23.Заново.
Как и было оговорено, вскоре меня перевели в реабилитационный центр. Единственное, что у меня к тому времени получалось: это только неуклюже двигать руками и неуверенно стоять на ногах. Крылья пока еще ощущаются как инородный предмет. К тому же они неприятно тянут назад и постоянно ноют. Чем выводили меня на новые психи, но на радость персонал принимал это как само собой разумеющееся. По мимо этого у меня появилась небольшая комната с кроватью, которая была увешанной датчиками и обставлена экранами с показателями. На мой осуждающий взгляд мне сказали, что это только на первую неделю. Уже с первых дней мне дали иного вида одежду. И если штаны были самыми обычными, то верх приходилось надевать через перед или голову, застегивая ткань на пояснице или же самой шее. Что приносило не так много неудобств, как очередная проблема. Которая вылезла прямо на первой явке перед Пирсом. Ведь как оказалось память все же задело. Но не ту, что была устным выводом из ранних событий. Все дело было в моих чувствах. А если быть точнее, то я утратила подсознательные моменты по типу всех тех эмоций, что перед директором должны были выдавать уважение, лёгкий страх и трепет ожидания. Все это стёрлось словно отдельный кэш из современного смартфона. И перед Александром и остальными это можно было утаить, то вот с Броком появятся некие неудобства. Но пока он может наблюдать лишь из далека, эта проблема уходит на платформу ожидания.
Все самое основное началось едва ли не с первого же дня. От меня требовалось работать с небольшими предметами. Брать их в руки и переставлять на подходящее место. Так же меня ставили на короткую дорожку с перекладинами и крепежами. Данная процедура была рассчитана на восстановление мышц после перестроения и долгой недееспособности. Вскоре появились тесты на внимание и реакцию. И все же это не затмевало того, что одним из самых сложных моментов является привыкания к крыльям. Все связанное с ними было странным и жутким. В особенности, новая возможность ощущать каждое перо. Из-за чего я сразу заметила, что стала намного чувствительнее. А так же усилилось обоняние и возможность видеть в темноте. К прочему, я намного быстрее реагирую на разного рода раздражители. С дополнительной силой тоже приходилось возиться. Едва сильнее сжав ладонь, я могла разбить стакан или же сломать пластиковые фигуры. Но все же из самого раздражающего были отросшие ногти, что стали слишком твёрдые и к тому же острые. И так же клыки, которые все норовились прикусить или поцарапать, что-то из полости рта. В таком режиме прошла целая неделя. Приборы убирают, и в комнате становятся намного просторнее. Вместе с данной радостью я праздновала и то, что могу нормально ходить. С дополнением из нового питания, где меня перестали кормить смесями и наконец начали давать нормальную еду. В то время как мозг постепенно принимал и понимал действия нового тела. Еще через пару дней, меня отправляют на контрольные мерки.
- Почему только сейчас? - уточняю, шагая впереди доктора. Оборачивая голову назад, я вижу только сложенное крыло у самого носа. И в итоге бросаю данную затею, общения со зрительный контактом.
- Ваши мышцы только сейчас пришли в норму. Это тот самый момент, когда мы можем просмотреть динамику и получить финальный результат. Но даже он, далеко не последний. Так как после конца реабилитации, ваши взвешивания и тесты продолжаться. Примерно по одному разу в месяц. - объясняет Каил, переходя вперед. После чего доктор прошёлся картой по замку и пропустил меня в комнату. Где уже была одна медсестра, которая сначала бросает улыбчивый взгляд на дока, а потом увидев меня, она поднимается беря журнал в руки. В след за этим Каил указывает на небольшой квадрат стекла. И начинает ожидать сначала моего перехода, а после и точную массу на циферблате. Увидев готовое число, он в голос говорит выданный показатель. - Сорок шесть.
- Но как? Я же отрастила большие куски тела, и мой вес ну никак не может стоять на месте. - я непонимающие смотрю на мед персонал, выговаривая данные вопросы. Попутно хмурясь и прижимая руки к груди.
- Думаю, вам уже говорили об изменениях в скелете. Из-за которых ваши кости не только видоизменились, но и облегчились. Так как с прошлым весом ваших костей, поднятие в воздух было бы провальным. - объясняет мужчина, попутно осматривая мою перьевую спину. И тот самый образовавшийся крепёж с новыми мышцами и суставами.
- По типу птичьих с воздухоносными полостями? - уточняю я, упрямо смотря на медсестру. Которая не выдержав моего внимания, вновь отошла к столу.
