Уроборос

...И был он волосом сед, а лицом темен, и глаза его метали молнии.
Из сказок Барда Биддла

Утром Годрик заявил, что у него болит поясница, и оставшееся до Кентербери небольшое расстояние им предстояло проделать пешком.

Только теперь Гермиона поняла, как ей повезло вчера: уже через час непривычные к долгой ходьбе ноги ныли, сбитые на пыльной ухабистой дороге. Она начала несколько отставать от спутников.

Северус, заметив это, тоже отстал и пошел рядом, позволив ей опереться на свой локоть.

- Куда мы идем, Северус? - спросила Гермиона не очень громко.

- В Кентербери, - он усмехнулся. - Я так понял, это что-то вроде ежегодного магического собрания. Но... я давно сдавал Историю Магии...

- Так же давно, как и я, - вставила она, пытаясь улыбнуться.

- Да, конечно, мисс Грейнджер, но этот предмет никогда не вызывал у меня ни благоговения, ни восторга.

- У меня тоже.

- Прекратите перебивать, и лучше ответьте на вопрос - кто такой Дунстан?

- Дунстан?

- Похоже, что он заправляет всем этим вертепом. Годрик боится его.

- Годрик... боится?

- Да, причем панически. Но это страх перед неизвестным и непонятным, а не простая трусость, так что можешь быть спокойна за его репутацию. Мой вопрос вызывает у тебя затруднения?

- Отнюдь. Дунстаном звали самого сильного мага со времен Мерлина и до Основателей. Он пользовался влиянием при королевском дворе у магглов, и фактически управлял страной. Вполне возможной называлась его связь с Черной Магией... Северус!

Снейп, воспользовавшись тем, что Годрик и Хельга скрылись за поворотом дороги, привлек к себе Гермиону, крепко обнимая ее.

- Я думал, что сойду с ума, - пробормотал он, зарывшись лицом в ее волосы.

Некоторое время они стояли, наслаждаясь близостью. Все слова казались лишними в этот момент. Лишь приближающийся стук подков заставил их разорвать объятия и продолжить путь.

Навстречу верхом проехал какой-то маггл, не обративший на них никакого внимания.

- Ты едва переставляешь ноги, Гермиона, - обеспокоенно заметил Северус, когда она в очередной раз скривилась от боли.

- Эти туфли не созданы для ходьбы, - она чуть приподняла подол мантии, открывая красивые башмачки на среднем каблуке.

- Так сказала бы раньше! - упрекнул ее Снейп, опускаясь на одно колено в пыль. - Я трансфигурирую их в такие же, как на Хельге - те выглядят удобными.

- Северус... - Гермиона ласково коснулась черных прядей, уже висевших потускневшими патлами.

Мужчина поднял вверх голову, и их глаза встретились.

- Еще есть время повернуть назад, Гермиона.

- Если ты будешь рядом - мне ничего не страшно, Северус.

- А мне страшно. Страшно за тебя, - добавил он, снова опуская глаза и принимаясь колдовать над ее башмаками.

- Никуда я не вернусь. Без тебя - нет.

Северус поднялся на ноги и очистил мантию заклинанием:

- Будет трудно, - произнес он совершенно спокойно.

- Догадываюсь, - Гермиона улыбнулась, пробуя ходить в мягких кожаных сапожках. - Как в чулках. Спасибо, - она привстала на цыпочки и легонько поцеловала Северуса в сомкнутые губы. - Неплохо бы еще сотворить что-то с нашими мантиями...

Коричневое платье, красовавшееся на Гермионе, было тем самым, в которое она вырядилась улетая на метле из их с Роном дома, и которое была вынуждена одеть во время ареста. К счастью, магическая ткань не мялась, но мантия была порвана в нескольких местах, а подол запачкан грязью и пылью.

Снейп выглядел немногим лучше. К тому же, трехдневная неопрятная щетина придавала ему вид если не бродяги, то уж точно - разбойника с большой дороги.

- Надеюсь, в Кентербери мы сможем помыться и... побриться, - она хихикнула, потрогав его щеку.

