Реакции/Reactions (of BTS)

Джин
- Д-добрый д-день, миссис Ким! - Секретарша, заикаясь со страха, кланяется настолько низко, что буквально касается коленей лбом.
- Оу... Добрый... - ты неловко киваешь, крепче сжимая поясок своей маленькой сумочки через плечо, и спешишь белыми кедами за сопровождающим. - Простите, мистер..?
- Называйте меня, как Вам угодно, миссис Ким, - мужчина даже не оборачивается, вгоняя тебя в ступор.
- Но всё-таки, - вы проходите мимо рабочих мест, с которых спешно подскакивают люди, чтобы низко поклониться тебе, а ты от неудобства нервно улыбаешься и изнутри кусаешь щёки, - Вас же как-то зовут, - когда очередной работник в низком поклоне тебе случайно проливает свой кофе на свою белую рубашку и ты спешишь помочь, а работник отскакивает от тебя как от огня, тебя это передергивает окончательно. - Да что происходит? Почему все так меня боятся, что прячут глаза в поклонах? Почему заикаются при простом приветствии? Почему страшатся того, что я им элементарно помогу?
- Мы пришли, миссис Ким, - сопровождающий резко останавливается, так же низко кланяется и без ответа спешит исчезнут, оставляя тебя перед массивной дверью с табличкой "генеральный директор".
- Не понимаю, - шепчешь сама себе под нос и тянешь ручку двери на себя, оглядываясь назад, где все работники словно провалились сквозь землю. - Сокджин~и, прости, что я без предупреждения...
- Твою же треклятую мать! - Листы бумаги нещадно летят в лицо какому-то жутко перепуганному мужчине. - Я тебя, идиота, поставил на это сраное место, чтобы ты, имбицил, тупо складывал документы по правильным папкам. Но какого же хера, - Сокджин стоит спиной к тебе, вовсе не замечая твоего испуга, и вжимает в голову какого-то молоденького паренька чёрный пистолет, - ты, недоразвитая ветвь обезьяньего рода, косячишь так, что другим придуркам за этим столом приходится потом заново их дебильными извилинами собирать документы, которые нужно отдать завтра безумно уважаемому и не очень заказчику?!
- ...я просто дома ключи забыла... - в повисшей тишине вырывается у тебя окончание фразы.
- Т/И-ша? - Ким опешил настолько, что оборачивался буквально по миллиметру. - И давно ты, - он нечитаемым взглядом смотрит в твои широко раскрытые глаза, - в кабинете?
- Не з-знаю, - сглатываешь шумно. - Я, наверное, пойду?!
- Подожди, секунду, милая, - обычным тоном обращается к тебе Сокджин, ловко вставляет пистолет за пояс брюк и тут же переходит на реально животную ярость голоса. - Проваливайте всё к чёрту и там рвите свои задницы, но достаньте мне эти сраные бумажки для завтрашней встречи! Исполнять немедленно! - Подчинённые хором отзываются "есть" и меньше, чем за полминуты, исчезают из кабинета. - Господи, как я не хотел, чтобы ты это когда-нибудь увидела, - мужчина устало опирается на круглый стол руками, глубоко дыша.
- Значит, вот из-за чего ко мне так отнеслись? - Ты закусываешь нижнюю губу, силясь не заплакать. - Ты угрожаешь обычным людям каждый день их собственной жизнью?
- Что ещё за "так отнеслись"? - Сокджин резко выпрямляется. - Кто-то тебе что-то сказал или сделал?
- Тебя волнует это?! - Ты в ужасе переходишь на крик. - Серьёзно?! Ким Сокджин! Ты угрожаешь людям, что просто работают под твоим управлением, оружием каждый день! Ты вообще понимаешь, что совершаешь приступление?!
- Я ещё раз спрашиваю, - мужчина говорит спокойно, даже немного устало, но смотрит на тебя так, как никогда раньше не смотрел, словно ты его работник. - Как к тебе отнеслись? Я же всех и каждого лично предупреждал, чтобы не смели лишнего по отношению к тебе позволять!
- Предупреждал?! Пистолетом грозился?! - От шока у тебя холодеют пальцы.
