Сахарное естество | 18+

Самовнушение позволяет переносить практически любую болезнь.
Из фильма «Лекарство от здоровья».

Карповы и Степан приехали в места, где вечная мерзлота. Где в году одиннадцать месяцев — это зима и морозы, достигающие невозможных низких градусов. Дома на сваях стали былью. Всё, о чём они только могли подумать, сбылось. Они снимали двухкомнатную квартиру в одном из таких ярко разукрашенных домов на Крайнем Севере. Полярные ночи и дни, чёрные метели, непонятные актировки — с этим всем им предстояло столкнуться и тщательно прочувствовать жизнь северян.
Олеся прекрасно прижилась на новом месте, как дерево магнолии в субтропиках. Ей быстро удалось найти высокооплачиваемую работу в промышленном районе города, так же как и найти приятных коллег по работе. Женя устроился туда, куда и планировалось. А Степан находился в квартире, готовил еду для честных тружеников, прибирался и ждал. С Милей ведь кто-то должен был сидеть...

Степа редко выходил. Гаврилов любил тепло и терпеть не мог морозы. Парень ненавидел холод. Он не выносил даже минимального холода, а на улице сегодня было минус пятьдесят. И пока Степа поглаживал кису, мечтая поскорее оказаться в весеннем Ленинском районе своего родного города, девушка-весна и её подруга сидели на кухне и задушевно общались, раз за разом подливая друг другу вино. Кристалический вкус совиньон блан ещё теплился на устах, оставляя после себя лимонную кислинку и фруктовые, травяные нотки. Сухое вино делало свое дело — оно пьянило.

— Это не вино, которое пьянеет, а мы, которые пьянимся... Или как там было? - Расхохоталась Ваня, чуть ли не хрюкая. В желтоватом свете люстры влажные глаза девушки искрились.

— Ты про что?

— Это вроде бы что-то из латыни... О! - воскликнула она так, будто вспомнила что-то очень важное. — «Это не вино, которое опьеняет. Это пьющий, который пьянеет». О, как!

— Из латыни? Не уверена. Из латыни я знаю только: In vino veritas, in aqua sanitas /Истина в вине, в воде здоровье/.

— М-да, ищите женщину, - невпопад ляпнула Ваня, закусывая сыром. Продукт таял во рту и дарил блаженство. Здесь и сейчас происходил грех — чревоугодие. Они проводили время вдвоём до неприличия прекрасно. — Ищите мужчину... Степу!

— Ищите вино. Виновато вино, - заметно тускнея, сказала Агния. Она держала бокал и витиевато крутила в ней жидкость. Когда-то греки, занимаясь тем же самым, что и девушки сейчас, придумали почти что всё. Может и Агния придумает как поступить со своими чувствами и какие действия предпринять? Верилось с трудом, что алкоголь способен помочь. Во всем виною вино.

— Вина вины... Или как?

— Вина вина.

— Виною вино? - продолжала задалбливать Иванна, заметно опьянев.

— Вина вина... - смакуя сыр, сказала она. — Так, я сломалась уже.

— Прекращаем. Это слишком интеллектуальная игра для нас с тобой.

— Очень! - наморщилассь Агния, а затем они дружно рассмеялись над своей же глупостью. Так смеялись, что тушь стекала по щекам. Светлые волосы Агнии, хоть и были убраны в пучок, уже успели растрепаться. За этот временной промежуток волосы заметно отросли до самого копчика. От градуса девушки потели.

— Вот что случается, когда собираются двое трезвенников и ужирают целую бутылку, - облокотившись спиной об холодильник, она остывала. От резкого холода по телу дали марафон мурашки.

— Как давно ты пьёшь? Ты же была великим трезвенником, - заметно подрасслабившись, гостья решила закончить тишину.

— Впервые с восемнадцати лет. Думаю, приезд подруги, с которой я не виделась шесть лет — хороший повод.

— Не жалеешь? Ты не пила лет восемь.

— Я себя контролирую, я не моя мама, - прозвучал обиженный голос.

— Хорошо, Вань, дело твоё.
На небе за окном была глубокая мгла. И там, где-то наверху, за миллиарды километров от Земли, им подмигивали звезды. Ваня была в супермаркете, когда позвонила Агния и попросила встретить себя на вокзале. Всего пару часов назад их разгоряченные от долгожданной встречи тела остывали из-за январской вьюги. Перекрикивая метель, они добрались до дома Вани. Чемодан остался ждать хозяйку на низком старте в прихожей у двери, пока подруги наслаждались обществом друг друга. Они не виделись несколько лет. Сколько утекло воды с тех пор — сказать было сложно, но обеим казалось, что прошла уже целая вечность.

