48) Понеслась!
Раннее утро. Небесное светило тихо и не спеша вышло на бескрайнее голубое полотно. Город постепенно просыпался от сладкого забвения. По бескрайним улицам, на огромной скорости, летел Chevrolet Camaro оранжевого цвета, лихо лавируя среди бескрайнего лабиринта города. Наруто не жалея автомобиль выжимал педаль газа до упора, стараясь по возможности быстрее попасть домой. В голове у парня засела только одна мысль, любимая его ждёт, было только одно желание, побыстрее увидеть её своими глазами, заключить в кольце своих рук, почувствовать её тепло, ощутить её запах. С яркой улыбкой Намикадзе-младший вырвался вперёд, поднимая за собой большое облако пыли, сопровождая это всё громким ревом машины. И уже вдали, наконец, показался лес, его территория, на которой он проживал вместе со своей семьей, со своей возлюбленной. Глаза загорелись, а дыхание сбило свой ритм. Сердце пустилось в ритмичным пляс, а от волнения стали потеть ладони. Парень очень ждал этой встречи.
Спортивный автомобиль резко остановился около дома, и не теряя времени даром, Наруто схватил букет любимых цветов своей девушки, что лежали на переднем сиденье и выскочил из салона. Чуть ли не бегом парень направился к дому, забыв заблокировать двери машины. Забравшись на крыльцо, Намикадзе-младший резко открыл дверь дома и заскочил внутрь. В доме стояла тишина. Казалось, что его домочадцы ещё видят прекрасные утренние сны, но на самом деле он ошибался. Тихие звуки доносились из кухни, оповещая молодого человека, что в эти часы может не спать только одна ранняя пташка. Мама. Как много теплоты содержит это слово. Кушина была поистине сильной женщиной. Несмотря на свой буйный нрав, женщина всегда с любовью заботилась и оберегала своих любимых, всегда вставала рано чуть свет, пока муж и дети спали, готовила завтрак, занималась домашними делами. Несмотря на любую ситуацию, будь то всё хорошо или же, наоборот, с уст женщины старалась не спадать улыбка. Всегда держалась на позитиве, старалась больше внести светлых эмоций в свою большую семью, искренне радовалась хорошим событиям. Её смех был настолько звонким, что казалось, будто колокольчики звенят на ветру, своим перезвоном привнося в жизнь больше красок. Женщина была очень мудрой, могла в любой трудной ситуации помочь, чем могла, утешить словом, или же не стыдясь подойти и крепко обнять. Наруто вспомнил, как в детстве мать с отцом чуть ли не тряслись над ним, всячески оберегая и защищая от всего плохого. В совсем юном возрасте парень был заводилой, часто хулиганил, за что непременно потом отхватывал от матери. Было всякое, и ругали его, за серьёзные косяки ремнём пару раз пролетало, и веником ходили. Ну, в их семье по части наказания всё было просто. Отец отсчитывал морально, а мама могла всыпать физически. Так что в основном мальчик получал хороший нагоняй от матери. И вот зайдя на кухню, Наруто явно ощутил негативные волны, которые распространяла «Кровавая Хабанеро». Интуиция буквально вопила, что сейчас Намикадзе Наруто получит знатных пиздюлей, а она родная ещё ни разу не подводила.
Кушина стояла около плиты, при этом недовольно что-то помешивая в кастрюле половником, что-то бормотала себе под нос, раздражённо вздыхая. На звук шагов женщина обернулась, взгляд нехорошо зажегся, но быстро собравшись, женщина сделала милое лицо, и обратилась псевдо ласковым голосом к своему сыну.
— Доброе утро, сыночек. Ты так рано проснулся? С чего бы это вдруг, а? — парень опешил, и на мгновенье потерял дар речи. Хотелось побыстрее смыться с кухни, во что бы то ни стало, но не судьба, однако.
— Э... э. Привет, мам. Да нужно было срочно кое-что сделать. Что-то случилось? — сказал парень, пряча букет за спину.
— Ой, нет, что ты! Всё хорошо. Просто всё очень замечательно. Нару, сыночек, кровиночка моя ненаглядная, а ты ничего не хочешь сказать своей маме? — с прищуром спросила женщина, внимательно следя за парнем.