- Если и так, тебя это не касается, Т/И-ша, - Сокджин качает головой.
- В смысле не касается?! Ты мой муж, который угрожает из-за обычных рабочих моментов обычным людям пистолетом!
- Я твой муж, который тебя любит, пылинки с тебя сдувает, боится лишний раз посмотреть на тебя грубо не то, что тронуть, а остальное, какой я за пределами наших отношений, не имеет значения, - перебивает тебя Ким, в два шага сокращая расстояние между вами, и легко прижимает тебя к себе. - Поверь, это не должно оставлять отпечаток на нас.
- Не обнимай меня, когда у тебя за поясом эта угроза жизни, - первый истеричный всхлип срывает тебе тормоза. - Не обнимай! Не трожь! Я боюсь тебя! Я теперь тебя боюсь! - Ты пытаешься ударить его, но мужчина только стойко держит тебя, постоянно шепча на ухо, что ты просто в шоке, но когда отойдёшь, сможешь его выслушать и понять, что пост генерального директора давно перерос в пост человека, нелегально производящего наркотики, а такому человеку без пистолета не выжить.

Юнги
- Вашего супруга опасается даже император, - скрадывая веером нервную улыбку, наклоняется слегка к тебе графиня с западных земель. - Как же Вам удаётся терпеть его тяжкий характер? - Ты не обращаешь внимания на шёпот этой женщины, продолжаешь нечитаемым взглядом смотреть сквозь толпу народа в парчевых и шёлковых одеждах на стеклянные двери дворцовой лоджии. - Наверное, невыносимо жить вместе с таким деспотичным князем, - качает головой графиня, будто жалеет твоё положение.
- Для меня и вовсе загадка, как Вы, княгиня, могли дать положительный ответ на предложение руки и сердца князя Мина! - Графиня вздрагивает, мигом оборачиваясь на хриплый мужской голос, чей обладатель подкрался к вам со спины, но ты только вздыхаешь томно и прикрываешь глаза от яркого свечения люстр.
Никто не знает, как вообще ты оказалась подле Юнги, как самая младшая и тишайшая дочь обедневшего герцога северных земель попала в руки лютого военного тирана, как милый, нежный, скромный цветок хранится у сердца строгого и бескомпромиссного мужчины. И рассказывать об этом никому и не хочется: вряд ли кто-либо поверит в то, что этот грозный военный помог девчонке, сбежавшей из-под венца со стариком, дабы поправить достаток отчего дома, с какой теплотой принял её в ряды возвращающихся из успешного военного похода солдат, с какой заботой своими ладонями для неё перешил свои рубашки в платья за одну ночь, чтобы тоненькая женская фигурка не мёрзла в рваных тканях, с какой нежностью кутал в крепкие объятия, не позволяя упасть с лошади неопытной наезднице, с какой ревностью не позволял новой спутнице спать нигде, кроме собственной палаты, с какой лаской невзначай касался девичьих плеч, настаивая на необходимости тёплого камзола даже в погожий день, с какой благодарностью однажды поцеловал белые женские руки, что решили просто помочь поварам приготовить трапезу, и с какой любовью впервые целовал трепетные девичьи губы, радуясь лишь тому, что его не желают покидать в час расставания. И уж тем более объяснять кому-то, что Юнги не позволяет никому делать тебе больно, не разрешает тебе начерно трудиться и не даёт даже повода для ссор, лишь с любовью и вожделением касаясь твоего тела и души, смысла нет.
- Милорда, кажется, всё ещё гложет, что император возвел в князья моего супруга, а не его, - отвечаешь будто графине, но специально погромче, чтобы стоящий позади мужчина, скрипнув зубами, спешно удалился, неся впереди себя свою гордость. - А теперь извините, графиня, я волнуюсь за собственного супруга и его излишнюю несдержанность к людям, - так и не взглянув на женщину, ты лёгкой походкой спешишь на лоджию.
- Это глупость, Ваше Величество! Это верная смерть! Я не позволю своему армейскому корпусу в угоду Вам так тупо жертвовать собой! - Мин непримиримо испепеляет взором императора.
