6
Дилан стучал в дверь. Мне кажется, он заметил. Ну что, пора рассказывать. Я открыла дверь.
— Лали, всё в порядке? У тебя была кровь? — он взял моё лицо двумя руками и приподнял так, что мы смотрели друг другу в глаза.
В какой-то момент мне хотелось разрыдаться, хотелось поддержки и тёплых слов. Но вместо всего этого я поднялась на носочки и поцеловала Дилана. Теперь он углубил наш поцелуй, но спустя несколько секунд отстранился.
— Всё хорошо? — спросил парень, — у тебя ничего не болит?
Я отрицательно покачала головой и взяла его за руку.
— Я расскажу тебе всё завтра утром, когда мы проснёмся вдвоём. — ответила я и Дилан согласился. — Пойдём?
Мы всё также держались за руки, но уже сплетя пальцы. Парень оказался романтиком, что не скажешь по его виду. Мы смотрели фильм , ели и переглядывались очень часто.
— Итак, может, тебе дать футболку, в которой ты будешь спать?
— Я взяла с собой пижаму, но, пожалуй, я не откажусь, — я ухмыльнулась.
Дилан улыбнулся и пошёл к шкафу, достал оттуда футболку и протянул её мне. Она пахнет им, пахнет моим мальчиком. Я невольно прослезилась.
— Что с тобой? Что-то не так? — спросил Дилан.
— Нет, что ты. Просто глаза слезятся. — ответила я и села на кровать.
Дилан сел рядом.
— О чём ты думаешь? — он что-то заподозрил.
— Я думаю, что сделаю тебе больно.
— Каким же образом? — он вскинул бровь.
— Ты узнаешь всё завтра. — Я слегка улыбнулась.
Дилан взял меня за руку и притянул к себе. Он обнял меня, и, посидев так минуту, он потянулся за бокалами с напитком и протял один из них мне.
— Пей, и мы сможем уснуть. Это лучшее средство. Хочешь, посмотрим телевизор?
— Да, давай. — он встал и включил новостной канал. Там показывали большую трагедию в Корее. Один из парков захватили террористы и, когда их требования выполнили с опозданием, они взорвали весь этот парк, полный людей. На экран вывели списки граждан России. Боже, я не верю своим глазам. Мама, папа?
— Дилан, — я всхлипывала, — Дилан, что там написано в самом верху?
— Тесса и Гарри ... — он не успел продолжить, как я разревелась очень сильно.
— Дилан... Это же мои родители...
— Боже, Лали, мне так жаль...
Я, кажется, уснула на его руках, он целую ночь был со мной.
Я проснулась также в его руках.
— Дилан, мы можем поговорить? — я разбудила его.
— Да, говори. Я слушаю. — он потёр глаза.
— Когда я ходила на осмотр, мне поставили диагноз. У меня рак... Уже неоперабельная стадия.
— Ты ведь шутишь сейчас, да? Такого не может быть. У тебя же ещё вся жизнь впереди... — его глаза слезились, он плачет.
— Нет, Дилан, всё хорошо. Мы проведём эти дни вместе, нам будет хорошо. Как минимум полгода у меня есть. — я пыталась ему объяснить.
— Как ты можешь говорить об этом так спокойно? Ты подумала обо мне? Как мне будет больно жить с мыслью, что ты можешь умереть?
— Дилан, послушай, не нужно так сильно волноваться. Я тебя люблю и ты меня любишь, я потеряла своих родителей и теперь одна, поэтому я знаю, каково будет тебе, но...
Дилан всё так же молчал. Я потеряла родителей, я раздавлена. Полностью, до глубины души. Как же будет ему плохо без меня. Он ведь любит меня. Господи, за что?!
Мы снова прилегли на кровать, лежали в обнимку.
— Эти полгода... Они будут самыми лучшими в твоей жизни,— прошептал мне Дилан.
*Спустя 2 месяца*
Я лежала на кровати у себя в комнате. Дилан на парах, я же решила уйти из универа, к чему мне это всё, если скоро умирать? Мне стало скучно, поэтому я решила сходить за мороженым.
"Дилан, я в нашем кафе, если что, не теряй". — мы с Диланом договорились об одной простой вещи: куда бы я не пошла, я должна сообщать ему об этом. Симптомы проявляются всё чаще, это слишком опасно.
Я села за столик у окна и заказала себе мороженое, самое дорогое, что было в этом кафе. Нужно оторваться за эти последние месяцы жизни. Также я заказала американо и шоколадный торт, неимоверно вкусный десерт.
— Лали! Привет, давно не виделись!— это Джон? Боже, он ведь уезжал в Германию, на лечение. Он ничего не знает, я решила ему не говорить, чтобы не ранить... Он итак пострадал из-за меня...
—Привет, — я улыбнулась, — давно не виделись.
— Да, давно... Как ты? Как жизнь?
— У меня всё хорошо. Как ты?
— Всё отлично, как мама, папа?
— Ты не знаешь? Они были в Корее и погибли, когда террористы захватили парк... До сих пор ведь крутят по новостям, ещё не разобрались до конца. Ты должен был знать...
— Прости, я правда не знал. Может, прогуляемся?
— Я не в настроении. Ты мог бы уйти? — я вскинула бровь.
— Почему ты такая грубая?
— Да ты только что насыпал мне соль на рану, а потом, как ни в чём ни бывало предлагаешь мне прогуляться? — я кричала слишком громко, все посетители оборачивались на нас. Боже, мне стыдно.
Я бросила деньги на стол и вышла из здания. Дойдя до первой попавшейся скамьи, я в прямом смысле рухнула на неё и расплакалась. Глупые нервы, так бывает очень часто, я плачу, потом понимаю, что это бессмысленно. Я накричала на своего лучшего друга ни за что, а просто так. Он ведь правда не знал.
"Лали, где ты? Уже вышла из кафе", — СМС от Дилана.
Я набираю его номер. Он не берёт трубку.
" Я на парах, напиши " , — ещё одна СМС.
"Я иду домой."
Ответа не последовало, видимо, он занят. Ведь ему ещё жить дальше.
*Вечер*
— Лали, пойдём прогуляемся? — предложил мне Дилан.
— Хорошо, давай. Я пока буду собираться , а ты возьми мою сумку внизу и подожди, я хочу зайти в магазин на обратном пути.
— Хорошо.