🎃25.2 Убийца правды🎃
Да́йна
лето 1888 год
Пока отец отправился на встречу с министром, а у Марселя супер секретный разговор с мамой, можно посвятить время себе и отвлечься. Голова болит не меньше тела. Что было возможно Аннетт помогла замаскировать. Однако не думаю, что я великая актриса, чтобы скрыть свое состояние, как подобает. Уверена на лице так и написано «помогите, я не хочу жить». Плюс одежда так сдавливает, что трудно дышать. Все равно нужно держать лицо.
Яркое солнце припекает. Хорошая погода для прогулки. Сижу в семейном садике под деревцем с пособием о мировой живописи. Пейзажи так красивы, просто глаз не оторвать, а на портретах все такие серьезные. Рассматривая их, не смогла сдержать смешок.
— Вот ты где! Что это?
Поднимаю голову на голос. Аллен улыбается мне закрывая собой солнце. В его тени становится легче.
— Марсель достал мне книгу по истории живописи, вот изучаю.
— Не хочешь прогуляться? — спрашивает Аллен.
— С тобой всегда рада.
Он помогает встать и берет под руку. Мы проходим к экипажу около моего дома и сели. Аллен дает указание, и карета тут же трогается с места.
— Сегодня будет незабываемый день для тебя, — сообщил месье целуя мою руку.
При взгляде на него всегда хочется улыбнуться. Месье Аллен всегда знает о чем говорит. Я верю, что так и случится.
***
Как только карета останавливается Аллен забирает немаленькую корзину с собой и открывает предо мной дверь. Экипаж отъезжает, и он торжественно произносит:
— Добро пожаловать в парк «Монсо», мадмуазель.
Мы проходим несколько метров, и открывается вид на природу во всей ее красе. Глаз отвести просто нереально. Я без слов наслаждаюсь всем этим великолепием, а потом захотелось поделиться мыслями.
— Природа здесь просто чудесна. Все такое зеленое, в пении птиц столько радости, а как пахнет воздух. Чувствуется как все вокруг нас расцветает, — сама слышу восхищение в голосе.
Вдыхаю полной грудью, насколько возможно, и становится легче. В этот момент забываю обо всем, что меня беспокоит. Людей в парке довольно много, но именно этого так не хватало. Только сейчас замечаю, что все это время Аллен наблюдает за мной. На мужском слегка вытянутом лице широкая улыбка.
— Ты такая смешная, когда любопытная.
— Не смейтесь, месье Лордан! Я могу и обидеться на вас, — сказала я с серьезным выражением.
— Смешная и очень красивая.
Он поправляет мои волосы и это залило щеки румянцем. Чувствую, как они горят.
— Благодарю, — звучало не очень уверенно.
Мы идем далее по тропинке. Я замечаю хорошее место под деревом и предлагаю присесть. Аллен ставит корзину на траву и расстилает большой плед.
— Надеюсь, ты не против пикника.
— Это...очень мило.
На глаза наворачиваются слезы, но я быстро их смахиваю пока Аллен не заметил. Он достает немного фруктов, несколько закусок и подает руку.
— Я хотел принести больше, но потом подумал, что это будет лишним. Вдруг ты не очень голодна, а я принес на целую армию.
Мы оба рассмеялись. Аллен облокачивается на ствол дерева спиной и предлагает свою грудь в роли подушки. Молча рассматривая облака ощущаю затылком вдохи и выдохи.
— Рад, что тебе нравится, — опять он читает мои мысли.
— Хватит! Не читай их!
— Я просто знаю, что тебе бывает трудно что-то сказать. Не сдержался.
— Спасибо за все, что ты делаешь для меня.
Он целует мои руки.
— Одно из любимых мест. В этом парке я познакомился с довольно интересным и известным импрессионистом.
— Правда? С кем же?
— С Клодом Моне.
— Невероятно! Ты должно быть много кого знаешь.
Почти каждый мой день проходит одинаково. Я сижу дома, занимаюсь самообразованием и пытаюсь соответствовать ожиданиям родителей, но выходит, честно говоря, плохо. Мне стыдно выходить за пределы нашего участка только потому, что отец парою перегибает палку, а на люди в таком виде уж никак не хочется. Если только с максимальной маскировкой.
С появлением месье Лордана папа опускает с ним, и я могу гулять по Парижу, смотреть новые места, которые Аллен показывает. Конечно же после того, как месье Лордан узнал о поведении отца со мной, его отношение ко мне стало еще более бережным. Аллен приходит, как только может и отвлекает лишь бы мне было легче.
А потом я узнала его тайну, и наши отношения стали еще более доверительными. Ведь я не отвернулась от него, как и он от меня.
— Аллен?
— Да, моя королева.
— А тебе разве не нужно на охоту? — шепотом интересуюсь я.
— Не переживай об этом. Я бы не пришел к тебе голодным.
— А ты когда-нибудь жалел, что стал вампиром? — так же тихо продолжаю я.
— Жалел, и не раз, но после знакомства с тобой это отошло на второй план, — он склоняется к уху. — Я всегда помогу. Твоя безопасность выше всего.
— Если мой отец узнает кто ты...
— Не беспокойся обо мне. Все будет хорошо. Обещаю сделать все возможное, чтобы мы были вместе. Все будет так как хочет месье Гастон. Мы поженимся и у тебя будет все, что захочешь.
