Печенье с Молоком
Бискит, как первый, но не первый раз, ждал Милкис на "их" лавке в парке у центра города, вне серых хрущёвок или пустынных, непонятных частных секторов, где не то что погулять, посмотреть было мало что, даже с учетом настоящего у них лета. В конце концов, это было одинаково далеко обоим друзьям.
Парень был один, без Клевера, хотя шестым чувством он замечал, что не просто так пробежала мимо него белка, прыгая с дерева на дерево, как белка.
Но все равно Бес просто сидел и ждал, смотрел по сторонам, на проходящих мимо людей, смотрел на время и постукивал по деревяшкам пальцами.
"Она скоро придет, она придет, она писала, что выходит, выходит, значит придет. Может она еще красится? Нет. Она же почти не краситься. Легкая помада и тушь - не краситься! Одежда?... Нет! Я не знаю почему её еще нет! Почему?"
Бес согнулся, поставив локти на колени, а замок рук укусил. Возможно он бы даже заплакал, но не было достаточно причин и надежда умирает последней. К счастью, Рогаль не успел съесть руки, как заметил что его подруга идет к нему. Тот, хах, сразу выпрямился, закинул руку за лавку, повернулся корпусом в её сторону и продышался, он же не волновался, действительно.
- Опять на полтора часа раньше пришел, боясь опоздать, Бесявый?
С некой усмешкой протянула девушка, подсаживать к черту, при этом копируя его позу. Его ушки дёргаются, но он улыбаясь махает рукой. Ах, как иногда меняется человек с приходом другого.
- Пф, нет! Я только пришел, да, думаю, не больше пяти минут сел. Передохнуть.
- У тебя уши дёргаются. Ты так рад меня видеть?
Девушка всё-таки села по проще и удобнее: спиной откидываясь назад, закидывая ногу на ногу, руки на колено. Бискит раскраснелся бы, но через косметику, пусть и его цветов, этого небыло видно, но от её вопроса уши только сильнее трепыхались, и их парню пришлось останавливать руками, что еще раз рассмешило подругу. Он нахмурился.
- Милкис, знаешь же, что я не специально. И да, да, я тебя ждал, рад видеть! Нечего из-за этого смеяться над мной.
Милкис, как звали девушку сразу перестала смеяться, вздохнула и взяв руки Беса за запястья, убрала от его ушей.
- Бискит, я не смеюсь над тобой. Просто твои уши ну, прости, слишком забавно и мило дёргаются. И если тебя это ранит, то я не буду смеяться. Честно.
Рогатый не сопротивлялся и даже немного улыбнулся, ведь как бы то ни было, ему каждый раз было очень стеснительно и приятно слышать от неё комплименты и слова поддержки. За это он ее любил, за это она ему нравилась. Она была первая из девушек, кроме матери, кто к нему так относился. И Бискиту было даже первое время странно, что девушка учит его быть слабым и безумным, не против его внешности, ей было все равно кто его родители, сколько денег и насколько он известен... поэтому уже через пару недель знакомства и переписок, был по уши влюблён, что плакал ночами, вспоминая все теплые слова.
- Если... если тебе это действительно нравится, то можешь смеяться. Не в моих полномочиях, особенно тебе, запрещать смеяться.
В этот раз улыбаясь и задирая нос он специально задёргал ушками. Милк немного пихнула его в плечо, улыбнулась в ответ, но улыбка быстро пропала и она закатила глаза, затянув почти постоянную для их встреч, и не только, песню.
- Ой, слушай, будто я тебе не говорила раньше, что для меня в тебе нет ничего стрёмного. Вот вечно приходиться напоминать. А если я себя начну чмырить, тебе будет приятно?
Он понял, что его плохое шуточное, хоть не совсем, самомнение ей не понравилось и придвинулся уже опуская ухи, виновато смотря, даже позу сменил на скромную и поджатой к груди одной ногой.
- Некоторых это напрягает, мало ли что у тебя это может в голове сгенерировать. И я знаю что ты себя чмырить не будешь! Потому что ты действительно красивая, любишь себя. Я тоже научусь... возможно... в противном случае, тоже хочу любить тебя и люблю. Да, люблю! И стараюсь ради тебя! Только твое это повторение медленно дает мне понять, переставать себя ненавидеть.
Бес взял порозовевшую и удивлённую с его речи Милкис за руки и начал от чего-то всхлипывать.