Сансара. Хроники путешествия Души.

Кто-то невидимый и еле осязаемый, словно вырвал когтями Душу и понёс высоко, освобождая её от страданий и физической боли... И, снова ощущение падения...

Вновь, чувство страха, холода, желание дышать, но забыто, как это сделать... В комнате раздался крик и плач новорожденного. Это мальчик! Снова мальчик... Всё было до боли знакомо, но уже в другом теле и в другой семье.

Первый человек к которому он был привязан стала его Мать. Это было странно, ведь он помнил свою прошлую жизнь, но и помнил, то, что не испытывал такую связь с родителями. Мама... Она стала всем для него, проводником в новую жизнь. Теплая грудь и сладкий вкус молока, особый запах, яркие блики в больших, карих глазах темноволосой женщины, большая коричневая бородавка на подбородке... Она была самой красивой на Свете для него... Самой совершенной, самой родной... Он впервые познал, что такое Любовь и Привязанность... Что такое ревность, когда мама целовала своего мужа, малышу хотелось плакать от злости... Он нуждался в ней и любил её, а мать дарила всю себя ради него.

Шли годы. Мальчик вырос, окреп и превратился в прекрасного юношу. 16 долгих лет и он, почти мужчина: Стройный, смелый и красивый, с такими же глубокими карими глазами, как у неё.

Мать была строгой и религиозной женщиной. Она покрывала голову и не позволяла сыну уходить гулять в город, она говорила, что там обитает Зло и Разврат. Что это такое он не совсем понимал. Однако, ему довелось увидеть, как по улицам города шли красивые женщины, в дорогих одеяниях и с ними были рабы. Но эти женщины отличались от благородных жен и дочерей. Они могли покрывать себя дорогой тканью и золотом, но могли бы и пройтись с таким же чувством полного достоинства, нагими... Любовницы или те, кто сожительствует за деньги.

Из соседних домов, завистливо глазели другие женщины, те кто одет были беднее, но безобразно выставляя своё тело на продажу.

-Какой срам! Не боятся Бога и Гнева Его! Не смотри, сын! - Сердито сказал отец, проезжая мимо, на своей телеге, в город Падения и Греха.

В этот день он взял сына с собой, для продажи кур и головок деревенского сыра на рынке. По дороге, юноша рассматривал трюкачей, прыгающих высоко и описывающих фигуры в воздухе, полу лысого глашатая, в потной одежде, множество лавок тканей, всех цветов радуги и прозрачности, драгоценности, лавки со сладостями, от которых бежала слюна, но отец строго шел к своей цели. Старый конь медленно шагал и храпел, таща за собой телегу с мужчиной, его сыном и товаром. Юноша вращал головой во все стороны, стараясь запомнить всё: дальше были лавки с рыбой, с мукой и крупами. За зазевавшимися покупателями, шныряли шустрые воришки разных возрастов и мастей. Они ловко, срезали кошельки и бежали. Затем конь свернул на право. Дальше открывалась маленькая площадь и место казни преступников. Днем, место выглядело не так зловеще, но на земле, оставались расползшиеся капли бурой крови, не успевшие так стереть до конца. Видимо, казнь была вчера или двумя днями ранее.

Затем, юноша увидел Невольничий рынок. Там стояла почти дюжина людей: девочки, мальчики, женщины и мужчины... Они все были в лохмотьях, уставшие, униженные и забитые. Детей отбирали у матерей и продавали. Лишь единственный мужчина -могучий в плечах и в железных цепях, вызывал уважение. Он молчал, но в его глазах была боль, гнев и непокорность. Скорее всего это воин, попавший в плен. Сострадание откликнулось в сердце юноши.

- Сюда, сын! -Сказал мужчина, хмуро насупивший черные, густые брови с проседью.

Телега свернула ещё на право и наконец доехала до места.

Куры в деревянных клетках громко кудахтали. Им связали лапки толстыми нитями, а те громко хлопали крыльями и возмущались. На деревянную лавку, отец расстелил соломы и чистую ткань. Он приказал юноше разложить головки сыра и остальной товар. К ним подошел высокий и с виду, важный мужчина, поздоровался с ним и, отец дал тому в руки, несколько монет за сегодняшний день на рынке. Они торговали с раннего утра до захода солнца.

