II: Книга
Прошло не так много времени с тех пор, как маленький домик посреди леса стал меняться. Лунетта не считала месяца или смену сезонов, но она всё это время занималась облагораживанием этого места. Сперва, разумеется, добыла нитки, ткань и станки, даже песок. И только после принялась вязать, шить и лепить посуду. Придать песку причудливую форму нетрудно — достаточно нагреть его дыханием дракона и, руками, покрытыми чешуёй, вылепить форму. Чем-то это напоминало игру с пластилином.
Огород тоже изменился — помимо овощей и фруктов, появились деревья и сад с лечебными травами. Лунетта продавала урожай в городе, чтобы купить ткани, перья и записную книжку, где записывала в основном рецепты зелий, которые помнила. Вот только книжка оказалась действительно книжкой, и уже через пару лет она была заполнена всем подряд даже с излишком: магическими формулами, новыми заклинаниями, зельями и даже способами создать искажённое пространство внутри помещения, чтобы расширить его. Книжка стала настолько плотно набита всем этим, что позднее девушка была вынуждена вкладывать туда дополнительные листы.
Заклинание постоянное, ману не потребляет. Просто искажает пространство. Но добиться этого трудно. Обычному человеку.
Так, маленький домик изнутри превратился в целый особняк.
Впрочем, из-за серьёзных изменений, искажение пространства стало работать неправильно, и внешне он тоже изменился. Превратился в двухэтажный домик с десятком комнат разных размеров и камином. Лунетта использовала магию во всём, даже для создания печи. Может, поэтому дом так легко переменился, ведь маной пропитался каждый уголок этого места.
Времени для строительства у неё было предостаточно. К тому же, она изучала этот вопрос у мастеров в деревне и городе, пока продавала излишки урожая. Делать всё рано особо нечего, ведь за что ни возьмись — через пару десятков лет в этом деле вполне можно достигнуть достойного уровня, если трудиться, не покладая рук. Так и вышло с большинством вещей, за которые она бралась.
А потом к Лунетте пришла замечательная идея — наделить тряпичных кукол сознанием и заставить работать в огороде. Ну, сознание в данном случае слово не совсем уместное, правильнее было бы наречь это программой, но в этом мире такое никто не поймёт, да и сама девушка со временем забыла то, с чем сталкивалась в предыдущей жизни. В этом случае ей просто повезло припомнить слово, удачно описывающее процесс работы этих магических созданий.
Так, у неё отпала необходимость лишний раз выходить, так что она только и делала, что дни и ночи напролёт проводила дома, не беспокоясь лишний раз за сад, и только иногда прося кукол что-то принести оттуда.
Обучение их давалось непросто, но через пару недель эти ребята запомнили, как ухаживать за огородом. В этом плане они впитывали информацию как губка, следуя каждому слову девушки.
Её крохотный домик в лесу всё ещё не дотягивал до особняков местной знати, но явно стал куда больше. Полы теперь были покрыты коврами, появилась проходная комната, отдельная кухня со столовой, большая и просторная. Правильная ванная, пусть и без трубопровода. А еще отличная спальня с мягкой постелью.
Матрас был сшит ею. Она использовала в качестве наполнения пух одной твари, которая то и дело ошивалась около её дома. Поймала её, срезала когтями добрую часть шерсти, и ушла. Монстр боялся даже дышать в её присутствии, так что не особо сопротивлялся. Стоило ему освободиться от внимания девушки — удрал, сверкая пятками.
Вообще, таким образом она поступила раз десять, может, больше. Набирала с запасом, но всё равно не хватало, чтобы набить подушки. Потому что их становилось всё больше. Расшитые причудливыми узорами, целыми картинами... Лунетта убивала дни и ночи как могла.
Она даже дорвалась до пчёл. Создала улей, притащила диких пчёл из другой части леса, не являющейся той, на которой она проживает, и поселила в деревянном домике. Им здесь находиться одно удовольствие, учитывая объём сада Лунетты, так что она не сомневалась в том, что они здесь отлично приживутся.
А потом девушка нашла пару-тройку небольших монстров. Она всё наблюдала за ними, видела их кудрявую шерсть, очень напоминающую овечью, и схватила двоих. Она построила нечто вроде загона. Эти ребятки на вид казались вполне безобидными, больше похожими на слаймов по уровню угрозы.
Небольшие рожки, как у овец или козлов, ну да, длинный хвост, скорее как у бобра, только пушистый, и странная морда, похожая на беличью. И тело. Огромное, словно облако. Из-за шерсти, разумеется.
Уже потом Лунетта выяснила, что не такие-то они безобидные. Едят-то они всё подряд, но шерсть у них выделяет токсин, и трогать этих малышей голыми руками опасно. При первой попытке руки сразу покрылись чешуёй, и девушка долго не могла понять, почему её тело рассматривало контакт с этими миловидными тварями как угрозу. Их размер был со среднюю собаку, бояться было нечего. У них даже зубы как у травоядных.
А потом, когда она с первым урожаем шерсти отправилась на промывку, то увидела посиневшую жидкость. Так сразу было и не понять, что кожные железы выделяют нечто подобное, но и это девушку не остановило, ведь после промывки, шерсть становилась невероятно мягкой и ничем не отличалась от овечьей. Может, она была даже лучше.
В целом и общем, сельская жизнь Лунетты двигалась в своём темпе. Она устроила огород, сад, её дом, искажённый магией, изменился и стал выглядеть интереснее, но быстро порос лозами и мхом из-за того, что те росли в саду, а куклы своевременно не отреагировали. Они просто не знали, что от лишних лоз нужно избавляться, как и от мха. Влажная среда помогла им добраться даже до крыши, так что домик позеленел. Лунетта обнаружила это с опозданием, поскольку уход за тварями и пчёлами она тоже поручала куклам, обучив их ещё и этому.
Тряпичные причудливые куклы, набитые и обрезками, и пухом чудовищ, иногда модифицировались. Лунетта пришивала им глаза-пуговицы, чтобы те не выглядели так жутко, а волосы вшивала из тонких канатных верёвок. И даже соорудила им всем платья.
Вообще, если бы обычный человек увидел, как она здесь живёт — ужаснулся и назвал место проклятым.
