AU «СЕВЕР»

Вновь заходя в тёплое озеро, готовясь к тому, что придётся ещё раз опуститься на дно и вынырнуть уже в ледяной воде, Сокджин поморщился.

- Почему мы не можем выйти здесь?
- Это темная магия, омега. И лучшей с ней не играть. Это место лишь отражение нашего мира. Оно не реально.

Тело юного принца все ещё было охвачено жаром. И ощущение Княжеских поцелуев на коже до сих пор были невероятно свежо. Полностью доверившись мужу, омега обнял его за шею, в последний раз любуясь звездным, сияющим небом и закрыл глаза, опускаясь на глубину.

******

- Отдыхай.

Тихо шепнул альфа, оставляя на щеке мужа невесомый поцелуй. Они очень быстро добрались до своей временной обитель, что выделил им «добродушный» паук. И сейчас, переодетый в свою ночную рубаху, укатанный в меха и п а х н у щ и й мужем, Сокджин как никогда ощущал себя дома.

- Вы уходите?
- Я выйду лишь увидеться с Седжином и проверить нашего пленника. Это совсем не долго. Закрывай глаза и засыпай.
- А когда я проснусь... Вы будете рядом?

Последние силы покинули его из-за недавней их вязки и потому омега даже говорить мог с большим трудом.

- Буду.

******

- Он в порядке?

Кивнув, Князь распахнул полы своего полушубка, присев на валун рядом с лисой.

Шум от собравшихся у костра жителей темного леса доносился до них даже отсюда.

- Ты должен был следить за ним.
- Я ничего тебе не должен. А ему - тем более... Но я рад, что твой муж цел.
- Чимин, я...
- Нет. Ничего не говори. Ты так сильно им пахнешь, что мне рядом с тобой даже дышать трудно.
- Ты сам принял решение закончить все между нами.
- Да. Сам... И оно было верным. Нет чести тому омеге, что спит с женатым мужчиной. Я сделал это только ради себя. Не тебя.
- Мне жаль, что все так обернулось. Я любил тебя. И ты это знаешь.
- Ты любил не меня, а обещание, что дал моему отцу. Обещание оберегать меня и заботиться. А я любил... Лишь твой Княжеский титул. Давай будем друг перед другом честны. Хотя бы сейчас.
- Прошлое должно оставаться в прошлом.
- Он хороший...

Обняв себя руками, лис прижал к груди коленки, шмыгая замёрзшим, покрасневшим носом.

- Да.
- И добрый очень. Даже слишком. Наивный настолько, что смешно. Мы бы поладили, если бы не стали врагами.
- Вы все ещё можете...
- Больше нет.

Посмотрев альфе прямо в глаза, он улыбнулся. Так натянуто и грустно, как улыбался лишь однажды. Когда сжимал руку умирающего отца.

- Тэхен хочет устроить переворот. Не на Севере, а во всем мире. Ты знал это?
- Знал.
- Тогда ты должен знать и то, что я не вернусь в Шаро.
- Ты хочешь остаться здесь?
- Тэхен предложил мне корону. Власть и удачную партию... В обмен на верность ему и отказ от тебя. Ты должен знать, что я согласился.
- Ты никогда не любил власть.
- Он считает иначе. Пусть думает так и дальше. Я не дам твоему брату погубить наш дом.
- Ты не разменная монета, Чимин. Я не просил тебя собой жертвовать!
- Мне не нужно твоё позволение, чтобы защищать свой народ. Мой отец жизнь отдал, чтобы Север перестал воевать... Тэхен запутавшееся дитя. Он видит лишь собственную боль и слышит лишь собственный крик.
- Только я один виноват в его боли. Ты не должен страдать из-за моих ошибок. Только не ты...
- Тогда кто? Может быть, отдашь ему своего супруга? Он будет очень рад, я уверен. Намджун, открой глаза. Он больше не маленький мальчик. Он жаждет крови. Жаждет твоей смерти.
- Тэ-Тэ просто запутался. Он ведь совсем не такой. Он...
- Тэ-Тэ? У него камера пыток, вместо пещеры. И крики пойманных на Севере чужаков, вместо колыбели. Он отправил твоего мужа на растерзание воронам. И пытался отравить тебя множество раз.
- Он мой брат.
- Он чудовище.
- Может и так. Но только я виноват в том, что он стал таким. Я это и исправлю...
- Север или он?
- Чимин.
- Ты не сможешь выбрать что-то одно, Намджун! Ты Князь и дал обет. Поклялся собственной кровью. Пообещал Северу голову своего волка.
- Я помню своё обещание.
- Ты должен был лишить Тэхена жизни ещё тогда, когда он пустил стрелу в твоё сердце!