— Расскажи же мне всё, Ваня!

— Ну что же я расскажу, Агния! - передразнила манеру подруги Ваня. — Я, конечно, сама тут появляюсь лишь переодично, но рассказать есть что.

— Начинай.

— Итак, ты уехала... С твоего исчезновения прошло шесть лет...

— Почему сразу исчезновения?

— Единственное, что ты сделала перед отъездом, написала короткое сообщение, поэтому я имею права утверждать, что ты тупо исчезла. Ты вообще сказала, что уезжаешь лишь на лето, а сама оказывается уехала навсегда.

— Но сейчас-то я тут, - Улыбалась Агния, опирая подбородком об руку.

— Да! И потом ты приехала так же неожиданно, как уехала! Ты удивительная личность! - недовольно верещала Иванна, из-за чего Агния начала громко смеяться. Услышав смех подруги, Иванна улыбнулась.

Боже, её глаза и губы... Агния изменилась до неузнаваемости. Несмотря на то, что какие-то еле уловимые схожие черты с ней прошлой ещё оставались, никто бы из старых знакомых не узнал бы сейчас девушки. Длинные её волосы были ухожены, чёлка-шторка придавала её облику определённого шарма, уникальности, пышущее здоровьем розоватое лицо заметно посвежело. Черты лица стали более острыми, а взгляд стал яснее. Она следила за собой и выглядела здоровой и без использования макияжа. Её манера одеваться не сильно изменилась с тех пор, разве что одежда её стала куда дороже и качественнее.

Ваня не замечала, но и она сильно изменилась за эти годы разлуки. Острые углы лица сточились, а скулы наоборот обрели объём, кроваво-алые губы её перестали быть вечно обкусанными, а зелёные глаза, смотрящие вглубь твоих, стали ярче. Её глаза перестали видеть бесконечно плохое и теперь они смело распахивались навстречу к хорошему. Ваня стала увереннее и женственнее.

— Что произошло за эти шесть лет?

— Наша классная руководительница умерла, например.

— Которая ваша? Олеговна?

— Да, бедная Светлана Олеговна, святая женщина была, земля ей пухом. Единственный адекватный человек в преподавательском составе был. Теперь школа совсем одичает, - Возможно ни сколько учителя, сколько вся система образования в целом гнила изнутри, как гнили изнутри наркоманы, уже и вовсе не имея понятия как и чему учить новое прогрессивное поколение.

— Её действительно жалко... Так говорить нельзя, но лучше бы трудовик, который домогался до старшеклассниц, сдох за место неё, - зло хмуря брови, прогремела девушка.

— Он — это отдельная психическая травма в истории болезни всех старшеклассниц нашей школы.

— Это какой-то ужас был просто! Жальче было больше всех отличниц.

— Да, ботанки прогуливать не могли, как мы.

— Боязнь получить плохую оценку за прогул была выше страха быть облапанной учителем.

— Ну раз мы так сразу разогнались на тему школы, то... Слышала о Есении? Ты уехала и мы с ней немного сблизились, узнали друг друга лучше, подружились.

— Что удивительно, - подметила Агния, делая пораженный вид лица.

— Да... Сейчас она доучивается в Москве. Насколько мне известно, она согласилась на предложение родителей пожить в столице. Ну... Это произошло уже после смерти Арса.

— Арсений... Мне так жаль, - практически сразу её глаза наполнились пеленой слёз. Ей было грустно вспоминать человека, его улыбку, манеру поведения и воспоминания, связанные с ним, осозновая, что человек уже мёртв. — И его отца мне тоже жаль.

— Они захоронены все в одном месте. Там, где могила его матери, рядышком могила отца, а теперь и он сам.

— Так жалко... До ужаса жалко.

— Ты знала, что его родная мама, не Таисия Львовна, а которая Ульяна Владимировна, жила и училась тут, в нашем городе?

— Да ладно!? Правда что-ли?

— Играла на сцене.

— Это такая печальная история, на самом-то деле. Меня уже бьёт дрожь. Не представляю каково было Есении...

— Она не сильно скорбела... - сомнительно произнесла Ваня. — Так вот, Есения теперь в Москве. У неё скоро свадьба должна была быть. Звала, но я была заграницей и не знала, смогу я приехать или нет.

— С кем это?

— С каким-то мутным типом. Фамилия у него Смирнягин. Таких я не знаю.

— Я как будто слышала...

— Ну, так и живём, - хлопнула себя по бёдрам Иванна.

— А как ребята пережили смерти Арсения и Матвея?

— С привеликим трудом. Думаю, они так и не вышли ещё с их похорон. Слишком живая рана. Не думаю, что она когда-то заживёт. Это невозможно.

