Сожженные до тла

12глава
Али Касым

Тэган смотрел на меня. Молча. Не отрываясь. В его глазах не было злобы — только холодное, выжидающее любопытство, как у хищника, который решает, стоит ли тратить на тебя время. В воздухе повисла тишина. Джонни перестал смеяться, Билал напрягся, чувствуя, что происходит что-то неладное.

Тэган медленно засунул руки в карманы брюк и слегка наклонил голову к своим парням. Он что-то тихо сказал им — слов я не расслышал, но заметил, как его губы растянулись в усмешку. Его друзья переглянулись, понимающе улыбнулись, а затем, словно по команде, одновременно повернули головы и уставились прямо на меня.

Восемь пар глаз. Восемь насмешливых, холодных взглядов.

Я почувствовал, как внутри закипает злость. Та самая, глупая, горячая, которая всегда заставляла меня делать то, о чём потом жалел. Я не выдержал. Моя рука сама поднялась — я показал ему средний палец. В Осталии этот жест считался одним из самых оскорбительных среди молодёжи. Я знал, что делаю. И мне было плевать, я его ненавидел.

Билал перевёл взгляд сначала на мою руку, потом на Тэгана.

— Брат...

Джонни вцепился в мою руку.

— Али, ты с ума сошёл? — прошептал он. — Это же тот бешеный пёс. Ты что творишь?

Я не ответил. Я смотрел на него. Тэган медленно ухмыльнулся. Уголки его губ поползли вверх, и в этом движении было что-то зловещее. Он медленно провёл большим пальцем по собственному горлу. Словно говоря «тебе конец».

В следующую секунду он лениво поднял руку вверх. На секунду задержал её в воздухе. И резко опустил, указывая прямо на меня, он закричал:

— ЗА НИМИ!

Я не стал ждать. Одним движением схватил Билала за запястье, другой рукой дёрнул Джонни за рукав и сорвался с места.

— БЕЖИМ!

Мы побежали. Ноги сами понесли меня вперёд, в переулок, подальше от этой школы, подальше от Тэгана и его банды. За спиной раздался топот — топот девяти пар, грохот ботинок по асфальту, крики и свист.

— Держи их!

— Не упусти!

— Лови Касыма!

Я не оборачивался. Я просто бежал, таща братьев за собой. Сердце колотилось в груди, смешиваясь с криками преследователей.

Я крепче сжал руку Джонни, чтобы тот не отстал. Он был младше нас и едва поспевал, постоянно спотыкаясь о неровные камни мостовой.

Я всё-таки обернулся

Чёрт.

Они были быстрее, чем я рассчитывал. Расстояние медленно сокращалось.

— Али! — крикнул Билал, тяжело дыша. — Что ты вообще сделал?!

— Потом объясню!

— ПОТОМ?!

— Если нас сейчас догонят, потом уже не будет!

Мы вылетели на главную улицу, где расположился вечерний рынок. Пахло жареным мясом, пряностями, мокрой листвой. Вокруг сновали люди: торговцы зазывали покупателей, женщины в длинных платьях выбирали овощи, старики сидели у лавок, попивая чай. Мы врезались в толпу, и всё вокруг превратилось в хаос.

— С дороги! — крикнул я, отталкивая торговца с корзиной яблок. Корзина выскользнула из его рук, и яблоки с глухим стуком рассыпались по мостовой. Джонни едва не поскользнулся на одном из них, но я успел схватить его за капюшон и резко дёрнул вперёд.

— Смотри под ноги!

Позади раздался звон. Кто-то из преследователей влетел прямо в лавку с глиняной посудой.

— Да чтоб вас!

Горшки с оглушительным грохотом разлетелись по земле. Торговец выскочил наружу, размахивая руками.

— Разбойники!

Но даже это задержало их всего на пару секунд.

— Вон они.

— Не упустите их!

Я врезался плечом в тележку с тканями, и разноцветные отрезки взметнулись в воздух, как праздничные флаги. Женщина, торгующая пряностями, взвизгнула и отскочила в сторону, когда я промчался мимо, чуть не сбив её. Билал задел плечом торговца рыбой, и тот заорал что-то оскорбительное, но мы уже скрылись в толпе.

— Али, куда ты нас ведёшь?! — закричал Билал, тяжело дыша.

— Просто беги! — ответил я, не сбавляя темпа.