Тяжёлый ком застрял в горле, пульс увеличился, и в голову полезли не хорошие мысли, возникло стойкое предположение, что мать каким-то образом знает о его вчерашнем похождении, о котором он практически помнил мало, а для него до сих пор остаётся загадкой, что же он вчера успел натворить.
— Э...э... нет. Ничего. А что? — с замеревшим дыханием спросил Наруто. Мать нахмурилась ещё больше.
— Да так. Представляешь, какая молодёжь у нас пошла? Вчера буквально, двое молодых людей чуть одно заведение не разгромили. Просто уму непостижимо! Оба в стельку пьяные, дебоширили, что их никто успокоить не мог. Думали, полицию вызывать будут. Представляешь?
«Пиздец!» — это единственное что пришло на ум шокированному Намикадзе. Мать знает, и сейчас его будут мутузить как никогда раньше.
Ну, отсчёт пошёл.
«Три...»
— П-правда? Вот...д-дела... — чуть-чуть заикаясь ответил парень.
— Ага. Кстати они под описание на тебя с Курамой смахивают. Ты случайно таких похожих на вас людей не видел? — спросила Узумаки.
« Два...»
— А...н-нет... Что ты мам? Не видел.
— Правда? А жаль. Хотелось бы лично с ними познакомиться! — Кушина так дьявольски улыбнулась, что по коже пробежал мороз, а следом накрыла волна мурашек.
«Один...»
— Да? А зачем? — осторожно спросил Чистокровный.
— Чтобы всыпать им по первое число, за то, что смылись из дома, напились в дрыбаган и натворили таких дел, что я теперь долго краснеть за них буду!
«Понеслась!»
— Э...мам... ты это... самое... — тихо отступая назад, мямлил Наруто.
— Что это? Вы совсем, что ли страх потеряли паршивцы мелкие? Давно по голове не прилетало? — женщину буквально прорвало.
— Мам...мам, я...!
— Что мама? Как вы до такого вообще додумались? Совести у вас нет! — всё бушевала красноволосая.
— Мам, пожалуйста...
— Я тебе сейчас дам, пожалуйста! Так позорить нас с отцом! Это уму непостижимо! Ты хоть понимаешь, в каком свете нас выставил, негодник? Острых ощущений не хватало? Спокойная жизнь надоела, решил вернуться за старое? Ладно, Курама, но ты-то куда полез? Ну, я тебе задам!!! — грозя половником, прошипела женщина.
— Что? Ладно, Курама? Ему что прощается что ли.... Ай!!! — воскликнул парень от жесткого удара по голове. Голова нещадно и так болела с похмелья, а тут ещё добавил радужных ощущений хук справа по макушке кухонной утварью. Респект!
— А ну рот закрыл сейчас же, оболтус!
— Больно же! За что? — держась за страдалицу, проговорил оборотень.
— За что? За что спрашиваешь?! Распустился совсем! Я из тебя всю дурь повыбиваю этим самым...половником... — переведя взгляд на железный предмет, Кушина застыла на месте. Как жаль, что теперь он безжалостно погнут.
— Мой любимый половник!!! — вскрикнула женщина. Глаза налились справедливым гневом сметающие всё на своём пути.
— Мама! Спокойно, спокойно. Я не виноват.
— А кто виноват, негодный мальчишка? Ты погнул мой любимый половник!
— В-вообще-то ты сама...
— Что? Теперь я виновата? Ну, держись сыночек!
Словно в замедленной съёмке, Наруто видел, как мать бросает погнутый половник в сторону и тянется за веником. Вот тут началась увлекательная игра под названием «Успей спасти свою задницу, или тебе пипец!». Чистокровному совершенно не хотелось быть избитым предметом, который предназначался для уборки мусора, поэтому решил смыться пока есть такая возможность. Резко и порывисто развернувшись, парень молниеносно бросился наутёк, и только пятки сверкали, а горячо любимая матушка, со злющими глазами и веником наперевес поскакала за ним как блоха. Начались догонялки. Сначала гостиная, потом опять кухня, снова гостиная, и когда Намикадзе вознамерился снова побежать в кухню, выбегая в коридор, вспомнил о наличии второго этажа в доме, а конкретно о своей комнате, в которой может спастись. Ноги сами понесли его к лестнице, сзади всё также не отставала вездесущая Кушина, с криками догоняя оборотня. Поэтому парень быстро взлетел по лестнице, исчезая на втором этаже. Но случилось непредвиденное. «Лис» так увлёкся погоней, что проскочил дверь своей комнаты, и оказался между комнатой Наруко, которую она делила с Курамой, и комнатой Саске. Назад поворачивать уже поздно, он отчётливо слышал приближающие шаги матери, поэтому не найдя ничего лучше Чистокровный бесшумно влетел в комнату Учиха. Вот тут возникла другая картина маслом!