— Больно терять друзей так рано. Да просто терять, - она уронила слезу на стол. — Но особенно сложнее родным. Нестерпимо, когда родители хоронят детей... Ой! У Матвея ведь сестрёнка была!

— Поля, да. Бедняга, она так изменилась. Человек выглядит так, будто не живёт, а существует. Даже Матвей, когда кололся, так плохо не выглядел, как Полина сейчас. Считай, потеряла сразу двух родных. Остался только папа.

— Матвей прям кололся!?

— Ну ты, Агния, святая святых, конечно! Наивная простота, - удивляясь, усмехалась Иванна. — Да он перепробовал практически всё!

— Зря мы начали эту тему, - шмыгая носом, сказала Агния. — Почему всё так жестоко? - плакала она.

— Может тогда остановимся?

— Нет, раз уж начали, договори: как Женя, как у вас с ним отношения обстоят? Все ещё вместе?

— Я же знаю, что ты хочешь узнать о Стёпе. Давай я сразу расскажу о нем.

— Вань, это правда, но меня так же интересует жизнь моей подруги и её отношения. Рассказывай.

— Женя. Ну... Он немного улучшился. За последний год много работал, практически до изнеможения. Старался помогать мне, но получалось чаще плохо, чем хорошо, - уклоняясь от прямого взора серых глаз, монотонно говорила она. — В доме родителей сделал ремонт, завёл кошку себе.

— Это прекрасно.

— Тем не менее мы расстались, - отрезала она.

— Чего? Что-о? Как? Зачем, то есть, почему?! - буря эмоций охватила столь неожиданно девушку.

— По-моему, наши отношения изжили свое. Либо я дура и мне так просто кажется, - сделала поправку Иванна. — В любом случае, мне всё равно нужна передышка.

— От него?

— Верно.

— И как он отреагировал? - с сожалеющим видом спросила Агния.

— Сказал, что всё равно любит меня и разговор наш не закончен. Можешь раскритиковать моё решение, но я так чувствую сейчас.

— Я не имею права тебя критиковать. Меня не было очень долгое время, за это время многое могло поменяться, в том числе и люди, хотя не скрою, помню я вашу пару только с наилучшей стороны и мне искренне жаль, что так получилось.

— Степа примерно столько же, сколько тебя не было, живёт в съёмной хате у своего знакомого торчка, - поторопилась сменить тему она.

— Дашь адрес?

— Он уехал пару дней назад с Женей и его мамой.

— Что? Куда? - У Агнии сегодня был День Открытых Вопросов.

— Ты приезжала ради него?

— В частности, ради него тоже.

— Ну, похоже не твой день сегодня. Жаль. Но может это судьба? - Иванна не разделяла чувств подруги к Степану, особенно после их последнего разговора. Даже наоборот, Ваня начала испытывать к бывшему другу искреннюю неприязнь.

Гаврилов сильно изменился, Ване это не нравилось, потому что от этого страдали другие люди. Девушка сама терпела душевные раны. Представить, каково его семье — маме и папе было ещё тяжелее. Ваня всё ещё помнила слезы Елены Викторовны, когда она пришла за Степой, а потускневшая от горя женщина рассказала, что стало с её сыном и где он сейчас. Было убийственно больно смотреть на то, как родной человек разлагает сам себя изнутри. И как выбраться человеку самостоятельно из порочного круга — она не знала, а всякая помощь с её стороны, естественно, резко негативно отвергалась.

— А надолго? - не слушала она подругу. — На весь сезон. К весне где-то, думаю, приедут все вместе.

— Что они там забыли?!

— Вахта. Женя-то ясно, ну... Елена Ивановна — окей, тоже пойму, но Степа? - была шокирована она. — Ни на что не намекаю, но зачем, что он там в холодину сможет заработать, чем?

Как же всё так случайно получилось: она уехала, когда он решил с ней поговорить; а он исчез, как только она вернулась. Они разминулись снова, как и долгих шесть лет назад. Агния приехала, преодолев полторы тысячи километров ради него. Она ехала сутки в плацкарте для того, чтобы упустить его вновь. Судьба игралась с ней жестоко, так жестоко, что хотелось расплакаться.

— Имеешь ввиду, что он дрыщ?

— Ну... Я бы сказала иначе: хрупкая конституция тела.

— Да-да-да, дрыщ! Он уехал за компанию. Женя и Степа, как я чувствую, после всего произошедшего, боятся друг друга надолго оставлять в одиночестве, вот и ведут себя, как слипшиеся близнецы. Где Женя, там и Степа.

— Их понять можно... Берегут друг друга, - Агния уже вовсю была занята своим гаджетом.