- Да как ты смеешь перечить?! Я, давая тебе титул, желаю покорности! И выполнения приказов!
- Смею, - Юнги качает головой. - И Вам ли не знать, что приказы отдаются только военными для военных, а значит одно моё слово и император завтра уже я, - Его Величество загорается, но его глаза отражают ужас, он не знает, что ответить, когда на пороге появляешься ты.
- Тогда одно моё слово и твоей ненаглядной супруге головы не сносить, - шипит император, только почему-то в ответ ему раздаётся твой тихий смех.
- Вы не будете этого делать, - ты медленно идёшь к Юнги, что протягивает в приглашающем жесте руку, - иначе лучший армейский корпус погрузит эту страну в анархию, а мой драгоценный муж, - ты жмёшься к Мину, чувствуя, как утихает бешенный ритм любимого сердца, - сам лично сбросит с высоты этой лоджии Вас. Неужели Вам хочется гражданской войны из-за какой-то бедной девушки? - Император сглатывает, зная, что эти угрозы реальны как никогда, и испуганно сбегает в зал.
- Я не учил тебя жёсткости и угрозам, - Юнги зарывается носом в твою оголенную шею. - Я учил тебя лишь принимать мои чувства.
- Я научилась этому сама, чтобы не только ты казался тираном, - зарываешься пальцами в его волосы. - Я уже умею принимать твою любовь, поэтому теперь хочу её защищать, как и ты.

Хосок
- Вон! - Это последнее, что слышат трое верзил от своего босса. - И чтобы к утру я не думал, как организовать ваше одновременное самоубийство! - Тяжёлая дверь хлопает, оставляя в комнате тебя и Хосока. Мужчина будто выдыхает, опирается бедром о дубовую столешницу и потирает заднюю сторону шеи, слегка сжимая забитые мышцы. - Прости, принцесса, что пришлось при тебе отчитывать моих же заместителей.
- Не извиняйся, - пожимаешь плечами, медленно вставая с бежевого кресла, и направляешься к нему. - Я ведь понимаю, что иначе ты их не заставишь ничего сделать нормально, - ты легко закидываешь руки ему на шею, обнимая крепче.
- И всё равно мне не приятно, что ты это всё видела, - Чон мягко целует тебя в висок, ладонями плавно ведёт по изгибам твоего тела и машинально сжимает твои бёдра, отрывая неожиданно тебя от паркета, от чего твои мягкие жёлтые тапочки падают на пол, и заставляя тебя зацепиться за его талию ногами. - Ты мой слишком хрупкий, ранимый и самый ценный цветочек, - Хосок с нежностью ловит твои губы, сминая их поочерёдно в неспешном темпе, - а я не могу позволить ни себе, ни кому-то ещё сломать самый прекрасный цветок моей жизни, - он касается своим лбом твоего, заглядывая в чистоту твоих глаз.
- Меня никто не сломает, тем более ты, самый главный мой ценитель, самый любимый мой мужчина, - уверяешь его тихим голосом, плавно пропуская сквозь пальцы его волосы на затылке. - Ты же сам этого не допустишь ни за что на свете, - аккуратно потираешься своим кончиком носа о его.
- Права, не допущу, - и он уже плавно опускает тебя на угол стола, уже горячими руками лезет под твою белую футболку, уже мелкими поцелуями стремится от твоей румяной щёки к шее, как двери комнаты чуть не слетают с петель.
- Босс, у нас там... Ой! - Парень, что влетел ураганом, выпученными глазами глядит на вас. - Так вот она какая! - У пришедшего нереальный шок, потому что в этом доме, в этом городе, в этой стране о том, как выглядит будущая мать будущих наследников огромного клана Чон, знали единицы, которым Хосок доверял лично. - Босс! Почему вы её никому не показываете? Она же такая прелестная! Вы так чудесно смотритесь вместе! - Ты невольно вжимаешься в Хосока сильнее, однако этим только сильнее заводишь и без того рассвирипевшего в миг мужчину.
