In This Darkness

Северус находился в своем кабинете, покрытом полумраком. Помещение освещал лишь зеленый мраморный светильник, стоящий на столе. Снейп уже вот который час сидит в кресле, не двигаясь. Мертвая тишина, все время присутствующая в его квартире, сейчас стала гнетущей. С тех пор, как Лиззи уехала, в доме сразу стало тихо. Да, во время их совместного проживания мужчина был более, чем счастлив: единственный человек, для которого в его сердце осталась любовь, ради которого он долгие годы жил, работал, самосовершенствовался — его маленькая родная Лиззи так быстро выросла. Те несколько лет, которые обещали быть долгими и печальными, пролетели за секунду — Элизабет выросла, стала девушкой, предпринимает важные решения, контролирует свою жизнь и не нуждается в помощи. Хотя, исходя из последних событий, все же в некоторые моменты подмогла была бы ей кстати. Его маленькая девочка Лиззи... Принцесса, в один миг ставшая королевой: одинокой, мудрой, безжалостной и непоколебимой. Не Лиззи, а Элизабет Мелоди Хартс — ребенок, лишенный детства, лишенный семьи; ребенок, чей разум протрезвел намного раньше, чем положено. Его маленькая копия Лиззи...
Снова и снова перечитывая записи в блокноте, Северус сглотнул. «Да не может быть», — подумал он, вздохнув. Желваки на висках ходили ходуном. Это конец.

   В доме Малфоев все уже как две недели тихо. После того скандала Люциус был готов выдворить Беллатрису и Дельфи, но постепенно остывал: Нарцисса встала на защиту, хотя и сама объявила родственникам бойкот. Напряжение, царившее в огромном доме, обволокло его полностью: все молчали, опускали глаза, ходили мимо и старались поскорее уехать за пределы особняка.
В другом коттедже все было как обычно. Почти. Драко не оставлял Лиззи ни на секунду, но она и так быстро восстановилась — любой переломный момент выбивал ее из колеи, но, приходя в себя, она становилась еще сильнее, чем раньше. Жизнь особо никогда по голове не гладила.
Так, проснувшись одним утром, Драко не увидел девушку рядом.
— Лиззи!
Тишина. Позвав еще раз и не услышав ответа, Малфой взял в руки телефон.
— Я тут, чего кричишь? На кухне была, — вдруг появилась в дверях брюнетка.
Сев на край кровати, она оставила на его щеке мягкий поцелуй.
— Спускайся, я приготовила завтрак. Уже девять, ты проспишь до обеда.
— Солнце, не пугай меня так, хорошо? Кто знает, вдруг тебя прямо из моей кровати утащили, — блондин, обхватив ее руками, прижал к себе, повалив на кровать.
— Вставай. Давай, Драко, не заставляй меня злиться.
— Как же я люблю тебя, принцесса, — улыбнулся блондин, поцеловав ее в губы, — жить без тебя не могу.
— И не будешь. Вставай!
Сидя за столом друг напротив друга, молодые люди, пересекаясь взглядами, посмеивались. Элизабет смотрела на него и не могла поверить, что это все на самом деле. Что она счастлива, любима, оберегаема и ценна.
Драко видел мир в свете ее бездонных очей. В ее глазах парень видел любовь. Безусловную и безграничную. Он нашел ту, которую любил, о которой мечтал.
Девушка встала, убрала за ними со стола. Малфой наблюдал за ней со стороны: точеный силуэт, плавность движений.
— Иди ко мне, — вдруг сказал парень.
Элизабет, пожав плечами, подошла и села к нему на колени.
— Какая ты красивая, принцесса, — проговорил блондин, столкнув их носы.
Хартс улыбнулась и, зарывшись руками в его волосы, поцеловала в губы. Драко, ответив, обнял ее за талию, прижимая к себе.
— Пойдем наверх?
— Угу, — проговорила черноволосая.
Не говоря ни слова больше, блондин взял ее на руки и двинулся к лестнице. Дойдя до точки назначения, он осторожно опустил Элизабет на кровать, водя руками по бедрам.
В эти моменты Малфой понимал, что она добровольно ему принадлежит. И, одновременно с этим, сам парень был всецело в ее руках. Тут не было никакой грязи и похоти: чистой воды любовь в одном из своих проявлений. Целью было не утолить животные физиологические потребности, а сделать приятно другому, побыть наедине и еще раз показать, как они друг другу доверяют.

Элизабет, в обниму лежащая с Драко, отвлеклась на телефон.
— Любимый, тебе звонят, — протянув парню телефон.
Блондин, нехотя подняв трубку, вдруг резко сел в кровати. Встав, он зашел в ванную и закрыл дверь.
Лиззи, не понимая, что происходит, пожала плечами: расскажет потом. За дверью послышался шум воды.
Вышедший через пару минут парень, ничего не говоря, зашел в гардеробную.
— Ты куда?
— Мама с папой зовут.
— Что-то срочное? Поехать с тобой?
— Нет. Все хорошо, солнце. Оставайся дома, жди меня. Только запри двери, чтобы я не волновался. Держу камеры на контроле. Отдохни от меня, принцесса, — усмехнулся он.
Поцеловав Элизабет, Драко быстро вышел из дома и сел в машину. Что там опять случилось?
Лиззи, еще немного полежав, тоже поднялась. Надо заняться делами — помыть голову, сделать укладку, убрать. Дел навалом, а главное — есть время.

— Алло, — сказал Драко, глядя на дорогу.
— Ты где? — Послышался в трубке голос Блейза.
— Еду к родителям, — насупился блондин.
— Зачем? Пэнси наяривает Тео в чат, что она там, и несет что-то невнятное. Ты с Лиззи?
— Нет. Папа по телефону так орал, что я ничего не понял. Единственное, что он повторил с десяток раз, это «Приезжай без Элизабет. Без Элизабет!». Щас заеду, выходите уже. Мне минуты две до вас.
— Чао, бамбино, — проговорил Забини и завершил звонок.

К особняку Малфоев подъехала машина. Парни, выгрузившись из нее, оглянулись. На подъездной дорожке стоял черный автомобиль. Всем троим он был знаком, но никто так и не смог ответить, чье авто здесь стоит. Единственный способ — все же зайти в дом и узнать.
Дверь открылась. Драко зашел в гостиную первым, Тео и Блейз — за ним. Была слышна ругань. Все, кто находился в доме, резко замолчали, обернувшись на парней. Повисла напряженная тишина. Стоявший за спиной Забини крякнул, и тут только младший Малфой замер: точно, вот где он видел черный роллс-ройс...

Элизабет, досушив голову, улыбнулась своему отражению. Все же, природа многое ей дала. Черные волосы покорно лежали на плечах, обрамляя бледное, красивое лицо. Большие кукольные глаза угольного цвета отражали бликами свет от ламп на зеркале. Музыка, играющая в наушниках, добавляла шарма всем происходящему: спокойная мелодия расслабляла и даже немного подзадоривала. Но тут музыка прекратилась — рингтон начал резать уши. Подняв трубку, девушка со смехом проговорила: «Алло». Тут же ее лицо изменилось. Брови приподнялись в немом вопросе.
— Что-то случилось? Почему ты такой серьезный? Да, я скоро приеду... Пару минут. Точно ничего не случилось? А почему ты там? Хорошо, хорошо, я не спрашиваю ничего. Еду.
Элизабет тяжело вздохнула. Что там опять случилось? Проблемы.