Фотография
Солнце сверкало особенно ярко. По крайней мере, ярче чем обычно. Изредко оно заходило за облака, давая глазам немного отдохнуть, а их обладателям хоть что-то увидеть, но в остальное время нещадно ослепляло. Небольшой парк на окраине города был заполнен людьми. Казалось, еще немного, и он перестанет их вмещать, они вырвутся, потоком толпы уничтожая все на своем пути. Цзинь Лин подумал, что еще ни разу за всю свою жизнь не находился в настолько плотной гуще народу. С детства в нем жил страх потеряться, поэтому и сейчас, поддавшись наитию, парень потянул руку вперед и осторожно объял ей теплую ладонь идущего впереди Сычжуя.
Некоторое время спустя они наконец вышли к менее многолюдному месту почти на самой окраине парка. Выбрав лужайку позеленее, Лань Сычжуй бросил рюкзак на землю и начал расстилать плед. Цзинь Лин неловко стоял рядом, не совсем понимая, что он должен делать. Это было одно из первых их свиданий, а по совместительству первое свидание, на котором они выбрались на природу. Окинув взглядом округу, парень улыбнулся. Сычжуй действительно выбрал хорошее место для пикника. С невысокого холмика открывался прекрасный вид на речку, неторопливо несущую свои воды вдаль, поселок на другой стороне и темно-зеленый лес, находящийся далеко-далеко. Еще бы солнце не палило так сильно, и было бы совсем замечательно.
-- Цзинь Лин, -- тихо позвал Сычжуй, и Жулань обернулся.
Он все еще не мог привыкнуть, что есть в этом мире люди, которые с такой нежностью во взгляде и голосе будут говорить его имя. Не бесячее "юная госпожа" Лань Цзинъи, не язвительное "Цзинь Лин" дяди и даже не противное "Жулань" второго дяди.
Обернувшись, Цзинь Лин наткнулся на теплый взгляд карих глаз и не менее теплую улыбку. Лань Юань стоял совсем рядом, а за его спиной, прямо под деревом, лежал плед и немного еды на нем. Они взяли совсем чуть-чуть, чтобы не наесться до отвала. Все-таки, парням предстоял еще и обратный путь домой. Бутылка холодного чая, несколько бутербродов, куча контейнеров с нарезаными фруктами. А-Лин подумал, что, на самом деле, больше ему и не надо. Главное ведь не что поглощать, а с кем, верно?..
-- Мы пришли слишком рано, -- подавленно пробормотал парень себе под нос. -- Солнце слишком высоко.
-- Под деревом есть тень, -- улыбнулся в ответ Сычжуй. -- Там довольно прохладно. Можем пока перекусить, а после насладимся видом. Здесь очень красиво, ты согласен? Закат, наверное, просто потрясающий…
Цзинь Лин, слегка покраснев, пару раз кивнул и направился под дерево. На нем была желтая футболка и легкие шорты до колен, но все равно было невыносимо жарко. Парень невольно скосил глаза на своего спутника. Лань Сычжуй был одет в хлопковую рубашку с коротким рукавом и светлые джинсы. Выглядел он, как всегда потрясающе, да и, судя по выражению лица, особых мук от жары не испытывал. Стоило парню подумать об этом, как его щеки покраснели еще больше. Что бы кто ни говорил, а привыкнуть к тому, что твой с недавнего времени парень красивее многих айдолов просто невозможно.
Время пролетело незаметно. Цзинь Лин полностью растворился в разговоре с Лань Сычжуем. Они говорили обо всем подряд, и в то же время совершенно ни о чем. Напряжение, окутывающее Жуланя поначалу, быстро спало, он смог просто расслабиться и быть собой. И в этом главная заслуга принадлежала Сычжую. Его застенчивая улыбка, бархатный голос и тихий приятный смех могли расположить к нему кого угодно. За праздной болтовней мальчишки даже не заметили, как солнце начало опускаться все ниже и ниже, и только когда небо почти наполовину окрасилось синевой обратили внимание на открывшийся вид.
Лань Сычжуй не сдержал восторженного вздоха.
-- Какая красота… Цзинь Лин, ты только посмотри, посмотри, как красиво! Это, это…
-- Просто потрясающе, -- подсказал Жулань, незаметно подошедший сзади.
Он оставил свою напускную неприступность и привычную дерзость далеко позади, еще в городе. Здесь, обдуваемый свежим ветром, ощущающий мягкость травы под ногами, он наконец смог выпустить наружу всю нежность, что бережно хранил внутри. Сычжуй, будто почувствовав всю важность этого момента для парня, взял его за руку и осторожно заглянул в глаза.
-- Давай сделаем фото. Мне бы хотелось навечно оставить этот день в своей памяти. И… я безмерно рад, что провел его с тобой.
Услышав столь простые, но искренние слова, щеки Цзинь Лина тут же залились краской. Он отвернулся, лишь сильнее сжав руку парня, и тихо ответил:
-- Давай…
Лань Юань тепло улыбнулся, довольно разглядывая покрасневшие щечки возлюбленного и вдруг, не сдержавшись, чуть нагнулся и мягко чмокнул ближайшую к нему. Это движение было мимолетным и легким, но Цзинь Лин отчетливо смог ощутить тепло мягких губ, прикоснувшихся к нему. Он быстро повернул голову в сторону парня, но тот уже выпрямился, как ни в чем не бывало разглядывая небо. Жулань, зардевшись даже сильнее обычного, уже собирался достать свой телефон, но его руки накрыла чужая изящная ладонь.