— Только не говори мне, что ты сейчас ищешь дешёвые билеты на север к своему ненаглядному! - злилась подруга.

— Нет, конечно! - в ответ воскликнула Агния, убирая вкладку со страницей поиска авиабилетов. Она заметно переигрывала. — Это было бы опрометчиво с моей стороны.

— Мне кажется, тебе не стоило возвращаться сюда... - с горячка ляпнула она то, о чем думала. — Здесь же тебя никто не держит!

— Давай об этом попозже поговорим, ладно? - погрустнела девушка.

— Давай сейчас уже ты расскажешь, что с тобой стряслось, куда ты тогда уехала, как жила все эти годы и каково хуя ты решила вернуться, тем более к этому торчку. Всё по порядку.

— Вань, не называй его так, - еле слышно сказала она.

— Рассказывай, - настойчиво потребовала Ваня.

— Ну ладно... Ладно. Хорошо.

— Я жду.

— Я жила в Петербурге. Там работала сначала на ресепшене в хостеле, где сама же и жила, затем перебрались работать в парк развлечений на должность администратора, где и познакомилась с Маратом.

— А вот тут вот поподробнее уже, пожалуйста, - заёрзала на стуле Ваня, предвкушая интересную историю.

— Я не пропадала для Степы никогда. Сначала мои чувства начали остывать к нему, а потом я и вовсе нашла ему замену. Прекрасный мужчина — Марат. Он помогал мне первое время с жильём, впустил к себе, только тогда смогла перестать жить в хостеле.

— Влюбилась?

— Да. Он задаривал меня подарками и уделял мне много внимания. Единственное, что мне не нравилось в нем — он чересчур сильно меня любил, не давал от себя отдохнуть, если уезжала куда-то далеко, задалбливал сообщениями, но самое ужасное — ревновал.

— К сожалению, я тебя понимаю.

— Так мы с ним повстречались чуть больше двух лет. К этому времени я накопила какую-то сумму и смогла начать снимать квартиру. Свою собственную. Боже, Ванюш, ты не представляешь, как это круто, когда есть собственная жил.площадь! Но... Когда я начала жить одна, у меня появилось много свободного времени на то, чтобы поразмышлять в тишине. Так я вновь вспомнила истоки, наш малый городок, всю нашу компанию и его. Тогда, тоскуя по хоть какой-то стабильности, я начала ему писать, около года назад это было. Я написала ему, не представившись. Удивительно, но с незнакомым человеком из интернета он оказался куда более любезным и открытым, нежели со мной. Так я узнала его ближе и заново влюбилась. До этого в юношеские годы это всё была лишь поверхносная влюбленность, а вот то, что произошло за время нашего общения, я действительно могу слащаво назвать любовью. Понимаешь, я узнала его поближе и он меня. Я ему даже понравилась, кажется...

— Поэтому ты приехала, бросив там всё?

— Да.

— В прямом смысле всё? Ты жила в Питере, у тебя была своя съёмная хата, работа, но ты вернулась с того, с чего начинала!?

— Ты так говоришь, будто я что-то плохое сделала.

— Именно! Блять, Агния! У тебя было всё, но ты всё проебала. Боже ж ты мо-о-ой, - застонала от раздражения Иванна.

— Ну Вань...

— Вы с ним каждый день общались, но он не говорил, что собирается уехать на север?

— Он никогда не разглашал о том, что делал. Степа будто бы нарочито умалчивал про это.

— А что бы он сказал, с другой стороны? Единственное движение, которое он каждый день делал — выходил на улицу за кладом.

— Не выдумывай. Ты специально наговариваешь на него, чтобы я отстала от Степы! - обиженно надула губы она.

— Не веришь мне, окей, спроси у его самого близкого друга, у Жени!

— Он бы рассказал мне.

— Что бы он тебе написал? Ой, а кстати я наркоман.

— Вань...

— Что будет, когда он узнает о той лжи, что ты развела? Ты парня целый год водишь за нос и думаешь, что он, когда узнает, обрадуется этому и скажет «спасибо»!? Почему ты просто не можешь принять факт того, что Степа не только изменился в худшую сторону и не достоин тебя, но и то, что он никогда тебя не полюбит. Ну вот такой вот он человек-говнарь! Ну не получится у тебя с ним! Почему ты до сих пор его любишь?

— История об этом умалчивает, - нервно улыбнулась она, но ей хотелось плакать. Постепенно выпитое начало приближаться к горлу.

— Агния, вот, классная ты девушка. Правда, окситоцин тебя погубит.

От этого разговора Агнию начало подташнивать. И душевно и физически. Она еле добежала до санузла, а далее провела там весь остаток ночи...