28. Рыжие дамы.
Молния рюкзака характерно зипнула, позволяя вытащить на тумбу пакеты с фруктами. Личная передачка стала образом самых типичных стандартов. Сетка апельсинов и немного яблок. Конечно, январь был не временем фруктов, но это не помешало Илье прогуляться по супермаркету в поисках чего-нибудь полезного.
– Вообще, я хотел принести груши, но не нашел хороших, – пробормотал он, отложив рюкзак в сторону.
– И пускай. Апельсины самое то для зимних вечеров, спасибо, – мило улыбнулась сыну Яна и раскрыла руки для объятий.
Илья искренне улыбнулся в ответ и, осторожно присев на край койки, наклонился к маме, мягко отвечая на объятия. Где-то в стороне, неловко бегая глазами по палате, Фил не смог сдержать улыбки, наблюдая раскрывшуюся перед ним сцену. Ее, правда, тут же сменила легкая печаль, заставившая снова отвести взгляд. Врасплох застала мысль о том, что вечно тактильная душа Филиппа тоже не отказалась бы от обнимашек с матерью.
Будто читая его мысли – что, впрочем, было не обязательно, ведь Фил был совершенно открыт для близких, и его эмоции легко читались в поведении – Яна уверено вытянула ему руку. Он заметил ее краем глаза и тут же удивленно вскинул брови, но все его недоумение было прервано тем, что сидящий ближе Илья молча перехватил его запястье и сам втянул в групповые объятия. Тихо смеясь, Фил даже не стал сопротивляться, радуясь чувству тепла, быстро заполнившего все его тело и сознание.
Как же здорово было осознавать, что все хорошо. Все живы и совсем скоро будут здоровы. Это радовало почти также, как встреча с друзьями после недели разлуки. Может даже чуточку больше...
Часы посещения пролетели незаметно. Время близилось к обеду и в палату уже не единожды заходил персонал, говоря о том, чтобы мальчишки не слишком задерживались. Благо, Яну в больнице любили все, так что она легко упросила дать им еще пару минут посидеть. Все же долгая разлука с сыном была для нее нелегким испытанием. Материнское сердце то и дело волновало ее мыслями о том, все ли у Илюши хорошо.
– Ну как вы сами справляетесь? – поинтересовалась Она в какой-то момент их приятнейшей беседы.
Мягко поглаживая по голове сидящего в ее полу объятиях сына, она внимательно осмотрела его, а затем и на Фила бросила любопытный взгляд. Те переглянулись и синхронно кивнули друг другу. Немое решение не волновать понапрасну Яну было принято единогласно. Поэтому они заверили ее, что у них все хорошо. Дружно рассказали о возвращении в школу и веселых посиделках в гостях. Фил не раз ловил на себе взгляд, полный благодарности. И он понимал за что, ведь вывести Илью в общество было задачей многим непосильной. Фил и сам удивлялся, как у него это получилось, но в ответ только мило улыбался. Иногда отпускал шутки в сторону друга, который уже даже не закатывал глаза.
Так и проболтали они до самого обеда. Там напроситься на продление не вышло – Яне принесли еду и медсестра упрямо вывела гостей из палаты. Пациентке нужен был покой и отдых, и спорить с этим было невозможно. Так что Илья только и успел обнять мать на прощание и, пожелав поскорее вернуться домой, все же послушно вышел. Уже ожидающий его в коридоре Фил мягко хлопнул его по плечу и поддерживающе улыбнулся, сразу начиная бессмысленный монолог обо всем, что только приходило в голову. Илья невольно улыбнулся столь банальной попытке отвести мысли от переживаний и все-таки втянулся в разговор.
***
Часы непрерывно тикали, упуская время, карандаш нервно скрипел по бумаге, а где-то на фоне шумела кухня, так и стараясь отвлечь бедного Илью от решения задач по физике. После не очень успешной работы – он, конечно, получил пятерку, но только благодаря Филу – Илья твердо решил разобрать пропущенные темы дома. И вот сейчас, уже встретившись с мамой и убедившись, что у неё всё хорошо, он смог спокойно заняться уроками. Хотя он по-прежнему ничего не мог понять, отчего желание обратиться за помощью к Филу росло с каждой нерешённой задачей втрое. Тем не менее, оно упрямо сдерживалось не только гордостью Ильи, но и тем фактом, что Филипп был занят на кухне. В этот раз он решил не слишком выпендриваться и просто замесил тесто для оладьев. Не то чтобы это был хороший ужин, но Илья не сильно возражал. В конце концов, Фил даже из оладьев мог сделать что-то вполне полноценное.