Он сделал паузу, а затем продолжил:
— Прости, что приходится снова и снова терпеть отца. Я пока не могу вмешаться. Мы должны дождаться выставки и лишь после...
— Я смогу, Аллен. Просто нужно делать, что он скажет. Ты и так забираешь меня из дому довольно часто. Этого достаточно.
Я разворачиваюсь к нему лицом. В серых глазах грусть, которая передается мне. Провожу ладонью по холодному лицу.
— Если я человек, это не значит, что бороться тебе придется в одиночку.
— Такой храброй девушке я готов показать не только Париж, но и весь мир. Надеюсь, к выставке ты меня не разлюбишь.
***
После обеда наш пикник подошел к концу, и мы прибыли на экипаже в другое место. Вокруг очень шумно. В моей голове смешались голоса людей, стук инструментов и шум экипажа. Кажется, я догадываюсь, что это за место.
Мы шли под руку. Аллен здоровался со всеми, когда произносили его имя.
— Зачем мы здесь?
— Хочу познакомить тебя кое с кем.
— Почему сейчас?
Ответа не было. На высоте второго этажа к нам спиной стоит мужчина в черном пальто и цилиндрической шляпе. Он с рупором и биноклем дает указания.
— Не спешите! Каждый винтик должен быть прикручен должным образом! И я в ответе за безопасность каждого!
— Гюстав! — окликнул он. — Спускайся!
Я с удивлением смотрю на Аллена, а он на меня и улыбается.
— Помнишь заголовки в прессе о статуе Свободы?
— Да, и ты мне как-то рассказывал о ней.
Когда мужчина подходит Аллен тут же говорит:
— Да́йна, позволь представить Гюстав Эйфель. Инженер и мой хороший друг.
— Очень приятно месье, — я протягиваю руку, и он легко сжимает ее. — Аллен не раз рассказывал о вашем недавнем успехе в Америке. Я под впечатлением.
— Это случайно не та молодая особа, о которой ты мне все уши прожужжал? — со смехом спрашивает Эйфель.
— Та самая.
— Ваша башня довольно высока, месье.
— Долгими молитвами, мадмуазель.
— Как продвигается строительство? — интересуется Аллен.
—Неплохо, но ты наверняка видел все протесты. Они тормозят процесс и приходится брать все в свои руки без поддержки правительства. Я заложил все, что мог.
— Да, министр Гроссо не может все их игнорировать. Я сам возмущен происходящим.
— Министр Гроссо...?! — изумилась я.
— Тише, милая, я позже объясню. Думаю, все проясниться уже на выставке. Сейчас только вперед. Я поговорю с отцом, чтобы он все же помог тебе в финансировании.
— Аллен... — начал инженер.
— Это не обсуждается, друг мой. Верю, что в будущем это сооружение станет одним из узнаваемых в мире.
Мужчины попрощались, но, прежде чем уйти Гюстав останавливает меня.
— Было приятно вас увидеть наконец. Приходите как-нибудь еще раз. Проведу небольшую экскурсию.
— Взаимно, обязательно приду.
***
Мы садимся в карету, и Аллен распоряжается отвести нас ко мне. Я сижу рядом положив голову на плечо.
— Кто такой этот месье Гроссо? Почему ты назвал его министром? Разве сейчас не Шарль Флоке́*?
Французский учёный, политик и государственный деятель, возглавлял кабинет министров Франции с 3 апреля 1888 по 22 февраля 1889 года - примечание
— Подожди, Да́йна. Месье Арно Гроссо действительно министр, но лишь немногие знают об этом. Никто бы не принял на пост вампира, поэтому в публичных местах и на всех людских бумагах он помощник. Он руководит, из тени.
— Но люди же не знают кто он.
— Да, однако такое решение принял сам месье министр.
— Выходит месье Флоке́ марионетка?
— Я бы сказал правая рука.
— Тогда Гюстав получается знает о твоем мире?
— Да, так сложились обстоятельства.
***
Зайдя в дом нас сразу же встречает мама. Голубые глаза чем-то расстроены, мнет руками одежду. Что-то не так, но пока что лезть с выяснениями не стоит.
— Хорошо погуляли?
— Замечательно, мадам Абель. Погода самое то для прогулки.
— Вот и здорово. Я очень рада. Может останетесь на ужин?
— Буду только счастлив, мадам.
Я уговорила Аллена подняться в комнату. Я показала Аллену свои картины. В них вся боль, печаль, страх и крик о помощи. Только не понимаю так ли он их видит. Аллен проводит по ним пальцами и с грустью смотрит на меня.
— Как могу помочь тебе?
— Просто будь рядом и...
Я обнимаю его и молчу.
— Скажи.
— Можешь обратить меня, пожалуйста, — пробубнила я.
— Если не передумаешь до выставки я сделаю это, — пообещал он.
Мой лоб холодят губы вампира.
— Ты должна быть готова к тому, что переживешь всех родных и друзей.
— Если мне нужно выбрать, то это будешь ты.
— А как же Марсель?
— Он справится, я ему лишь мешаю.
Сразу написала и выкладываю) Этой главы тоже не должно было быть)
Как вам глава? Какие есть мысли? Что вам бы хотелось узнать? Помните, что вы можете повлиять на развитие сюжета. Возможно, среди идей будет то, чего нет в плане, но я смогу это вписать🧡