Кровь дракона

Прошло двенадцать дней.

Слухи, как и всё в Академии, сначала вспыхнули — а потом угасли, оставив лишь слабый осадок в головах учеников.

Теперь о странном происшествии на тренировочной площадке почти никто не вспоминал. Лишь изредка — полушёпотом, между строк.

Линн продолжала работать, как всегда. Без опозданий. Без слов. Без взглядов.
Старалась держаться подальше от учеников и особенно от Сирины Ардаль.

А та... вела себя идеально.
На занятиях — первая.
На проверках — точная.
В глазах учителей — снова пример.

Но внутри неё всё ещё горела соль обиды.
⸻

Заговор

Однажды вечером, в северном внутреннем дворе за оранжереей, где редко бывали преподаватели, Сирина встретилась со своей «группой».
Тарэн, Иррель, Вилмер. Все трое — дети богатых домов, но не с таким влиянием, как у неё. Их дружба с ней держалась на выгоде и страхе.

— Через две недели будет очередной совет, — сказала она негромко, глядя в сторону фонтана. — Я предложу допустить Линнель к занятиям. Добровольно. Улыбаясь.

Тарэн приподнял бровь:

— Что? Ты хочешь, чтобы эта... служанка стала одной из нас?

Сирина повернула к нему голову. Медленно. Осторожно.

— Я хочу, чтобы она попробовала.
Чтобы её видели.
Чтобы она упала — громко. При всех.

Иррель опустила глаза.
Вилмер кивнул, почти испуганно.

— Ты хочешь, чтобы мы поддержали предложение?

— Да. На совете. Улыбнуться, сказать, что это смело и гуманно.
И потом — смотреть, как она тонет.

Тарэн усмехнулся:

— Звучит... даже интересно.

— Вы согласны? — спросила она, всё ещё мягко, но с холодом в голосе.

— Конечно, — сказал Вилмер. — Как скажешь.

Они разошлись. Всё выглядело спокойно. Почти дружелюбно.
⸻

Но за кустами, в тени арки, с ведром и щёткой в руках стоял Кай.
Он не шевелился. Не дышал.
Он пришёл за водой для кухни — и услышал всё.
⸻

Когда они ушли, он ещё долго стоял, вжавшись в стену.
В голове стучало:
«Они хотят её сломать. При всех.»

Он сжал кулаки.
И впервые в жизни — не знал, что делать.
⸻

Вечер

Они встретились, как обычно, — у холма, где трава была мягкой, а горизонт тянулся бесконечно далеко. Вечер был тёплым, в воздухе пахло поздними цветами и дымом от далеких очагов.

Кай пришёл позже обычного. Его шаги были неровными, а лицо — хмурым. Он не стал садиться сразу, а просто стоял, глядя в сторону академии.

— Что-то случилось? — спросила Линн, прищурившись.

Он кивнул. Медленно.
А потом сел рядом. Руки дрожали.

— Я... случайно услышал. Разговор. Сирины и её друзей.

Он замолчал. Линн ждала. Спокойно.

— Она собирается... предложить тебя на совете. Добровольно. Словно поддержка. Но это ловушка. Она хочет, чтобы ты... провалилась. Чтобы тебя унизили. При всех.

Линн молчала несколько секунд. А потом... кивнула.

— Ясно.

— Ты... не злишься? Не боишься?

— Нет, — тихо сказала она. — Просто странно, что ей так важно, чтобы я проиграла. Значит, я уже не невидимая.
⸻

Утро и день

На следующий день Линн снова вернулась к привычным делам: помогала на кухне, мыла лестницы, относила бельё. Но в голове всё крутились слова Кая.

"Значит, я уже не невидимая..."

Она не знала — хорошо это или плохо.
⸻

Ближе к вечеру

Когда солнце уже склонилось к закату, голубь опустился на перила внутреннего двора. В клюве он держал тонкий, свернутый в узелок лист.

Линн осторожно взяла его. Бумага была с гладким шёлковым краем и серебряной нитью.
На ней не было подписи. Только надпись:

«Сегодня. Кабинет мастера Арвеля. Не опаздывай.»

Как только Линн дочитала... бумага вспыхнула и исчезла в воздухе.
⸻

Кабинет

Она долго стояла перед дверью. Рука не поднималась постучать.
Но всё же — вошла.