- Последнее, пожалуй, нет. Думаю слегка опустить бороду, - криво усмехнулся Снейп. - Уж коли на меня так пялится Годрик, значит, найдутся и другие, - он коснулся пальцами подбородка. - Как тебе кажется, в каком виде я имею больше шансов стать посмешищем?

- Дикие времена... - вздохнула Гермиона. - Хорошо хоть мне не нужно для статуса носить пояс верности.

Северус тихо засмеялся, еще раз обнял ее и, поцеловав, заявил:

- Ты - особенная, Гермиона, знаешь?

Она ничего не ответила, позволив себе немного поблаженствовать в кольце сильных мужских рук.

Тем не менее, обстоятельства не ждали. Годрик и Хельга успели уйти достаточно далеко, и Северусу пришлось аппарировать вместе с Гермионой на добрые полмили вперед по дороге, чтобы существенно сократить разделявшее их расстояние.

На горизонте уже виднелись строения, вряд ли принадлежавшие очередной деревне: в профиле зданий угадывались черты культовых построек. Но солнце успело оставить зенит далеко позади, прежде чем путешественники достигли Кентербери.

Чем ближе они подходили к городу, тем больше им встречалось людей, одетых в мантии. Годрик, как оказалось, был со многими знаком. Он то и дело останавливался, чтобы поприветствовать очередного волшебника. Несмотря на признание Основателя в том, что он знать не знает ни Ровену, ни Салазара, Гермиона каждый раз вздрагивала, боясь услышать знакомые имена.

Попадавшиеся навстречу магглы косились в их сторону, но ничего не говорили. Во времена, когда еще не был принят Кодекс Секретности, магглы и волшебники сосуществовали бок о бок, и первые достаточно часто даже прибегали к помощи вторых, хотя вряд ли это соседство можно было назвать мирным. Как ни странно, сдерживающим фактором в этот период выступала церковь. Точнее, архиепископ Кентерберийский. Только мало кто из магглов догадывался, что Его Святейшество Дунстан сам был колдуном*.

Следуя за Годриком, они пришли на постоялый двор, разместившийся в большом двухэтажном доме, который магглы обходили далеко стороной.

Обширный зал с низким прокопченным потолком был полон волшебников - мужчин и женщин - в мантиях самых разнообразных оттенков. Тут были и старики, и молодежь, и совсем дети. Заметила Гермиона и нескольких домовых эльфов, а также парочку гоблинов. Собрание шумело, обмениваясь приветствиями и новостями.

Годрик тут же потащил их по проходу между грубо сколоченных деревянных столов к стойке.

Хельга казалась искренне напуганной: она боязливо пряталась за спины Гермионы с Северусом.

Хозяин кивнул Годрику как старому знакомому, ответив, тем не менее, что ночлег предложить не может - все занято.

- Должно быть, они еще не знают, что с помощью чар можно легко увеличить объем любого помещения, - тихо заметила Гермиона.

Снейп едва заметно кивнул, соглашаясь:

- Похоже, мы опять стоим перед угрозой провести ночь на сеновале. Теперь я понимаю, почему он такой эксперт в этом вопросе.

Однако Годрик, улыбаясь, уже беседовал о чем-то с миловидной супругой хозяина постоялого двора, игнорируя сердитые взгляды, которые бросал на них последний.

Еще через несколько минут они устроились за столом, куда любезная хозяюшка тут же накрыла добрый ужин.

- Договорился, - ответил Годрик на вопрос о ночлеге, раздирая на куски молочного поросенка. - За рекой живет тетка Мириам, - он подмигнул хозяйке. - Заночуем у нее. Хотя... что там этой ночи?..

Хельга отказалась от предложенного Гермионой цыпленка и ограничилась небольшим количеством овощей. Девушка почти все время молчала. Правда, вскоре она остановила проходившего мимо домового эльфа, обратившись к тому на непонятном языке.

Эльф же, нисколько не удивившись, ответил и, отвесив низкий поклон, отправился к своим хозяевам.

- Что это за наречие? - поинтересовалась Гермиона, провожая рассеянным взглядом завернутое в холщовую тряпку создание.

- Это их язык, - бесхитростно поведала Хельга.

- Где вы научились говорить по-эльфовски?

