🎃31. Магия духов🎃
Вот, спустя долгое отсутствие по здоровью и неопределённость с идеями, новая глава) Я четыре раза заново начинала писать главу и вот тот самый вариант) Обязательно пишите как вам) Не стала разделять, так как не знаю когда будет следующая, в связи с поездкой) Приятного чтения🧡
Ваша Локвуд🩸🧡
Марсель
Хэллоуин 1893
Прошло не так много времени с обращения Да́йны и меня в вампиров, но проблем знатно прибавилось. Мало того, что приходится оберегать мать после её бездействий, скрывать новый мир, так ещё и Да́йна отказывается идти на контакт. Причины этого мне не понятны.
Мы не виделись больше четырех лет.
Все сильнее напрягают множественные записи в газетах о нападениях и странных убийствах. О людях пропавших без вести. Глория к себе не пустила. Помогать отказалась. Хотя я вежливо просил, а других ведьм не знаю, к сожалению.
Пару часов назад я нашёл выход, пусть очень жестокий по отношению к сестре. Возможно, даже не правильный, но иной путь решения проблем не пришёл на ум.
По указке мага отправляюсь в тайное логово самого известного клана охотников, которые еще и владеют магией. Да, опасно. Да, может ловушка, но мне нечего терять.
Не хочу чтобы Да́йна была такой холодной, отстраненной и жестокой. Хочу проводить с сестрой время, оберегать и исправить ошибки, которые совершил ранее. Вот бы снова увидеть как она счастлива и улыбается, но только не с Фи́липпом. Она не любит его, я точно знаю, а даже если у них что-то и есть, то это фальш.
Уже хорошо так начало темнеть. Как раз то, что нужно для удачного освобождения. В доме множество охотников и судя по всему они готовятся к нападению: точат дерево, мастерят оружие, подготавливают магические свитки и вербеновые настойки. Их так много, но хорошо, что снаружи не один вход. Должно быть лестница ведёт в подвал. Молюсь только бы Да́йна была там.
Здесь тишину нарушает только храп. Тоже мне сторожило. Один замечает меня, но я быстро оказываюсь возле охотника и сворачиваю шею. Как-то не очень серьёзно относятся к охране пленных. Из единственной здесь комнаты раздаются голоса.
Подхожу ближе и перед глазами сестра и Гроссо. Они подвешены за руки. Одежда порвана и на них осталось только белье, которое тоже не сказать чтобы презентабельно. Их уже успели помучать.
— Я поверила тебе, Маркус! — слабо хрипит Да́йна.— Думала ты действительно готов ради меня предать охотников. Даже обратила, как ты хотел, а ты сдал, предал доверие.
— Мне пришлось постараться, чтобы совершить все это,— парень, которого назвали Маркусом, подходит ближе к ней и проводит по лицу. — Сначала подмешать вербену человеку, потом подсунуть его Фи́липпу, затем обмануть тебя и вот ты здесь. Снова с ним. Рада?
Да́йна так широко и злобно улыбается. Кажется эти слова насмешили ее. Никогда в ней такого не видел. Время с Фи́липпом точно повлияло по дурному. От доброты что-то осталось?
— Ого, как ты все продумал. Пардон, поаплодировать не могу,— сестра показывает взглядом вверх,— руки жжет.
Ее тон такой ироничный. Да́йна явно с удовольствием подшучивает над ним. Сейчас? Серьёзно? На нее не похоже.
— Шути-шути пока можешь. Скоро я найду Марселя, и тогда станет не до смеха.
Как только Маркус выходит я открываю дверь. Да́йна и Фи́липп удивленно уставились на меня. Требуется приложить усилия чтобы освободить их.
Вербена, плюс как понимаю защитные чары мешают мне, но маг это предусмотрел. Достаю маленький мешочек и высыпаю содержимое прямо на руки. После порошка веревка сама спадает и валит Да́йну и Фи́липпа на пол.
— Скорее. Нужно бежать. Давайте руки.
Через секунду мы уже далеко от этого логова. Как-то слишком легко все вышло. Может специально? Не успеваю толком подумать, что сказать, Да́йна идёт на меня.