Лунетте нравилось. У неё не было необходимости покидать дом, но она всё равно стабильно навещала пчёл и монстров. Последние за пару лет подросли до размеров взрослой, крупной собаки, но на этом их дальнейший рост прекратился.
А потом к девушке заявилась огромная летучая мышь. Таких она когда-то выкосила в подземелье. Она знала точно — до неё добрался ещё детёныш. Он бился о барьер, так что девушка вышла к нему и требовала ответов. У него должна была быть веская причина для того, чтобы заявиться на территорию её дома, которой остерегается любой монстр, дорожащий своей жизнью. Разумеется, мышь не разговаривала с ней. Она только тряслась, махала крыльями и пищала. Будто умоляла о помощи, хотя судить так могла только сама Лунетта, ибо языком монстров не владела.
Заводить домашнего питомца девушка не планировала, но всё-таки забрала его. От скуки.
Тварь, спокойно расположившаяся в её руках, словно кошка, не болела, но была ранена. Лунетта выходила её и попыталась выгнать, но та отказалась улетать и поселилась на крыше её дома, изредка покидая барьер для охоты. Иногда она приносила девушке туши монстров. Лунетта скептически смотрела на добычу, но всё-таки бралась за её готовку.
Она не запрещала мыши покидать барьер, ровно так же, как и не запрещала посещать её дом. Можно сказать, эта тварь была вольна делать, что вздумается.
Чего Лунетта не ожидала, так это ядовитых оленей у границы барьера. Убить их несложно, но они не нападали на неё, даже когда она проходила достаточно близко. Будь она сейчас в подземелье, эти ребята отреагировали бы более агрессивно. Поэтому Лунетта подкинула им излишки лечебных трав, которые не смогла продать, и те с радостью всё схомячили. И на следующий день привели целое стадо. Не придумав ничего лучше, чем создать поле лекарственных трав, Лунетта применила заклинание подальше от дома.
Она с тяжестью на сердце подумала о том, что у её дома теперь пасутся ядовитые олени. С них проку нет никакого, и она не видела смысла их содержать в отличие от мыши, выполняющей функцию охотника. Последняя, к слову, сама обеспечивала себя едой, и в дом не забиралась. Ещё и добычей делилась. Кровь некоторых тварей, которых она убивала, была ценной. Можно сказать, Лунетта получала лучшее, не ударив палец о палец.
Оленям применения не нашлось. Лунетта могла седлать их, если выбиралась куда-то. Они, кажется, были не против, потому что привыкли к ней и к тому, что она их кормит. Но крылья быстрее, так что услугами пользовалась девушка нечасто.
А потом она взялась за магические камни и эти олени всё-таки пришлись к делу. Она нагружала их сумками, брала с собой целую ораву в подземелье, выгребала все кристаллы и упихивала в сумки, которыми снарядила этих тварей, чтобы потом вернуться верхом обратно.
Зачем, спросите, кристаллы? Ответ простой. Лунетта пыталась создать источники света по всему дому. Лампы, и всякие другие приспособления для удобства. Ей казалось, что внедри она магический кристалл с маной внутри в стеклянные формы, и всё заработает как надо.
Как выяснилось, принцип немного сложнее, так что она застряла с этими штуковинами в своём доме надолго.
Время шло быстро, а она не замечала ничего особенного. Может, потому что дни были одинаковы, а быть может потому что всё необходимое она получала по мановению руки, покуда оно присутствовало в пределах её домика.
Так было до дня, пока олени за барьером не начали орать, словно сумасшедшие, а мышь на её крыше — сигналить о нападении. Визг всех этих тварей не мог остаться незамеченным, даже если бы Лунетта пребывала в глубокой медитации.
Девушке пришлось выйти. Она, сильно помятая от бессонницы, с растрепанной косой, которую заплетала ещё в момент, когда только начинала заниматься всеми этими изобретениями, медленно шагала на выход. Коса мешала. Волосы уже стелились по полу, а плетение начиналось с талии, хотя Лунетта, кажется, помнит, что намертво заплетала ту прямо на затылке.
Намотав косу вместо пояса на талию, чтобы не мешалась под ногами и не цепляла на себя мусор, девушка вышла из дома. Барьер нетронут. Только все вокруг вдруг подняли шум.
И олени не прекращают толпиться вокруг чего-то.
— Баста! Кыш! Все вон! — Лунетта зашагала к границе барьера, размахивая руками в попытке отогнать всех расшумевшихся. Она, покинув барьер, хлопнула оленя, преграждающего ей дорогу, по заднице. Тварь покрутила башкой, словно негодуя, недовольно фыркнула, но ушла в сторону.
Лунетта столкнулась взглядами с перепуганным, потрёпанным эльфом. Ребёнок. Перед ней на земле валялся ребёнок.
Видя кого-то, явно умеющего разговаривать, Лунетта сперва опешила. Она не болтала с людьми или им подобными уже много времени, и привыкла иметь дело с тварями. Конечно, общалась она с ними на местном языке, а не на родном, но её реплики ограничивались исключительно командами. Нормального разговора у них попросту состояться не могло.
Монстры недобро смотрели на мальчишку. Всё стадо оленей было готово затоптать ребёнка насмерть или отравить его. Но, похоже, они не сочли его серьёзной угрозой, раз не выпустили яд сразу. Скорее, они стремились запугать его, чтобы тот убежал подальше, но вместо этого он потерял все силы от страха и не мог пошевелиться.
— Идите и ешьте свою траву. Он не враг. Кыш-кыш, — Лунетта обратилась к оленям, создала им ещё трав на поле заклинанием, и те неохотно двинулись в указанном направлении, оставив девушку с ребёнком в покое.
Летучая мышь, кажется, сильно повзрослевшая, шумно упала на землю рядом и закричала. Девушка последний раз видела её рядом ещё когда выхаживала, и тогда та помещалась на руках. Удивительно, но теперь эта тварь с неё размером.
— Мышка, иди обратно. Что тебе тут надо? — Лунетта тяжело вздохнула. Она видела, что тварь не желает уходить, словно пытается её охранять. Потому она погладила её по пушистой голове. — Какая же ты страшненькая. Маленькая ты была милее.
