In This Darkness

Малфой смиренно сидел на кровати и пялился в стену. Он был спокоен и немного взбудоражен одновременно — лежа на его коленях то и дело вздрагивала Элизабет. Её кукольное личико было красным и самую малость припухшим от слез, которые изредка еще катились по мягким щекам. Когда они сели на кровать, продолжающаяся истерика вымотала её совсем и девушка не заметила, как уснула.
Драко бережно, словно боясь снова её повредить, гладил брюнетку по голове. Как же он перед ней виноват...
— Прости меня. Пожалуйста... — Прошептал парень, по сути говоря с самим собой.
— Я не могу, — неожиданно последовал ответ.
— Скажи мне, что сделать, чтобы смогла. Я все сделаю, Лиззи, — Малфой взял её за щеки и повернул на себя, — ты же знаешь... Что угодно, я...
— Ничего не нужно. Просто перестань.
— Что перестать?
— Ты знаешь, о чем я.
     Повисло неловкое молчание. Драко не мог понять, почему она просто не выгонит его. Стоило ей только пожелать, он бы исчез, в этом доме они бы больше не пересеклись ни на секунду.
— Мне нужно время, Драко. Очень нужно, — она поднялась, села напротив.
— Я сделаю что угодно, Лиззи. Все, что пожелаешь, только...
— Давай забудем об этом. Просто продолжим жить, как раньше.
Блондин не верил своим ушам. Он думал, что ему придется годами выслуживаться, чтобы добиться только лишь этих слов. О прощении парень даже мечтать не смел.
— Как раньше? — Проговорил Малфой.
— Да.
Его голова работала в темпе «ультра», но сдержаться он все равно не смог. Протянув руки к сидящей напротив девушке, Драко притянул её к себе, крепко обнимая. Коснувшись носом бархатной кожи щеки, он вдохнул привычный вишневый аромат. Осторожно, словно контактируя с хрусталем, Малфой накрыл её губы своими.
— Прости... Если ты...
— Мы договорились как раньше. Это раньше было, — коротко сказала Элизабет.
Драко, не вытерпев, поцеловал её снова. И снова, и снова, и снова...
— Все, ты успокоился?
— Я не могу. Я тебя люблю, Хартс.
— О любви говорить еще рано. Не давай ложным чувствам себя ослепить.
— Тогда ты мне очень сильно нравишься. Так лучше?
— Это временно, Драко. Это временно.
— Нет, Элизабет, это надолго. На очень-очень долго.
— Давай не сейчас, пожалуйста. Это непременно влечет за собой серьезный разговор о разных темах, включая и мои чувства тоже.
— Твои чувства?
— Я бы не хотела говорить об этом.
— Лиззи, я...
— Обсудим позже. Договорились?
Девушка поморщилась. Голова болела все больше.
— У тебя пульсирует висок. Мигрень?
— Мигрень, — подтвердила брюнетка.
Блондин, оторвавшись от нее, встал и куда-то направился. Через секунду все стало ясно — он пошел потушить свет.
— Я прочитал, что тебе плохо от света и...
— Ты читал про мигрень? — Девушка усмехнулась. Как же она его недооценивает.
— Читал. Поспи. Я могу принести тебе воды или чай. А еще...
— Спасибо, — тихо сказала Хартс и, забравшись под одеяло, отвернулась к стене. В темноте спальни Драко не увидел легкой улыбки и, вздохнув, вышел, закрывая за собой дверь.
      Шел третий час ночи. Блондин сидел в гостиной, не переставая размышлять. Он впервые в жизни испытывал чувство вины такой силы. Еще никогда не приходилось ощущать себя таким редкостным мудаком.