В комнате было светло и ярко из-за утреннего солнца, аромат пряной корицы сразу же ударил в нос, завлекая и очаровывая нежданного гостя. Наруто с закрытыми глазами стоял, тяжело дыша, прислонившись к двери, пытался успокоить буйное сердце. В руке всё также был букет цветов, хотя сейчас он немного потрепался из-за всей этой беготни, но всё же оставался таким же нежным и красивым как его любимая девушка. Кстати о ней.
Сама Учиха Саске стояла у открытого окна, одетая или лучше сказать прикрытая только одним широким полотенцем, которое доходило ей до середины бедра, еле закрывая аппетитные полушария, что сверху что снизу. Девушка явно была после душа, об этом не трудно догадаться. По нежной коже стекали прозрачные капельки воды, будто утренняя роса стекает с красивого цветка. Длинные волосы были ещё мокрыми, где-то прилипали к телу, к хрупкой шее, к румяному лику, что был так мил и дорог больше всех на свете, даже и губы смогли поймать одну непослушную прядку. Но Саске не обращала на это внимание, она увлечённо сушила волосы вторым полотенцем, которое закрывало ей весь обзор, что находится сзади, а также напевала какой-то чарующий мотив песни, что стал ласкать слух. Движения её рук были уверенные, где-то плавные, где-то резкие, что парень невольно залюбовался ими. Девушка стояла к нему спиной, и Наруто с упоением мог разглядеть все прелести и достоинства её тела. Стройный тонкий стан и узкие плечи показывали её хрупкость, и можно было принять её за красивую фарфоровую куклу. Стройная фигура, словно высечена из благородного мрамора великим мастером, что ночами не спал, отказывая себе во всём, создавая шедевр. Но самое интересное было сокрыто одним лишь полотенцем, гребаным полотенцем, которое, кстати, от резких движений стало подозрительно ослабевать, плавно и тихо открывая новые участки тела. Только Наруто хотел подать голос, дабы окликнуть свою любимую, как лишился всякого дара речи. После очередного движения рук Чистокровной, проклятая тряпка всё-таки спала, прямо к её ногам, явив свету всю красоту нагого, невинного тела. Прямая спина так цепляла взгляд, плавными линиями переходила в тонкую осиную талию, которую можно обхватить одной рукой. Следом от поясницы путь шёл на подтянутые округлые ягодицы, где на правой половинке красовалась привлекательная родинка, бёдра переходили в стройные ноги, к которым так и тянуло прикоснуться. Дыхание замерло, пульс, который было вот-вот, только успокоился, в момент снова пустился в бега, глаза округлились, рот приоткрылся, температура тела поднялась, и не только быстрый подъём совершила одна температура.... Намикадзе вошёл в ступор. Видеть такое совершенное тело, чувствовать такой манящий запах, это что-то неописуемое. Парень уже было хотел выбираться из ступора и вообще из комнаты девушки, чтобы быть не пойманным при такой щекотливой ситуации, как Учиха огорошила его повторно, сделав контрольный в голову, выбивая из груди весь воздух, и унося всю землю из-под ног. Почувствовав отсутствие энного предмета обихода, что служил прикрытием своей наготы, Чистокровная скосив глаза, обнаружила его на полу, около своих ног и просто за ним нагнулась. Просто. Нагнулась. Не приседая. Не сгибая ног. Та-дам!!! Наруто умер! Сзади открылся чудесный вид на женские прелести, цепляя к себе внимание голодного парня. Нежно-чувствительная плоть была тоже влажной, аккуратные розовые лепестки манили, хотелось попробовать их на вкус. Честно признаться Наруто никогда не ублажал девушек ртом в их сокровенном месте, предпочитая чтоб девушки трудились, ублажая его достоинство. Вот сам он этого делать никогда не хотел и не умел, считая это своего рода унижением для себя. Но сейчас ему захотелось это попробовать, доставить как можно больше удовольствия своей суженой, и, не боясь при этом унизиться и опозориться. Всё для неё, лишь бы ей было хорошо. Чистокровный больше не выдержал.Чувствуя что оргазм на подходе, взмолился он охрипшим голосом.
