Ваши уютные отношения
Джин
- Т/И-ша, ты забрала со стола термос? - Сокджин укладывает в багажник большую сумку с заготовками и ловит бегающих вокруг него двух мальчишек. - Садимся назад, пристегнуться не забываем.
- Да, забрала, - ты закрываешь дверь, в руках крепко держа большой светло-бирюзовый термос с травяным чаем.
- Его сюда, - мужчина легко находит ему устойчивое местечко между сумками и закрывает багажник. - У меня ощущение, что нам снова двадцать пять и вот-вот мы будем удирать на романтический пикник от твоего отца, - ты хихикаешь и тянешься за тёплыми объятиями, залезая руками под его тонкую куртку.
- Он тогда думал, что ты просто голову мне морочишь, - Сокджин любовно убирает под заколку твои выбившиеся пряди.
- Неужели я производил такое ужасное впечатление? - Нежная игривость твоего супруга в лучах первого осеннего солнца заставляет смутиться как маленькую. - И как же твой отец согласился вообще тебя мне отдать?
- Ты слишком часто хотел забрать меня из родительского дома к себе, - льнёшь щекой к его плечу, спрятянному под тонкий синий свитер. - Но, когда отец заметил, как сильно ты обо мне беспокоишься, согласился на нашу свадьбу.
- Мам, пап! - Русая макушка старшего сына выглядывает из окна авто. - Вы идёте или не намиловались ещё?
- Ах, мелкий, - Сокджин качает головой, продолжая обнимать смеющуюся тебя. - Вот посмотрю я на тебя, когда ты впервые влюбишься и миловаться будешь на моих глазах.
Юнги
- И на что я подписался?! - Вопрос вернувшегося с работы мужчины остаётся без внимания, потому что вся кухня полнится звонким женским смехом. - Эй, кухарки в королевстве вылезшего на плиту варенья! Вам и вашим фартучкам нужно в душ, - Мин привычно по-родному обнимает со спины твой стан, оставляя лёгкое касание губ на шее.
- Не нуди, Юн~и, - ты поворачиваешься к мужчине с широкой улыбкой, тыча обмокнутым в варенье указательным пальцем ему в кончик носа. - Лучше попробовал бы, что у нас с дочкой вышло из клюквы.
- Да, папочка! Попробуй! - Шестилетняя девочка мгновенно тащит отцу маленькое блюдце с маленькой ложечкой. - Мы старались!
- Да я вижу, - Юнги совершенно безобидно окидывает взором уже не белую кухню и берёт девочку на руки. - Ну, корми меня, поварёнок, - ребёнок с детским восторгом, что ей доверили такое дело, исполняет просьбу. - Хм, а и правда вкусно.
- Мама! Мама! Папе понравилось! А я говорила, что ему понравится! - У дочери столько радости, что ты можешь только кивать, не прерывая её щебетание. - Это моя идея, пап! Будет к маминым одалушкам на завтрак! Мы в следующий раз...
- Прошу, солнышко, в следующий раз выберите блюдо без окрашивания в красный цвет белой кухни, - шепчет тебе Мин, одной рукой удерживая ребёнка и другой поглаживая твою поясницу, - иначе я от испуга слягу в больницу.
- Конечно, милый, - ты загадочно хихикаешь, прижимаясь к нему ближе. - Мы просто в следующий раз хотим самостоятельно сделать виноградный сок, - и мужчине ничего не остаётся, кроме вздоха, ведь в следующий раз кухню опять будет не узнать.
Хосок
- Нет, Хосок, стой! - Ты бьёшь его по пуховику и пытаешься освободиться. - Я не хочу в сугроб! Хосок, ты вообще ко мне прислушав... Ай! - И твоё тело опрокидывают в сугроб под смех трёх детей.
- Папа! А меня так можно? - Тут же просится старшая девочка.
- Пфф! - Отряхиваешь с лица попавшие на глаза снежинки. - Хосок! Я объявляю тебе войну!
- О! Войнушка! - Средний сын бежит к тебе. - Я тогда за маму!
- Это ещё почему ты? - Младший сынок натягивает наскоро варежки.
- А я не хочу остаться без обеда!
- Так и я не хочу! Мама, я к тебе!
- Сыновья называются, - Хосок усмехается. - Кроме дочки и помочь мне не кому.
- А ты не прибедняйся и защищайся! - С твоей подачи в плечо мужчине летит большой снежок.
