Темно-оранжевый закат

И так, в продолжение нашей с вами небольшой традиции, предлагаю послушать трек Woodkid – I love you. Приятного тения и прослушивания.
__________________________________

Это был один из декабрьских морозных дней, когда на улицы выходить совсем не хотелось. Прошло четыре месяца с знакомства мисс Ланжерон и мистера Фицджеральда, а обоим кажется, что прошёл всего лишь миг. С того вечера на яхте молодые люди сблизились и теперь Алекс полностью просвещал свою спутницу в дела. Он не боялся положиться на неё, ведь эти хрупкие плечи могут многое выдержать.
И сегодня, именно в этот день, Ден праздновала свой день рождения. За столом собрались самые близкие ей люди: отец, матушка и даже мистер Ромеро, только одно место за столом оставалось пустым. Александр запаздывал из-за вьюги, и именно поэтому все люди, сидящие за столом, ждали его появления. Тихий звонок прервал их молчание, а вскоре тот, кого все так сильно ждали, появился в небольшой студии. Мужчины обменялись рукопожатиями, а миссис Ланжерон была удивлена галантности юного Фицджеральда, когда тот целовал ее руку.
- Мы уже заждались тебя, - говорит Ромеро, присаживаясь за стол, - Ты где пропадал?
- На улице ужасная метель, - отвечает Александр, отодвигая стул для Ден, а после и сам присаживается за стол,- Извиняюсь за ваши ожидания.
- Ничего страшного. Раз уж все собрались, может начнем? - мистер Ланжерон поднял свой бокал, где уже искрилось шампанское, и с явным интересом наблюдал за Александром, - Может быть тост?
- Кхм, я не любитель этого, отмахивается блондин, но в ту же секунду он ловит на себе молящий взгляд Денеболы и, не в силах противостоять ее чарам, привстает из-за стола, — Банальность. Жизнь состоит из них. Но вот что не банально — Денебола, — он делает небольшую паузу, переводя взгляд на младшую Ланжерон, — Невзирая на все события твоей жизни ты остаёшься прекрасным человеком и волшебной девушкой. Ты вошла в мою жизнь так неожиданно, и эта неожиданность зажгла меня. Это было именно то, в чем я нуждался. Ты дала точек мне как человеку, как Александру, а не как Александру Джеймсу Фицджеральду. Ты вытащила меня из рамок посредственности. Я думаю, что с каждым из присутствующих здесь ты сделал это. Ты невероятная и волшебная девушка. Оставайся такой же, не позволяй этому миру менять тебя, — Алекс приподнимает бокал, — За вашу прекрасную дочь, Мистер и Миссис Ланжерон. Спасибо вам за неё.
Денебола приподнимается со своего места, прислоняет свой бокал к бокалу Алекса и продолжает смотреть на него так, будто бы сейчас он выдал что-то невероятное и прекрасное одновременно.
Неужели в ее жизни появился такой человек, который смирился с ее прошлым и готов принять ее такой, какая она есть?
Смущенная Ланжерон присаживается на краешек стула, когда слышит вопрос от своего отца, адресованный, как она поняла, и Алексу и мистеру Ромеро.
— Как так получилось что вы знакомы? Как я погляжу, вы даже не одного возраста, и это очень странно, что мистер Ромеро был вашим помощником, Александр.
— Прошу, зовите меня Алексом, ни к чему полные имена, — просит блондин и вытирает салфеткой краешки своего рта, — Думаю, что будет честно если Мистер Ромеро сам вам расскажет об этой истории.
— Спасибо, Алекс, — раздаётся басистый голос седовласого мужчины и тот, поправив свой пиджак, приступает к началу своей истории.
