Когда у него паническая атака
Джин
- Алло? Т/И? У хёна снова... - дальше ты не слушала, сразу сорвалась с дивана и в одних тапочках по снегу побежала к машине.
После армии, где Сокджин забыл, как быть кумиром миллионов, окунаться в бешенный ритм всемирной звезды оказалось непросто. Но хуже всего стало то, что при одном только виде человека с профессиональным фотоаппаратом мужчину немедленно пробивали панические приступы.
- Я здесь! - Ты влетаешь на съёмочную площадку, расталкивая врачей, менеджеров и ребят от Кима. - Джин~и, я здесь, - стеклянные глаза и безудержная дрожь в руках, он выглядит отрешенно и спокойно, однако ты видишь, что ему стоит не малых усилий не начать сейчас истерику. - Милый, дай мне руку, - ты сама его берёшь за ладонь и кладёшь на свою щёку. - Тебе же спокойно, когда я тебя фотографирую, да? - Киваешь сама себе, привлекая любыми способами внимание мужчины. - И сейчас тебя я буду фотографировать. Хочешь? Чтобы никаких фотоаппаратов и посторонних фотографов, - Джин неуверенно кивает, пытаясь не выдать того, как дрожит его тело. - Всё будет отлично, веришь?..
- Мы вкололи ему успокоительное, - говорил тебе врач, когда Сокджин после твоих разговоров уснул у тебя на коленях. - Но это надо лечить.
- Я понимаю, - ты мило гладишь его по голове. - Это уже пятый раз. Так что это явно не из-за перегрузки или обычных нервов.
Юнги
- Юнги, любимый, дорогой, солнце моё, - ты качаешь его как ребёнка в руках, радуясь, что в этот раз успела остановить его атаку до наступления слёз.
В первые разы ты, никогда не знакомая с явлением панических атак, вовсе боялась подойти к мужчине, страшилась, что можешь только навредить сильнее, поэтому старалась просто не мешать ему, как тебе казалось, выплескивать злость. Когда частота этих приступов у твоего парня увеличилась, их агрессивность сменилась на непрошенные слёзы, частота дыхания менялась до её полного отсутствия и дрожь его рук было не унять, а Юнги уже подсознательно старался отгородиться ото всех людей, ты прилетела на помощь с другого конца города. И была единственной, чьи слова подействовали на скатывающегося в бессознательное состояние Мина. После такого ужаса, когда его белая кожа стала прозрачной, а глаза ещё сутки дергались из-за пкрежитого организмом стресса, ты настояла на походе к врачу. Там причину этого всего выявили легко, прописали сильные таблетки на три месяца, а тебе дали строгое наставление любыми способами утешать Мина, отвлекать от скатывания в нервный припадок и прекратить бояться, что ты можешь сделать хуже. Поэтому сейчас, когда приступы стали реже, но теперь возникали только в тяжёлые периоды, ты изо всех сил сгребала в охапку Юнги, нежила в объятиях, ласково рассказывала что-то отвлеченное и быстро уводила его из помещения, где тревога охватывала.
- Т/И, - его голос совсем тихий, а ты уже улыбаешься, ведь если он говорит, значит, ему становится легче, ещё один приступ пережит, - спасибо большое...
- Ты же знаешь, что я всегда буду рядом, - мягко целуешь мужчину в скулу. - И я помогу тебе вовсе от этого избавиться.
Хосок
Эти приступы начались после вашей первой ссоры. Тогда ты и подумать не могла, что мужчина настолько влюблён в тебя, что патологически боится потерять свою любовь. После первой панической атаки, которую вы благополучно списали на нервный стресс, её симптомов больше не наблюдалось. До сегодняшнего дня...
- Божечки, Хосок~а! - Ты кидаешься к мужчине, которого крупной дрожью бьёт, лишь бы он не упал посреди комнаты.
- Н-н-не гов-в-вори, чт-т-то мож-ж-жешь мен-н-ня бр-р-росить, - еле двигая губами, просит Чон, пока ты стараешься его поддержать за плечи. - Н-н-не гов-в-вори! Н-н-не...