-- Давай на мой?
Телефон Сычжуя не шел ни в какое сравнение со смартфоном Цзинь Лина. Его дядя никогда не скупился на обновки для любимого племянника, но в то же время иногда был до несправедливости строг к нему. Представив, что будет, если дядя случайно увидит их совместное фото, Жулань легко согласится.
-- Без проблем. Только не забудь потом мне отправить, ладно?
Улыбка Лань Юаня была лучшим ответом. Причем не только на тот вопрос, а в принципе на любой. Цзинь Лин подошел поближе, неловко встав слева от парня, и замер. Сычжуй настроил камеру, вытянул руку вперед и всмотрелся в экран.
-- Нет, так не пойдет, -- решительный голос не терпел возражений. -- Цзинь Лин, ты что, боишься меня?
-- Вовсе нет! -- и это было правдой. Цзинь Лин не боялся, а скорее, стеснялся А-Юаня.
Сычжуй улыбнулся, про себя умиляясь парню. А в следующий миг неожиданно обнял того за талию. Жулань вздрогнул, по инерции прижавшись своим телом к телу парня справа. И услышал щелчок камеры, прозвучавший рядом.
-- Сычжуй!! -- уже не только щеки, но и все лицо Цзинь Лина покраснело, не вынося столь смущающих действий. -- Ты ведь не собираешься оставлять это фото?..
-- А почему бы и нет? -- Лань Сычжуй с довольным видом разглядывал получившийся снимок.
-- Удали его, немедленно! -- от смущения парень готов был прямо сейчас наброситься на возлюбленного с щекоткой (или кулаками, он пока не решил), на каким-то чудом все еще сохранял остатки самообладания.
-- А вот и не удалю.
Тут Жулань перестал серживаться, и вихрем негодования налетел на парня. Тот пару секунд не двигался с места, не поняв, что произошло, но уже скоро сложился пополам от неконтролируемого смеха.
-- Хаха, Цзинь Лин, прекрати, хахаха, ну перестань же, хахах!..
Цзинь Жуланя было не так просто остановить, поэтому вскоре мальчишки клубком упали на траву. Поначалу А-Лин был невероятно рад тому, что оказался сверху, но ладонь, опустившаяся сверху на его талию, немного охладила пыл. Парень начал понимать, в каком провокационном положении они сейчас оказались, а потому снова покраснел.
-- Цзинь Лин, -- в очередной раз позвал Сычжуй, только в этот раз голос его звучал как-то по-особенному.
-- М? -- Жулань поднял голову, находя взглядом чужие карие глаза.
-- Я согласен удалить то фото, но… -- глаза парня подозрительно сверкнули, не предвещая ничего хорошего. -- …при одном условии.
-- И при каком же? -- парни оставались в той же самой позе, в которой и упали. Обоих, кажется, все устраивало.
-- Если ты меня поцелуешь, -- очаровательная улыбка Сычжуя стала еще прекраснее, чем обычно, а его нефритово-белое обычно лицо немного покраснело где-то в районе скул.
Цзинь Лин несколько отстранился и будто серьезно задумался. Лань Юань внимательно следил за ним взглядом, продолжая улыбаться. Внезапно Цзинь Жулань резко рванул вперед, прикасаясь своими губами к губам парня, словно боялся, что тот испугается и убежит. Поцелуй вышел неосторожным и эмоциональным, но оторвавшись от чужих губ, Цзинь Лин довольно усмехнулся.
-- Да запросто, -- голос его звучал слегка хрипло, а все детское смущение внезапно куда-то испарилось. -- Да я хоть тысячу раз тебя поцеловать готов, хоть две тысячи, хоть… М-мм!
Воодушевленная речь парня оказалась прервана еще одним поцелуем. Но этот разительно отличался от предыдущего. Если тот был бурным и волнительным, то этот, напротив, оказался нежным и тягучим. Сычжуй осторожно приоткрыл глаза, и, увидев на лице Цзинь Лина эмоцию истинного наслаждения, видимо решил, что это знак. Его язык, никем не останавливаемый, быстро проник в рот парня, углубив поцелуй. Жулань потрясенно распахнул глаза, но вскоре снова закрыл их, полностью отдаваясь ощущениям. Когда стало совсем уж сложно дышать, парни, наконец, оторвались друг от друга.
-- Это… Ты… Просто…
Лань Сычжуй положил руку за затылок Цзинь Лина, укладывая его голову на свое плечо и тихо смеясь. Оба они понимали, что никто никакую фотографию удалять не собирается, да и, если быть полностью честным, Жулань уже и не хотел ее удалять. А хотелось ему вот так лежать друг на друге, чувствовать тепло чужого тела, вдыхать свежий аромат парфюма и травы и совершенно ни о чем не думать. Парень закрыл глаза, как мог обвил руками Сычжуя и почувствовал, как его талию крепче сжали сильные, но нежные руки. Он подумал, что, должно быть, на небе уже появилась первая звезда, а потому мысленно загадал желание:
"Пусть так будет всегда. Я и он. Он и я. И никто нам больше не нужен. И так мы счастливы".
Где-то рядом завибрировал телефон, но Цзинь Лин даже не обратил внимания. Ему не хотелось думать, кто мог сейчас звонить ему, а тем более -- зачем. Он полностью расслабился, всем своим естеством ощущая Сычжуя и утонул в этом чувстве, понадеявшись никогда не всплыть.