Девушка скривила лицо в мимолётном приступе отвращения. У неё не было особых чувств по отношению к тварям, с которыми она делила территорию, но она точно не могла назвать кого-то из них милым и пушистым. Мыши, кажется, было плевать на оскорбление. Она только подставляла голову под ласку, пока Лунетта не убрала руку и не махнула ею, мол, иди отсюда. Пришлось улететь. Во всяком случае, не стоило заставлять Лунетту повторять что-то дважды, ибо у неё портилось настроение, если ослушаться её в первый раз.
Оставшись почти наедине и в компании недовольных пар глаз, принадлежащих оленям, Лунетта присела на корточки напротив ребёнка и подпёрла щеку ладонью. Она блуждала взглядом по перепуганному лицу, пытаясь прочесть в нём цель чужого прибытия.
— Ты заблудился? — она всё же решилась спросить. Хуже не будет, если она задаст пару-тройку вопросов.
— Я... Я искал ведьму, — он всё ещё заикался. Испуг после столкновения со стадом монстров не мог исчезнуть так быстро.
— Ведьму? Расстрою тебя, но ведьм в этом лесу нет, — Лунетта скучающе рассматривала мальчишку. Короткие, явно стараниями местных чудовищ, волосы — светлые, почти белые, но всё же с желтоватым оттенком. И голубые глаза. Она со своей повязкой на глазу теперь выглядит даже немного жалко.
— А как же Вы? — мальчишка явно был в замешательстве. Лунетта покачала головой.
— Я не ведьма. Я живу здесь, но я не ведьма.
— Тогда... Книга врёт?
Лунетта нахмурилась. Она не помнит, чтобы про Драконий Лес были книги, и уж тем более не помнит, чтобы там упоминались какие-то ведьмы.
— Не знаю, о какой книге речь, но здесь не живёт никаких ведьм. Только я и целая орда чудовищ. Удивительно, что ты добрался сюда живьём, и попал под раздачу только у моего дома.
— Я принял этих оленей за обычных, — признался ребёнок. — Я не думал, что это чудовища и они что-то охраняют.
— Не сказать, что они здесь для охраны... — Лунетта растерянно вспомнила, что не звала их вообще, и покормила одну тварь по доброте душевной. А поле создала только потому что та притащила других. И подкармливала она тоже просто так. В её отсутствие полем занимались куклы, так что это не доставляло хлопот. Будь эта задача действительно трудной — она бы перестала уже через неделю, но эту функцию всегда могли выполнить за неё. — Зачем тебе ведьма потребовалась? Здесь не помогают каждому встречному. Я не фея.
— Феи не исполняют желания, — тут же поспешил исправить девушку эльф. Та закатила глаза. В этом мире, разумеется, не исполняют. Ну она по привычке считает иначе. — Мне нужна помощь. На мою семью нападают монстры.
— Ну, я не ведьма, которую ты искал, так что на помощь можешь на рассчитывать, — Лунетта пожала плечами, поднялась, отряхнула юбку и пошла в сторону дома, но мальчишка подорвался с земли и схватился за чужую руку.
— Вы точно ведьма из книги!
— О какой книге речь? — Лунетта раздражённо повернулась, недовольно уставилась на ребёнка и высвободила руку из хватки. Она ждала, пока мальчишка достанет из сумки какую-то порядком потрёпанную книжку. Он немедля вручил её ей.
Лунетта приняла сыроватую книгу, использовала магию, чтобы просушить её хоть немного, и только потом открыла. Побоявшись, что не доберётся до текста, и страницы ещё до прочтения превратятся в пятна, она сперва использовала магию.
Ну, добрая часть текста и правда пострадала. Многие строки растеклись, и прочесть такое издание было невозможно. Тем не менее, девушка знала заклинание, восстанавливающее предметы, правда, она не могла использовать его без дневника, поскольку круг был создан ею же, а её память недостаточно хороша, чтобы запомнить единожды использованное заклинание. И работал он в основном в отношении поношенных вещей. Она не была уверена, можно ли считать эту книгу поношенной вещью, но она слишком сильно хотела выяснить, с какого перепуга к ней явился эльфийский ребёнок и с порога начал просить о помощи. Потому что, если эта штука довольно популярна, то он станет не единственным таким посетителем.
За ответом на этот вопрос пришлось отправляться в дом.
— Если не хочешь стать обедом для этих ребят — иди за мной.
Лунетта никогда не убивала людей, и за человеческой смертью не наблюдала. Трупы она конечно видела, но они не были результатом её работы. А видеть собственными глазами, как мальчишку сожрёт пара-тройка монстров, посчитавших его врагом, как-то не хотелось.
Эльф последовал за ней за барьер. Что-то колыхнулось — он мог почувствовать, что воздух вокруг стал каким-то другим. А потом он увидел, что всё пространство в барьере словно искрится от концентрации маны.
Что-то заорало. Мальчишка ничего не успел предпринять, как оказался схвачен и поднят в воздух. От воздуха, пропитанного маной, перехватывало дыхание — ощущение, словно он высоко в горах и вдыхает разряженный воздух, разрывающий его лёгкие изнутри. Он не успел даже привыкнуть, как его схватили. От паники эльф начал задыхаться, хватаясь за горло.
— Отпусти его, — Лунетта стояла на прежнем месте, безразлично глядя на огромную тварь, схватившую ребёнка задними лапами. Мышь повисла в воздухе, пару раз моргнула, и снова заорала. Эльф только сейчас, откашлявшись, смог сконцентрироваться и, покрутив головой, понять, в каком положении находится. Вот только видеть мохнатую тварь, вцепившуюся в его тело мёртвой хваткой, жутко. — Он не нападёт. Это ребёнок! Что он мне сделает?
По мнению мальчишки, эта ситуация выглядела странно. Ведьма вдруг принялась ругаться с монстром, пока тот только и делал, что невнятно орал.
— Да говорю же, он ничего не сделает!
Вопль.
— Ему не нужен мой огород. Хватит.
Лунетта скрестила на груди, недовольно уставившись на монстра. Эльф уже даже не паниковал — смирился с участью убитого какой-то тварью. Ему таких трудов стоило добраться сюда, а он вот так и подохнет от лап какой-то мыши-переростка.
— Он гость. Да, ты не видела людей, но можно быть и повежливее. На тех оленей за барьером ты ведь не нападаешь!