Лис зло скривился, тыча пальцем волку прямо в грудь, туда, где чуть ниже качающей кровь мышцы, сбоку, на рёбрах, красовался отвратительный шрам.

- Но вместо того, чтобы убить... Ты отдал ему тёмный лес.
- Я надеялся, что это его утешит.
- Ты дал ему власть, Намджун. А когда люди получают что-то... Им становится мало. Они хотят больше. И больше. И больше... Раньше он желал лишь твоей головы. А теперь хочет потопить в крови весь Север. И это твоя вина.
- Я... Знаю, что должен.

Сглатывая слюну, альфа поднял глаза вверх, смотря на освещающие лес звёзды. Слёзы собрались в его очах, рискую сорваться и покатиться вниз по щекам.

- Знаю... Но как же я могу убить? Если даже от мелких царапин его... Мое сердце сжимается? Он заботится о них... Так, как никто и никогда не заботился. Тёмный лес расцвёл. Омеги здесь не боятся теперь выходить из пещер. Не боятся отпускать детей на реку и, наконец-то, свободно живут. Тэхен жесток... Я знаю. Но он... Все ещё умеет любить.
- Перестань его бесконечно оправдывать.
- Он мог убить меня тысячи раз... Но никогда не доводил начатое до конца. Ты ведь видишь это. То, как он смотрит на этих детей. Как чешет им волосы и учит управлять магией... Он просто... Пережил слишком многое, чтобы отпустить свою боль.

******

Под ногами его кровь и израненные, измученные, но все ещё живые пленники, что умоляют о смерти. Боль слишком невыносима, чтобы терпеть.

- Мой принц...

Тихо говорит Син, оставляя отвар у паучьего трона и осматриваясь вокруг.

- Выпейте. Вы не спали уже три ночи.
- Перережь им горло. Они слишком шумят.

Не поведя и бровью отвечает паучий принц, сжимая в ладонях тёплую чашу.

- Южный принц пришёл в себя...

Тянет слуга, ловко поднимая за волосы окровавленного альфу и проводя клинком по шее, оставляя глубокий порез.

- Ой-я... И как он?
- Лучше. Княжеский муж вправил его кости и зашил раны.
- Приготовь ему сок.
- Сок?
- Из винограда. Наш гость его очень любит.
- Вот как. Та звёзда ведь была обманкой? Собираетесь соблазнить альфу запахом? Поэтому выясняли его предпочтения?
- Кто знает...

Сделав глоток, принц прикрыл глаза, позволяя тёплой жидкости спуститься по горлу, заполнив живот.

- Я очень устал, Син.
- Я приготовлю Вашу постель.
- Асами... Уже ушёл?
- Отбыл с закатом вместе с воронами.

Закончив с последним пленником, погружая тронный зал в тишину, слуга поднялся с колен, вытирая окровавленные руки о мокрое, заранее приготовленное им полотенце.

- Я буду рядом. И разбужу, если Вам снова присниться кошмар.
- Нет. Оставь меня одного.

******

Тэхен тяжело дышит из-за быстрого бега, практически задыхается, жадно воздух глотая и закрывает дверь пещеры на все-все замки. Трубили в рог. На деревню снова напали. Уже третий раз за луну. Поднимая тяжёлый, деревянный засов двумя руками, маленький паук блокирует им вход в его дом.

- Папа...

Шепчет он в темноту. Знает, что свет зажигать нельзя. Огни могут увидеть.

Делая шаг вперёд, проходя коридор, омега заворачивает в комнату родителя, дотрагиваясь до резной дверной ручки потной ладонью. А вдруг он спит? Папе нельзя сейчас лишний раз волноваться!
Старший паук на сносях уже седьмой месяц. Старейшина пророчит им альфу! Сильного и здорового. Такого, как старший брат. Намджун обязательно обрадуется ему, когда вернётся. И вместе с Тэхёном выберет брату имя. Он то их точно побольше знает, там, в Шаро, говорят часто рождаются дети.

Очень медленно, почти что не слышно, ребёнок тянет за ручку вниз, открывая закрытую дверь и замирает. Все внутри разрушено, скинуто с полок, разбито и порвано. А над постелью папы склонились пятеро альф. В мантиях и в белых масках из черепов. Чтобы никто не узнал из какого ублюдки племени.

Ноги его подкашиваются, тянут к земле и перед глазами как-будто темно. Белые, заячьи шкуры на постели отца, подаренные братом, добытые им ещё на первой охоте, залиты густой кровью.