— Тебе что жить надоело?!
— Я тоже рад тебя видеть, Да́йна.
— В логово охотников! Один! — продолжает сестра.
—Прости меня.
Я резко сворачиваю Да́йне шею и она уже без сознания. Так будет легче осуществить план. Фи́липп берет меня за воротник и сверлит грозным взглядом.
— Ты чего удумал, щенок?!
Слабые вампирские черты показались на лице, но все равно он сейчас не так силен как я или кто-то ещё. Охотники знатно его ослабили.
— Да́йна не может больше быть с тобой. Это плохо на нее влияет. Ты никогда не сделаешь мою сестру счастливой.
— Ты ничего не знаешь! Я ничего не делал против её воли!
— Как же помолвка?
Фи́липп напрягается от этого вопроса. Кажется даже начинает выходить из себя.
— Она сама захотела. Я пообещал, что у неё будет все в этом мире. Любое желание. Поддерживал, когда она страдала по Аллену! Делал все, чтобы заглушить боль! Не вынуждал любить в ответ! Ее присутствия рядом и поддержки достаточно! — Фи́липп уже срывается на крик.—Да́йна отказалась отключать человечность, хотя предлагал! Все было идеально, пока ты не появился!
Фи́липп с силой бьет по лицу. Я падаю, но быстро поднимаюсь, и подхожу почти вплотную к вампиру, смотря в холодные голубые глаза.
— Настолько идеально, что у охотников оказались?! Посмотри в кого ты ее превратил! Я все придумал. Глория сотрёт ей память об Аллене. Да́йна будет счастлива, перестанет убивать так много, и я всегда буду рядом. Если любишь отпусти…
Фи́липп резко меняется в лице. Злость исчезает за печалью. Он склоняется над Да́йной и гладит ее волосы, лицо и руки.
— Может так правда лучше, но на время. Чувства остынут, и возможно, Да́йна воспылает ко мне. Потом ведь можно будет все вернуть, но я сделаю это сам. Или можем пойти вместе. Хочу убедиться, что все в порядке.
Вряд ли он догадывается,что все ложь. Я никогда не позволю ему приблизиться к сестре. Не будет никакого 《на время》.
Тело Фи́липпа падает без сознания. Отлично, теперь он не моя забота.
— Слишком много слов,— говорит А́ртур выходя их деревьев.— Бери Да́йну и уходи, пока не передумал. Надеюсь выполнишь свою часть, а иначе знаешь, что будет.
За несколько часов до этого
Я надеялся найти Да́йну в оживленном месте. Думаю бар самое подходящее для этого, учитывая что она со своевольным сыном министра Гроссо. Среди оживленной толпы вампирский слух улавливает знакомый голос. За столиком сидел уж очень громкий вампир или нет? Странное чувство.
— Марсель де Сент-Море! Какими судьбами?
— Здравствуй,Фи́липп.
—Не угадал,— поворачивается блондин и протягивает руку.— А́ртур Гроссо. Брат Фи́липпа.
Вот так новость. Я бы никогда их не отличил. Жму руку в ответ.
— Ты не вампир, тогда почему я не сразу это почувствовал?
— Чары помогают скрыть, что я охотник. У меня к тебе дело есть.
Я молчу. А его тон слишком подозрительный.
— Ты ведь сестру ищешь? Я могу сказать где они.
— Что взамен?
— Пустяк. Ты забираешь Да́йну, стираешь память, берёшь над ней контроль, а я занимаюсь братом. Отец сейчас против брака наших вампирчиков и мы с тобой можем посодействовать.
Мне дают заказанную выпивку. Сразу выпиваю и интересуюсь:
— Все так плохо?