— Он другой! Отличается от нас! Хочет нас уничтожить!
Мальчишка на мгновение растерялся. Ему показалось, или вместо вопля он расслышал речь?
Лунетта топнула ногой. Из-под земли вырвался росток, быстро набравший силу и обратившийся тонким деревом. Пнув его, она сломала его на корню и, схватив палку, на которой начали распускаться цветы, направила её на мышь.
— Прошу последний раз. В противном случае мне придётся заняться твоим воспитанием. Отпусти ребёнка.
— Дети людей должны быть уничтожены!
— Да с какой это стати?! — Лунетта оттолкнулась от земли. Всего за мгновение она оказалась рядом с мышью, замахнулась палкой и ударила ею тварь по спине.
Летучая мышь размером с человека влетела в землю, вспахав ту носом и вместе с тем отпустив мальчишку. Лунетта успела схватить его за ворот прежде чем тот полетел бы вниз. Повиснув в воздухе, девушка держала ребёнка и медленно, словно по лестнице, спускалась по сгусткам маны.
— Я ударила палкой вместо руки, но, похоже, удар всё равно оказался слишком сильным, — Лунетта поставила ребёнка на землю, подошла к мыши. Убедившись, что та просто потеряла сознание и продолжает дышать, она со вздохом направилась в дом. Перед тем как зайти, Лунетта махнула рукой на устроенный беспорядок и отдала приказ. — Уберите здесь всё. Эй ты, за мной.
Эльфу пришлось чуть ли не бегом за ней последовать к двери, чтобы избежать ещё каких-то неприятностей. Тряпичные куклы, живущие своей жизнью, пугали его, но не больше, чем тушка бессознательной твари.
Хуже было только то, что он мог слышать их разговор. Впервые ему доводилось расслышать голос монстра. Это было похоже на безумие, потому что его уши могли различить только вопль, но в мозг напрямую поступали внятные слова, сказанные неприятным, писклявым голосом, от которого болела голова.
— Эта тварь не осмеливалась заговорить со мной все эти годы, но тут подняла голос из-за ребёнка. Опасность увидела, как же. Что мне может сделать ребёнок?
Лунетта ворчала под нос. Мальчишка не мог найти взглядом книгу. С опозданием он смог увидеть, что она была втиснута за пояс. И тут же он увидел, что это не было поясом вовсе. То была коса, несколько раз обёрнутая вокруг талии и свисающая где-то позади как ненужный элемент. Он с трудом мог представить, какой будет длина волос девушки, распусти она причёску.
В своё оправдание Лунетта могла заявить, что только куклы занимались плетением её волос с тех пор, как они появились в доме. Однако с последнего плетения, кажется, прошло уже несколько лет.
Следить за течением времени довольно затруднительно. Особенно когда твоё тело почти не меняется и ты не испытываешь базовых человеческих потребностей.
— Сюда. Сядь. Я пока займусь книгой. Потом обсудим твою просьбу.
Лунетта показала пальцем на небольшой стол и стулья около него. Мальчишка неохотно уселся на указанное ему место и принялся наблюдать за девушкой, что-то отчаянно листавшей в другой книге. А потом она вдруг с довольным лицом хлопнула в ладони и пальцем принялась рисовать магические круги прямо в воздухе.
— Разве круги обычно не рисуют на бумаге или земле? — эльф не понимал. Все знакомые ему маги использовали заклинание только так. Или же устно. Он впервые видит, чтобы кто-то использовал собственную ману как мел и рисовал ею что-то прямо в воздухе. Для этого не только необходимо обладать чудовищным запасом маны, но и уметь в совершенстве контролировать свои силы.
— Обычные люди так не умеют. По крайней мере, из тех, что я встречала, я не видела никого, кто смог бы использовать магию без катализатора. Ну, я и не человек, — Лунетта пожала плечами. Он помнит, что Айрон грешил использованием заклинаний без магического круга, но он тоже не был человеком, да и прожил прилично. Немудрено, что за столько-то лет ему удалось начать использовать ману лучше.
Может, дело в том, что она давно ни с кем не говорила, но она охотно отвечала на любые вопросы.
— Выходит, все ведьмы так сильны.
— Малыш, я уже сказала, что я не ведьма, — Лунетта тяжело вздохнула, махнула рукой с книгой на магический круг, впечатав в обложку заклинание, и, выждав совсем немного, открыла текст на первой странице. Пролистав дальше пятой страницы с очень странным лицом, девушка остановилась. Она сразу махнула до середины.
— Что-то не так? Текст испорчен? — мальчишка искренне недоумевал о причине, по которой лицо девушки было таким странным. Казалось, она... злилась. Это отличалось от злости, когда монстр отказался повиноваться. Выглядело так, словно ей кто-то испортил настроение.
— Я наведаюсь в город, — вдруг заявила она. Мальчишка не мог понять, зачем ей вдруг это потребовалось. — Я оторву руки этому идиоту. Тот, кто написал это — сумасшедший. С каки это пор я сделалась ведьмой, просиживающей штаны в Драконьем Лесу и спасающей всяких придурков?!
Лунетта швырнула книгу на пол и, скрипя зубами, уставилась на ребёнка.
— Кто автор?
— К-кажется, кто-то из гильдии в столице? Я слышал от проезжего торговца, что она пользуется популярностью.
— Это должен быть кто-то, кто знает меня лично. Мало кому известно об этом месте и о том, как я выгляжу, — Лунетта размышляла вслух. Из-за плохой памяти, она с трудом могла предположить личность, но и дурой она не была. Даже если у неё имеются проблемы по части запоминания лиц и личностей, это ещё не значит, что она не знает, где искать.
Не нужно было долго думать. Автором мог быть только кто-то из троицы, от которой она свалила при первом же случае. Вот только вряд ли её сын стал бы писать нечто подобное. Она не знает его характера, но догадывается, что он не рискнул бы таким образом писать о её путешествии. Его он видел собственными глазами. Он последний в списке подозреваемых, ибо боится её больше других.
Тогда остаются двое. Маг и эльфийка.
Лунетта слышала, что ребёнок говорил о гильдии. Под описание попадала разве что остроухая, но неизвестно, чем занимается маг, так что нельзя было сказать наверняка. Уверенности в том, что виновник — Лэйлин, не было.