- Заткнул свою пасть! - Тяжёлый голос, больше похожий на рык, отрезвляет парня, который, будто нежданно-негаданно вспомнив ключевое правило "не тревожить босса при закрытой двери его кабинета", пытается попятиться задом к двери, но не успевает. - Куда собрался живым и невредимым? - Чон оставляет тебя на столе так скоро, что ты буквально замираешь, обнимая воздух, а он сам нависает стеной над упавшим на пятую точку парнем. - Выбирай: глаз лишиться или вперёд ногами отсюда уйти?
- Пр-ростите, босс, пр-ростите, я совсем забылся, я не должен был, я пр-росто так спешил р-расказать вам, что забыл пр-равило, забыл, что пр-рава не имею смотр-реть на неё! Пр-ростите! - Внезапное заикание и неподдельная дрожь неопытного в делах клана юноши никак не действует на сталь в голосе твоего будущего мужа.
- Выбирай, - цедит всё так же с нажимом Хосок, наклоняясь ещё сильнее над парнем.
- Пр-ростите, - юноша хочет зарыдать, отводит глаза и это становится в корне неверным решением, потому что Чон мгновенно достаёт из кармана чёрных брюк карго складной нож и абсолютно отточенным движением направляет острие лезвия в открывшийся боковой вид на чужую шею.
- Хосок, - если бы не твоя реакция и влияние одного твоего касания на мужчину, парень был бы мёртв. Твоя ладонь лишь слегка дёргает за футболку Хосока, юноша с криком ужаса замечает занесённый нож и тут же закрывает себе рот рукой, вжимаясь в стену, - он ещё мальчик совсем. Прошу, не вини его в том, что он старался выполнить своё задание лучше всех, - мужчина не двигается, всё ещё держа нож близко к парню. - Тем более, что он не сказал плохого нам.
- Запомни, кому ты обязан, - сквозь зубы произносит Чон, смотря на судорожные кивания головой юноши, - но это не освободит тебя от наказания, - мужчина плавно складывает нож. - Брысь отсюда. Всё, что хотел рассказать, передай через охранников, - парень пропадает внезапно, как и появился. - Т/И, это же вопрос твоей безопасности! - Хосок немедленно разворачивается к тебе.
- Это просто мальчик, который вступил в твой клан и хочет выслужиться перед тобой, - ты снова обнимаешь его за шею, - так что перестань быть таким страшным для всех, - звонко целуешь его в лоб, разглаживая нахмуренность, - я же знаю, что ты совсем другой, - и Чон может только вздохнуть глубоко, потому что он только с тобой может быть каким-то другим.

Намджун
- Ваше Величество! - Служанка падает вновь, не успевая за твоим спешным бегом по коридорам дворца. - Ваше Величество! Я прошу Вас! Помедленнее! Не дай Боже упадёте! - Служанка чуть не плача обтирает локти и пытается скорее встать за тобой. - Папенька Ваш голову от моего тела за любую царапинку на Вас оторвёт! Ваше Величество! - Но ты внимания не обращаешь, бежишь из команты в комнату, шумно распахиваешь двери и еле удерживаешь тяжёлую ткань платья в руках, чтобы не споткнуться о подол.
- Ваше Величество, - камергинер еле успевает отойти на шаг в сторону от твоей безумной спешки, - куда же Вы? У нас же с Вами по расписанию время подготовки танца для приёма иностранных вельмож!
- Простите, но не сейчас, - бросаешь через плечо, усмехаясь счастливо и заливисто. - Он вернулся из похода! - И камергинер чуть не падает на пол.
Все во дворце и стране знают, кого ты считаешь единственно достойным такого сумбурного, абсолютно не поддающего наследной принцессе поведения, а от того впадают в ужас. Хрупкая наследница престола, на руку которой претендовали все известные аристократы и принцы с царями из других государств, однажды встретила главную правую руку своего отца, что всю свою жизнь сызмальства посвятил кровавому служению стране, и влюбилась в грубого и надменного убийцу.
- Намджун! - Ты выбегаешь к каменным ступеням лестницы дворца, когда замечаешь его исконно чёрного коня. - Где он?
