Смерть героя
После описанных нами событий царь Абас занялся внутренними делами своей страны,стараясь укрепить союз с князьями и привлечь на свою сторону недовольных. Для этогопредставился удобный случай — торжественное освящение нового кафедрального собора,которое состоялось осенью 943 года.На нем по приглашению царя присутствовали: католикос Ананий, который только чтовступил на ахтамарский престол, старейшие епископы Армении, царь Васпуракана АшотДереник, владетели агдзинцев, могцев и Туруберана, князья Сюника, Гугарка, Тайка и другие,сын Саака Севада — Давид, много именитых людей и несметное количество народа.После освящения собора и празднеств, которые продолжались несколько дней, попредложению князя Геворга Марзпетуни был заключен всеобщий союз армянского государства.В силу этого союза, все армянские князья, нахарары и царские дома объединялись и клятвеннообещали, в случае нападения врага на одну из областей Армении, вооружиться и действовать поприказу араратского царя. Этот договор огласил в только что освященном соборе сам католикосАнаний. Под ним подписались араратский и васпураканский цари и все армянские князья,поклявшись при этом свято и нерушимо хранить союз, который должен был служить усилениюмощи родины и благоденствию армянского народа.Царь Абас одарил ценными подарками своих высоких гостей и дружески с ними расстался.Кроме того, некоторых князей царь удостоил особых милостей. Так, например, владетелямагдзинцев и могцев, которые всегда помогали своими войсками царской армии, даровал новыеземли и титул великих князей. Сюнийским родственникам, доказавшим свою верность престолу,царь передал несколько граничащих с их областью провинций. Сепух Ваграм, самоотверженноучаствовавший во всех боях, был назначен полномочным наместником над землями Утика иАгвана, и ему были предоставлены все права и доходы, которыми пользовался Цлик-Амрам приАшоте Железном.Князя Давида, сына Саака Севада, царь утвердил в правах владетеля Гардмана, вручив емукняжескую власть над этой страной, чтобы тем самым положить конец раздорам, которыеначались там со времени царствования Ашота Железного. Царица Саакануйш из Еразгаворсапереехала на свою родину в Гардман, чтобы провести остаток своих дней с братом. Из уваженияк ней царь Абас подарил князю Давиду еще несколько провинций страны Агван.Что касается Геворга Марзпетуни, то царь не знал, как отблагодарить своего достойногосоратника, патриотизму которого был обязан упрочением своего престола, а родина —благоденствием.— Во всем моем царстве нет такого сокровища, которым я мог бы вознаградить тебя, —сказал он Марзпетуни в присутствии всех князей. — Единственной и достойной наградой тебебудет титул «Благодетеля Родины», который я отныне и присваиваю тебе.Сказав это, царь взял руку Марзпетуни и горячо ее поцеловал.Старый князь был глубоко тронут. Обняв царя, он поцеловал его в голову.— Бог уже вознаградил меня, — сказал он. — Я вижу свою родину мирной и счастливой,царский престол в безопасности, армянских князей в единении, врагов изгнанными. Сейчас ямогу со спокойным сердцем сказать: «Ныне отпущаеши раба твоего, владыко, яко видесте очимои спасение Израиля».Что делал после того Благодетель Родины? Убеленный сединами, он, как и прежде,оставался жить при дворе, не считая возможным для себя вернуться в Гарни.Он продолжал носить звание спарапета царских войск, хотя его обязанности выполнял Гор.При дворе, начиная с царя и кончая последним придворным, все его любили и оберегали.Народ обожал его. Имя Геворга Марзпетуни стало для армян священным. Когда он выезжал напрогулку или представал перед войсками, всюду встречали его криками радости. Каждый хотелего видеть, беседовать с ним. Старый спарапет, потрудившийся много на своем веку, неустаннопризывал к деятельности молодых. Он будил в них дух любви к родине, дух единения, разжигалпатриотические чувства.— Каждый из вас может превзойти меня, — часто говорил он собиравшейся вокруг негомолодежи. — Надо только искренне любить родину, действовать самоотверженно, невзирая наопасность. Когда в дни бедствий я вышел на поле брани, со мной было всего двадцать человек.