Девушка отчего-то зарделась и опустила глаза:

- Госпожа Ровена общается со мной, как с равной...

- С радостью перейду на «ты», можешь звать меня просто Ровеной, - Гермиона подумала, что реакции девушки может позавидовать самый забитый из домовых эльфов: та широко распахнула глаза и глуповато приоткрыла рот. - Ну, так как?

- Хорошо, - поспешно принялась кивать Хельга. - А говорить по-эльфовски умею, потому что много довелось общаться с этим народцем. Наверное, господин Салазар, - осторожный взгляд в сторону Снейпа, - тоже знаком с их секретами. Ведь это они умеют ап... па... ну, появляться из воздуха.

- Аппарировать. Это несложно, я научу тебя.

- Правда?! - несомненно, Хельга была потрясена. - Я тоже смогу?

- Конечно, - не удержалась от улыбки Гермиона.

Краем глаза она наблюдала за Годриком, становившимся с каждой минутой все серьезнее. Ожидавшая долгого застолья, Гермиона была удивлена, когда, лишь покончив с ужином, Гриффиндор предложил отправляться на поиски дома тетки корчмарки.

Чем дольше она размышляла обо всем происходящем, тем более странными рисовались ей отдельные детали: слишком ранний ужин и необходимость отдохнуть перед «короткой ночью», упомянутой Годриком, мрачный вид последнего, взгляды, бросаемые на их компанию встречными магглами...

То, что магглы прекрасно представляют себе, с кем они имеют дело, казалось очевидным. Не раз Гермиона ловила адресованные им взгляды, полные любопытства и страха, смешанных с отвращением. А когда им пришлось остановиться и подождать, уступая дорогу медленно бредущему коровьему стаду, она расслышала непонятную фразу, оброненную богато одетым горожанином:

- Служители Нечистого! Его Святейшество заставит вас покаяться!

Немного отстав от Годрика с Хельгой, Гермиона спросила Северуса о смысле всего, что видела.

- Магглы уверены, что архиепископ собирает нас для того, чтобы заставить отречься от колдовства и наложить строжайшую епитимью.

- А на самом деле?..

- На самом деле Дунстан будет клеймить нас лоботрясами и идиотами.

- Дунстан?

- Он и есть Его Святейшество архиепископ Кентерберийский, - пальцы Северуса незаметно переплелись с пальцами Гермионы. Казалось, что все происходящее интересовало его постольку поскольку.

Гермиона потрясенно молчала некоторое время, а потом новая мысль в цепи умственных заключений снова заставила ее спросить:

- Но ведь в Истории Магии об этом не говорилось ни слова!

- Книги, мисс Грейнджер, не всегда содержат только правдивые факты, - тонкая усмешка искривила губы Снейпа. - Иногда истина спрятана настолько глубоко или так искажена, что можно потратить всю жизнь, разыскивая ее.

- Я помню, что Дунстана называли истинным ревнителем колдовских традиций и борцом с магглами. Что-то в этом роде... - смущенно пробормотала Гермиона. - Никогда до этого книги не подводили меня, Северус.

- Какая-то доля правды в этом есть. Он действительно при помощи своего влияния оградил волшебников от нападок магглов. Последние уверены, что Дунстан способен одолеть «нечистую силу», каковой мы и являемся.

- Должно быть, он превосходный лицедей.

- Не без этого, хотя Годрик считает, что старик уже совсем выжил из ума.

Перейдя через мост, они очутились перед темной каменной громадой Кентерберийского аббатства. Дом тетки обнаружился неподалеку. Дверь открыла хитроватого вида старушенция, пристально оглядевшая путников из-под клочковатых бровей:

- Мириам? Переночевать? Ну, что же, проходите, детоньки, проходите, - прошамкала она.

Небольшую комнату освещало лишь пламя очага, над которым в котле булькало нечто, испускавшее клубы вонючего пара. На стропилах висели пучки засушенных трав, а на стенах - связки амулетов.

- Наверху сможете переночевать, - сказала тетка, передавая гостям чадящий светильник. - Не оступитесь на лестнице, ступеньки гнилые.

Снейп, уходивший последним, обернулся и негромко заметил, скривившись:

- Добавьте в Амортенцию глаза саламандры вместо толченых жабьих бородавок. Эффект будет идентичным, а вони поубавится.

