85
Линь Шуйши в ужасе наблюдал за тем, как на него несётся огромный волк, а за ним по пятам следует тёмный рой разъярённых пчёл.
Он резко вдохнул и повернулся, чтобы прыгнуть в воду позади себя.
Но прежде чем он успел нырнуть, гигантский волк добрался до него первым. Вцепившись в соты размером с колесо телеги, Фули протянул лапу и подхватил Линь Шуйши, крепко прижав его к своей густой, пушистой груди. Мех там был невероятно густым и длинным, он полностью окутывал Линь Шуйши, защищая его от назойливых пчёл, которым удалось его догнать.
Линь Шуйши, закутанный в волчью шкуру, ничего не видел. Он слышал только угрожающее жужжание роя, которое становилось всё громче, и от этого у него по спине бежали мурашки.
Чего он не знал, так это того, что каждая пчела, подлетевшая слишком близко, была быстро смахнута хвостом Фули. Удары были достаточно сильными, чтобы оглушить насекомых, заставить их потерять равновесие и беспомощно упасть на землю.
Очевидно, он делал что-то подобное не в первый раз.
Через несколько мгновений Фули добрался до конца цветочного поля. Как только он вошёл в густой лес, пчёлы прекратили погоню. В конце концов, в это время года, когда нектара в изобилии, не стоило гоняться за вором по лесу, полному хищников, из-за одной соты.
Они были слишком заняты, чтобы тратить время на печально известного похитителя мёда.
Вор, к которому они уже привыкли.
Но Линь Шуйши не привык ко всему этому!
Когда они добрались до лесистой равнины, Фули наконец опустил Линь Шуйши на землю и с гордостью показал ей массивные соты, наполненные золотистым нектаром.
Линь Шуйши выровнял дыхание, а затем протянул руку и дёрнул волка за усы.
«Ты что, с ума сошёл?! Тебя могли убить!»
Если бы эти пчёлы ужалили его через шерсть или попали в лицо, нос или глаза, последствия могли бы быть серьёзными.
Золотистые кончики ушей Фули дёрнулись. Он отогнал нескольких диких пчёл, которые следовали за ними по пятам, глубоко вздохнул и нарочито медленно топнул своей массивной лапой. Затем, покружив вокруг Линь Шуйши, он аккуратно положил соты на ветку дерева и прижался своим влажным носом к животу Линь Шуйши, замерев в полной неподвижности.
Очень хорошее извинение.
Линь Шуйши, почувствовав запах мёда, смешанный с тёплым дыханием волка, вздохнул и рассмеялся. Он обхватил руками большую морду и поцеловал её, ощущая сладковатый привкус мёда и цветочную молочность нектара.
Поскольку соты, которые принёс Фули, были огромными, даже после того, как они наполнили все керамические кувшины в хижине, большая их часть осталась.
В тот вечер, когда заходящее солнце озарило тёплым светом горный хребет, всё волчье логово наполнилось лёгким, сладким ароматом мёда.
Каждый волчонок получил по кусочку сот. Они отказались от обычного молока, сложили свои крошечные ротики трубочкой и стали жадно сосать мёд, и их чавканье разносилось по всему логову. Их хвосты виляли от восторга.
Молодой белый волк, гордый своей добычей, сжал челюсти вокруг соты размером почти с его собственную морду и зашагал вниз по склону, намереваясь поделиться угощением со своим бедным другом, чёрным медведем.
Но когда он добрался до лугов, его взору предстало удивительное зрелище.
Маленький чёрный медвежонок уже лакомился мёдом.
Абсолютно поглощающий его.
Молодой волк замер. О, вау. Просто - вау.
Соты этого медведя были даже больше его собственных!
Вернувшись в горы, Линь Шуйши и не подозревал, что некоторые малыши переживают небольшой кризис из-за несправедливого распределения.
Он с удовольствием жарил мясо на раскалённых углях, слушая, как оно шипит, и поливая его медовой глазурью. В воздухе витал насыщенный сладкий аромат.
Как только волчата почувствовали этот запах, они вдруг поняли, что мёд уже не так привлекателен.
Линь Шуйши подула на кусочек жареного мяса в медовой глазури, прежде чем скормить его Фули. Мужчина тут же оскалился - жар застал его врасплох.
Увидев выражение лица Фули, Линь Шуиши сам откусил кусочек.
- А? Совсем не горячо.
Может быть, Фули просто не привык к теплой пище. Лин Шуйши усмехнулся про себя. Хах. Типичные собаки!
Тем не менее он долго дул на следующий кусочек, прежде чем снова протянуть его Фули. Наблюдая за тем, как Фули ест то, что ему дали, глядя куда-то вдаль, Линь Шуйши нахмурился.