- Ваше Величество, он с Вашим папенькой, нашим батюшкой государства, отошли в летний сад, - падает перед тобой на колени испуганный твоим радостным тоном с именем знаменитого наёмного убийцы страны конюх, но внимания не обращаешь, уже бежишь в сад к нему.
- Вы обещали, что... - Намджун стоит к тебе спиной, когда ты замечаешь его из-за угла.
- Я тебе не клялся, - твой отец строго отрезает слова Кима. - Пока продолжаешь делать то, что вздумается, дочь мою не получишь!
- Уверены? - Не видя любимого лица, легко можешь предположить, как насмешливо смотрит Намджун на императора. - Не забывайте, что я не служу Вам и служить никогда не буду, - в глазах твоего отца заметная нервозность проскальзывает. - Мне, - ты спокойным шагом идёшь к мужчинам, когда Ким начинает наступать на императора, буквально возвышаясь над твоим отцом, - труда не составит, - император пытается уйти от давления, да только оступается и падает на каменный парапет фонтана, - лишить Вас жизни.
- Хочешь стать врагом моей дочери? - Храбрится отец. - Она тебя возненавидит за такое убийство!
- Когда узнает, что на Вашем императорском месте могу быть я подле неё, как законный супруг, ненависть пройдёт, - уверенность мужчины настолько сильная, что император, не выдержав, поджимает губы и шумно выдыхает. - Так что насчёт Т/И?
- Я не могу отдать хладнокровному убийце наследницу империи! - Взвизгивает отец и отворачивается от испытующего взгляда, сразу замечая замершую в метре от них тебя. - Т/И-ша...
- Намджун, - Ким на твой голос реагирует, мгновенно оказываясь на колене в приветственном поклоне, - ты же обещал, что ещё один отцовский приказ на убийство и я стану твоей женой, - у тебя дрожат руки, но в глазах ни капли страха. - Ты его не выполнил?
- Выполнил, моя душа, - его тёплые руки берут твои, унимая дрожь.
- Тогда почему я не слышу отцовского благословения? - Бросаешь короткий взор на императора, что с волнением смотрит на вас. - Неужели мой отец хочет быть частью твоего приказа?
- Что? - Император будто с цветом белого фонтана сливается. - Он тебе не подчиняется! - Намджун только надменно поднимает подбородок и крепкой рукой притягивает твою фигуру ближе к себе. - Т/И! Да как ты..?
- Хоть слово в её сторону, головы Вам не сносить прямо сейчас, - шипит предупреждающе Ким.
- Не будет согласия на наш брак, - плавно кладёшь голову на вздымающуюся мужскую грудь, - будут Ваши похороны, папенька.

Чимин
- Я больше не хочу повторять элементарные вещи, - вздыхает Чимин, прокручивая на указательном пальце пистолет за спусковой механизм.
- Господин Пак, - мужчина на полу задыхается от рыданий уже которую минуту, - но я правда не знаю, - он поднимает голову несмело, пытаясь заглянуть в лицо Чимина, - куда делась Т/И! Я сегодня лично от вас получил приказ следить за складами!
- Приказ? - Мужчина в бежевом костюме хмурится, а после слышит сбоку звук затвора и с опаской оборачивается. - Господин Пак! Это не я передавал!
- Не ты?! - Усмехается Чимин и убирает прицел пистолета с белой пуговицы на бежевом пиджаке. - Тогда кто?! - Подчинённые под испытующим взором Чимина тушуются, поникают головой и стараются внимания на себя лишнего не обращать, но их босс знает, как достать точную информацию. - Раз так не признаётесь, то, - он резко наклоняется к лежащему на полу и весом ноги в тяжёлом ботинке наступает на сломанную "абсолютно не специально" при удержании виновника произошедшего исчезновения руку, - покажи, какая скотина возомнила, что может говорить моими словами, - тот взвывает от боли и мотает головой. - Что? Нет? Не покажешь? - Чимин второй ногой начинает давить на заднюю часть шеи валяющего на полу, прижимая его побитое лицо к бетоному полу. - Ах, забыл! Показать сложно тебе сейчас, - Пак цокает, наклоняется ещё ниже, - но ты ведь можешь сказать, - и подмигивает, словно бояться в этом сыром и тёмном помещении главаря центрального района не стоит. - Язык же я не вырывал тебе, - мужчина задушено стонет, ощущая, как его лицо неприятно скользит по бетону. - Так что говори, какая скотина моими словами распоряжается?
