Неловкость
Я заворачиваю за угол и вижу Антона - он стоит возле гранитного парапета входа на станцию и растерянно оглядывается по сторонам - наверное, выискивая меня взглядом в толпе. На нем зеленая куртка, похожая на армейскую, и джинсы, а в руках... ой, это что мне?
Я подхожу уже совсем близко, когда Антон, наконец, замечает меня и смущенно улыбается.
- Привет! - говорит он и протягивает то, что держал в руках - крупную белую розу. Я на секунду замираю.
- Это... мне? - спрашиваю я, глупо улыбаясь. Дурацкий вопрос. Ну, а кому еще? Просто мне очень трудно поверить: всю дорогу я пыталась уверить себя, что не стоит слишком уж погружаться в мечты - это приглашение погулять еще ничего не значит. Но роза ведь не может ничего не значить? Или может?
- Да, тебе, - отвечает Антон, опустив глаза. Я беру розу из его рук и нюхаю. В общем-то, роза как роза, не то, чтобы у нее был очень уж сильный запах, но мне отчего-то кажется, что аромат опьяняет, что от него едва не подкашиваются ноги. Что такое со мной? Ведь это же все глупо, это именно то, над чем я всегда смеялась, считала фальшивым и неестественным. А теперь сама стою с блаженной улыбкой и любуюсь обыкновенной розой, как будто я сама не могла бы купить себе такую за сто рублей, если бы мне захотелось. Почему?
- Пойдем куда-нибудь? - спрашивает он. Я от звука его голоса я словно пробуждаюсь ото сна. Голос, кстати, у него очень приятный - низковатый и какой-то более мужественный, чем сам Антон. Голос, от которого веет силой и защитой.
- Хорошая мысль, - подхватываю я. - А куда?
Сама я над этим вопросом как-то не думала, да и, наверное, не должна была. В конце концов, он же меня пригласил - значит, у него должен быть какой-то план.
- А... пойдем в парк? - предлагает Антон. Я с улыбкой пожимаю плечами: в парк, так в парк.
Метро остается позади - по отходящей от него в сторону улице мы идем к парку - он здесь совсем недалеко. В детстве я часто там гуляла с родителями, кормила белок, бегала по извилистым дорожкам, то и дело прячась от папы с мамой за деревьями. Теперь же я туда уже пару лет не заглядывала - как-то незачем было.
Мельком я поглядываю на идущего рядом Антона и пытаюсь определить, не смущает ли его мой наряд. Меня саму - очень сильно смущает, если честно. Кажется, что окружающие вот-вот начнут показывать на меня пальцем: смотрите, как вырядилась эта толстая дура! Вот уж кто выдумал изображать из себя нежное создание!
Однако по выражению лица моего спутника определить что-либо довольно сложно. Кажется, он тоже оценивающе поглядывает на меня время от времени, но результатами этой оценки со мной не делится. Все-таки, что он думает по поводу этого нелепого наряда? Как жаль, что я не умею читать мысли!
- Неловко немного, - говорит вдруг Антон, и этой странной фразой выводит меня из задумчивости.
- Да? Что такое? - переспрашиваю я, встрепенувшись. Неужели, он хочет сказать, что ему неловко идти по улице с этакой розовой тыквой, но хочет это сделать как-то поделикатнее?
- Просто я, вроде как, сам тебя позвал, а теперь не знаю даже, о чем поговорить, - растерянно разводит он руками. - Что ты вообще любишь?
"Люблю есть шоколад, серфить в Интернете и рыдать в подушку от безысходности бытия," - рождается у меня в голове довольно честный ответ, но я решаю, что подобной честностью кавалера лучше не шокировать.
- Читать люблю, - отвечаю я, и это тоже можно назвать честным ответом, хотя и неполным.
- Правда? - в голосе Антона звучит заинтересованность. - А что сейчас читаешь?
Дальше беседа неожижанно для меня начинает налаживаться. К тому моменту, когда мы добираемся до грубо сваренных из железных реек ворот парка, мы уже увлеченно обсуждаем творчество Стругацких, до которых я как раз недавно добралась в отцовской библиотеке.
Парк принимает нас в свои объятия.