Старуха ошалело уставилась на него, и зельевар подумал, что вряд ли Лонгботтом был самым последним недоумком из тех, с кем ему довелось иметь дело.

На просторном чердаке нашлись какие-то мешки, корзины, а также неизменная копна сена.

- Мы и не ожидали, что тут будут пышные перины, - попытался пошутить Годрик, подготавливая себе ложе из сена и одеяло из мешковины.

- Еще пара таких ночевок, и моей спине не поможет никакая магия, - мрачно отшутился Северус.

Он старался не смотреть в противоположный угол, где должны были спать Хельга и Гермиона. Интересно, сколько еще ночей ему придется провести порознь с ней?

Перед тем, как растянуться на шуршащем ложе, мужчина зло пнул свою «постель». Однако усталость сделала свое дело очень быстро - все четверо вскоре крепко спали.
____

...Его настойчиво трясли за плечо:

- Салазар! Пора вставать.

Жестом, ставшим за последние годы инстинктивным, Снейп выбросил вперед руку с волшебной палочкой, уткнувшейся в грудь будившего его человека. Лишь после этого он открыл глаза.

Годрик, насупившись смотревший на опасное в руках этого черноволосого оружие, тихо добавил:

- Колокол уже прозвонил. Пора идти.

Северус быстро поднялся, плеснул в лицо холодной водой из стоявшей тут же кадки. Это помогло ему окончательно проснуться.

Внизу старуха отговаривала молодых волшебниц от визита в аббатство, но тем и в голову не пришло, что они могут отсидеться дома.

Ночная улица была пустынна, хотя стоило им подойти к воротам аббатства, как стало ясно, что это впечатление было ошибочным. Отовсюду стекались волшебники - группами и поодиночке.

Внутренний двор был ярко освещен огнем десятков факелов. Среди собравшейся тут толпы было больше мужчин, хотя встречались и женщины, а детей не было совсем. Витавшее в воздухе подавленное настроение быстро передавалось всем вновь прибывшим. Толпа молчаливо чего-то ждала.

Вдруг, когда напряженное ожидание стало совсем невыносимым, с громким стуком распахнулись двери, и из аббатства вышла группа из нескольких человек.

Впереди шел высокий старик, облаченный в белые одежды, вышитые золотом и сверкавшие в отблесках пламени факелов. Гермионе в первый момент он напомнил Дамблдора, но уже в следующий миг она поняла, насколько ошибалась: Дунстан тоже носил длинную бороду, но на этом сходство заканчивалось.

Его лицо было мрачнее самой черной тучи и не выражало никаких признаков добродушия. Сжатые в нитку тонкие губы, колючий пронизывающий взгляд невольно заставили ее поежиться, как от порыва ледяного ветра.

Медленно оглядев собравшихся, Дунстан начал говорить:

- Снова собрал я вас здесь, как и каждую весну, - вначале его слова, звучали царапающе-хрипло, похожие на карканье старого ворона, - и с каждым разом вас становится все меньше. Но не лень задержала вас у очага, и не дела завели далеко в чужую сторону. Те, кого нет среди вас, больше никогда не откликнутся на мой зов. Они мертвы, и их кости обглоданы зверьем, - голос набирал силу, звучал подобно набату, отражаясь от холодного камня стен, вибрировавших от мощи, неожиданной для этого старца. - А сколько вас останется еще через год? Кто из вас покинет нас навсегда?..

После сказанного собравшиеся начали беспокойно переглядываться. Их было не больше двух сотен, и Гермиона подумала, что они должны были являться цветом популяции волшебников.