Это были ревущие двадцатые годы. Отцу Алекса на тот момент было 25 лет и он только привыкал к своему статусу. Со школьных лет он был знаком с Эваном Ромеро, с которым они прошли все школьные издевки и половину войны. Так что предложение такой должности Эвана ничуть не удивило. Буквально через некоторое время Джеймс понял, что не прогадал с выбором. Ромеро предлагал ходы и лазейки для добывания нужной цели и это всегда срабатывало. Многие считали их братьями, но лишь немногие знали правду. Они выкупили один из первых небоскребов в тридцатые годы, они вместе прибрали к руками множество мелких фирм и банков. И очередное дело никак не удивило их. Ромеро и Фицджеральд, как обычно, собирались в порт для обмена выгодой. Джеймс отшучивался, что если его там убьют, то пусть Эван заберёт себе его красавицу-жену, бизнес, дом и прочее. Но кто знал, что все эти шутки окажутся правдивыми? Никсонсы — темные люди даже в мире мафии. И одна из их пуль пролетела точно в сердце Джеймса, лишив того жизни. Перед смертью отца Алекса мистер Ромеро пообещал, что будет заботиться о нем, как о собственном сыне. Так и вышло.
— Вот такая история, — подытоживает тот, опустошая свой стакан с виски.
— О, Алекс, нам очень жаль, — щебечет Джеральдина, накрывая своей горячей ладонью холодную руку Алекса, — Если бы Роберт знал...
— О, не переживайте миссис Ланжерон, — улыбаясь отвечает Алекс, желая поскорее выдернуть свою руку (о Боже, она нарушает личную зону комфорта), — Это затянувшаяся рана.
Ужин подходит к своему логическому финалу. Алекс отправляет родителей Ден на своей машине с водителем домой, а сам остаётся с ней, помогать убирать со стола.
— Спасибо что пришёл сегодня, — улыбается брюнетка, домывая последнюю тарелку.
— Не обольщайся, — смеётся Фицджеральд, — У меня все равно не было дел, так что я...
— Сам-то себе веришь? — вдруг неожиданно спрашивает Денебола, поворачивая голову в сторону блондина, — У тебя сегодня было три встречи и ты их отменил. И то, что ты говорил за столом...
Алекс глубоко вздохнул. Сквозь приоткрытое окошко проходил морозный воздух и он помог ему немного взбодриться. Алекс, хватит уже этих игр. Либо сейчас, либо никогда.
— Я ничего не могу с собой поделать, — серьезно шепчет тот, подходя ближе к окну и доставая сигарету. Мужчина подкуривает ее и выпускает струйку дыма на улицу.
— Почему? Я делаю что-то не так?
— В том то и дело что нет, — издаёт истерический смешок Фицджеральд, — Все твои поступки, даже самые неправильные, они действуют на меня очень странно. Я будто чувствую себя школьником...
— Это разве плохо?
— Это опасно, — отчеканивает он, — Для тебя. Ты не представляешь какой опасности ты подвергаешь себя. Моя жизнь — минное поле. Куда ни ступишь, везде ожидаешь подрыва.
— А я уже давно подорвалась, — отвечает брюнетка, все сокращая и сокращая расстояние между ними.
— Ден... — Александр поворачивается к ней, берет в руки ее горячую ладонь и подносит в своим губам, аккуратно целуя ее нежную кожу, — Я схожу с ума...
— Я тоже, — признаётся она, аккуратно поглаживая его волосы, — Давай сходить с ума вместе?
Фицджеральд достаёт из кармана пиджака небольшую бархатную коробочку продолговатой формы и открывает ее. Внутри, на чёрном бархате, лежит прекрасное ожерелье, сделанное из белого золота с драгоценными камнями.
— Я знаю что это ожерелье когда-то мой отец подарил моей матери, — шепчет над ухом брюнетки Алекс, застёгивая застёжку украшения, — Моей биологической матери. И сейчас я дарю его тебе как сделал когда-то он. Береги его так же... так же как будешь беречь мое окровавленное сердце.
В следующую секунду брюнетка встаёт на цыпочки, обхватывает лицо Александра и нежно целует того в губы. О, она мечтала об этом ещё с того вечера на яхте... его ладони аккуратно ложатся ей на талию, сминая под собой тонкую ткань ее платья.
Следующая их остановка — кровать. Все вещи летят в сторону, в них больше нет нужды, хоть форточка и открыта посреди зимы. Он изучает каждый сантиметр ее кожи, нежно целуя его, посасывая и аккуратно кусая.
Так, сошлись две противоположности. Лёд в лице вечно закрытого Алекса и огонь в лице вечно открытой Ден.