- Ну, всё, - Хосок тут же хватает горсть снега. - Битва началась! - С криком, бегом, смехом, упреканиями, задором проходит сложный зимний бой снежками в семье Чон, где уже через пятнадцать минут вы лежите в сугробе, а дети продолжают вокруг носиться со снегом в варежках. - Я сдаюсь.
- Ты так сказал и на нашей свадьбе, - смеёшься, переплетая с ним ладони, - и когда я захотела третьего ребёнка.
- Я не могу победить ту, кого люблю, - мужчина заглядывает тебе в глаза.
- Но ты уже победил, ведь я ношу твою фамилию...
Намджун
- Ула! - Мальчик хохочет и хлопает в ладоши. - Мамоська! Пасматли на наш с папой калаблик!
- Он чудесен, мой беззубик, - ты чмокаешь сына в щёку, а тебе в ответ улыбка, в которой не хватает для полного Голливуда только передних двух зубок.
- Иди присмотри, чтобы он не отклонился с курса, будущий капитан, - Намджун похлопывает мальчика по плечу и тянется тебя прижать к себе. - Он такой счастливый, - ребёнок чуть отбегает в сторону, наблюдая, как лёгкий деревянный кораблик качается на глади весеннего искусственного пруда.
- Он был очень рад, когда ты сказал, что наконец-то вернёшься из своей месячной командировки, - вы медленно шагаете за сыном.
- Я заметил. Всю ночь с самолёта раскрашивал с ним этот корабль, - ты хихикаешь, вспоминая, как только ранним утром переложила ребёнка в кровать, а мужа накрыла за неудобным детским столом пледом. - Даже не смог пообнимать тебя во сне.
- Сегодня сможешь. Он вымотается от впечатлений и ещё по дороге домой заснёт у тебя на руках, - ты улыбаешься, смотря то на мальчика, то на Намджуна. - Мы очень скучали по тебе, - и тебя запросто целуют в губы.
- Я по вам больше.
Чимин
- Тот, кто придумал осеннюю поделку, сущее зло, - фырчит Чимин, пытаясь отодрать приклеившийся не в том месте жёлудь.
- А тот, кто заделал в нашу семью двойняшек, ангел, что ли? - Парируешь ты, устало откладывая ножницы, мужчина ничего не отвечает и вздыхает. - Посмотри. Это похоже на ежа?
- Скорее на кусок железной мочалки для раковины, - с торжествующей улыбкой окидывает взором твою работу Пак.
- Это она и есть, мистер сарказм, - показываешь язык и откидываешься на стуле. - Что делать? Я думала, это будет похоже на ежа. Дочка хотела семью ёжиков.
- А сын хотел изваять из жёлудя бюст Роналду, но будет презентовать осенний Стоунхендж папиного производства, - мужчина тычет в приклеившиеся по кругу к картонке жёлуди, а ты начинаешь смеяться. - Зря смеёшься. Это лучшее, что я смогу. У меня даже повторить это не получится.
- Мы такие бездари, - ты прячешь улыбку в мужском плече. - И как другие родители справляются с детьми? Ещё и умудряются такие замки приносить в качестве детских поделок.
- Это ты про тех других родителей, у которых мальчики писаются в штаны в девять лет при виде пчелы или у которых дочери в девять лет всех рыбок учителя в унитаз спустили? Хм, тогда и не знаю, когда они успевают за ними так тщательно следить, - Чимин обнимает тебя крепче и целует в нос, пока ты хохочешь. - А поделки они покупают. Это точно.
- Может и мы побудем такими родителями?
- Хочешь опять научить дочь кидать свою косметику в унитаз, а мне сына опять научить ходить в трусы? - Он стоит искреннее непонимание.
- Ну, нет, они ведь не младенцы, а прилично воспитанные наши дети, - ты с любовью выделяешь последний два слова, - однако мы же можем купить им поделки, как всякие другие мамы и папы.
- А это идея, - Пак мгновенно тушит настольную лампу и подхватывает тебя на руки. - И как всякие другие мамы и папы, мы можем заняться собственными делами, пока дети спят. Я ведь прав? - Ты лишь хихикаешь и обнимаешь мужа крепче за шею.