В комнате было сумрачно, но тепло. Окна были затянуты тканью. Воздух пах сухими травами и магией.

Арвель сидел на столе, как всегда. Улыбался, но не легкомысленно.
Каэль стоял в тени, у стены, со скрещёнными руками.

— Добрый вечер, Линн, — первым заговорил Арвель. — Ты, наверное, догадываешься, зачем мы тебя позвали.

Она не ответила. Просто кивнула.

— Нас просили наблюдать за тобой. Тайно. — добавил Каэль. — Мы и так это делали. Но теперь... вопросов стало больше, чем ответов.

— Кто ты, Линнель? — мягко спросил Арвель. — Откуда ты?

Линн опустила глаза.

— Я... не знаю. Меня оставили у ворот Академии. В четыре года. В корзине. Со знаком на ленте... и всё.

— Кто оставил? — уточнил Каэль.

— Я не помню. Никто не знает. Мне просто сказали — теперь я часть службы.

Арвель вздохнул и встал.

— Это... неудобный ответ. Но честный.

— Ты особенная, — сказал Каэль. — И ты это знаешь. Даже если не хочешь признавать.

Линн подняла взгляд.
Глаза горели тихим светом.

— Я знаю. И знаю, что Сирина задумала. Хочет, чтобы я сломалась.
Хочет сделать вид, что помогает... и подставить.

Каэль отвёл взгляд. Его голос стал тише:

— Это... моя вина. Я задел её гордость. Теперь она хочет отомстить.

Линн шагнула ближе. Уверенно.

— Не нужно себя винить. Я готова.
Пусть будет совет. Пусть будет обучение. Пусть будут испытания.
Я выдержу.

Каэль и Арвель переглянулись.
И впервые — почти одновременно — кивнули.
⸻

Линн стояла посреди кабинета, прямо, почти гордо. Арвель, всё ещё сидевший на столе, смотрел на неё с лёгкой, задумчивой улыбкой. Каэль — хмуро и внимательно, как будто уже просчитывал последствия её слов.

— Я хочу попросить вас... — начала она, — ...если Сирина выдвинет предложение — не перебивать её. Пусть всё произойдёт, как она задумала. Сделайте вид, что ничего не знаете.

— Даже если это уловка? — уточнил Каэль.
— Даже если она хочет сломать тебя перед всеми? — спросил Арвель, уже зная ответ.

Линн кивнула.
— Пусть попробует.

Пауза. А потом два мага — такие разные — почти одновременно склонили головы.

— Хорошо, — сказал Каэль. — Мы не станем вмешиваться. Но мы будем рядом.

— И, возможно, немного насладимся представлением, — добавил Арвель. — Удиви нас, Линн.
⸻

Обратный путь

Когда она вышла из кабинета, коридоры были уже пустыми. Лишь факелы потрескивали на стенах.
Каменный пол отдавал холодом, воздух был пропитан тишиной.

Линн шла медленно, с прямой спиной.
Сквозь учебный зал.
Мимо затенённого вестибюля.
Через боковой переход, где окна были забраны витражами.

Никто её не окликнул. Никто не остановил.
Но она чувствовала — что-то началось. Невидимо, глубоко.

В своей комнате она легла не раздеваясь. Открыла глаза в темноте.
Словно ждала, когда начнётся отсчёт.
⸻

Неделя до совета

Всё изменилось.
Незаметно, но точно.

Ученики стали внимательнее — к друг другу, к урокам, к слухам. Слухи снова вернулись.
Иногда в голосе Сирины мелькал слишком сладкий тон.
Иногда учителя переглядывались дольше, чем нужно.

Каэль проводил уроки спокойно, но теперь его взгляд чаще задерживался на Линн, если она проходила мимо.
Арвель начал шутить меньше. Но когда смотрел на Линн — в его глазах появлялся огонёк: "Я верю."

Служанки стали чаще шептаться. Кто-то даже спросил у Линн, правдивы ли слухи. Она не ответила.

Кай всё время был рядом. Говорил мало, но глаза его выдавали тревогу. Он знал — всё близко.
⸻

С каждым днём давление росло.
С каждым утром Линн просыпалась раньше.
С каждым вечером ложилась позже.

И вот — осталось три дня.

Совет преподавателей приближался.
⸻