- На деле мы еще не можем понять из чего они теперь. Камень внес неизвестные науке поправки, природу которых разгадать мы пока не в силах. - признается Каил, указывая рукой на столб с подвижным козырьком. Понимая его желание, я подхожу туда и прижимаясь спиной к основе. Козырёк тут же опускается и мягко проснувшись к голове, выдаёт писк. - Метр пятьдесят четыре.
- Теперь вам нужно открыть крыло. До самого конца. - говорит доктор, поднимая в руке мерную ленту. После чего он наблюдает как я стараюсь сначала поднять, а потом и выпрямить свою пернатую конечность. Получается это с трудом, но мужчина словно не понимает этого. - Нужно выпрямить полностью.
- Знаю, это черт возьми сложно. - раздражённо шепчу я, доводя суставы до полного выпрямления. Вслед чему медик подходит в месте с женщиной и, став позади, начинает замеры. Вот только его мерная лента заканчивается, так и не добравшись до конца. Сообщив мне о данной проблеме, Каил просит немного подождать. После чего теряется из виду и возвращается уже с новой лентой. - Два с половиной.
- Я хочу больше о них знать. - прикрыв глаза, я громко выдаю свое желание. Мысленно понимая, что это далеко не самые удобные, и уж точно не те сказочные крылья из книг про ангелов и прочую ерунду. Где о проблеме перьевых конечностей, писатель предпочитал умалчивать.
- Простите, но я на это не учился. - по доброму смеется док, давая разрешение вернуть крыло в более удобную позицию. - Завтра вами займутся орнитологи.
- Орнитологи? Нет, я понимаю, что крылья это по их специфике, но я все еще человек. - улыбаясь, говорю я. Попутно поворачиваюсь на Кайла, который поспешил напомнить мне о самом главном.
- Прошу прощения, но это не верное утверждение. Вы уже не человек. - вполне серьёзно говорит мужчина, делая акцент на слово "не". После сказанного, он продолжает говорить заметно мягче. - Вы новый экземпляр, который больше не подходит под это понятие.
- Я поняла вас. - согласно кивнув, я затихла на пару минут. Во время которых я вспомнила ещё об одной, замеченной мною не состыковке. - Что с моей репродуктивной системой?
- По полученным результатам могу сказать, что у вас началась менопауза. Но в тоже время вы можете забеременеть. Считайте, это ещё один факт, который мы не можем объяснить. - рассказывает Каил, убирая ленты обратно в стол. Вместе с тем вспоминая об отказе главы от стерилизации. Ведь, что в случае с Зимним, что в случае с новым оружием, была некая идея. По итогу которой Гидра, начала бы не только создавать, но и выращивать своих элитных супер солдат.
***
В конце концов, меня успешно возвращают в палату. После чего я прошу у дока, по возможности принести несколько книг из моей комнаты. На это мужчина лишь качает головой и обещает, что он спросит у главных. Уточнив у меня пару вопросов по состоянию, доктор покидает комнату. Запуская вместо себя нового человека, которого настоятельно просит особо меня не стрессировать. Но это уже со старта оказалось неисполнимой задачей, ведь ко мне заходит не очередная единица персона, а сам Брок. Смотря на него я понимаю, что отлично знаю его, но не более. С тем же в голове возникают некоторые воспоминания тренировок, миссий и наших личных моментов. Вот только это ничего не меняет. Потому мои "новые" чувства к нему не доверительнее, чем к персоналу. В голове мелькает мысль словно это вовсе и не мои воспоминания. Откидывая сомнительные догадки в сторону, я пытаюсь придумать объяснения, но в голову ничего не лезет. Ничего, что может сгладить его восприятие к данной новости. А ведь я помню, что он говорил насчет хреновых последствий.
В этот же момент Рамлоу медленно приближается к креслу, что было оставлен после доктора. Он уже давно знает про "целую" память. И знает, что Винил узнавала его, когда тот стоял за стеклом смотровой. Знает, что обнулений не будет, так как протокол не позволит. От того на лице появилась лёгкая улыбка. Живая, целая и с более идущим цветом волос, который делал ее более взрослой на вид. К новым глазам командир почти привык, потому неудобств уже не было. В отличии от давления холодного взгляда. Который командир решил проигнорировать, не желая портить первую встречу. По итогу он садится в кресло и в роли приветствие, выдаёт небольшое дополнение к их общению.
- С этого момента буду называть тебя пернатой. - усмехается Брок, наклоняя голову на бок. Через пары секунд моего ответного молчания, он устало отпускает маску радости. Следующее командир уже не спрашивает, а утверждает. В мгновение меняя тон голоса на заметно грубый и более настойчивый. - Что-то не так.