Около полудня, неподалеку, появились танцовщицы. Юные девы были отроками, как и сам сын фермера. Они двигались, словно бабочки на заре, еле касаясь ногами земли, словно паря, они извивались, будто змеи, искушая и маня; их руки и ноги издавали методичный звон колокольчиков от браслетов, унося вдаль, словно они были крыльями птиц...

Внимание юноши привлекла самая юная из танцовщиц. Возможно она была младше него на 3 года, круглолицая, как луна, с бледной молочной кожей, полупрозрачными веками, которые скрывали невероятно синие глаза. Золотисто-пшеничного цвета волосы красавицы, были заплетены в косы и перевязаны голубой лентой.

- Юные жрицы храма Луны. -Тихо сказал отец.

-Не смотри на них! Они верят в пантеон богов и верят, что чистота жён это ничто! Мы - верим, что есть Единый Бог и чтим чистоту жен, сестер и дочерей своих! У нас с ними разная Вера, сын! -Чуть не сплёвывая, договорил фермер. Юноша стыдливо опустил глаза долу и продолжил продавать кур и головки сыра до самого заката.

***

-Вставай сын, нам пора домой! Поспешим до темна! В дороге, ночью, полно бродяг и душегубов, а пока светло ещё безопасно! -Сказал отец. Юноша встал с телеги и снова стал запрягать старого коня.

Солнце быстро уходило за горизонт. На улицу выходили назойливые женщины, они зазывали отца и его сына. Мужчина шептал молитву и отгонял от телеги, падших. Они были разных возрастов: юные, дети, пожилые, даже беззубые старухи пытались затащить их в своё логово и опустошить их кошельки.

-Такой юный и красивый... Я отдамся ему бес платы! - Сказала красивая женщина лет 25-ти. Её красное платье и золотые подвески гремели на всю улицу. Накрашенные алые губы соблазнительно улыбались, темные волосы змеились до колен, а в глазах читалась похоть.

-Нет, он мой! Я буду спать с ним эту ночь! И я тоже не возьму платы! Я сделаю из него мужчину! - Хватая его за руку и стаскивая с телеги, вступила в спор, более юная конкурентка, с каштановой копной волос, в синем платье. Их наряды были яркими и кричащими, они все были красивыми, но падшими... Женщины стали ругаться и продолжали держать его за руку.

-Пошли вон, бесстыжие! - Громко ругнулся отец, вырывая из цепких пальцев, юношу.

-Сын, читай молитву и проси Создателя отвести от нас беду искушений и соблазнов! -Приказал фермер. Он растеряно взглянул на женщин, залился стыдливым румянцем и зашептал молитву.

-Они из Единобожников! Смотрите, как смущен мальчик! С таким отцом он не познает женщин! - Закаркала почти беззубым ртом старая продажная падшая и захохотала.

-Я - Мужчина! - Наконец разозлился юноша, а лицо было пунцовым от досады.

- А может ему не нужны девы, а ему по нраву... Юноши?! Выбирай на любой вкус! Они тебя обласкают и подарят такую Любовь, о которой ты будешь вспоминать ночами и годами! - Ощерилась щербатым ртом старуха, указывая на окна Публичного дома, откуда высунулись накрашенные мальчики, женоподобные, нежные и они улыбались ему и его отцу. Многие из них открыто совокуплялись, не стыдясь своей наготы и стонов. Весь этот порок был открыт из окон подобных домов и сын фермера был оскорблён увиденным и услышанным.

- Ступай домой! Не слушай их! - Сказал отец, крепко схватив рукой за плечо юношу. Сын переступал через себя, слыша за спиной мерзкие, сальные шуточки и грязь.

-Они не чтят Богиню Луны, Богиню Ночи! Она дарит Любовь и Плодородие! Эти глупые, деревенские мужчины! - Высмеивали их падшие, но отец и сын дошли и, наконец, исчезли за воротами города.

***

-Мать моя, а кто такие жрицы Луны? - Неожиданно спросил сын. Женщина устало посмотрела на юношу. У отца он боялся спросить и говорить с ним. Он был слишком строг. А мать всегда объясняла от простого до сложного...

-Ты видел их в городе?

-Да, матушка! Кто они? Что они делают? Почему их так почитают там?

