ГЛАВА 10: КРОВЬ НА СНЕГУ
Альбион был похож на гигантскую рану, зияющую в теле мира. Горные хребты, некогда горделиво пронзавшие небо, теперь проваливались в бездну, увлекая за собой дворцы и храмы. Снег, белый и чистый, падал с неба, смешиваясь с пеплом и кровью. Артизава стоял на краю пропасти, вглядываясь в руины родного дворца. Его плащ, пропитанный гарью, развевался на ветру, как знамя войны.
— Ты уверен, что хочешь это видеть? — Каил положил руку на его плечо. Золотой глаз полуэльфа отражал зарево пожаров.
Артизава не ответил. Он шагнул вперёд, проваливаясь по колено в снег. Каждый шаг отдавался болью — не в ногах, а в груди, где метка Люцифера пылала, словно уголь.
Тронный зал, некогда сиявший мрамором, был погребён под обломками. Император Эльдарин сидел на уцелевшем обломке трона, словно коршун на кости. Его серебряные доспехи покрылись ржавчиной, а лицо, всегда холодное и совершенное, исказили трещины — будто сам Альбион раскалывал его изнутри.
— Ты пришёл ускорить конец, проклятый? — голос Эльдарина скрипел, как дверь в аду.
Артизава остановился в пяти шагах. За спиной слышалось шуршание плащей Каила, Сирины и других, но он поднял руку, веля им остаться.
— Я пришёл спасти тех, кто ещё жив. Где народ?
Император засмеялся, и смех его рассыпался в кашле.
— Спасти? Ты, разорвавший небо? Они бегут от тебя, как от чумы. Посмотри!
Он махнул рукой, и стена рухнула, открыв вид на долину. Тысячи эльфов, закутанных в лохмотья, карабкались по склонам, спасаясь от лавин. А за ними, как тень, ползла оно — армия нежити, ведомая демоном с рогами, обвитыми цепями.
— Всё это — твой дар, сын мой, — Эльдарин встал, вытаскивая клинок. — Ты разрушил Сердце Рубикона. Теперь Альбион умрёт. И я убью тебя, прежде чем ты уничтожишь и последние осколки нашего мира.
Артизава сжал кулаки. Красные глаза видели нити, связывающие отца с троном, с властью, с ложью. Но теперь он видел и другое — тени. Они вились вокруг Эльдарина, как голодные псы, готовые вцепиться в глотку.
— Я не прошу прощения, — сказал Артизава. — Но я остановлю это. С тобой или без.
— Ты ничтожество! — император бросился в атаку.
Их клинки столкнулись, высекая искры. Эльдарин бился с яростью обречённого, но Артизава уклонялся, не нанося ударов. Снег вокруг них алел от крови — то ли из ран, то ли отражения заката.
— Убей меня! — рычал Эльдарин. — Стань тем, кем ты всегда был — чудовищем!
Артизава отступил к краю обрыва. Внизу, в долине, нежить уже настигала беглецов. Он услышал крик ребёнка — эльфийская девочка, упавшая в снег, протягивала руку к матери, которую тащили за волосы мертвецы.
— Нет, — прошептал Артизава.
Тени откликнулись.
Они вырвались из-под его кожи, чёрные, как сама пустота, и ударили в Эльдарина. Император взревел, упав на колени. Тени обвили его, сжимая, лишая дыхания.
— Ты... стал им.... — прохрипел он.
Артизава подошёл, глядя в глаза отцу.
— Я стал тем, кем ты меня сделал.
Он разжал пальцы, и тени отпустили Эльдарина. Император рухнул в снег, кашляя чёрной кровью.
— Умри как король, если можешь, — сказал Артизава и побежал в долину.
Битва была адом. Нежить, ведомая демоном, разрывала эльфов на части. Сирина и Каил рубили мертвецов, но их силы таяли. Лилия, бледная как снег, пыталась удержать магический барьер, а Торвин стрелял в демона, но стрелы отскакивали от его шкуры.
Артизава ворвался в гущу схватки. Тени вились вокруг него, как живые, разрывая мертвецов на клочья. Но чем больше он их использовал, тем сильнее горела метка. Кровь текла из его носа, глаза слезились, но он не останавливался.
— Артизава! — Каил крикнул. — Демон! Он...
Демон, ростом с башню, ударил кулаком по земле. Ледяные шипы взметнулись, пронзая беглецов. Артизава увидел девочку — та стояла на пути шипов, закрывая грудного брата.
— Нет!
Тени взорвались, как чёрное солнце. Они поглотили шипы, демона, мертвецов. Артизава упал на колени, чувствуя, как тени пожирают его изнутри. Но он не отпускал их, пока демон не рассыпался в прах, а последняя нежить не рухнула.
Тишина.
Он поднял голову. Эльфы смотрели на него с ужасом. Даже Сирина отступила на шаг.
— Он... он монстр, — прошептал кто-то.
Артизава встал. Тени, послушные и холодные, обвились вокруг его рук.
— Да, — сказал он. — Но сегодня этот монстр спас вас. Бегите. Пока не поздно.
Эльфы бросились прочь, унося раненых. Лилия подошла к Артизаве, её глаза светились странным сиянием.
— Тени... Они не просто служат тебе. Они пожирают твою душу.
— Я знаю, — он вытер кровь с губ. — Но это единственный путь.
Каил хлопнул его по плечу, но быстро одёрнул руку — тени шипели, как змеи.
— Что теперь, принц?
Артизава посмотрел на руины Альбиона. Где-то там, под обломками, лежал его отец. А на горизонте уже собирались новые тучи — крылья Люцифера.
— Теперь мы идём туда, где рождается тьма. И заставим её послужить свету.
Они ушли, оставив за собой кровавый снег. И только ветер нёс шепот:
— Смотрите... Его тени... Они оставляют следы...
На снегу, где ступал Артизава, чернели ростки — крошечные цветы с лепестками из тьмы. Они расцветали даже на пепле.