Мы неслись по извилистым переулкам, перепрыгивая через деревянные ящики, старые бочки и натянутые между домами бельевые верёвки. Я оглянулся на секунду. Они приближались. Тэган был впереди, его чёрные волосы развевались на ветру, и он бежал с хищной, плавной грацией. Остальные — за ним, как стая голодных псов. Их было девять, и они не собирались останавливаться.

— Сюда! — крикнул я, резко сворачивая в узкий переулок между старыми домами.

Мы влетели в проход, и я сразу увидел их. Старые трубы, тянущиеся вдоль стены до самой крыши. Те самые трубы, по которым мы с Билалом лазали уже сотню раз, когда хотели сбежать от проблем или просто чтобы попрыгать по крышам.

Билал проследил за моим взглядом и понимающе усмехнулся, несмотря на одышку.

— Думаешь, они не догадаются?

— Уверен, — ответил я, хватая Джонни за руку и подталкивая его к стене. — Давай, лезь первым.

Джонни не стал спорить. Он ухватился за ржавую трубу, подтянулся и начал карабкаться вверх. Я придержал её, чтобы она не шаталась, и подтолкнул его снизу.

— Я сейчас сорвусь! — жалобно пискнул он.

— Не сорвёшься!

— Я серьёзно!

— Не разговаривай, а лезь!

Билал тихо рассмеялся.

— Джонни, если упадёшь, мы тебя поймаем.

— Это вообще не успокаивает!

Голоса преследователей становились громче. Они уже приближались в переулок.

— Куда они делись?

— Я видел, как они свернули сюда!

Я подтолкнул Билала.

— Теперь ты.

— А если она не выдержит?

— До этого же выдерживала

Билал хмыкнул и полез, ловко перебирая руками, будто делал это каждую неделю. Что, в общем-то, было правдой. Он добрался до середины, когда труба жалобно скрипнула, но выдержала. Я подождал, пока он поднимется выше, и сам прыгнул на трубу.

Ржавый металл больно врезался в ладони, но я не обратил внимания. Я полез вверх, чувствуя, как мышцы горят от напряжения. Внизу уже слышались шаги и голоса. Я не смотрел вниз, только вверх — туда, где край крыши казался недосягаемым, но с каждой секундой приближался.

Я добрался до верха, перекинул ногу через край и замер, прижимаясь спиной к шершавой поверхности. Сердце колотилось так громко, что я боялся — они услышат.

Рядом лежали Билал и Джонни. Оба тяжело дышали после бешеного бега. Я медленно приложил палец к губам.

— Тихо.

Внизу послышались голоса. Я приподнял голову и осторожно выглянул. Пять парней стояли в центре переулка, оглядываясь по сторонам. Тэгана среди них не было.

— Чёрт, они куда-то делись, — сказал один из них, отирая пот со лба.

— Может, в ту сторону побежали? — кивнул другой куда-то вглубь улицы.

— Да нет, я видел, как они сюда свернули.

— Тогда где они?

Повисла тишина. Я затаил дыхание. Билал рядом смотрел на меня широко раскрытыми глазами, готовый в любой момент сорваться и побежать. Джонни вцепился в мою руку, и его пальцы дрожали.

— Ладно, — бросил один из них, сплёвывая на землю. — Пошли в другую сторону. Наверное, они там. Разделитесь по два человека.

Парни переглянулись

— Если увидите Касыма — сразу хватайте

— Поняли.

Они развернулись и медленно пошли обратно, переговариваясь и ругаясь. Шаги затихали, пока совсем не исчезли вдалеке. Мы лежали на крыше и молчали. Слышно было только наше дыхание и где-то далеко — гул города. Я подождал ещё несколько минут, пока не убедился, что они ушли окончательно.

— Ну что, — я, перевернулся на спину и глядя в небо. — Наши ребята со школы собираются играть в мяч на поле. Давайте тоже пойдём?

Билал уставился на меня с таким выражением, будто я только что предложил прыгнуть с крыши без верёвки.

— Ты серьёзно? — спросил он, приподнимаясь на локте. — Только что за нами гнались девять человек. ДЕВЯТЬ, Али. Мы чуть не разбились, пока лезли по этим трубам, которые, между прочим, держатся на честном слове и молитве, а ты хочешь идти играть в мяч?

— А что? — пожал я плечами. — Они ушли, мы живы. А там, на поле, безопасно.

— Безопасно? — Билал притворно ужаснулся и схватился за сердце, как старуха в театре в который мы ходили пол года назад. — Ты знаешь, что такое безопасно? Сидеть дома, пить чай и не бегать от девяти психопатов! Вот что такое безопасно! А ты предлагаешь нам пойти на поле, где, по твоей логике, нас могут догнать те же самые психопаты!