Недолго думая, девушка схватила ребёнка за ворот и, подняв над землёй, про себя прочитала заклинание телепортации. Впервые видев нечто подобное, ребёнок в ужасе смотрел, как они летят в странном пространстве, прежде чем появиться неподалёку от огромного строения. Высокие стены окружали многочисленные строения. Они появились у ворот Лунного Города. Его было невозможно не узнать — высокие, расписанные фресками стены. Их восстановили после победы над королём демонов, так что сейчас они выглядели более впечатляюще, нежели десятки лет назад. Впрочем, Лунетта всегда по-новому удивлялась, видя их целыми, будто у неё в памяти отпечатался лишь разрушенный образ этого места.
— Держись рядом, и не потеряешься, — Лунетта давненько не бывала в столице. Ради собственного спокойствия, продавала она всё, что создавала или выращивала только в портовых городках, что подальше от Лунного Города. Столица могла предложить ей больше, но здесь была Лэйлин, Мирт и другие.
Признаться, она не хотела пересекаться с ними при таких обстоятельствах. И не хотела навещать ещё ближайшие лет десять. Или двадцать. И Мирт и Лэйлин живут долго, и Лунетте не нужно беспокоится о том, что кто-то из них умрёт раньше неё.
Ворота города открыты. Странное решение, но ожидаемое, поскольку монстров видно издалека, а злоумышленников, желающих воспользоваться ослабшим положением столицы, уже не найти. Нет таких глупцов, что решат напасть на город, где правит какой-то там маг. Лунетта лишь мимоходом слышала, как короля расхваливали в городах, благодаря за изобилующие ресурсами земли и чудо. Правда, чудо сотворил не он. Он вообще ничего для этого не сделал. Это всё Лунетта, которая разыскивала своего потерявшегося сыночка, и мимоходом так прихлопнула зло всея острова.
Она не знала, насколько этот человек силён, да и видела она его лишь дважды. Впечатление он на неё не произвёл. Может, потому что не выдался случай для демонстрации.
Внутри город за тридцать лет почти не изменился. Ну, стал выглядеть поживее, много заряженных маной кристаллов для всяких повседневных нужд и всего в таком духе, но в остальном... Лунетта не наблюдала изменений.
Дойдя до огромного здания с вывеской и подписью «Гильдия наёмников», Лунетта заметила надпись «Сыч». Есть у неё предположение, что её дорогой сынок отжал у тех, кто заведовал этой гильдией, место. Но это всего лишь предположение. Возможно, этот титул ему всучили добровольно.
Внутри помещение огромное. Первый этаж шумный, много людей. И столики битком.
Эльф за спиной вжался в спину, не понимая, почему они пришли в город людей, где на него пялятся все, кому не лень. Лунетта о причине только догадывается. Но у неё есть вполне разумное объяснение — ребёнок за её спиной полукровка. Она не особенно отличает одно от другого, но раз мышка окрестила его человеком, то значит, так и есть, и эта кровь имеет место быть.
— Я ищу Главу гильдии, — Лунетта обращается к мужчине за стойкой почти с порога.
У того вызвала смех длинноухая босая девушка.
— По какому делу? К Главе много кто стремится попасть. Твоя причина достойна того, чтобы пропустить тебя вне записи?
— А, так теперь к нему очереди выстраиваются? — Лунетта вздохнула. Ей подумалось, что в этом они с Айроном схожи. Прошло много лет с тех пор, как он мог что-то у него перенять, но он всё равно в некоторых вещах ведёт себя схожим образом, даже после того, как Айрона с ним уже нет. Похоже, жизнь среди людей у него вполне удалась, да и влияние дедушки сыграло свою роль.
— Разумеется. Герой, победивший короля демонов, довольно популярен.
— Герой значит, — Лунетта усмехнулась. Её губы растянулись в улыбке. — Я бросаю вызов этому герою. Этой причины достаточно, чтобы он вышел ко мне?
— О, ещё одна сумасшедшая, — кто-то за столиками начал шептаться. Улыбка Лунетты стала безумной, когда мужчина нехотя встал и направился на второй этаж.
Лунетта ждала. Мальчишка за её спиной не мог понять, что происходит. Он держал в руке в спешке поднятый том книги о ведьме, сразившей короля демонов, и ждал.
Прошло совсем немного времени, прежде чем вместе с мужчиной по лестнице спустился высокий парень, растирающий шею ладонью. Он устало ворчал под нос о том, что устал от концертов, и у него на носу важное задание. А потом, подняв взгляд на вторженца, о котором ему говорили, опешил.
— Это она бросила вам вызов, — тут же доложил мужчина. Улыбка Лунетты настолько напугала юношу, что тот побледнел. Он впервые видел настолько жуткое выражение у девушки.
— Я сдаюсь, — мгновенно выпалил тот. Мужчина сперва закивал, но потом, осознав услышанное, в шоке уставился на Главу гильдии, поборовшего уже больше сотни таких безумцев.
— Даже не попытаешься? — почти расстроилась Лунетта.
— Мам, это немного... Я хотел сказать... — парень запнулся. Он тут же понял, что сказал, но было уже поздно. Все присутствующие прекрасно могли расслышать это обращение.
Вдоволь повеселившись с чужого растерянного лица, Лунетта забрала из рук ребёнка книгу и подняла на уровень своей головы, демонстрируя обложку бледному парню. Тот, кажется, побелел ещё больше. Теперь его цвет кожи вполне мог посоперничать по светлости с длинными бледно-голубыми волосами, собранными в косу, и такого же цвета глазами. Он больше напоминал призрака.
— Давай поднимемся, — наконец смог выдавить из себя Мирт. Лунетта схватила ребёнка за собой за рукав и повела к парню. Тот, заметив балласт, сперва хотел спросить о нём, но понял, что немного не в том положении, чтобы задавать вопросы. С ними в данном случае пришла Лунетта, и она имела полное право их задать.
На самом деле, у него не было никакого желания ругаться с Лунеттой. Последний их разговор на том и кончился — он просто вставил пару слов, она разозлилась, притащила их в столицу и улетела, окружив барьером свой дом. А Мирт просто не осмелился навещать её, даже если у него имелось время.