— Господи, не дай в штаны спустить! — сказано было тихим страдальческим голосом, но хватило и этого. Мгновенно девушка подскочила и обернулась, и с ошарашенным выражением лица закричала на всю комнату, стараясь прикрыться вторым полотенцем, которым она сушила волосы, но оно было гораздо меньше по размеру, и не закрывало весь корпус, так что приходилось выбирать, закрыть верхнюю часть, или же нижнюю. Не простая дилемма в весьма не простой ситуации.
— АААаааа!!!
— Я не смотрю! Я не смотрю! — спохватился парень, закрывая глаза ладонью.
— Наруто, скотина!! Какого чёрта ты делаешь в моей комнате?!А ну живо пошёл вон!
— Саске, милая, я не смотрю! Честно!
— Конечно, не смотришь, ты уже успел всё рассмотреть! Я тебя сейчас прибью зараза такая!
— Не надо! Успокойся, пожалуйста, и... оденься.
— Это ты успокойся! Нечего тут сверкать своей оттопыренной ширинкой! Извращенец! Кобелина озабоченный! Быстро вышел из моей комнаты!
— Я не могу...— Почему это? Ногами к полу прирос? Или тебе твой агрегат по ноге долбанул, что она у тебя атрофировалась? Пошёл вон я тебе сказала!
— Я не могу...
— Ничего страшного, я тебе сейчас помогу! Только дай оденусь! Отвернись, ты, похотливое животное!
Девушка резко и порывисто обернулась, с молниеносной скоростью кинулась к кровати, на которой лежал шелковый халат, нетерпеливо схватила его, и трясущимися руками, в быстром темпе старалась натянуть на своё ещё влажное тело. Внутри бушевал ураган чувств и эмоций. Стыд и смущение залегли на красивом лице, страх и растерянность заставляли мысли путаться и разбегаться в разные стороны, оставляя после себя пустоту и неразбериху. После осознания произошедшего добавилась жгучая злость и стремление прибить на месте этого придурка, что сейчас стоит тихо, почти не дыша, сжимает одной ладонью букет её любимых цветов, а другой закрывает свои очи небесного цвета. Вот что с ним делать? Что? Саске ещё не простила Наруто за его поступок, так что наказать надо, даже за то, что он отчудил сейчас. Но сначала надо выслушать, что скажет Чистокровный. Надо начать разговор, но пропал дар речи, в глаза стыдно посмотреть, ожидая увидеть в них упрёк. Но надо. И словно почувствовав растерянность и нерешительность возлюбленной, Наруто первый окликнул её.
— Саске... Прости меня, я не хотел...- Девушка обернулась и твёрдо посмотрела на него.
— Не хотел что? — прозвучало жёстко с упрёком.
Почувствовав её пламенный взгляд, он без резких движений убрал руку с лица, с некой опасностью глядя на любимую. Она стояла уже одетая. Её тело было напряжено, руки были скрещены на груди, дыхание тяжёлое и прерывистое, мокрые волосы лезли в глаза, и то, что таилось в них, не сулило ничего хорошего. Хоть очи её темны, но казалось, что они горели адским огнём.
— Не хотел, чтобы так получилось. Ещё раз, пожалуйста, прости меня. — Сказал Наруто, надеясь добиться смягчения с её стороны.
— Почему ты вошёл без стука? — бесшумно и медленно, угрожающе, словно дикая кошка, девушка приближалась к нему.
— Ну...тут как бы...это...ну...
— Хватит мямлить! Что в руке?
— А! Это? Это тебе...милая. — Преподнес робко цветы.
— Мне? Правда? В честь чего это вдруг? — с издёвкой спросила Учиха.
— Я накосячил вчера, о чём толком не помню, ну и за то, что произошло сейчас.