- Их почитают слепцы, глупцы и развратники, сын мой!- Она сказала это резко, но тут же смягчила голос.

-Они поклоняются пантеону богов. Их великое множество у них: каждое имя под разный случай... Но это не истинная вера сынок! Не прельщайся юными девами, жрицами! Они обещают ночи страсти, а сами, бесконечно спят с чужими мужчинами, искренне веря, что хорошо служат своей богине... Но страшно другое сын мой, жрицам Луны отдают маленьких девочек и в возрасте 8- 9-ти лет их заставляют служить своей богине... Любой мужчина может зайти в храм... ночью и потребовать себе невинное дитя... Они считают, что так она проходит Обряд Посвящения Жрицы Луны. Несчастные девочки, часто погибают после подобного Посвящения, а выживших обучают танцам, искусству Порока, они называют это искусством Любви... А также пению, стихосложению, чтению и письму и многим другим наукам, что дозволено знать лишь учёным мужам. Их чтят, потому, что это самый большой и значимый из пантеона богов, что приносит огромную прибыль городу! Но порок есть грех, сын мой! И это знает сердце, душа и Бог! Крепись молитвами, а я буду молится за тебя! - Сказала мать, ласкаво обняв за плечи единственное дитя. Она хотела сохранить чистоту его от падения.

***

Юноша был опечален. Легкие не хотели вдыхать сладкий воздух лета, в глазах таилась тоска и в сердце поселилось томление. Из головы не выходил образ юной танцовщицы: синеглазой и золотоволосой, порхающей в танце, словно бабочка и сияющая, будто ангел... Жрица Луны, одарила проклятием и пленила его. Юноша с не терпением ждал, следующего рыночного дня в город и мечтал, вновь увидеть её... Кровь будоражили мерзкие воспоминания о падших и любопытство подталкивало узнать больше о городе и о его жителях...

В это утро, он стал раньше зари, собрал всё необходимое в город и терпеливо ждал, когда же проснётся отец.

Их путь лежал, как и в прошлый раз: через улицу публичных домов, лавок с товарами, сквозь Невольничьи рынок, места казни, где вновь были свежие пятна крови и снова их лавка. Они разложили на ткань новые головки сыра, молока и мёда. Отец с сыном усердно работали и ближе к полудню, вновь послышался мелодичный звон браслетов. Юноша поднял глаза, пытаясь разглядеть танцовщиц, но их нигде не был, лишь знакомый приближающийся звук.

-Сыр свежий? - Неожиданно спросил чистый девичий голосок. Синие глаза насмешливо наблюдали за ним. Рядом проходящие горожане уважительно приветствовали юную жрицу Луны. Он не растерялся и предложил отведать кусочек. И, пока, его отец был занят продажей кур, девушка бесстыдно рассматривала его.

-Тебя благословили сами боги! Ты красив, но упорно поклоняешься своему Единому Создателю! Ты бы мог стать жрецом или занять почетное место в одном из наших храмов! - Она говорила певуче тихо, услаждая слух и зрение. Золотые подвески сливались с её светлыми волосами. Очертания тела жрицы были видны под прозрачной тканью платья и юноша стыдливо опустил глаза.

-Красота дана, чтобы наслаждаться и радовать!

-Всё что порочно - грех! Красота не вечна! - Твердо сказал юноша, глядя прямо в лицо жрицы. Девушка мелодично рассмеялась, зная, что смущает его.

-Поэтому она и прекрасна! - Добавила она, красиво откусывая кусочек сыра.

-Как ты можешь верить, в то, что говорят твои родители, когда ещё не познал нашу веру?

-Знаю! И моя вера крепка!

-Хорошо, но позволь тебе лишь показать Наше служение богине! Я лишь покажу, а ты увидишь, а если твоё сердце не откликнется, то вернешься к своему Богу! Если конечно ты не трус... - Улыбаясь ему, сказала прекрасная жрица.

-Я не трус!

-Тогда, жду тебя к полуночи, возле храма Луны! Я введу тебя туда и ты познаешь чертоги нашей любимой богини Ночи и Любви!

Отступать было нельзя и юноша, молча согласился.

Жрица из храма Луны, красиво улыбнулась ему и исчезла в толпе горожан...