—Фи́липп все время уделяет Да́йне и совершенно не хочет заниматься своими обязанностями. Свободу видите ли ему подавай. Они оба слишком распустились, создают много проблем,— блондин делает паузу,—Да́йна очень изменилась. Я видел её до обращения, но сейчас это совершенно другая особа. Однажды лично стал свидетелем того как она убила группу мужчин и женщин, обезглавила, а затем сбросила тела с окна. Это в стиле Фи́липпа. Нужно их остановить, пока не поздно. Слишком заигрались. Они оба очерняют репутацию наших семей. Подробности еще не просочились в прессу, но когда это случится вампиров в Париже начнут истреблять не только охотники, но и простые жители. А там уже и всего вида не станет.
— С чего бы мне доверять тебе?
— Марсель, я сохраняю Да́йне жизнь только из-за Фи́липпа. Мог бы уже и убить,— уточняет блондин, изображая обезглавливание большим пальцем по шее.
— Ладно, согласен. Скажи мне где они.
***
Мы не так далеко от Глории и вампирские способности помогли быстро добраться к ней. Плюс ко всему ведьма часто меняет местоположение, но к счастью А́ртур и её нашёл.
Я не оставлю выбора. Если не хочет помогать по хорошему, будет по плохому.
— Я же сказала помогать не стану. Всё может плохо закончиться!
Да́йна очнулась как раз кстати. Она с трудом стоит на ногах. Глаза затуманены и слабы. Я смотрю прямо на нее и срываю защитный браслет.
— Марсель, что ты задумал? Где мы? Где Фи́липп?
К нам входит Глория и как только Да́йна видит ее, тут же напрягается, сдавливая мое пальто.
— Это опасно, Марсель,—серьёзно выдает Глория.—Я не могу дать гарантию, что Да́йна не вспомнит, что изменится как ты хочешь. Нужно постоянно поддерживать это. Следить за состоянием и…
— Делай что говорю! Иначе я не пожалею твою дочь и сверну ей шею у тебя на глазах! Да́йна моя семья. Я знаю, что делаю.
— Сегодня Хэллоуин. Открыты врата по ту сторону. Энергия сильнее. Души мертвых могут вмешаться и забрать её.
— Что? — глаза Да́йны округляются. — Нет, Марсель, пожалуйста,— умоляет она.
— Что ты несёшь? Это же просто память стереть.
— С вампирами не все просто. Нужно использовать особую, древнюю и очень сложную магию духов. Самайн усиливает как действия, так и риски, — Глория активно жестикулирует и пульс ускоряется. — Может повлиять не только на Да́йну, но и на тебя, на меня, на кого угодно! — ведьма неожиданно повышает голос.
Глория смотрит на меня серьёзно, а потом её лицо смягчается и она тихо продолжает с мольбой в голосе:
— Можно иссушить ее, научить контролю. Ещё не поздно что-то исправить. Фи́липп бы исправил.
При его упоминании мне хочется все здесь разрушить.
— Это он её сделал такой! — выдаю я резко.— Не желаю, чтобы она знала этого самовлюбленного вампира. Выполняй свое дело,ведьма!
Назад пути нет. Если не сдержу слово нас обоих убьют и мать тоже. Как бы я к ней не относился. Лучше пусть гложет вина за этот поступок, чем за то, что я позволю кому-то снова умереть.
Быстро надеваю перчатки и опускаю Да́йну в ледяную ванну с вербеной. Все по инструкциям колдуньи.
Да́йна без устали зовёт Фи́липпа и пытается выбраться, но я держу её, что есть силы. С каждой секундой сопротивление меньше. Прости, Да́йна, но я должен. Как старший брат возьму всю ношу на себя, но ты будешь в порядке. Даже если станешь ненавидеть, всегда буду рядом и позабочусь о тебе.
— Отойди! — приказывает Глория.
Взмахнув рукой вокруг неё и ванны образовалась прозрачная стена, при соприкосновении с которой поверхность отливает золотой рябью. Я на секунду смог уловить ее возникновение. Глория удерживает Да́йну. Она все ещё пытается сопротивляться, но уже не в силах.
— Жжет,пожалуйста, не надо!
Мне больно от того, как жалостливо она просит остановиться. Всхлипы сдавливают все внутри, но так будет лучше.