- Здесь собрались самые лучшие, - продолжал Дунстан, - но даже если вы придете сюда все, до последнего младенца, то ужаснетесь. Магическому миру скоро придет конец, ибо вас осталась жалкая горстка. Вы сильнее магглов, но их больше, и они перебьют вас поодиночке. До сих пор ничто не смогло заставить вас объединиться и дать им достойный отпор. Так может, хоть кто-то из вас способен в одиночку одолеть отряд магглов? Или вы думаете, что вас защитит король? Король глуп, да еще ему дают плохие советы**. Нет ему до вас никакого дела. Вы - невежды и остолопы, не желающие видеть дальше собственного носа, - старик начал горячиться, сердито размахивая руками. - Вы знаете лишь то, чему научили вас отцы, и никто из вас не ищет новых умений! Никто из вас, крепких и испытанных в боях воинов, не сможет ничего сделать против немощного старца! Кто отважится сразиться со мной один на один? - он вытащил палочку и принялся указывать на стоявших к нему ближе всего. - Ты? Ты? Или ты? - вопрошал архиепископ.

Толпа колыхнулась, волшебники начали пятиться, напирая на стоявших позади.

- Трусы! Жалкие трусы! - цедил сквозь зубы Дунстан, потрясая волшебной палочкой.

Гермиона не заметила, как стоявшие перед ней люди куда-то исчезли, и она очутилась лицом к лицу с разъяренным стариком. Судорожно сглотнув, она попыталась отступить, но уперлась спиной в одну из колонн, окружавших двор.

Дунстан остановился, медленно поднял палочку:

- Глупая овца, сидела бы дома! Скольких из вас нужно порешить, чтобы вы поняли?..

Но быстрее, чем Гермиона успела испугаться, между ней и архиепископом встала худая фигура в черном.

Снейп держал палочку в поднятой руке.

Дунстан замер, затем вдруг хмыкнул:

- Это твоя женщина? Кто ты такой, оборванец?

Даже не видя лица Северуса, Гермиона чувствовала, как он напряжен. Не сразу поняла она, что кто-то увлекает ее в сторону от этой сцены. Быстро обернувшись, она увидела Хельгу и Годрика, снова смотревших в центр двора, откуда донеслись слова, произнесенные четко и громко:

- Меня зовут Салазар. Принимаю твой вызов.

Старик диковато хохотнул:

- Откуда ты взялся, недоносок? Неужели ты думаешь, что сможешь одержать верх? - и безо всякого предупреждения послал в Снейпа проклятье, ярким багровым лучом прочертившее пространство, разделявшее их.

Проклятье отскочило от щита, мгновенно созданного зельеваром.

Брови архиепископа удивленно поползли вверх. А через мгновение на Снейпа обрушился настоящий шквал проклятий, от которых тот либо уворачивался, либо отбивал их контрзаклинаниями, либо укрывался за наведенными щитовыми чарами.

Годрик, крепко вцепившийся в плечо Гермионы, горящими глазами пожирал дуэлянтов, дергаясь всем телом, будто повторяя их движения.

Гермиона, никогда до этого не видевшая настоящей магической дуэли - та, что устроили в школе Снейп и Локхарт - не в счет, - словно зачарованная, не могла оторвать от этого зрелища глаз. Было нечто дьявольски прекрасное в сражении не на жизнь, а на смерть. Ибо в то, что это может оказаться игрой, не верилось никоим образом. И то, что Северусу приходится тяжело, было видно невооруженным глазом.

Она не понимала, почему Северус не пробует применить Непростительные. Может, что-то мешает ему? Наверняка Дунстан не остановится, наигравшись со своей жертвой. В руках Снейпа чужая палочка; правда, до сих пор это не создавало ему помех. Неужели Дунстан настолько силен? Несколько Сногсшибательных и Обезоруживающих заклинаний были отбиты им без особого труда.

Старик нападал. Его уверенность в себе была абсолютной. Лишь то, что противник держится так долго, сильно злило его. Безусловно, он не ожидал этого. Все новые и новые проклятья слетали с кончика его палочки.

Жалящие горячие звезды.

Пыльный смерч.

Дюжина ножей, просвистевшая в воздухе.

От последних Снейп дисаппарировал, миг спустя появившись у противоположной стены. Тяжело дыша, он прижимал свободную руку к плечу: из-под пальцев текла кровь. Очевидно, один из ножей все-таки успел достать его.

У зрителей вырвался непроизвольный единодушный вздох. Все понимали, что силы дерущихся слишком неравные, хотя до сих пор ни один храбрец не продержался дольше, чем этот неизвестно откуда взявшийся Салазар.