— Ты преувеличиваешь, — отмахнулся я.

— Преувеличиваю?! — Билал вскочил на ноги, чуть не споткнувшись о трубу. — Али, мы только что убегали от банды, которая хотела сделать из нас отбивную! У нас даже дыхание не восстановилось! А ты предлагаешь побегать ещё и за мячом?!

— Ну, так мы же будем просто стоять и смотреть, — невозмутимо ответил я, усаживаясь поудобнее.

— Стоять и смотреть? — Он театрально закатил глаза. — Ты? Стоять и смотреть? Я тебя знаю, Али. Ты не умеешь стоять и смотреть. Ты полезешь в центр поля, начнёшь показывать всем, какой ты крутой, и в итоге мы снова будем от кого-то убегать!

— Ну, хотя бы будет весело.

— Весело?! — взорвался Билал. — Я хочу, чтобы моя жизнь была скучной! Я хочу сидеть дома, есть плов и не знать, что такое «погоня»! Я хочу, чтобы самым страшным событием дня было то, что чай остыл, а не то, что за нами гонятся с ножами!

— Обещаю не умирать до ужина, — заверил я его с серьезным лицом.

— Ах, ну если обещаешь, то всё в порядке! — всплеснул руками Билал. — Тогда я тоже пойду! Смотреть, как тебя убьют, — это же самое интересное зрелище в этом городе!

Джонни закатил глаза, сидя на краю крыши. Он смотрел на нас с таким выражением, будто был единственным взрослым в компании детей, которые не могут решить, в какую игру играть.

— Вы серьёзно сейчас? — спросил он, скрестив руки на груди. — Только что за нами гнались, а вы спорите о мяче?

— Он начал первый, — кивнул я на Билала.

— Я тебя сброшу с этой крыши! — заорал Билал.

— Попробуй, — ответил я с ухмылкой, — но учти, я приземлюсь на тебя.

— Садист!

— Пессимист!

— Это одно и то же!

— Для тебя да!

Джонни глубоко вздохнул, как человек, который смирился с тем, что его братья никогда не повзрослеют.

— О Аллах, за что мне достались именно вы? — пробормотал он, поднимаясь на ноги и поправляя накидку. — Ладно, слушайте. Идём на поле. Если там окажутся те парни — я сразу убегаю, а вы разбирайтесь сами.

Он перевёл взгляд на Билала и совершенно серьёзно добавил:

— А ты, для большей убедительности, можешь ещё и в обморок упасть. Вдруг они тебя пожалеют

Билал медленно повернулся к нему.

— Великолепный план, — с важным видом кивнул он. — Я падаю в обморок, ты убегаешь, а Али остаётся один разбираться с девятью психопатами. Просто гениально.

— Тоже план, — согласился я. — пошлите.

Билал приблизился ко мне и скрестил руки на груди.

— Я не пойду с тобой никуда!

— Ты пойдёшь! — уверенно сказал я.

— Нет!

— Да!

— Нет!

— Да!

— Я не буду играть в твои глупые игры!

— Это не мои игры, это игры наших друзей!

— Прекратите! — резко крикнул Джонни.

Мы с Билалом одновременно замолчали и повернулись к нему.

— Мы идём на поле, — твёрдо заявил он, глядя на нас по очереди. — Если там будут Тэгановские псы, я сдаю вас обоих и говорю, что это вы во всём виноваты.

— Предатель, — буркнул Билал.

— Заботливый брат, — с улыбкой поправил я.
Билал только закатил глаза.

Я рассмеялся, хлопнул его по плечу и подтолкнул вперёд.

— Идём, герой. Докажем, что мы можем играть в мяч лучше, чем убегать.

— Мы уже доказали, — проворчал Билал, но улыбнулся. — Мы убегаем лучше.

— Это потому что тренируемся!

— В смысле убегаем?!

— Жизнь — тренировка, брат.

Мы спускались с крыши, всё ещё смеясь друг над другом. Сердце постепенно успокаивалось, будто никакой погони и не было. Ветер трепал волосы, солнце клонилось к закату, а где-то впереди нас уже ждали друзья и футбольное поле.

В такие моменты казалось, что жизнь — это не война, не драки и не бесконечные неприятности. Это смех брата рядом, ворчание Билала и ощущение, что пока мы вместе с нами ничего не случится.