«Что случилось? Тебе не нравится барбекю? Оно потрясающее - давай же!»
Фули, однако, поднял руку и указал на небо, слегка нахмурив брови. «Завтра... может быть гроза».
«Грозы? Это нормально для этого времени года. Что в этом такого необычного?»
Что за гром? - подумал Линь Шуйши и не смог удержаться, чтобы не закончить фразу: Грохочущие небеса и земля, могучий Золотой молот...
Он посмотрел на небо. Заходящее солнце окрасило клубящиеся облака в захватывающее дух сочетание малинового и фиолетового цветов, озарив золотистым светом всю равнину и горный хребет. Мир был окутан мистическим закатным сиянием, одновременно завораживающим и зловещим.
Фули неуверенно покачал головой. Он вернулся к еде, откусил ещё один кусок жареного мяса своими острыми зубами и медленно прожевал. Позже он прикажет волкам усилить патрулирование.
Линь Шуйши, заметив, что Фули, похоже, нравится мясо в медовой глазури, повернулся обратно к костру. Он нарезал ещё несколько кусков оленины, приправил их и отложил в сторону, чтобы приготовить позже.
Сегодня вечером он собирался поджарить на костре несколько каштанов и съесть их с мясом в качестве позднего ужина.
Его живот значительно увеличился, а ребёнок внутри становился всё более активным. У него тоже вырос аппетит - теперь он ел как минимум пять раз в день, и его тяга к мясу становилась всё сильнее.
Линь Шуйши нежно похлопала его по животу и улыбнулась. «Эй, малыш. Ты ешь всю мою еду! Тебе лучше расти сильным и здоровым!»
Но по мере того, как рос его живот, росли и его тревоги. Иногда по ночам он не мог уснуть.
В конце концов, он никогда раньше не рожал! Он даже никогда не видел, как рожает мужчина! И это была не просто обычная беременность - это была межвидовая беременность! Кто знает, что у него родится - ребёнок? Щенок?
Лёжа в постели, Линь Шуйши оценивал своё текущее физическое состояние и пытался успокоить себя. Всё будет хорошо. Не паникуй. Ты справишься.
В конце концов, погрузившись в свои мысли, он уснул.
Пока он не проснулся голодным.
Фули плотно укутал его в одеяло и вышел на улицу, чтобы разжечь костёр. К тому времени мужчина уже научился обращаться с огнём - большинство зверей инстинктивно его боялись. Он даже научился равномерно прожаривать мясо с обеих сторон, подражая осторожным движениям Линь Шуиши, которые тот ему показывал.
Следуя примеру своего товарища, он обмакнул лист в банку с мёдом и аккуратно смазал мясо тонким слоем.
Линь Шуйши, всё ещё закутанный в меха, лежал у входа в логово на боку. Подперев подбородок рукой, он смотрел, как отблески огня отбрасывают мерцающие тени на крепкую фигуру, готовящую еду.
Пока он наблюдал за тем, как Фули хлопочет у костра и готовит еду, в груди у него разлилось тепло.
Он перевернулся на спину, чувствуя, как переполняется его сердце, и счастливо вздохнул.
Я так сильно его люблю.
Этот человек был его опорой - единственным, что держало его на плаву в этом странном мире.
Он был подобен маленькой птичке, которую несли ветры судьбы и которая плыла по чужому для неё миру. И вот наконец она нашла безопасное место для приземления.
Дикий зверь принял его. Осторожно, нежно притянул к себе, укрыл в своём логове и охранял с непоколебимой преданностью.
Воздух был влажным, и Линь Шуйши, лёжа на кровати, медленно погружался в спокойный сон.
До тех пор, пока... ТРЕСК!
Оглушительный раскат грома разорвал тишину и заставил его очнуться.
Линь Шуйши резко открыл глаза и увидел, что Фули уже стоит рядом с ним и пристально смотрит на небо.
«Что это было? Уже идёт дождь?»
Не успел Линь Шуйши договорить, как по небу, словно драконья лапа, полоснула молния, протянувшись через всё грозовое пространство.
На мгновение весь горный хребет озарился ослепительной вспышкой, заставившей диких животных замолчать, а затем мир снова погрузился во тьму.
Линь Шуйши потерял дар речи, у него перехватило дыхание.
А потом тёплые руки закрыли ему уши.
Но даже сквозь густую крону пальм до них донёсся раскат грома, сотрясший саму землю под ними.
Выражение лица Фули стало серьёзным, и он нежно почесал Линь Шуйши за ушком.
«Это... было ужасно», - тихо признался Линь Шуйши.
Сила природы была непреодолима.
И это было только начало.