Впрочем, сейчас девушка кажется ему немного сдержаннее, чем в тот раз. Похоже, эти тридцать лет помогли ей измениться в лучшую сторону, раз она не сразу набросилась на кого-нибудь в гильдии, требуя его появления. Драконья кровь довольно агрессивно реагирует на любые попытки сопротивления. После отказа его заместителя, она должна была разозлиться. Но, похоже, её тот вызов на дуэль был лишь предлогом. Она не только знала, что он здесь, и какую должность он занимает, но и выбрала беспроигрышный способ вытащить его из кабинета. Будь это мелкое дело в стиле задания — заместитель бы даже не поднялся к нему. А тут дуэль. Зрелища для гильдейских. Всегда любо-дорого взглянуть на это, да и слухов о его силе становится всё больше, а значит, людей в его гильдии тоже.
А сейчас его репутации конец. Но он не рискнёт сражаться против Лунетты. Потому что он не может прочесть или даже предположить, сколько маны за тридцать лет скопилось в её теле — она всё ещё создавала впечатление слабой эльфийки, едва способной создать крошечное пламя. С последней их встречи ничего не переменилось, но и дураку было понятно, что девушка на месте не стояла.
— Так ты пришла сюда из-за книги? — Мирт соврал, если бы сказал, что не расстроен причиной визита. Но надеяться на что-то иное ему и не следовало. Он и сам недавно рассуждал с Лэйлин на эту тему.
— Да, и ты прекрасно знаешь, кто её написал, если верить твоему лицу. Меня не обманешь.
— Ты ведь не убьёшь её?
— Оторву руку, которой она это написала, и только.
Мирт повернулся к девушке лицом, чтобы понять, шутит ли она. Но он не мог понять этого из-за улыбки на её губах и прищуренного глаза. Второй прикрывала повязка.
— Ну, рука — не голова, — вздохнул Мирт, решив, что если магесса лишится руки — это будет не настолько плохо, как если бы Лунетта приняла решение оторвать ей голову. Она ведь сказала, что не убьёт её. Он не потеряет друга и отличного члена гильдии. Это уже что-то.
— Ну так и где она?
Лунетта уже поняла, кто ответственен за написание. Будь это тот маг, Мирт бы без толики сомнений сообщил ей об этом. Но раз он забеспокоился, значит, это должна была быть Лэйлин. Он так радовался, когда увидел, что эльфийка жива, что у Лунетты не было ни капли сомнений в том, что он беспокоится о ней достаточно, чтобы от небольшой угрозы его лицо стало совсем бледным. С другой стороны, здесь вопрос состоит в том, кто именно ему угрожает. Будь это кто-то другой — он бы не раздумывая прикончил его. Но угрожающей была Лунетта. Она вытащила Лэйлин с того света и имеет право хотя бы раз отчитать её за написание столь паршивой истории, ведь в ней она тоже спасает одного из компаньонов героев по доброте душевной. О таких подробностях могли знать лишь четверо, включая Лунетту.
— Готовится к заданию. Она не так давно вернулась из экспедиции. Я напишу ей и отправлю письмо птицей. Я тоже должен буду уйти вместе с ней, поскольку она отказалась зачищать подземелье сама.
— Подземелье?
— В лесах. Там огненная виверна. Не знаю, насколько это рискованно.
— Это ведь подземелье около моего поселения, — мальчишка за спиной Лунетты тут же подал голос. Они ещё не дошли до кабинета и он всё ещё прятался за спиной девушки. Услышав его, та вздохнула.
— Ты уверен, что это оно? Подземелий с вивернами негусто, и чтобы их найти, нужно постараться, но это ещё не значит, что оно находится именно около твоего эльфийского поселения.
— О, нет, оно именно там, — Мирт согласился. Он читал задание и там упомянуто о том, что неподалёку барьер, где скрываются эльфы. — Ко мне обращался кто-то из клана с проблемой о нападении монстров. Награда маленькая, поэтому никто не берётся. А задание с подземельем отдельное, и другого уровня. За него платят не эльфы, а местная знать.
Лунетта ничего не понимала. Она покосилась на мальчишку за собой краем глаза.
— А ты ко мне с какой проблемой пришёл?
— Нужно уничтожить гнездо монстров, нападающих на клан.
— О, так это ты заказчик, — Мирт вскинул брови. Он и подумать не мог, что тем, кто попросит помощи с такой проблемой, предложив в награду только гроши, будет этот ребёнок. Но он всё ещё не понимал, почему он пришёл с Лунеттой. А нет, кажется, картинка складывается. — Эй, только не говори, что ты услышал о ведьме-героине и решил разыскать её, поскольку никто в гильдии не берёт твоё задание?
— Так и было, — Лунетта скрестила руки на груди. Она уставилась на парня, и тот вздохнул, открыв дверь в кабинет. Сперва пропустив гостей, он дважды подумал, прежде чем всё-таки поинтересоваться, зайдя внутрь и заперев за собой дверь.
— Раз это задание по пути, я сделаю его. Но почему монстры вообще напали?
— Наш клан расположен на прошлом месте их гнездовья. Они выбирают самые комфортные места, поэтому наши охотники уничтожили тех, кто оставался, пока другие были на охоте, а маги поставили барьер. Мы захватили их гнездо. Обычно они так не злятся, но в этот раз они доставляют проблемы и не дают никому спокойно выйти из-за барьера, сразу нападают, — мальчишка тараторил, поскольку одно присутствие такого сильного мага как Мирт, вводило его в ужас. Странно, что Лунетту он не так сильно боялся. Возможно, он относился к ней проще только потому что для него она всё ещё оставалась доброй ведьмой из книги. А вот Герой, уничтоживший короля демонов, вводил его в ужас одним своим присутствием.
— Так вы у них дом отобрали, чего вы хотели? — Лунетта мрачно уставилась на ребёнка. Теперь, услышав детали дела, она не хотела даже думать о том, чтобы помогать этим ребятам.
— Мы тоже пытаемся выжить как можем! — оправдался мальчишка.
Мирт потёр висок пальцами. Даже будучи существом, не столь нуждающемся во сне, он вдруг ощутил невероятную усталость просто от этого разговора. Нет, он понимал, почему эльфы так поступили, и почему этот ребёнок вообще попросил о помощи. Но Лунетта смотрит и со стороны монстров тоже, поскольку ставит себя на их место. Она и характером ближе к ним, нежели к людям. Пусть она малость смягчилась, её реакция ясно даёт понять, что ей далеко до людей.