Когда стрелка на часах пересекла границу тридцати минут с момента начала упорных попыток решить хотя бы пару задач, Илья сдался. Он шумно вздохнул и отодвинул от себя учебник. Все же лучше спросить у того, кто разбирается, чем пытаться понять самому и провалиться. Хотя бездельничать Илья тоже не собирался. Раз уж не далась физика, он решил отвлечься и подготовиться к литературе. Только вот, не успел он подняться со своего места, как тут же по квартире разнёсся звонок.
Невольно дрогнув, Илья кинул взгляд на часы и чуть нахмурился. Было уже слишком поздно для гостей. Да и кто бы вообще пришёл к ним? Ни Илья, ни Фил не ждали никого. По-крайней мере, никто не предупреждал о гостях. Так что Илья несколько напрягся, но всё же осторожно прошёл к двери. И, будучи достаточно умным парнем, сначала глянул в глазок.
Тут же облегченно выдохнул и закатил глаза, уже щёлкая замком. На секунду, конечно, завис, пытаясь понять, что привело столь необычных гостей в их скромную квартирку, однако тут же махнул головой. Ему это было не особенно интересно.
***
Музыка играла в наушниках, а оладьи успешно жарились на сковородке. Фил, полностью погруженный в готовку, даже не услышал дверного звонка. Только и выложил на тарелку пару оладушек, уже зачерпнув теста для новых. Так что, когда музыка на мгновение затихла, переключая песню на следующую, а где-то со стороны послышался панический крик, он с неожиданности даже поварешку выронил, тут же наушник выдергивая и в сторону дверного проема оборачиваясь.
Совершенное непонимание окатило его, когда там никого не оказалось. В голове сразу появилась мысль о том, что у него окончательно крыша поехала, но послышавшиеся в коридоре голоса опровергли это.
– Илья? – осторожно выглянул из кухни Фил и тут же замер, заметив у входа незнакомого мужчину, а у него на руках маленькую испуганную девочку.
– Вот он! Вот он! – плакала она, в страхе прижимаясь к отцовской груди, – Мышинник! Он на кухне еду воровал!
– Чего? – удивленно моргнул Фил, после чего переглянулся с Ильей, надеясь получить ответ.
К сожалению, он только неловко улыбнулся и пожал плечами. Затем повернулся к девочке, которую уже опустили на пол, хотя она по-прежнему пряталась за чужими ногами, не желая знакомиться с таинственным "мышинником".
– Лин, всё хорошо, – попытался убедить Илья, присев на корточки, чтобы на одном уровне с ней быть. – Это Филипп. Он мой друг, а не мошенник.
– Он еду воровал! – тут же возразила девочка, пальцем в воришку тыкая.
– Вообще-то... – начал Илья, но его тут же заткнули, приложив палец к губам, что вызвало явное возмущение.
Филипп, однако, даже не обратил на это внимание, осторожно присев рядом и ярко улыбнувшись малышке.
– Тссс, тихо ты, – с наигранным укором покачал головой Фил. – Ты не спорь с ней. Ты разве не знаешь, кто это?
Две пары заинтересованных и непонимающих глаз уставились на Филиппа, в то время как оставшийся в стороне от детского диалога мужчина аккуратно снимал с девочки ее модную зеленую курточку.
– Да это же маленькая фея! – заявил Фил так, будто это было очевидно, – Ты посмотри на её платье! Ну разве не ясно?
Илья шумно вздохнул и хлопнул себя по лбу, а вот Лине эта догадка понравилась. Она радостно покружилась и, хлопнув в ладони, улыбнулась Филу.
– Да, да! Я фея! Но ты откуда знаешь? – удивилась она, чуть хмурясь и забавно складывая губки бантиком, – Это ведь секрет!
– Ох, конечно, простите меня, – тут же приложил руку к груди Филипп, театрально поклонившись. – Дело в том, что я сам - принц. Такие маленькие феи, как ты, очень хорошо дружат с принцами и принцессами. Правда же?
– Да, правда, – задумчиво кивнула Лина и снова улыбнулась, вытягивая руку названному принцу. – Значит и мы дружить будем!
– Конечно, – улыбнулся в ответ Фил и, взяв маленькую ручку новой подруги, повёл её на кухню.
Илья же так и остался стоять в коридоре, в полном удивлении смотря вслед ушедшим.
– Это... Как это он?