Фули посмотрел на своего напарника, который смотрел на него с необъяснимым выражением лица. Мерцающий свет молнии озарил нежное лицо Линь Шуйши, и он пробормотал что-то странное.
«...Это же не твоя небесная кара, не так ли?!»
Он уже давно подозревал, что этот человек, который мог превращаться то в человека, то в волка, был не совсем нормальным. Ему хотелось указать на Фули и закричать: Демон! Я так и знал! Ты не человек! Твоя беда пришла!
«Взгляните вверх! Божественный гром небес! Только по-настоящему могущественные люди могут пережить такое бедствие!»
Фули не понимал, о чём говорит этот малыш, и решил, что тот просто испугался. Поэтому он крепче прижал его к себе.
Но Линь Шуйши, несмотря на бум бум бум раскаты грома, оставался предельно серьёзным.
«Не бойся! Во всех романах говорится, что небесные кары не затрагивают обычных людей. Я тебя защищу!»
Фули наклонил голову, инстинктивно почувствовав, что сказанное им не было особенно лестным. Прищелкнув языком, он ущипнул Линь Шуиши за щёку, а затем погладил его по беспокойному животу, успокаивая малыша, который тоже испугался грозы.
Снаружи ветер завывал всё сильнее и сильнее. В волчьем логове, расположенном в укромном месте, было относительно спокойно, но на открытом пространстве песок и обломки бешено кружились, образуя спиралевидные потоки.
Мелкие животные в панике искали укрытие, а стада крупного рогатого скота и овец сбились в кучу, чтобы противостоять бушующему ветру.
Итак, в начале лета в Дуншане над горами бушевала ночь сухих молний - гром без дождя.
Тем временем Линь Шуйши уже давно уложили в постель, и он крепко спал, уютно устроившись в тёплых объятиях.
Как бы яростно ни сверкали молнии за окном, грудь Фули всегда была самым безопасным местом.
Среди волков на самом высоком хребте стоял, не дрогнув, Белый Волк, Король Волков, и смотрел на бурю сосредоточенным, непоколебимым взглядом своих голубых глаз. Его шерсть бешено развевалась на ветру, обнажая длинный узкий шрам на животе, который обычно скрыт под густой шерстью.
Фули прошептал на ухо Линь Шуйши: «Я пойду проверю. Оставайся здесь. Не выходи на улицу».
Линь Шуйши сонно кивнул, и Фули осторожно снял его с груди и уютно уложил на мехах, прежде чем выйти.
Подняв руку в знак приветствия Королю Белых Волков, Фули спрыгнул с хребта и повёл дюжину больших белых волков в ночной дозор.
В логове Линь Шуйши сон становился всё более беспокойным. Его тело пылало, на коже выступили капли пота. Сны становились запутанными и удушающими - как бы он ни старался закричать, у него не получалось издать ни звука.
Наконец он резко очнулся, хватая ртом воздух. Пытаясь сесть, он позвал: «Фули?»
Никакого ответа.
Схватившись за живот, он направился ко входу в логово - и обнаружил, что территорию вокруг его пещеры усиленно охраняют белые волки.
Снаружи завывал ветер, но волчата были в безопасности. Некоторых даже отнесли ко входу в его логово, где они сбились в кучу и тихо скулили.
Потому что для волчьей стаи самым безопасным местом во время бури было логово вожака. Если они не могли войти внутрь, то хотя бы оставляли волчат поблизости.
Линь Шуйши вытер пот со лба и плотнее запахнулся в одежду. Он вышел и по очереди занёс маленьких щенков в дом, уложив их на тёплый мех.
После ухода Фули Линь Шуйши оглядел волков вокруг себя - многих знакомых из обычных патрульных групп не было. Король волков тоже отсутствовал.
Он смутно представлял, что происходит.
И вот он сидел внутри, окружённый кучей волчат, ожидая.
Но его веко продолжало дёргаться.
В груди у него зародилось чувство тревоги.
Он успокоил себя: ему уже доводилось попадать в грозы. Горные грозы - обычное дело. Это нормально.
Но после того как он несколько раз обошёл логово, он наконец не смог больше сдерживаться.
Укутавшись, чтобы не замёрзнуть на ветру, он вышел на улицу в сопровождении волков-защитников.
Когда он добрался до хребта, от открывшегося вида у него замерло сердце.
Далеко на горизонте небо пылало тёмно-красным заревом.
Густой клубящийся белый туман поднимался в небо, закрывая обзор.
Линь Шуйши глубоко вздохнул и прищурился от ветра.
Нет, это был не туман.
Это был дым.
Густой, удушливый дым, гонимый ветром.
В горные леса, покрытые сухими листьями и травой, ударила молния.
А теперь они горели.