- Папа...

Истерзанное тело перепачкано мужским семенем, а живот безжалостно вспорот острым ножом.

Паучок дрожит, чувствуя, как немеют его руки в истерике. Голос пропал, потому что крика своего Тэхен даже не слышит, рот открывая в беззвучном хрипе. Он ползёт к кровати папы на четвереньках, пока ворвавшиеся в их пещеру альфы бесчувственно наблюдают за маленьким пауком.

Глаза омеги открыты и грудь до сих пор вздымается, и кровь течёт по рукам его юного сына горячая-горячая. Стирая с прекрасного, перекошенного болью лица папы слёзы и сперму, тэхен слышит как щёлкает бляшка кожаного ремня.

У Намджуна тоже такой есть. Альфы Шаро часто носят ремни.

- П...Папа...

Голос как-будто чужой. Слишком высокий. И срывается, словно порванная струна арфы.

- Папочка...

Один из альф тянет его за волосы. Когда-то белёсые. Светлые. Не осквернённые ещё чёрной магией.

- Какой хорошенький.

Тэхёну двенадцать и сегодня он закончил делать тысячу звёзд.

Так, чтобы вся пещера сияла.

Он знает, что его брат пахнет заграничным гранатом, потому что так сказал его папа, но своего аромата пока что не чувствует. Ведь Тэхен ещё не расцвёл.

Но альфа, схвативший его, говорит:

- Такой сладкий.

Он говорит:

- Будешь кричать и я добью его. Слышишь?

Тэхен никогда больше не расцветёт.

И запаха своего не узнает.

Он не издаёт ни звука.

******

🎧 NF - Can you hold me

Месяц над темным лесом светит ярко и ночь убаюкивает омег племени прохладой, оберегая их сон. Но не паучьего принца.

Сидя на своём троне, в тишине пещеры, он залпом пьёт северное пойло, вытирая рот рукавом.

Он знает. Князь уже у дверей. Чувствует кожей. Слышит его шаги.

- Не спится, Княже?
- Так же, как и тебе.

Отвечает альфа, толкая массивные двери тронного зала.

- Злишься?
- Злюсь.
- Мы с твоим драгоценным лишь чуть-чуть поиграли.
- Такие теперь у тебя игры?
- Согласен. Слегка скучновато. Нужно было натравить на него барсов. Они посмелее будут.
- Прекрати это, Тэхен. Хватит.
- Прекратить? Ты просишь меня прекратить? Я тоже просил. Звал тебя. Ждал, пока придёшь. Ждал, даже тогда, когда наш папа делал последний свой вздох, смотря на то, как меня раскладывают на полу его спальни. И где же ты был, братец? Где?!

Прикрыв глаза, делая глубокий вдох, стараясь успокоиться и не доводить омегу до истерики, Намджун подошёл ближе, смотря брату в лицо.

- Я знаю о том, что косатки предали союз племён. И о том, что они, вороны, моржы и олени приходили к тебе, чтобы предложить восстать против меня.
- Ааа...

Тянет паук, закидывая ногу на ногу, сверкая драгоценными камнями на своих тонких пальцах и кистях рук.

- Ты пришёл, потому что волнуешься за свою шкуру?
- Я Князь Севера. И отвечаю за жизнь каждого из союза племён.
- Не волнуйся. Конечно же, я им отказал.
- Почему? Ты ведь мог мне отомстить.
- Это было бы слишком просто. Восстание ты подавишь, а племена, после падения главных альф - подчинишь. Тебе это было бы на руку.
- Так ты им и сказал?
- Нет. Я отрубил гонцам головы. За нарушение мирного соглашения... Мне принести тебе их остатки?
- Не чтоит. Я тебе верю. Завтра мы отбудем в Шаро, если буря наконец-то отступит. Позаботься о Чимине и пленнике. Я вернусь за ним весной.
- Не указывай мне, что делать. Ты находишься в моем лесу и стоишь перед моим троном. О пленнике, так и быть, не беспокойся. Но Чимин теперь не твоя забота.
- Чего ты хочешь? Зачем он нужен тебе?
- Мне? Лиса сам согласился остаться со мной. Так что это я ему нужен.

Поднявшись с трона, омега поправил свой плащ.

- Мой муж не заслуживает твоего гнева. Он не в чем не виноват. Больше к нему не подходи.
- Разве я подходил? Твой глупый омега сам меня послушал. Сам пошёл туда, куда я указал...

Подойдя ближе, принц поместил лицо брата в свои ладони, не отрывая взгляда. Глаза у омеги уставшие, тёмные, красные от недавних слез.

