LXXI: Шарлотт
Шарлотт замялась, словно её попросили луну с неба достать. Девочка опустила взгляд и неуверенно вытянула руку вперёд. Из кончиков её пальцев медленно потянулась тонкая нить маны, сияя голубоватым, чистым светом, которая тут же начала дрожать и рассыпаться, не успев даже оформиться во что-то внятное. Лунетта вздохнула. Контроль хуже, чем она предполагала.
— Попробуй представить что-то простое. Шарик, например. Мана должна собираться в центре ладони и постепенно увеличиваться в размере. Не спеши, главное — не расплескать её.
Лунетта наблюдала за Шарлотт, подмечая каждую мелочь. Девочка старалась, но мана всё равно утекала сквозь пальцы, словно вода. Фактически, именно её она и силилась создать. Было очевидно, что она совсем не чувствует свою силу, не может удержать её в нужном русле. Возможно, в башне её учили слишком сложным вещам, не объяснив основ. Или же просто махнули рукой, решив, что толку от неё всё равно не будет. А может, она просто не смогла раскрыться так же быстро, как и остальные, и дальше, пока все ушли вперёд, она оставалась на уровне новичка.
— Меньше волнения, больше дела. У всех получается по-разному. Главное — практика и терпение. Представь себе маленький шарик, легкий, как перо. Ощути его в своей ладони, его тепло, его форму. Пусть мана обволакивает его, питает, делает сильнее. Не гонись за результатом, просто наслаждайся процессом.
Лунетте от природы дан огромный запас сил, но никто не говорил, что управлять им просто. Сперва она обучалась контролю, подавив и ограничив свои силы. Пока другие видели в ней хрупкую девочку и бестолкового мага, она являлась одной из сильнейших, если не сильнейшей на островах. Впрочем, причина её таланта заключалась в одарённости, а не приложенных усилиях. С этим фактом она не могла поспорить. Казалось, многое со временем стало даваться ей слишком просто, стоило лишь немного постараться при изучении основ.
Контроль стал фундаментом. Шарлотт оставалось только обучиться ему. Но вряд ли поможет изучение книг — в Башне её ничему так и не научили. Там полагаются на теорию в первую очередь, и уже потом закрепляют практикой. Кому-то же, напротив, нужно больше практики. Или, наоборот, теории. Впрочем, теория бесполезна, если нет задатков.
Пытаясь их выявить, Лунетта готова целое представление устроить. Но она опасается, что после такого Шарлотт вовсе откажется заниматься.
В итоге у неё так ничего и не вышло. Прошёл час, два, а Шарлотт продолжала свои попытки создать шар воды. Мана не собиралась в единое целое. Впечатление, словно Шарлотт просто не может представить чары.
Тогда есть способ проще. Если не можешь использовать словесные чары, используй круг маны — это самый надёжный метод.
Когда Шарлотт поймёт, как чувствуются чары из кругов, у неё получится воссоздавать их просто по зову.
С другой стороны, Лунетта терпеть не может писать магические круги. Они интересные, у них невероятное множество смыслов, но в том и минус — ошибись на символ, и вместо призыва молнии ты получишь цветы или пламя, а то и вовсе круг для преобразования.
Лунетта задумалась. Круг маны — это, конечно, выход, но довольно костыльный. Ей хотелось, чтобы Шарлотт научилась чувствовать магию, управлять ею интуитивно, а не слепо полагаться на символы. Но, похоже, другого выбора нет. Первое время придётся обойтись кругами, а дальше уже стоит посмотреть, получится ли добиться улучшений.
Девушка рисует круг маны в воздухе. Символ за символом. Энергия лишь немного дрожит, словно живая, прежде чем по мановению руки переместиться ближе к Шарлотт. Застыв напротив, он остаётся недействительным. Девочка смотрит на него во все глаза, едва осознавая, что в нём написано.
— Только не говори, что в Башне тебя даже читать не научили? — Лунетта вздыхает. Какими бы сложными ни были круги, этот — самый простой. Призыв шара воды — одно из самых простых призывов. Огонь из-за его непостоянной формы призвать сложнее. Лёд — усовершенствованная формула шара воды. Лунетта буквально предоставила самые простые круги на блюдечке — нужно только активировать.
— Я... У меня не было возможности прочесть гримуары.
Шарлотт колеблется, не зная, как поделиться проблемой. Лунетта ушам не верит. Башня — буквально огромная библиотека, как можно было не найти там книг? Гримуары находятся в общем доступе. Не взять их можно только ни разу не зайдя в библиотеку.
— Чёрт с ним. Забудь о гримуарах. Ты хоть ману в воздухе ощущаешь? Любой маг должен хотя бы немного чувствовать её, даже если она-
— Её будто что-то вытягивает... Она исчезает?..
А, точно.