С губ Глории слетают древние слова, которые становятся все громче с каждой секундой. Воздух вокруг нас тяжелеет и будто пронизан электричеством. Свет мерцает, а пламя свечи высоко поднимается. Оглушающий визг сестры смешивается с шумом колдовских ловцов, развивающихся от порыва ветра, а пол под ногами и все рядом в комнате дрожит. Вода в ванной поднимается волнами.
От всего происходящего мурашки заполняют каждый сантиметр тела и на душе становится жутко.
Из носа ведьмы идет кровь, которая немного окрасила воду. Лицо и тело Да́йны покрылось венами, а глаза стали полностью белыми.
В какой-то момент все стихло. Будто ничего и не было. Вокруг полная темнота. Глория лежит без сознания, как и Да́йна. Я вытаскиваю её из ванны и сажусь рядом облокотив сестру на грудь. Остаётся только ждать.
***
Через некоторое время, по-моему прошло не так много, очнулась Глория. Как бы там ни было я рад, что она жива. Глория придвигается ближе.
— Все в порядке?
Колдунья одаривает меня хмурым выражением лица. Не удивительно, что она зла.
— Прости, но у меня не было выбора. А́ртур бы..
— Что? — громко возмущается Глория. — Ты заодно с ним?
— Ты отказалась помогать, а он…
— Все ясно, — колдунья закатывает глаза. — Вместо того, чтобы найти адекватное решение ты решил связаться с этим обманщиком. Браво, дорогой! — здесь слышу явный сарказм.
— Но он хотел для Фи́липпа как лучше. Они ведь братья.
— А́ртур ненавидит Фи́липпа. Всегда соперничает с ним, чтобы заслужить внимание отца. Норовит доказать, что лучше Фи́липпа. Часто притворяется братом, чтобы подставить. Не думаю, что Да́йна простит тебя, если все вспомнит. Кто знает, как жизнь сложится дальше.
Кашель заполняет всю комнату. Да́йна смотрит на меня как сквозь призрака, а каждое ее движение немощное. Глория уходит не объяснив куда и зачем. Через несколько минут Да́йна наконец заговорила.
— Марсель… я видела его.
Его? Кого это? Не понимаю.
— Она здесь. Можете пока поговорить.
Поднимаю голову на голос ведьмы. На пороге стоит Глория и незнакомец. Он тут же подбегает к нам и бегло, беспокойно осматривает Да́йну. Они знакомы? Сестра не подает никаких реакций.
— Ты все же жива,— нежно шепчет месье, целуя ее руки.— Жива.
— Что за черт? — ругаюсь я.— Вы кто такой?
— В качестве исключения я позволила себе принести вампиру крови,— сообщает Глория.— У тебя несколько часов. Торопись.
Это она кому? Что происходит?
Незнакомец забирает Да́йну и прижимает спиной к себе. Даже не понимаю, что он собирается делать. Месье достает из ножен маленький кинжал. Одним движением режет свою ладонь и подносит к Да́йне, а затем бросает оружие в сторону и гладит по голове. Да́йна тут же пьет кровь, как последнюю воду, ни капли не жалея. Так странно наблюдать за этой картиной.
— Не хотел я тебе такой жизни, моя королева. Прости, что оставил так не вовремя.
Как только Да́йна слышит эти слова, глаза тут же округляются и начинают литься слезы.
— Не спеши. Все хорошо, любимая.
Да́йна сбавляет напор. Становится нежнее к смертному. Стоп. Этот взгляд в начале. Он напомнил мне Аллена Лордана, когда тот увидел труп Да́йны. А это его 《моя королева》. Неужели…
Глория собирает разлетевшиеся предметы, но неожиданно выдает:
— Ты прав, Марсель. А еще души Аллена и Да́йны теперь связаны. По просьбе их обоих. Мощная энергия праздника и открытые двери позволили это сделать.
— Я увидел Да́йну на той стороне, и чтоб спасти предложил себя, но…— Аллен замолчал.
— Я предупреждала, что опасно! Говорила, что не знаю, как все может обернуться! Души отказались и поставили свои условия - жизнь Да́йны в обмен на Абель. Мне жаль, Марсель.