      Мысли сами лезли в голову: Он ей противен? Однозначно. Чувствует ли она к нему что-то? Ненависть. Страх. Она вынуждена его терпеть. Как она вообще видит этот мир после всего, что с ней произошло? Это будоражило его больше всего. Вновь открывшиеся обстоятельства сводили с ума — киллеры. В доме. С ребенком. Убившие брата на её глазах. Какой ужас, Боже... Что она пережила? Как же сильно, наверное, надломилось в ней что-то, что она так изменилась. Какого масштаба эта трагедия лично для нее, раз из милого и любящего всех вокруг ребенка она превратилась в холодную и расчетливую. В такую же убийцу. Да, может, она пока что никого не убила, но намерения у девушки были твердые, и это ясно. После того, как Драко проследил за ней в один из её отъездов, он увидел их с Крамом. Вначале внутри взыграла какая-то ревность, которую он до последнего отрицал, а после понял, что здесь точно не свидание. После Виктор что-то ей передал и, тщетно попытавшись что-то ей сказать, бросил попытки привлечь внимание. Они разошлись. Доехав до дома быстрее, Драко смог не вызвать подозрений. А потом нашел в её машине тот белый конверт, только уже вскрытый. С флешкой. Времени, которое Элизабет тратила на учебу, с головой хватало на то, чтобы запросто усесться во всегда открытую машину со своим ноутбуком и вставить в него носитель. Флешка была даже не зашифрована — все было до ужаса просто. В папке хранилось несколько файлов, все однотипные — личные дела. Тысяча и один факт про группу мужчин, а объединял их один общий знаменатель: «Заказ „Бета"». Самое пугающее в этом было то, что папка с файлами носила название «Заказ „Альфа"». Что бы это могло значить? Да то; что она сама намылилась их убивать. Как иначе объяснить долбанный оружейный склад в багажнике и ее спальне?
Но кто это такие? И зачем ей — слуге Фемиды, стороннице правосудия — вообще в это ввязываться? Все встало на свои места. Она хочет отомстить. Принципиально своими руками.
     Подготовка шла полным ходом: оружейный склад в багажнике менялся каждый раз — она куда-то отвозила старое и брала где-то новое. Флешки менялись, на каждой к старой информации добавлялся поток новой, а предыдущие диски уничтожались. 
    Если бы не его дотошность, он бы в жизни не узнал, что с ней творится. Никто ведь даже не догадается о том, что...
— Малфой?
   Парень обернулся. На лестнице, потирая глаза, стояла Элизабет.
— Закрой глаза, я сейчас выключу свет, — поднялся он со своего места.
— Не нужно...
    Но Драко уже потушил основной свет и включил лампы торшеров. Теперь спокойный и приглушенный свет освещал помещение.
— Спасибо, — было видно, что ей стало намного легче, — почему ты не спишь? Уже поздно.
— А ты?
— Я встала попить воды.
— Почему ты мне не позвонила? Я бы... — Он развернулся, чтобы дойти за стаканом, но Элизабет схватила парня за запястье.
— Я думала, что ты спишь.
— Ты же знала, что я тут. Ты первым делом заглядываешь в мою спальню.
    Брюнетка смутилась.
— Нет, я...
— Ты бы увидела меня, лёжа в постели. Я бы принёс тебе воды.
    Девушка молчала. А что ей было ответить? На самом деле, прямого умысла не было. Но был косвенный. Она в самом деле заглянула в его комнату и, поняв, что там пусто, с бóльшим энтузиазмом направилась вниз. Внутренне он был ей приятен. Даже очень. Но навязчивое чувство не давало признаться самой себе, а уж ему тем более.
— Иди спать, Лиззи.
— Я пришла за водой, — настаивала она на своем.
    Парень молча перехватил её руку в ответ, потащил вслед за собой к барной стойке, налил из графина стакан воды. Элизабет уже было протянула руку, чтобы его взять, но события свернули совсем в другую сторону.
    Малфой, глядя ей в глаза, неожиданно опрокинул содержимое стакана в себя, а после так же неожиданно впился в губы Элизабет, впуская поток холодной воды. Девушка распахнула глаза, моргая от непонимания.
— Довольна? А теперь иди и спи.
   Разговор был исчерпан.