Дунстан довольно оскалился, видя, что противник ранен. Неторопливым движением он поднял палочку, готовясь нанести последний удар.

Заклинание было неизвестно Гермионе, это была даже не латынь. Стоявшая рядом Хельга вскрикнула, отворачиваясь. Годрик перестал дышать.

Порожденные магией Дунстана, откуда-то с неба стали вдруг падать огромные камни, погребая под собой Северуса.

Никто из находившихся во дворе аббатства не шелохнулся и не издал ни звука - оцепенение было полным.

Сердце Гермионы на несколько мгновений тоже замерло, равно как и крик, рвавшийся с губ.

Раздавшийся насмешливый голос Дунстана заставил собравшихся вздрогнуть:

- Даже могилы ему не понадобится! Какая честь, быть погребенным в Кентерберийском аббатстве!..

Всецело поглощенный надгробной речью, архиепископ не заметил узкую черную ленту, маслянисто сверкнувшую между камней. Взгляды же всех остальных были прикованы к тому месту, где совсем недавно стоял противник Его Святейшества, поэтому они и увидели крупного аспида, выползающего из-под груды валунов и струящегося по земле к Дунстану.

Стремительный бросок змеи, и старый колдун вскрикнул, роняя палочку и прижимая к себе укушенную руку. Пошатываясь, он отступил назад, не без изумления глядя на человека в черном, в которого уже превратился аспид.

Северус тоже нетвердо стоял на ногах, левый висок его был сильно рассечен, плечо кровоточило, но он по-прежнему держал в руке волшебную палочку, направленную в сторону Дунстана, в сердцах плюнувшего:

- Гад ползучий!

Снейп ничего не ответил, а архиепископ вдруг пошатнулся сильнее, побледнел, его глаза закатились, и он медленно осел на землю. К нему тут же подбежали несколько монахов из тех, что сопровождали его выход.

Все остальные, казалось, превратились в камень. Гермиона хотела бежать к Северусу, но не смогла пробраться сквозь толпу, молча смотревшую на то, как Снейп, развернувшись, покинул двор аббатства.
____

Она нашла его в доме у тетки Мириам. Отбившись от старухи, желавшей знать последние новости, Гермиона поднялась на чердак. Северус сидел, сгорбившись, на одной из пыльных корзин, в изобилии валявшихся здесь.

- Что с ним? - спросил он, не поворачивая головы.

- Кажется, умер, - Гермиона порывисто обняла Северуса за плечи и прижалась щекой к его спине. Меньше всего сейчас ее занимал Дунстан.

Мужчина вздрогнул, резко дернулся, сбрасывая ее руки:

- Оставь меня.

- Северус... - она зашла к нему спереди, тщетно пытаясь заглянуть в глаза. - Ты ранен, - произнесла Гермиона как можно мягче, касаясь его руки.

- Ерунда. Две царапины, - сиплое дыхание выдавало, что он не так спокоен, как хотел казаться. - Вряд ли тебе будет приятно прикасаться к убийце.

- Не говори глупостей, - возмутилась она. - Ты только защищался. И защищал меня, - Гермиона снова попыталась обнять его.

На этот раз Северус не оттолкнул ее. Молча он приобнял Гермиону здоровой рукой, и в его вздохе послышалось облегчение.

- Понятия не имею, как это получилось, - пробормотал он в сторону.

- Ты имеешь в виду - превратиться?

- И это тоже. Я всего лишь отчаянно захотел стать в тот момент чем-то более вертким и гибким... А потом - странная, нечеловеческая злоба толкнула меня укусить его. Думаешь, он... из-за этого?

Гермиона не удержалась от улыбки:

- Да уж, чего-чего, а яду в тебе предостаточно. Слышал, как он назвал тебя? Гад Ползучий***.

Северус вздрогнул:

- Слизерин?.. Да, слышал. Наверняка он знал настоящего Салазара.

- К чему сейчас гадать? Позволь мне заняться твоим плечом. Старуха дала мне какой-то бальзам. Говорит, самое то для заживления ран, - Гермиона взяла в руки небольшой глиняный горшочек, полный густой мази желтоватого цвета.