- Я ничего не говорю, Хосок~и, - ты медленно садишь его на диван, устаиваясь рядом.
- Н-н-не гов-в-вори... - Его глаза тревожно скользят по твоим рукам, которыми ты мягко сжимаешь его дрожащие ладони. - Стр-р-рашно пот-т-терять теб-б-бя...
- Я знаю, Хосок~а, знаю, - ты опускаешь макушку ему на плечо, горько сожалея, что в порыве очередной ссоры заявила, что можешь легко уйти от мужчины. - Прости, пожалуйста. Не волнуйся, я никуда не уйду. Ни на шаг от тебя. Я обещаю, Хосок~и!
Намджун
- Намджун! - Ты пугаешься громкого крика, а затем понимаешь, что это голос твоего мужа, и немедленно бежишь через весь дом в гостиную. - Намджун! - Понимаешь, что он не ответит, у него снова начался болезненный приступ тревоги, но продолжаешь его звать, хотя бы так показывая, что он не один. - Дорогой! - Ты врываешься в комнату, когда Ким валялся по полу, сжимая голову руками. - Чёрт, - шипишь, снова срываясь на бег, тебе нужны его таблетки. - Да где же твоя сумка?! - Ещё один вскрик заставляет тебя и саму почувствовать непрошенные слёзы. - О! - В одном из отсеков его сумки находится нужный блистер. - Джун~и! - Ты падаешь перед ним на колени, пытаясь максимально ласково и не пугая ещё больше своим неожиданным появлением, приподнять супруга. - Надо выпить таблетку. Слышишь же? Давай. Я понимаю, что от боли у тебя голова раскалывается и звенит в ушах, но посмотри на меня, молю! - С трудом и слезами на щеках тебе удаётся добиться от мужчины принятия таблетки, теперь остаётся только ждать, крепко обнимая тревожно содрагающегося Кима.
- Спасибо, - через полчаса приступ спадает, Намджун устало трёт глаза, таблетки вызывают сонливость.
- Любимый, мне уже самой страшно, - тебя прижимают к крепкой груди. - Я боюсь, что это может плохо кончиться. Прошу тебя, давай поедем заграницу, раз здесь врачи ничего не могут сделать.
- А что они сделают там? - Горько вздыхает мужчина. - Удалят как файл мои воспоминания о том, как у тебя случился выкидыш на пятом месяце беременности? - Ты поджимаешь губы, тот день не мог пройти для вас бесследно.
Чимин
- Что такое? - Ты резко вскакиваешь с постели, слыша рядом тяжёлое скуление.
- Оп-пять, - сквозь зубы еле выговаривает Чимин, держась за шею руками.
Он всегда боялся осуждения, всегда тревожился за то, правильно ли выглядят его поступки и слова, но после объявления о сольном проекте его жизнь вовсе стала крутиться вокруг страха разочаровать людей, а итогом стали панические атаки. Стоило только мужчине подумать или увидеть во сне, как от него отворачиваются, тревога полонила его грудную клетку, не позволяя нормально дышать.
- Стой, стой, стой, - ты тут же садишься напротив него, отцеплять его руки от шеи бесполезно, он мёртвой хваткой сжимает её, словно пытаясь разорвать на части и вдохнуть глубже. - Тише. Смотри в мои глаза.
- Воз-здух...
- Не смотри вниз или вверх. В мои глаза, - аккуратно кладёшь ладони на его плечи, заставляя посмотреть на себя. - Я не отворачиваюсь от тебя, видишь? Я смотрю только на тебя и я знаю, что ты никогда не делаешь что-либо неправильно! Ты же видишь? - Пак слабо кивает и впервые медленно моргает, ты плавно обхватываешь его запястья. - Я рядом с тобой была и буду. Я никогда от тебя не отвернусь, а ты же для меня всё и всегда будешь делать правильно? - Он кивает ещё увереннее, ты мягко оттягиваешь его напряжённые руки от шеи. - Тебе не о чем волноваться и не за чем задерживать дыхание, - чуть крепче сжимаешь его руки, - так что вдохни поглубже...