Практиковаться, пока у тебя на шее лис, поглощающий ману из окружения — гениально. Наверное, Лунетта сильно поспешила с выводами, напрочь забыв о существовании Лунариса, вынужденного пребывать в состоянии циркуляции и качать ману из внешнего мира в ядро. Она, к слову, занималась тем же самым, но осознанно опустошая собственный запас маны.
Пытаться в подобных условиях создать что-то рядом — довольно непросто. Удивительно, что Шарлотт вообще уловила эту особенность. Ну, значит, не всё столь безнадёжно. Однако это не помешало бы девочке пользоваться собственным запасом маны. Лунетта и половины не увидела от того, что есть у новичка. Всё же, ей доводилось иметь дело с детьми, которые позднее выросли в более-менее толковых магов.
Круг для активации, так и висящий в воздухе, рассеивается. Шарлотт им не воспользовалась.
Лунетта трёт переносицу, силясь придумать, как им работать дальше.
Раз девочка ощущает ману — не всё потеряно. Другой вопрос, что она не может разглядеть источник, который её поглощает — тут уже дело плачевное. Но не всё сразу.
— Собственную ману ты чувствуешь? Её пределы, количество в теле?
Шарлотт кивает. Лунетта вскидывает бровь, словно не до конца веря. Она приподнимает край огромной шляпы и, глядя на девочку сверху вниз, уточняет:
— Сколько её?
Шарлотт демонстрирует наглядно — ведёт ладонью от груди в левую сторону, по самые кончики пальцев. Пальцем в воздухе обводит область на уровне живота, да и грудную клетку в целом.
Лунетта прищуривается. Она не видит, но чувствует неровный поток энергии. Он рассеивается от таза и шеи, избегает правой руки, будто она отделена от тела. Паршивое зрение всё-таки позволяет догадаться, что области указаны верно, хотя девушка больше предполагает.
Но на вопрос Шарлотт не ответила. Только указала пределы.
— Количество? — вновь спрашивает Лунетта.
— Это не одно и то же?
— Мана в теле имеет немного другое состояние. Ты не используешь столько же, сколько оказывается выброшено во внешний мир. К примеру, твоё тело вмещает ману с головы до ног, но ты указала область текущего объёма маны — столько, сколько уже заполнено. То, что я хочу узнать — концентрация. От единицы до сотни. Она более густая, чем выбрасывается в мир. Её нельзя отличить от воды в кувшине. Это похоже на...
Наверное, слово «пульверизатор» в этом мире не поймут. Лунетта не может толком объяснить.
— На туман? Когда ты выпускаешь её во внешний мир, она становится туманом, но в другое время дремлет в теле, как вода.
Шарлотт внимательно слушает, стараясь понять, чего от нее хотят. Она представляет туман за окном, густой и влажный, и воду в кувшине. Разница очевидна, но как это соотнести с маной?
— Как вода в стакане... и как туман? — неуверенно повторяет девочка.
Лунетта кивает. Для неё эта разница очевидна как вода и масло, но и такое сравнение девочка не поймёт.
— Тогда иначе. Насколько густой туман в твоём теле? Вода ли это, или же именно туман, рассеянно заполняющий свободное пространство?
Шарлотт запуталась. У неё почти дымится голова, а лицо покраснело от неловкости и постоянных вопросов, на которые она старается отвечать, но ответы почему-то наставницу совсем не устраивают. Лунетта завалила её ими.
— Туман? Густой, но не вода... Сорок?
Шарлотт помнит про цифры.
Лунетта вздыхает. Она получила верный ответ. Выходит, она вполне способна уловить и это.
— Не всё так грустно. Выходит, что-то ты знаешь. Но как можно уйти из Башни, не прочтя ни единого гримуара?
— Меня не допустили к ним. Сказали, изучать теории в общем справочнике.
Лунетта впервые слышит такое. Она выпустилась из башни, пусть и на другом острове, однако сути это не меняет: у неё был полный доступ ко всему. Быть может, потому что уровень её знаний был далёк от новичка, но она не видела ни одного студента без гримуара. В библиотеку ходили даже безнадёжные маги с едва улавливаемой аурой. В случае Шарлотт не всё потеряно, но она говорит, что её не допустили?
— Что значит, не допустили? Это абсурд! Гримуары — основа обучения мага. Без них ты как слепой котенок, пытающийся найти мамину сиську. Кто тебе это сказал? И на каком основании? — Лунетта даже не пыталась выбирать выражения. Это же тупость: любой студент должен иметь доступ к библиотеке с базовыми чарами. Или архипелаг и в этом выделился? Она слышала, что нравы местной башни и её объём книг больше, но не настолько же, чтобы отказать в помощи ребёнку? У неё явно есть задатки для развития, в чём же проблема?