- Вам не понравится, - слышится тихо в ответ.
- А кому понравится, когда решают за него?! - Чимин продолжает давить ногами на лежащего.
- Вам не понравится то, что вы сами посмели назвать этого человека "скотиной", - хрипит голос снизу, а Пак тут же убирает ноги, догадываясь об этом человеке практически мгновенно.
- Вот малая, - шепчет себе под нос и прикрывает на пару секунд глаза Чимин, громко откладывая пистолет на стол. - Все по местам! - Скоро отдаётся команда, на которую подчинённые кивают головой и постепенно выходят из помещения. - А, и этого, - пихает корчащегося на полу в больную руку, - подлечите и с глаз моих, - мужчина в бежевом костюме услужливо кланяется и быстро подхватывает под подмышки страдающего. - Телефон, - в ладонь Пака вкладывают, - и скройся за дверью, - как только последний подчинённый исчезает за дверью, мужчина набирает номер с подписью "маленькая".
- Да, милый, - твой голос раздаётся в динамике и мужчина заметно выдыхает.
- Солнышко, если бы ты так мне ответила полторачаса назад, кто-то бы не сломал руку и не получил кровоподтеки на лице, - Чимин откидывает голову назад, опираясь затылком в стену. - Где ты, зайчик?
- Сйечас я дома, а вот ты опять угрожаешь людям! - Недовольство сквозит в твоей фразе.
- И где была моя маленькая девочка, теперь мне не скажешь?
- Не скажу! - Противишься ты. - Ты не заслужил это знать, раз опять нарушил обещание.
- Цветочек мой, ты ведь понимаешь, что с моей работой обещать тебе, что я больше не стану никому угрожать и никого калечить, было глупо.
- Значит, глупо мне звонить, меня искать и меня любить, Пак Чимин, - и бросаешь обиженно трубку, но мужчина только с улыбкой прижимает экран телефона с твоим фото к губам.
- Главное, что ты цела, маленькая, а обижаться ты перестанешь ночью...

Тэхён
- Король вернулся! Он вернулся! С победой? Ну, а как же? Такой карающей руки иноземцы не видывали ранее! Победитель! Но всё равно душегуб! За что ты так к королю? Он не ценит никого живого! Зря молвишь это! Он воин-победитель! Нет, он кровожадный повелитель! Только на войны и ходит! Его вынуждают иноземцы! Его вынуждает собственная жажда умертвить любого, кто угрожает его любви! Но тогда это геройство! Это отсутствие дипломатии, дурёха, - придворные шушукались в каждом уголке, кухарки лепетали за кастрюлями, конюхи косо смотрели на ворота, слуги за уборкой перекидывались мнением, но о том, что король возвращается, ты узнаёшь только по громкому визгу из коридоров замка.
- Что происходит? - Хмуришься недовольно, потому что в кроватке недавно рождённый крохотный и милый мальчик беспокойно дёргается во сне.
- Я сейчас узнаю! - Молоденькая прислуга тут же кланяется и спешит открыть массивную дверь твоих покоев, как визг, перемешанный с плачем, только усиливается, и в нём ты слышишь мольбы о сохранении жизни, а такие мольбы могут быть обращены только к одному обитателю замка.
- И почему я не знала о его возвращении?! - Ты всплескиваешь руками и бегом стремишься выйти из покоев, что буквально сталкиваешь прислугу на пол.
- ...она не знала о моём возвращении? Значит, письма мои никто не передавал? И теперь ты просишь себя простить за то, что ни разу не получала писем от гонца? - Мужской тон не терпел никаких пререканий, а намотанные на кулак волосы стоящей на изодранных коленях от каменного пола девице, что ответсвенна была за почту в замке, и вовсе говори о свирепости правителя. - Это твоя работа! Или хочешь сказать, что я из-за пустяка придираюсь к тебе?
