросы, словно острые иглы, впивались в сознание, не давая расслабиться. Сердце то замирало от страха перед неизвестностью, то наполнялось робкой надеждой на лучшее будущее.
Что ж, Питер, встречай...