— Интересно. Очень интересно! И так, получается, что ты ворвался ко мне в комнату словно ветер, без стука, не окликнув меня, не выдав своего присутствия, стоял просто пялился во все глаза. Что так было трудно слово молвить? Или ты от увиденного язык проглотил? Тебя добил мой вид сзади, когда я за полотенцем наклонилась? Ну и как впечатление?
— Незабываемое! — с наслаждением ответил парень закрывая глаза, и вспоминая этот будоражащий момент его жизни, и следом не подумав ляпнул — Я бы вдул! ... — и замер как статуя с широко раскрытыми глазами.
«Ох, ты ж блять!»
Спохватился он, а уже поздно. Как говориться «Слово — не воробей, вылетит — не поймаешь!» С жутким треском сжимая букет в руке, Саске ответила могильным голосом.
— О как! Тогда я сейчас устрою тебе амнезию!
И понеслась! На парня обрушился ряд ударов, куда попало этим же самым букетом, мать его пионов. Первый удар прилетел по роже, да так быстро и неожиданно, дезориентируя его на несколько секунд. Наруто быстро пришёл в себя и не найдя ничего лучше стал просто уклоняться. Во все стороны летели лепестки, пол был уже порядочно ими усыпан, и прямо на них он упал своей тушкой.
— АЙ...Саске... Милая... Подожди пожал... Постой...Ай! Прям в глаз! Саске...погоди...погоди блин! Хорошо... Я всё понял! Я больше так не буду!
— А больше и не надо! Подожди, до амнезии уже недолго осталось! Я тебе сейчас всё напрочь отобью, зараза такая! Я тебе сейчас вдую! Этот букет в анальное отверстие засуну!
— Не надо! Любимая... заинька... солнышко! Ай-яй-яй-яй! Саске! Террорист! Больно же! Хорош меня лупить! Там одни стволы остались!
— Это тебе за вчерашние! А это... — удар по макушке — За сегодня! А это... — удар по хребтине — За «вдул»! А это родной, за террориста! — как хорошо влетело по носу.
— Да понял я! Понял! Чё орать-то? Чё орать-то? Я не глухой! Ай, блин! Трава прям в ухе!
— Сейчас прочищу!
— Не надо! Можно я пойду?
— Куда? Ты скотина такая, сколько у меня крови выпил и нерв моих! Я сейчас за всё отыграюсь! Взмолись, о дева! Ибо никто тебя не услышит и не спасёт тебя!
— МАМА! Мамочка! Спасите!
— Кто тут меня звал? Кого убивают? — влетел в комнату с веником наперевес красный ураган, под именем Кушина.
Предстала картина маслом. На полу лежит Наруто, весь в лепестках от цветов, листочков, над ним возвышается Саске и лупит по чём попало бустылами от букета, другой рукой придерживает полы халата. Немая сцена. Спросите вы, почему так поздно Кушина вошла? Женщина вообще думала, что сын находится в своей комнате, когда зашла в его обитель, начала его искать. Сначала в комнате, потом в ванной, и не найдя его, уже хотела уходить, как тут остановил её лютый срач прямо во всей спальне, по инерции начала убираться, проветривать помещение от такого амбре, благодаря которому слезятся глаза и трудно дышать, тихо отодвинув на задний план поимку Наруто. Спохватилась она уже позже, когда услышала возглас из соседней комнаты. На всех парах ринулась туда, а там такое представление. Закачаешься!
— Вот это здрасти! — громко сказала женщина. — Саске, девочка моя, ты тут я гляжу, занимаешься воспитанием моего оболтуса? Умничка моя! Правильно! Ой, а чего это у тебя одни бустелы остались? Давай их сюда. На вот, держи мой веник, им сподручнее.
— Не надо! — громко закричал Намикадзе-младший.
— Ой, тётя! Мы тут...это
— Ничего не объясняй солнышко. Я всё поняла. Ухожу-ухожу! Как закончишь, спускайтесь к завтраку. Только чтобы Наруто мог в состоянии дойти до кухни, держать ложку и пусть у него останутся зубы, чтобы пищу пережевывать. Хорошо?
— Хорошо. Я постараюсь.
— Ладно, детки, развлекайтесь! — и вышла со спокойной душой из комнаты, напевая себе под нос весёлый мотивчик, радуясь ещё за то, что какая у неё невестка боевая.
— Ну что Наруто, продолжим?
— НЕЕЕЕЕЕТ!