- Ннннеееетттт, ппрррроооссссттттииитттеее, Вввваааашшшшшееее Вввввеееееллллиииичччеееесссссттттвввооооо! - Девица рыдала громко и отпираться не пыталась, да и стоящие за углами прислуга и придворные не стремились её оправдать, ведь всем известно, что король бросается безрассудно только на тех, кто хотя бы взглядом посмел стать между им и его любовь.
- Отвечай! Это твои последние слова будут! Почему Т/И не знала о моём возвращении?
- Мой король! - И именно в этот момент ты с разбегу налетаешь на мужчину, заставляя его мигом откинуть девицу в сторону и поскорее словить тебя в свои объятия. - Тэхён, - сладко шепчешь ему на ухо, крепко обнимая в ответ.
- Любовь моя, - от грозного вида короля не осталось и следа, он с трепетом прижимал твою фигуру к себе и глубоко вдыхал аромат твоих волос. - Как мне не хватало тебя, Т/И!
- Ты сам запретил писать тебе письма в ответ, я бы могла хотя бы так быть к тебе ближе и рассказывать о важном за эти полгода, - вы плавно сталкиваетесь абсолютно влюблёнными взглядами друг с другом, естественно находите ладони друг друга на ощупь, ты крепче сжимаешь его плечо, он ласково гладит твою щёку.
- Получала их всё-таки? - Со счастливой усмешкой Тэхён тянется тебя поцеловать, а ты с коротким "угу" не отказываешь ему в долгом, жгучем поцелуе. - Как мне тебя не хватало... Я всё время думал, как вернусь к тебе, - он принимается осыпать поцелуями твоё лицо, - как поцелую каждый миллиметр твоей кожи, как сожму в руках твой стан, как буду смотреть в обрамленные поволокой твои бездонные глаза, - и только он хочет перейти к шее, точно зная, что это то самое место, которое дарует ему твоё безукоризненное согласие продолжить на мягких перинах покоев, как ты ловишь его губы своими в короткий поцелуй.
- А знаешь, почему я не знала о твоём возвращении? - Тэхён недоуменно следует за тобой к вашим покоям. - Я специально не читала последние твои три письма, чтобы не волноваться за тебя...
- Боялась, что я проиграю? - Скептически дёргает бровями король. - Ни за что на свете я не позволю себе проиграть, когда это может нести угрозу для тебя!
- Я знаю, Тэхён~и, - ты толкаешь дверь вовнутрь и прислуге машешь бегом скрыться из помещения, - И я всегда верю, что мой король сильнее и могущественнее всех, но как любящая его жена мне страшна даже маленькая царапина на его теле, - ты с любовью ловишь вновь его губы на мгновение и чмокаешь в щёку, а после резко отходишь в сторону, показывая главное новшество покоев. - А беспокоиться мне об этом, когда я вынашивала наследника своего бесстрашного короля, крайне неблагоприятно... - ты и закончить не успеваешь, когда Тэхён просто падает на колени у кроватки с проснувшимся ребёнком.
- О Боги! - Мужчина трясущейся рукой осторожно касается ручки мальчика. - Т/И! Т/И! Т/И! - Он тихо проговаривает твоё имя, пока ты, наконец, не садишься рядом с ним у кроватки. - Мне казалось, что я готов убить каждого посягнувшего на нашу любовь за тебя, для тебя, ради тебя, но за сына я согласен убить любого, даже невиновного, - и если это устрашает и пугает стоящих за дверью обитателей замка, тебя это доводит до трогательных слёз любви к этому мужчине.