- Что это? - Северус понюхал содержимое банки. - Навскидку: ромашка, тысячелистник, немного смолы и толченая скорлупа яиц феникса. Старинный бальзам. Сейчас есть более эффективные средст... - он осекся. - Но придется воспользоваться тем, что есть.

Тем не менее, приступить к лечению они не успели. В дверь кто-то тихо постучал.

Переглянувшись с Гермионой, Северус пригласил:

- Войдите.

Гостем оказался невысокий монах в летах. Увидев человека в мешковатой рясе и связав его появление с событиями в аббатстве, Северус вскочил на ноги, доставая палочку.

Монах остался невозмутимым, его пухлое лицо не выражало никаких эмоций:

- Вас зовут Салазар? - спокойно поинтересовался он.

- В чем дело? - резковато спросил Снейп, игнорируя вопрос.

- Я пришел сюда, выполняя последнюю волю Его Святейшества архиепископа Кентерберийского Дунстана. Он велел передать вот это тому, кто одолеет его в честном поединке, - и монах вытащил из складок рясы тонкий продолговатый предмет. - Отныне она принадлежит вам, - поклонившись, он положил предмет на ближайшую к нему высокую корзину и, пятясь, вышел.

Северус облизал сухие губы. Не произнося ни слова, он изучал глазами то, что принес монах.

Средней длины, украшенная рунической вязью, волшебная палочка светлого дерева показалась ему смутно знакомой.

И вдруг его прошиб холодный пот. Рванув душивший его воротник мантии, Северус хрипло спросил:

- Гермиона, ты никогда не видела ее раньше?

Осторожно приблизившись, она некоторое время рассматривала палочку. Потом, не очень уверенная, вынесла вердикт:

- Похожа на ту, которой пользовался Дамблдор.

Снейп кивнул:

- Я лишь хотел быть уверенным, - он посмотрел Гермионе в глаза. - Помню, что я видел ее еще в одних руках.

- Но ведь это невозможно! Эта палочка не может быть настолько древней! Из того, что я читала, она известна лишь лет пятьсот, вряд ли больше.

- Известна - да, - хмуро согласился Снейп. - Что не исключает факта существования. Или ты веришь в сказку о том, что Старшая палочка подарена самой Смертью кому-то там?

- Не верю, - помотала головой Гермиона. - Но палочка палочке рознь. Это подтвердит любой волшебник. Дунстан был очень сильным магом, быть может, не без ее помощи. Если справедливость существует, то эта палочка досталась тебе по праву.

- Полагаешь, что я должен... принять ее?

- Представь, что натворит она, попав в неподходящие руки.

Снейп в задумчивости разглядывал палочку Дунстана, не решаясь прикоснуться к ней. Сомнения одолевали его, но искушение тоже было велико. В конце концов, отказаться можно в любой момент, а вот как бы потом не пожалеть, что отказался...

Спокойно, ибо решение уже было принято, Северус произнес:

- Гермиона, ты возьмешь себе палочку, которой до сих пор пользовался я. Думаю рискнуть и принять... наследство, - криво усмехнувшись, он протянул руку и взял палочку, принесенную монахом.

___________________________

* Здесь автор нагло попирает исторические данные. Введенный в заблуждение одной книгой, где не было указано точных дат, он ошибся, высчитывая год смерти Дунстана. Действительно, Святой Дунстан, почитаемый в Англии, был обвинен в молодости в использовании черной магии. Очень влиятельная фигура на протяжении всей своей жизни. Легенда связывает с его именем такой символ удачи, как подкова. Естественно, обойти стороной столь интересный персонаж нам показалось несправедливым. Таким образом, день, в который происходят события этой главы - 19 мая, но не 988, а 998 года. АУ, если хотите.

** Существует мнение, что прозвище королю Этельреду дал именно Дунстан, будучи отстраненным от власти. Архиепископ начал говорить, что у короля «плохие советчики», а позднее слово unraedig по созвучию превратилось в современное unready - «неподготовленный». Действие разворачивается в годы его правления, поэтому к фигуре Этельреда Неподготовленного (или Неразумного) мы еще вернемся в дальнейшем.

***slither по-английски означает скользить, ползти. По созвучию очень похоже на Слизерин (Slytherin).