- Я не мог-гу, - он дёргается, пытаясь снова коснуться шеи, но ты изо всех сил держишь его ладони.
- Но ты же для меня можешь показать, как правильно это делать? - Сглатываешь, боясь, что Чимин не внемлет твоим словам, но Пак медленно приоткрывает губы и, дрожа, втягивает воздух. - Вот так! - Он тут же жадно и с облегчением начинает дышать, содрагаясь плечами. - Правильно. Так станет тебе легче, милый, - ты расслабляешься, головой утыкаясь ему в плечо, только сейчас понимая, как сильно ты снова испугалась за состояние Чимина.
Тэхён
- Мама, мама! - Вашему сыну уже четыре, поэтому он нередко бежит к тебе с возгласами удивления, но в этот раз его голос звучит беспокойно.
- Что случилось, сынок? Ударился? Что-то сломалось? - Ты немедленно выходишь из кухни навстречу мальчику, а то без слов тянет тебя за руку. - Милый, ты куда меня тянешь? Надо что-то сделать? - Но когда тебя втягивают в вашу с Тэхёном спальню, ты понимаешь, что не так. - Сынок, иди к себе в комнату, поиграй.
- А папа ко мне потом придёт? Мы же ещё не доиграли...
- Конечно-о, зайчи-ик, - Тэхён неуверенно кивает и пытается улыбнуться, ты чмокаешь мальчика в щёку, закрывая двери спальни. - Т/И-шенька-а, - мужчина резко сжимает твою талию.
- Тише, солнце, я здесь, со мной всё хорошо, - ты беспорядочно целуешь его лицо, чувствуя, как часто и хаотично Тэхён дышит. - Страшного ничего нет.
- Он спросил у меня-я, почему-у у него-о нет брата-а, а я-я... - Ладони Кима вздрагивают и сжимают тебя ещё сильнее.
- Тише, всё позади, я жива, ты ни в чём не виноват, - шепчешь ему на ухо, нежно поглаживая его плечи.
- Если-и бы-ы я-я не-е настоял на-а ребёнке-е...
- У нас бы не было сына, - заглядываешь во взволнованные, бегающие от тревожных, давно пережитых чувств глаза. - Всё прошло. Я с тобой сейчас и сын здоров. Тебе уже не нужно переживать. Поверь мне. Ты же мне веришь? - Мужчина кивает головой, его дыхание медленно возвращается к нормальному, но он всё ещё продолжает крепко сжимать твою талию и смотреть тревожно на тебя, в этот раз паническую атаку мужа удалось поймать до того, как он начинает звонить лихорадочно в больницу и узнавать, точно ли ты жива и не галлюцинации ли у него.
Чонгук
- Т/И! - Ты тут же роняешь на пол вымытую тарелку и бежишь к мужчине, что отчаянно задыхается, оседая на паркете хола.
- Чонгук~и, что происходит? - Ты испуганная его состоянием пытаешься хотя бы стащить с него пальто. - Что с тобой? - Чон тянется рукой к тебе, хватая с силой за предплечье. - Ай! Чонгук? Почему молчишь?
- Трудно, - выкрикивает мужчина, и ты понимаешь, что он плохо слышит звуки вокруг и ищет опору, потому что у него темнеет в глазах.
- Чонгук~а, аккуратно, я помогу, - ты медленно тянешь его за собой с пола. - Садись, я сейчас, - но тебя не отпускают, сжимая руку сильнее.
- Нет! Не уходи! Я боюсь! - И сквозь его крик до тебя доходит, что мужчину пробивает паника.
- Чонгук~и, я не уйду, - ты плавно садишься рядом, вспоминая все те статьи о панических атаках, что попадались тебе на глаза, - не уйду, спокойнее дыши, смотри на меня, я же рядом, вот, - мягко чмокаешь его в холодную от дрожи щёку. - Тише, - он беспомощно тянет тебя ещё ближе, утыкаясь лбом в твоё плечо, тебе предстоит ещё больше часа успокаивать его, потом пытаться узнать, что вызвало такую реакцию организма, а после просить Чона сходить к врачу.