Чонгук
- Ещё раз, - Чонгук глубоко вздыхает, в повисшей тишине вокруг овального стола чувствуется напряжение. - Вы хотите мне сказать, - скулы на мужском лице выдаются чётче, а ручка в твёрдой руке уже неприятно скрипит, желая быстрее лопнуть и не мучиться, - что вчера с нами разорвал контракт ключевой поставщик из-за меня?! - Фразу заканчивает неожиданный треск всё-таки невыдержавшей ручки, сотрудники мелко ведут плечами, скидывая нахлынувшую дрожь. - Не из-за вас, безмозглых придурков?! А из-за меня?! - Голос Чона с каждой буквой вселяет всё больший страх в сердца подчинённых, а взгляд чёрных глаз будто пытается утопить всех разом в бездне. - Да сука! Я с кем говорю?! - Кулак слишком звонко приземляется на стеклянную столешницу и рядом сидящий сотрудник с испугу икает. - Отвечайте! Немедленно! Какого хера я сегодня получаю уведомление от главного поставщика, что он контракт не продлевает?! - Но никто не рискует даже вдохнуть полной грудью, чтобы шуму не создавать. - Достали, - цедит сквозь зубы Чонгук, откидывается на спинку стула, плавно пробегает взором по каждому и...
- Господи! - Сидящая спиной к двери молодая девушка всхлипывает, но тут же замолкает, сдерживая страх усилием воли и стараясь не оборачиваться на воткнутый в дверь нож.
- Повторить вопрос или вспомните? - Абсолютное спокойствие голоса начальника приводит в транс всех, кто недавно начал работать в компании Чона, но все, кто уже не первый год, понимают, что если не ответить сейчас, следующий нож из ящика стола босса окажется воткнутым в твою руку, ногу или ухо.
- Господин Чон, - та самая девушка со слезами на глазах дрожит под тяжестью ауры босса, - но это правда связано не с нами! Мы всё выполнили, как вы велели! Подготовили документы, обхаживали его весь вчерашний приём! Однако он пристал на вечере к вашей жене и она сказала, чтобы он даже не смел думал о подобном! Вот он разозлился и пригрозился тем, что ваша жена сама уйдёт от вас, когда вам станет нечего продавать из-за отсутствия поставщика! - Девушка замолкает, когда слышит внезапные аплодисменты от Чонгука.
- Прекрасно! - Какая-то жёсткая усмешка играет на его губах. - Вы свободны, - девушка хмурится, но когда босс ей кивает на дверь, она немедленно подскакивает с места. - А остальные, - хлопок двери и из ящика достаётся ещё один нож, который с грохотом входит в стеклянный стол, пугая до сумасшествия сидящих за столом, - уволены!
- Но...
- Заткнуться! - Чонгук яростно шипит. - Во-первых, слова я не давал! Во-вторых, только один из вас отважился рассказать реальную картину! В-третьих, вы обязаны меня оповещать обо всём, что происходит с моей Т/И на ваших глазах! В-четвёртых, вчера никто не защитил её! - Чонгук с силой отпихивает руками стол и отворачивается к окну. - Уволены! Проваливайте!
- Понятно, злится, что сам её не защитил от домогательств своего же партнёра по бизнесу. Ромео, блин, - слышится в шуршании ботинок, сумок и пиджаков, но Чонгуку плевать, он уже звонит тебе.
- Да, дорогой! Ты сегодня будешь раньше? - Твой радостный тон сбивает всё напряжение мужчины. - Обычно ты всегда звонишь, если собираешься домой пораньше...
- Любимая, - ты понимаешь, что Чонгук расстроен, потому что обычно он обращается ласковыми прозвищами, а не так, - почему ничего не говорила про вчера?
- Ну, это же мелочь! Не важно, что этому мужчине хотелось, у него ничего не получится, ты же знаешь! - Догадаться, про что спрашивает Чон, тебе легко, зная, как сильно тебя любит и ревнует супруг. - Ты же ничего из-за ревности не начудил с работниками? Они же не виноваты, что не успели остановить его и не оградили меня от общения с ним!
- Начудил, - Чонгук честно сознаётся. - Уволил всех.
- Чон Чонгук! Так нельзя же! Ты с ревностью...
- Я люблю тебя! Отдавать никому не планирую! И могу наказывать тех, кто мог допустить такой план, по праву своего статуса над ними! - Отрезает мужчина решительно, но голос его всё ещё звучит мягко и нежно.
- Приезжай домой пораньше, - через минуту тишины в трубке говоришь ему в ответ. - Хочу дать тебе понять, что мне нужен лишь ты...