Мирту было искренне интересно, что изменилось у девушки за эти годы, но, похоже, она только больше отдалялась от народа, отдав предпочтение компании чудовищ.
— Я уже сказал, что берусь. Если в этом вся проблема, то ребёнок может быть свободен и вернуться туда, откуда пришёл, — Мирт опасался продолжать разговор наедине, но и присутствие полукровки его раздражало. Маленький эльф напоминал ему себя, цепляющегося за юбку Лунетты всё время вплоть до взросления.
— Слышал? Иди гуляй, — девушка кивнула в сторону выхода. Эльф колебался. Он явно хотел сказать ей что-то ещё. Спустя минуту тишины, он наконец спросил её.
— Так Вы и правда Ведьма?
Мирт упустил смешок, но, получив рассерженный взгляд Лунетты, испугался и заткнулся. Стало уже не до смеха.
Девушка проводила ребёнка до дверей, так и не ответив ему. Она повернула замок и выпустила его, прежде чем вновь запереть дверь и, хлопнув в ладони, усесться за созданный из пустоты ледяной стул, преграждающий единственный выход.
— Итак. Не хочешь мне рассказать, откуда эта дрянь вообще взялась?
Книга оставалась у Лунетты. Она держала её обложкой к Мирту.
Чувствуя себя так, словно его отчитывают, Мирт сперва растерялся, но потом сделал глубокий вдох, выпрямился и подвинул магией одно из кресел, чтобы сесть напротив Лунетты.
Сейчас, одетый в шёлковую рубашку и брюки, он выглядел скорее как сыночек какого-нибудь знатного отпрыска. Но Лунетта всё продолжала видеть в нём ребёнка. И тот прекрасно понимал это.
— Лэйлин взялась писать романы. Она и раньше их выпускала, но в прошлом году она выпустила этот. Он стал популярен и попал даже в мои руки в качестве подарка. Я говорил ей, что ты явишься по нашу душу рано или поздно, и она тоже понимала это.
— Так она готова встретиться лицом к лицу со мной?
— Не сказать, чтобы готова, — Мирт повернулся боком, чтобы подцепить магией клочок бумаги и перо. Он принялся писать письмо. Подул на него, свернул и создал магией небольшую птицу, всучив это письмо ей. Назвав имя Лэйлин, он вернулся в прежнее положение и продолжил. — Она боится встречаться с тобой лицом к лицу. Очевидно, что у неё нет шансов против тебя.
— Она пыталась этой книгой присудить мне победу и отвести взгляды от вас, — Лунетта была недовольна именно этим. На неё пытались повесить славу, лишив тихой и мирной жизни. В момент, когда она улетела, рискуя попасть под раздачу от Короля, она стремилась избежать именно титулов и похвал. Ей не было нужно это внимание к своей персоне, к тому же, она никогда не смогла бы правильно им воспользоваться, из-за чего в дальнейшем пошли слухи о её скверном характере. Хватало и того, что о нём знали те трое, заставшие её перепады настроения, за которые ей до сих пор было немного стыдно. В тот момент она не могла рассуждать разумно.
— Отчасти так и есть. Она просто считала несправедливым, что все лавры наши, а ты в пролёте, в глуши. Думала, что хоть так сможет искупить всё. А потом поняла, что описала место, где ты живёшь, слишком точно. То, что ты пришла только сейчас, действительно удивительно. Я рассчитывал, что найдётся идиот, который доберётся до тебя раньше. Не думал, что им будет эльфийский ребёнок.
— Разве эльфы не редкость? — Лунетта всё ещё не верила, что где-то скрылся целый клан. Мирт пожал плечами.
— Их сравнительно мало. Племён негусто. На наш остров придётся не больше трёх таких кланов. Они медленно вымирают из-за таких, как тот ребёнок. Точнее из-за родителей таких, как он.
Лунетта понимала. Отчасти. Она знает, что эльфийские полукровки не годятся ни эльфам, ни людям. Они недостаточно хороши в магии как эльфы, и слишком выделяются среди людей, становясь объектом насмешек. Остроухих в народе не жалуют. Но, кажется, раньше её присутствие вселяло в людей что-то вроде благоговения. Когда всё изменилось? Может, эльфы успели где-то провиниться, а она и не в курсе? Не сказать, чтобы она вообще следила за новостями в мире.
— Не хочешь сходить на бал завтра? На задание выдвигаемся через два дня, но завтра у меня в графике бал во дворце при Короле. Лэйлин должна была меня сопровождать как сильнейший член гильдии, но она отказалась, потому что слишком устала после экспедиции и хочет отдохнуть перед отправлением на новое задание.
Лунетта скривила лицо. Она явно была против.
— Я оплачу всё, — Мирту было плевать, сколько денег он потратит на одежду и украшения Лунетты. Добрая часть его запасов была наследием Айрона и Лунетты. Разумеется, те монеты устарели, но он обменял их и получил взамен целое состояние. У него до сих пор сохранилась библиотека в пространственном мешке и другие вещи. Многие очень выручили его в путешествиях.
— Обойдусь. Не собираюсь я торчать среди толпы людей. Мне нужна эльфийка. Я переговорю с ней, и вернусь в лес.
— Так и вернёшься? Но мне правда нужно сопровождение. Если я появлюсь там один — меня заклюют.
Лунетта мрачно взглянула на юношу. Она сняла повязку и указала пальцем на правый глаз с чёрным белком. Он выглядел жутко, к тому же, шрам от когтей никуда не исчез, из-за чего нетрудно было догадаться, что с ним сталось. Впрочем, он всё-таки функционировал, пусть и видела им девушка крайне размыто. Она предпочла вовсе его спрятать и уже почти привыкла к тому, что видит только левую половину мира.
— Я не подхожу.
— Я распоряжусь сделать тебе причёску, которая скроет его.
Лунетта закатила глаза.
— Я притащу оружие.
— Как пожелаешь. Что бы ты ни придумала, я всё равно приглашаю тебя туда. Танцевать не нужно. Просто постоять рядом.
— Отклонено. Где Лэйлин?