— Что? Все было так быстро. Когда?
— Время на той стороне медленнее,— сообщает Аллен.— Да́йна сделала выбор, как и ты свой.
— Раз уж так получилось назад дороги нет, — отзывается Глория.— По крайней мере не сегодня. Снять заклинание без последствий можно через сто лет, не раньше. С этого дня память Да́йны — твой конструктор. Вот слова, которые позволят решить,что твоя сестра будет помнить, а что нет,— уточняет ведьма, протягивая мне листок бумаги.
Аллен с обсуждением смотрит на меня, но наверное, понимает, что уже никак не повлиять.
— Как это《конструктор》? — удивляется Аллен.
— Я лучше покажу.
Да́йна с непониманием и испугом осматривает нас. Глория близко садиться к ней и говорит одно из заклинаний на бумаге:
— Memorius Oblivio*
Заклинание позволяющее в прямом смысле управлять памятью, решать что конкретно забудет цель. Создано преимущественно для сверхъестественных существ, но может использоваться и на людях, теми, кто не имеет вампирской способности внушения -примечание
В следующую секунду Да́йну окружает голубая дымка, а затем исчезает, поселившись в голове сестры. Да́йна тут же теряет сознание.
— Да́йна! — зовем мы с Алленом одновременно.
— С ней все хорошо.
— Это латынь.
—Да, Аллен, но в магии духов важны не слова, а образы и намерения,— Глория поворачивается ко мне.— Когда хочешь заставить её забыть произнеси заклятие, а затем представь, какое воспоминание хочешь заменить и чем, в деталях.
— Звучит сложно,— бубню я.
— Я предупреждала ты не слушал. Намерение обязательно должно быть позитивным и не несущим вреда, иначе последствия могут быть неописуемыми. От психических расстройств до мировых конфликтов. В зависимости от заложенных образов в заклинание. Здесь никто не может угадать. 《Spirasor*》 - до сих пор остается не до конца изученной магией. Если делать правильно и не использовать очень часто, все будет нормально.
Название древнего языка, который связывает ведьм и мир духов.«Спирасор» происходит от сочетания «Спира» - «дух», и «Сор» - «язык» на латыни - примечание
— Так, а сейчас последствия могут быть? — обеспокоился Аллен.
— Я делала все с намерением защиты для Да́йны, не смотря на посыл Марселя, но за последствия я не отвечаю. Духи своевольны и капризны. Их нельзя заставить что-то сделать. Заклинание могло не сработать совсем. Всё будет понятно через время. Первое заклинание лишь сделало Да́йну более восприимчивой к 《Спирасор》 и большому количеству изменений. Остальное зависит от тебя, Марсель. На примере, я стерла только ритуал.
Получается я совершил еще одну ошибку, за которую могу и не расплатиться? Или все же все правильно? Я просто хочу защитить ее. Слышу как Да́йна уже говорит с Алленом. Его слова сжимают моё сердце.
— Ах, да, пока не забыла,— со смехом выдает Глория.— Вы сможете видеться лишь в ночь Хэллоуина и обязательно в Париже. Твоя душа, Аллен, связана с этим городом, и чтобы увидеться, Да́йна соответственно…ну вы понимаете.
У Глории улучшается настроение как я посмотрю. Или она просто рада видеть их вместе? Прежде чем она уйдет, хочу уточнить за второе заклинание.
— Оно чтобы вернуть один фрагмент. Полностью все снять можно лишь через сто лет, как я уже говорила. Не знаю, что конкретно подтолкнуло на такое решение, но, надеюсь, ты действительно понимал, что делаешь, а иначе жизнь Да́йны просто пустышка.
После этих слов на меня нашла грусть и посмотрев на Да́йну с Алленом она усилилась трехкратно.
Последнее, что услышал, прежде чем оставить их наедине, удивило.
— Найду тебя в канун святых?
— Выходит что так.
И они оба смеются.
Как вам глава?
Какие впечатления от поступка Марселя?
По делу ли разозлилась Дайна в доме после ритуала возвращения?