— Профессор по теории контроля маной. Он сказал, что мне нужно сначала освоить базовую теорию. И что гримуары мне пока не нужны, они только запутают. Я должна понять принципы магии, а потом уже переходить к практике.
— И ты думаешь, что можно стать магом без практики? Первое, о чём я попросила тебя — сотворить заклинание. Любой профессор спросил бы теорию и тут же потребовал бы демонстрацию.
— Так и было. Но после демонстрации он заявил, что я не могу быть допущена даже к библиотеке новичков.
С этой Башней что-то не то, Лунетта готова поклясться, что даже её сыну, совершенно бестолковому в боевых чарах, доступ дали мгновенно. Да, ему не позволили изучить более сложные чары, или библиотеку, которая открыта для профессоров, но ему и не запретили явиться туда с Лунеттой.
— Чушь, — не зная, как ещё выразить своё несогласие, Лунетта скрестила на груди руки. Это делу не поможет. — Я могу перенестись домой и взять оттуда несколько книг. Но они трудноваты для новичка.
Трудноваты — мягко сказано. Гримуары, на которых училась Лунетта, в текущий момент хранятся в Башне под особым контролем, считаясь почти что достоянием истории. Но оно и немудрено — им уж тысяча лет стукнула. Даже побольше — неизвестно, у кого сколько лет они были до того, как девушка стала их новым владельцем.
Тысячу лет назад стандарты магии отличались. Сейчас эти чары сложны для новичков, но когда-то их использовал любой идиот, хоть сколько-нибудь обладающий маной.
Шарлотт вдруг остановила Лунетту.
— Не стоит так спешить. Я не хочу, чтобы из-за меня у вас были проблемы. Может, профессор прав? Вдруг я действительно ещё не готова к гримуарам?
Лунетта нахмурилась. Она не понимала этого смирения. Где юношеский максимализм, жажда знаний, стремление к большему? Неужели в этой башне настолько сломили ее дух?
— Шарлотт, не говори глупостей, — Лунетта смягчила тон, понимая, что давить бесполезно. Во всяком случае, её грубость может дать нежелательный побочный эффект, из-за которого девочка замкнётся в себе только сильнее. — Я не собираюсь тащить сюда весь свой архив. Но пару базовых книг вполне могу принести. И никому от этого хуже не станет. В конце концов, они просто бесхозно пылятся на полках. Мои дети уже выросли из них, и пока я не планирую заводить новых.
Лунетта и правда не горела желанием воспитывать ещё кого-то, но прямо сейчас Шарлотт стала потенциальной приёмной дочерью. Если бы не наличие у неё семьи, вероятно, Лунетта бы смогла забрать её и приютить у себя. Возможно, всему виной драконий инстинкт, или напротив, её человеческая сущность. Оба слились настолько, что Лунетта не может определить, из-за чего конкретно её непоколебимость в вопросе принятия учеников дала трещину.
Девочка, казалось, не привыкла к такой заботе, к тому, что кто-то вообще ставит её интересы выше чего-либо. Нет, не так — сам приход этой ведьмы был изначально против её воли — отец в письме упоминал, что необходимо явиться лично, потому что потенциальная наставница наотрез отказывает ему в помощи даже за хорошую плату. Тем не менее, сейчас она готова принести что-то из дома. Слова Лунетты, хоть и были сказаны с легкой иронией, прозвучали как настоящее обещание поддержки.
— Профессор ведь говорил, — словно силясь найти оправдание и предлог ничего не приносить, Шарлотт бормочет это под нос. Лунетта насмешливо фыркает, стоит девочке закончить фразу. — Магия опасна.
— Для кого? Если ты невежда, использующий чары не для своего уровня — возможно. Магия — инструмент. Это не что-то высшее или вроде того. Это как вода. Ты пьёшь её, чтобы жить. Она столь же естественна для магов, как воздух. В ней не столь много удивительного. Другой вопрос, родился ли ты с даром к ней. Мальчишки, когда я их обучала, тоже падали без сил после некоторых гримуаров, но зато теперь я могу сказать точно, чем ты можешь воспользоваться, а чем — нет. Текущее задание для тебя — медитация для концентрации маны. До гримуаров ещё дожить надо. Мне нужно вернуться за ними домой.
Лунетта небрежно машет девочке рукой.
— Это был ознакомительный урок. Можешь возвращаться. Но не смей приходить разодетая, как ранее.
Первый урок с горем пополам окончен. Лунетта шагает к постели, не дожидаясь, пока девочка покинет комнату, и прямо при ней падая на кровать. Она почти утопает в мягких одеялах и подушках, и Шарлотт, глядя на неё, не может понять, мошенница ли она, или в самом деле какой-то особенно талантливый маг, которого чудом удалось нанять.
Если спрашивать Лунетту — она бы предпочла звание мошенницы, чтобы побыстрее сбежать. Но кому интересно её мнение?