- Он так мил... Но уже не невинен. Ведь так?
- Когда ты спал последний раз?

Не отвечая на очевидный вопрос, беспокоится альфа. Лицо брата бледное, исхудавшее, без чёрного угля, которым он подводит глаза, оно кажется совсем истощенным.

- Ты любишь его? Любишь. Я вижу. Но ещё недостаточно сильно.
- Недостаточно для чего, Тэ?

От детского прозвища паука бросает в дрожь, он поджимает губы, крепче сжимая руки на щеках и скулах сводного брата, впиваясь ногтями в грубую, смуглую кожу.

- Для того, чтобы тебя сломать... Но ничего. Я подожду. Я умею ждать.
- Ты ведь не такой, Тэхен-и. Прекрати все это. Давай... Начнём все сначала?
- Верно. Я не такой. Я ещё хуже...

Шепчет паук ему на ухо. Зло, словно ядом плюясь и ногтями выпивается в кожу все больней.

- Ты полюбишь его так сильно... Что дышать без него не сможешь. Так сильно, как никогда и никого не любил. Он, наверное, будет такой счастливый... Станет любимцем Шаро. Папой твоих щенков... И тогда я приду. Когда ты будешь ждать этого меньше всего. Он будет молить меня о пощаде. Слышишь? На коленях стоять... И я заставлю тебя на это смотреть.
- Ты зол на меня! Не на него!
- Зол? По-твоему... Я зол?

Голос омеги срывается, дрожит, а волосы становятся насыщено-синие, источая угрозу. Пауки на стенах в предвкушении сбиваются в кучи, ожидая сигнала, чтобы напасть. Тэхен смеётся сквозь слёзы, руки вниз опуская.

- Я драл дверь ногтями. Потому что закрыл ее на засов, спасаясь от набега. Не зная, что они в доме. А потом просто не смог открыть... Кричал и звал на помощь, пока они... Ты знаешь, что они делали со мной? Что они делали с нашим папой? Он видел все это. Умирая, он видел, как они брали меня. Слышал, как я звал тебя.

Зажмурив глаза, сжимая руки в кулак, альфа стиснул зубы, слушая брата.

- Я не мог стоять сам, когда мы жгли его тело. Асами держал меня на руках до тех пор, пока огонь не угас... А я все равно тебя ждал. Верил, что ты... Вот-вот придёшь. Будешь рядом... Заберёшь меня. Но ты не пришёл. Ты бросил меня в темном лесу! Одного. А потом явился ко мне, как Князь... Как правитель. Весь в мехах и с титулом главного альфы. Так что же это, Намджун? Злость?
- Тэхен...
- Какого тебе? Пить на собраниях племён с ними из одной чаши? Я часто думаю об этом...
- Тэхен.
- Они ведь точно в Шаро. Если ещё не передохли. Те, кто брал твоего брата. Они пьют с тобой на праздниках и склоняют перед тобой головы. Кто-то из них... Из тех, кого ты видишь каждый день. С кем вместе охотишься... Кто-то из них слизывал с щёк мои слёзы и кровь.
- И что я должен?! Что мне сделать?! Убить всех альф в Шаро? Тебе от этого станет легче? Твоя боль пройдёт?!
- Да. Убей их всех. И мне станет легче. Но ты ведь не можешь. Ты никогда не сделаешь этого ради меня...

Оседая на пол, омега дрожит всем телом, обнимая руками свои хрупкие плечи.

- Тэ-Тэ...

Он хочет коснуться его дрожащих плечей. Хочет сесть рядом и крепко обнять, но омега поднимает вверх руку, ударной волной отбрасывая брата к дверям.

- Вон! Уходи! Иди к своему мужу, пока он ещё жив! Пока я не изуродовал его милое личико! Слышишь?! Прочь! Прочь... Пошёл прочь...

Сквозь всхлипы, задушенные, рванные, шепчет он из последних сил, наблюдая за тем, как альфа поднимается на ноги, покидая тронный зал.

Оставляя его. Снова.

Но уже не по своей воле.

Сгибаясь по полам, уткнувшись лбом в холодный, каменный пол, он кричит.

Так громко и сильно, что звук отражается от стен эхом. И ударная волна его магии, что наружу рвётся, рушит все на своём пути, заставляя дрожать потолок, осыпаясь вниз камнями и пылью.

- Прочь...

Намджун закрывает лицо руками и опускается на колени, подперев дверь спиной с другой стороны.

—ПАМЯТКА—

ПЕРСОНАЖИ