Иные меня считали безумцем, другие смеялись надо мной. В их числе были и те князья, которыесо своими войсками заперлись в замках... Но я положился на бога и на свою волю и, как вамизвестно, преодолел все трудности. Я доказал миру, что может сделать только один человек,когда его вдохновляет благороднейшее из чувств — любовь к родине.Пусть каждый из вас вооружится той же верой в родину, которая жила во мне, той любовью,которую я питал к своим братьям, той надеждой, с которой я положился на бога, и он увидит, чтоневозможное станет возможным, препятствия исчезнут сами собой и опасности перестанутугрожать. Больше всего любите единство, потому что это сила, рассекающая горы, сметающаявсе преграды, останавливающая течение рек. Научитесь жертвовать во имя единения самымдорогим для вас в мире, и оно принесет вам и вашим детям то счастье, которого ищут многие, нонаходят далеко не все.* * *Прошло еще несколько мирных лет, жизнь Благодетеля Родины клонилась к закату. Когда онпочувствовал близкую кончину, он позвал своего сына Гора и невестку Шаандухт, имевших ужедетей, и дал им свое последнее наставление.— Могущество народа — в семье, — сказал он. — Силен тот народ, который имеет крепкиесемьи, живущие согласно, мирно и добродетельно. Крестьянские хижины, неприметные домики,в которых живут одетые в лохмотья бедняки, презираемые богачами, — в них-то и заключенаподлинная сила отечества.Тот, кто хочет видеть свой народ сильным и родину победительницей, должен прежде всегооберегать семью. Так заботливый садовник, чтобы укрепить дерево и получить плоды, печется окорнях, скрытых в земле, которые не видимы людям. Эти корни дают жизнь дереву. И какрастение не может жить с высохшими или подточенными червем корнями, так не можетсуществовать народ, в семьях которого царит порок.Если для народа и родины такую опасность представляют развратники из простонародья, тотем более опасной и губительной может стать развращенность тех, кто правит народом. Вот вампример: семья Ашота Железного. Сколько страданий и горя доставила этой семье его слабость исколько бедствий принесла она родине!..Ведая обо всем этом, мои любимые дети, выслушайте мой последний завет и святовыполняйте его. Он заключается в нескольких словах: любите друг друга! Любовь осчастливитвас и ваших детей. Она будет источником радости под вашим семейным кровом, и божьеблагословение снизойдет на дом Марзпетуни, наследниками которого вы являетесь.Старый князь умолк. Гор и Шаандухт опустились перед ним на колени и горячо поцеловалиему руку, обещая свято выполнить заветы любимого отца.Царь Абас, услышав, что князь день ото дня слабеет, навестил его, желая узнать, где бы онхотел быть похороненным.— Моя клятва запрещает мне быть погребенным в Гарни, — сказал князь Марзпетуни. —Похороните меня в любом уголке моей родины.— Я хотел бы, чтобы твой прах покоился в Багаране, в родовой усыпальнице Багратуни, —сказал царь.— В Багаране? Да, возьми меня туда, но не хорони в склепе твоих предков. Правда, тамлежит твой отец, царь-мученик, и герой брат, но там погребен и Ашот Деспот. Жизнь разлучиламеня с этим изменником, пусть же и смерть нас не соединит.— Каково же твое желание? — спросил царь.— Похорони меня перед цитаделью, на скалистых высотах, откуда я мог бы следить замогилой Ашота Деспота... чтобы он не изменил святым, погребенным рядом с ним... —ответил князь слабеющим голосом.Через несколько дней Благодетель Родины отдал богу свою праведную душу.Весь двор, престольный Карс и араратские страны оплакивали его смерть, а Абас устроилему царские похороны.Тело князя Марзпетуни похоронили перед цитаделью Багарана, на грозном утесе, уподножья которого бились волны Ахуряна, вечным гимном славя подвиги несравненного героя.Затем царь передал должность спарапета Гору как достойному наследнику великогопатриота, а на могиле Марзпетуни велел заложить церковь св. Геворга, которая и поныне стоиттам невредимая среди развалин исчезнувшего Багарана.Конец