Лунетта поднялась с созданного ею же кресла, разбила заклинание, уничтожив предмет мебели, и, возвышаясь над юношей, уставилась на него. Мирт уже не боялся. Во всяком случае, он и не рассчитывал, что Лунетта действительно согласится пойти в настолько людное место. Впрочем, даже скажи Лунетта, что отправится туда с рогами и хвостом — он бы и тогда не отступился. Другой вопрос, что она перестала ставить условия, ответив твёрдым отказом.
Двери открылись. Замок не устоял перед ударом посоха. В помещение забежала длинноухая блондинка, но, столкнувшись взглядом с Лунеттой, ойкнула и уже было развернулась, но та заклинанием преградила выход, создав ледяную стену.
— Что это за подстава?! Ты написал, что сюда явился какой-то важный гость и требуется моё присутствие! Такое последний раз было, когда тебя почти взяли в плен!
— Ты бы не пришла, напиши я, что здесь мама, — Мирт был прав. Если бы он написал письмо, где попросил бы Лэйлин просто явиться к нему, потому что по её душу пришёл некий дракон, что ж, вероятно, она бы просто сбежала из города, лишь бы не попадаться на глаза потенциальной смертельной угрозе. А она ещё нужна Мирту в поручении по зачистке подземелья.
Лунетта подошла ближе к эльфийке. Она медленно надвигалась, и та уже не знала, куда ей деться, когда почувствовала, как холодеют её руки. Заклинание работало без произнесения вслух — Лунетте достаточно было только пожелать, и вот, чужие пальцы начинали покрываться инеем. Температура в комнате упала. Такое простое заклинание сработает по одному только мановению руки.
— Какой рукой ты пишешь?
Вопрос, казалось бы, невинный. Но зная обстоятельства, Лэйлин не решалась дать ответ.
— Пожалей! Я работаю над ещё одним романом! Если я не закончу его — мои читатели... Нет, моя история... Я не дописала! — эльфийка принялась нести какой-то бред. Лунетта, посчитав, что достаточно её напугала, рассеяла заклинание на чужих руках, но стену не убрала. Они все всё ещё были заперты в одном помещении.
Запугивать эльфийку дольше не имело смысла. Что бы она ни сказала, убивать она её не планировала, да и травмировать тоже. После разговора с Миртом она успела остыть, так что Лэйлин ничего не угрожало с самого начала. Менее боязно той от этого, конечно, не становилось, да и откуда она могла об этом знать?
— Раскаиваешься? — Лунетта мрачно смотрела на девушку. Одного её взгляда было достаточно, чтобы стало понятно, что чужая книга ей совершенно не приглянулась. — Я не ведьма, и уж тем более не добрая. То, что я не убиваю людей, ещё не значит, что я готова с распростёртыми объятиями принимать чужаков на своей земле.
Технически, земля ей не принадлежала. Прав владения ею у неё не было. Разве что право рождения и сущности, в теле которой она появилась. Что ж, учитывая эти два фактора, она вполне могла претендовать на титул хозяйки леса. Да и монстры в его пределах не нападают на неё. И дело не в том, что чудовища, наводнившие её лес, как-то связываются между собой, чтобы доложить другим о том, что она не навредит им. Лунетта в это не верила. Скорее она верила в голые факты — монстры чувствуют её сущность и высказывают полное подчинение, пока находятся за пределами подземелий. Они опасаются подбираться слишком близко к её дому, но не атакуют тех, кто имеет к нему какое-либо отношение, будто чувствуют, что могут рассердить её.
В этом плане, монстры были умнее людей. Лэйлин, к примеру, не додумалась, что трюк с книгой может привести к ней непосредственную героиню её романа. Ну, или её прототип, раз уж на то пошло.
— Я понимаю, — Лэйлин опустила взгляд. Она смотрела на пол, чувствуя на себе недовольный взгляд, бьющий, словно молния, и вынуждающий тело покрываться холодным потом и мурашками. А может Лунетта и впрямь пускала молнии, совсем не замечая этого за собой.
— Хорошо, если так. Если ко мне явится ещё один придурок — я отправлю его прямиком в вашу гильдию. Сами исполняйте желания. Я не фея, в конце концов.
Спасибо на том, что не убьёт.
— Феи не исполняют желания, — Мирт вставил свои пять копеек, и, признаться, Лунетта была готова прямо сейчас пустить в него десяток-другой ледяных копий, но сдержалась, сделала глубокий вдох и разрушила стену, блокирующую выход. — Разбирайтесь со своими проблемами сами.
— А бал? — Мирт уже был почти в отчаянии. Заслышав про него, Лэйлин скорчила недовольное лицо. Она знала, что услышит сейчас. И не ошиблась.
— Пошёл бы ты со своим балом куда подальше.
— Я бы и пошёл, если бы Король не настаивал на моём присутствии. Завтра бал, послезавтра выход в подземелье, у меня даже не было возможности отказаться, — парень умолял взглядом. Лунетта смотрела ему в глаза, не меняясь в лице. Ей словно было плевать на то, что он говорит. В её взгляде не было ни капли понимания — только жгучий холод, пробирающий до костей. А ведь она огненный, а не ледяной дракон. Тем не менее, зачастую она использует именно лёд, а не пламя.
— Я уже ответила. Я не собираюсь идти в место, где полно людей.
Мирт сдался. Он поднял руки в примирительном жесте, опустил голову, про себя думая, как ему пережить приём во дворце. Лунетта ушла. Она наконец вышла из комнаты, дав возможность Мирту и Лэйлин вдохнуть свободно. Одно присутствие девушки давило как морально, так и физически.
Лунетта не планировала надолго оставаться в городе, но и пройти мимо лавок не могла, раз уж заявилась. Выйдя из офиса, она первым делом направилась вниз, но пересеклась с тем мужчиной, высмеявшим её вызов Главе гильдии. Он недоверчиво покосился на неё, но ничего не сделал, направившись к начальнику. Лунетта же без проблем и препятствий покинула гильдию. Маленький эльф куда-то пропал, так что она и думать о нём забыла.
Во всяком случае, пока у неё в планах была проверка местных лавок на предмет популярных вещей и изменений в целом. Может, технологии немного продвинулись, и ей удастся раздобыть что-то ценнее хлама, заполняющего её дом.