Зелёное проклятие
Девушка уже не могла себя сдержать и буквально втолкнула мужчину в номер отеля, который тот снял на ночь. Женщина на ресепшене с задержкой отдавала им ключи, особенно видя всю шуршащую, потирающуюся о Виктора Матришу, как она издает какие-то смешки и пристанывая.
Но они это прошли и девушка хотела расстёгивать его рубашку, как мужчина приостановил её за руки и сделал шаг назад, Матри посмотрела на него круглыми, какими-то с детским удивлением глазами, но ничего не говорила. Говорил он.
- Матри, Матрикария, постой. Погоди... Ты знаешь что делаешь?
Она захлопала глазами, будто он спросил нечто странное или глупое. Ромашка приумерила запал, даже задумавшись над его вопросом. У себя в голове кустишка знала ответ, но решила перепроверить, тот ли это ответ, может недопоняла? Но... вроде все было верно.
- Да...
Ответила Матриша, Витя ее отпустил и сел на кровать. Кустистая ещё стояла перед ним, всматриваясь в его глаза, стараясь найти заранее там новый вопрос или спросить сама. Он вздохнул, и поставил локти на колени, сцепляя хлопком свои ладони.
- И что же? Чего ты хочешь? Ты взрослая, понимаю, ты рассказывала свою проблему, но я тебе помогу если ты и сама себе, мне расскажешь, что будешь делать. Не запрещаю тебе что-то, не подумай... Я желаю тебе хорошего, но если ты даёшь себе четкий отчёт.
Именно это она боялась, что ей придется еще раз объясняться, но с тем, что ей трудно разъяснить. Она видела много раз, слышала, но не чувствовала, не могла рассказать что-то о желаниях. Для неё это скорее был эксперимент, от беспомощности ее волнение снова переходило в слезы, но...
- Я... я хочу секса? С... тобой. Чтоб у нас потом был... малыш! Маленький Кустик! Хочу попробовать... каково оно, когда два тела сплетаются и в итоге сливаются в одно! Во что хочу!
Да, когда она вернулась к теме детей, её уверенность, что именно это она хочет возрастала в геометрической прогрессии с каждым последующим словом. И действительно, смыслом жизни было найти пару и наплодить максимальное количество потомства. Такой уж уклад у их народца и такое они считают счастьем и высшим благом. Только вот Виктор не только другой расы, но и мировоззрения. Он понимал стремления, желания Матриши, но понимал, что суждения юной дамы слишком взрослые, пусть тело её так не считает. Девочка перескакивала с ноги на ногу ближе к Виктору, пока не положила руки ему на плечи и не нависла над ним, что было близко к поцелую.
- Я ответила? Ну? Виктя! Виктя, я уже не могу! Я сейчас без тебя, сама от ожидания до оргазма дойду, Ви-иктя!
И да, он её поцеловал.
- Ты хочешь детей? Крутит и не можешь от возбуждения? Тогда я попрошу разрешения использовать резиновую приспособу для секса. Мы разные виды и чтоб никто никому не сделал больно, ладно?
Матришка-малышка подумала и улыбаясь, шурша кивнула. Впервые ее глупость сыграла преподу на руку. Если она не поняла о презервативе, то значит она не знает о нем, в простивном случае она бы спросила о том, как тогда они собираются зачать ребёнка. Да и Виктор подготовился не только материально, но и заготовил ответы на такие неудобные вопросы, на всякий случай.
Матрикария начала его обнимать, целоваться с ним, жадно и опрокинув его, чтоб быть сверху, сняла майку, оголив грудь, до конца расстегнула рубашку мужчины, следом опустилась и до штанов. Странным было ее полное отсутствие какого-либо стыда от этого... Она смеялась, радостно улыбалась, пока рот был свободным от языка. Можно ли назвать это наивностью? Думаю, да. От такого у Виктора даже на секунду проявилась идея всё-таки, по доброте душевной, оплодотворить её. Матрише же не он был нужен и не секс, эротика, для этой девочки это лишнее и мирское, другое дело продолжение рода.
Но это было лишь мгновенная идея до того, как зелёной удалось его завести и до того, как милая студентка сладко, громко и с присмешкой застонала, неспеша опускаясь на члене. Оказалось, она довольно много знала о сексе, поэтому им было действительно жарко, Матри хотелось глубже, быстрее и постоянно менять позы, любому было бы с такой нелегко.
Однако, Виктя не мог и подумать, что ему так будет приятно внутри юной студентки.