Тэхён
- ...спят усталые игрушки, - песня вплывает в твоё сознание, отодвигая сон подальше, - а крошечка уже проснулась и больше спать не хочет? А кто это такой маленький не спит и не даёт папе с мамой сладко спать в пять утра? - Ты неохотно открываешь глаза, когда слышишь шарканье тапочек мужа в соседней комнате. - Ну, и чего агукаем? - Обматываешься одеялом и тихо идёшь к двери. - Ну, ты кушала только два часа назад, крошечка. Так что поиграй с папочкой и дай мамочке немного отоспаться, - ты замираешь у порога гостиной, где на руках носит десятимесячную малышку Тэхён. - Т/И-шенька, я тебя разбудил своим голосом?
- Неа, - зеваешь и садишься в кресло, - лишь привнёс свой чудесный голос в мой сон, - Ким виновато улыбается, а девочка, словно тебя почувствовав, стала кряхтеть и тыкать в твою сторону. - Давай сюда эту прожорливую крошечку. Хочет есть, пусть ест, - и опускаешь край одеяла вместе с бретелькой майки, Тэхён устраивает ребёнка на твоих руках и сам устраивается на полу подле тебя.
- Никакая она не крошечная обжорка, - ровно через пять минут дочка засыпает. - Ей просто нравится, когда её на маминых руках гладят папины руки.
- Она крошечная манипуляторша, - ты чуть сдвигаешься, чтобы мужчина сел рядом с тобой и обнял. - Сядь рядом.
- Прям в тебя пошла, - он усмехается, потому что знает, ты засыпаешь, когда он обнимает тебя.
- А я и не отрицаю, - ты чмокаешь его нежно в губы и устраиваешь голову на его плечо.
Чонгук
- Па! Папа! - Шестилетняя девочка хнычет и кричит на весь дом, пугая и Чонгука, и тебя.
- Что случилось, зайчик? - Мужчина немедленно подхватывает ребёнка на руки.
- А ты будешь любить больше сестру, чем меня? - Маленькие глазки полнятся слезами.
- Ох, - ты вздыхаешь спокойно, потому что ребёнок не ранен и не болен, и с трудом на седьмом месяце садишься на диван.
- Почему это?! - Чонгук искренне недоумевает и хаотично расцеловывает напугавшее его личико. - Я безумно сильно люблю тебя, своего зайчика. Как же я могу любить тебя слабее?
- Но по телевизору сказали, что чей-то папа любит меньше старшую дочь! - Наивный ребёнок цитирует рекламу какого-то сериала. - А я же стану старшей. Я не хочу, чтобы ты меня меньше любил.
- Я и не буду любить тебя меньше, зайчик, - Чонгук трепетно прижимает девочку, чуть не плача. - Я же так сильно тобой дорожу.
- И не забудешь обо мне, когда родится сестра?
- Да как же забыть своего ребёнка?! - Мужчина тискает с объятиях заулыбавшуюся девочку.
- И продолжишь читать мне на ночь? - Чон кивает. - И по утрам меня в щёчку целовать? - Кивок. - И подарков покупать будешь так же много? - Чонгук смеётся.
- Ну, конечно, - ты привлекаешь к себе внимание, и дочь стремится тут же к тебе, чтобы погладить живот, с которым подружилась ещё два месяца назад, - ведь папа не будет делить свою большую любовь к вам поровну, он просто полюбит так же сильно как тебя ещё и твою сестру. Поэтому за чтение на ночь, поцелуи и подарки не волнуйся, и у тебя, и у сестры будет своё множество всего от папы, - ты поглаживаешь мягкие волосы ребёнка. - О, твой мультик начался, - девочка мигом несётся к экрану. - Испугался, что она начнёт ревновать? - Шёпотом спрашиваешь мужчину, что быстро устроился рядом, обнимая под поясницу.
- Угу, - Чонгук утыкается тебе в шею. - Но я не понял, почему она не ревнует тебя? Или меня и к тебе? Только малышка...
- Просто она видит, что я люблю тебя иначе, чем она, - ты ластишься поближе к горячему телу, - зато знает, что к малышке мы оба относимся как к ней, а из-за того, что ты с дочкой в последнее время из-за подготовки к отпуску виделся реже, она и задумалась, что ты можешь разлюбить её.
- Какая милая глупость, - Чонгук фыркает и целует твою шею, поглаживая живот и посмотривая за дочерью на соседнем кресле. - Свою драценную семью можно любить только каждый день заново, сильно и много, чтобы у каждого её члена была полноценная моя любовь.