- Я не знаю как это объяснить. - тихо и от части лживо, признаюсь я. Сказать на прямую, мол "Брок, я больше ничего к тебе не чувствую и это меня тревожит.", язык не поворачивается. И не только из-за негативной реакции, а еще и из-за чёртовых камер с прослушками.
- Объясни как можешь. - все так же холодно, говорит Рамлоу. Не нарочно выдавая это как приказ, а не как просьбу.
- Голова все вернула, но вот тело. Если сказать кратко то, я отлично всех помню, но... - мои губы сжимаются в кривой линии. Выдавая начало своей речи, я сминаю ткань по середине груди. А после поднимаю на Брока поникший взгляд с долей извинений. - ...но вот тут ничего нет. Хоть я и помню повадки, характер и привычки каждого, помню кого ненавижу и кого уважаю, но это только в памяти. На деле же я ни хрена не чувствую. Возможность никуда не исчезла, но пока в моей груди полный ноль.
- Выходит я удостоился чести собрать наши наложенные взаимоотношения с самого начала? - не скрывая саркастичного тона, спрашивает командир. Понимая, что все те два года их отношений ушли коту под хвост. Не полностью, как это предвещалось, но пока от этого не легче.
- Не думаю, что вот так с нуля. Но пока еще, ты для меня будто чужой человек. Словно персонаж из ранее просмотренного фильма. - я наконец нахожу более понятное объяснение своим теперешним чувствам к нему. После чего я начинаю наблюдать то, как командир прикрывает кулаком рот и закрывает глаза. Не хочет ляпнуть лишнего, потому и замолкает. Давая мне возможность уточнить некий момент, который коребил меня с самого начала. - Почему ко мне так хорошо относятся?
- Протокол "Осознанное оружие". Большего сказать не имею право. - отвечает Рамлоу, вновь открывая заметно потемневшие глаз. Что в один момент нацелились на мои аккуратно сложенные крылья, которые в начале трансформации, выглядели как нечто жуткое. Но после перехода на стадию оперения, смотреть на угловатые отростки стало по легче.
- Тебя же пустили не просто так, верно? - уточняю я, наклоняя голову на бок. Ведь за красивые глазки, его бы не привели. А значит этот визит несёт в себе важные новости. И не так от командира, как от самого начальства.
- Пока ты плавала в банке, я прошел отбор и стал на место твоего куратора. Позже тебя подставят к Удару как основное оружие Гидры. - разводя руки в сторону, отвечает Брок. Попутно вспоминая свои аргументы и обещания, что он выдвинул Александру. Который после доложил эти же слова главе Гидры.
- Что входит в работу куратора? - спрашиваю я, услышав новую в своем смысловом понятии должность. Хотя догадки о подобной роли все же есть.
- В обязанности входит приказ всегда быть по близости и не давать тебе спуску. Одним словом, держать на коротком поводке. А так же восстановить твои прошлые, подходящих для нового тела умений в бою. А от тебя требуется лишь быть послушной. Слушаясь только меня и директора. - объясняет Рамлоу, постепенно переводя свой взгляд куда-то в сторону. Ранее выданный факт о потери чувств, все так же продолжал рвать цепи его терпения. Из-за чего держать спокойный тон становилось все сложнее и сложнее.
- Все тоже самое. Почти ничего не меняется. - подытожив сказанное, я мягко усмехаюсь и опускаю глаза на свои ладони. Тем самым пропустив тот момент, когда у Брока снесло последнюю цепь терпение.
- С тем, что вышло с твоими чувствами, все очень даже меняется. - выдаёт командир, скрещивая руки на груди. Все таки ляпнул, так и не удержав обиду в себе. Не удержав и злость от того, что он все таки "потерял" её. Потерял все то, что дало ему шанс выйти в единицу и стать на место хендлера. Теперь же остаётся надеяться, что Александр это не поднимет. Дав Броку шанс, вернуть былую связь между командиром и его лучшим подопечным.
- Я думаю, мы еще поговорим об этом, командир. А на этом все. Буду ждать начала наших тренировок. - я снова перехожу на рабочий вариант общения. Тем самым подкидывая Рамлоу первые балы в лице Пирса. Который уж точно за этим следит, делая свои выводы. И даже с этим понимаем, я все таки выдаю свое признание. - И еще. Я рада, что моим куратором стали вы, а не кто либо другой.
- Я тоже. - отвечает Брок, медленно поднимаясь с кресла. Далее следовало тяжелое молчание и шаги в сторону двери. После закрытия которой, Рамлоу уходит на балкон. Желая хотя бы привычной дозой табака, приглушить свою злобу и горькое разочарование.