Эффект Бабочки

То, что идёт от сердца.

Чёрные ленты на белоснежной мраморной коже красиво развиваются на ветру. Джейн сидит одна на лавочке под деревом, чтобы немного скрыться в тени от людей, которым тоже надоело сидеть в давящей обстановке палаты, и не изучать в который раз градусы её углов.

Свои ленты она почти никогда не снимает, только в ванной и всё, и то не всегда. Даже когда спит, эти ленты всё ещё завязаны на её руках. Адамс без них уже не может. Как-никак уже больше пяти лет их носит.

Сзади кто-то внезапно закрывает её глаза рукой, произнося с плохо скрытой улыбкой в голосе:

— Угадай кто.

Девушка широко улыбается, потому что узнаёт родной голос.

— Алан, — радостно произносит брюнетка.

Джейн быстро подрывается с лавочки и сразу же подбегает к брату, моментально оказываясь в плену его объятий. Девушка заливисто смеётся, потому что невероятно рада.

— Ты снова тайком пришёл? — любопытно спрашивает сестра парня, практически повиснув на нём и не желая отпускать его ни на секунду.

— Не-а, не угадала, — играясь с волосами девушки, что развивались на ветру, иронично говорит он, — Кэтрин уговорила директора, чтобы нам разрешали тебя навещать после уроков.

— А где тогда Мерфи? — ища глазами брата, рассчитывая, что он скоро появится в поле зрения, спрашивает Адамс.

— У него уроки ещё не закончились, — объясняет Алан, — так как у нас расписание разное, поэтому вряд ли сможем вместе приходить, — ведя сестру за собой, говорит он.

Девушка взяла руку брата, медленно прогуливаясь возле маленького искусственного озера. Территория, на которой больница, была действительно большой. Наверное, это даже к лучшему, ведь люди не чувствуют себя закрытыми в маленькой комнате и изолированными от мира.

Алан рассказывал ей о школе: как там, что происходит и чем он сам занимается.

— Значит, ты теперь будешь в музыкальной группе? — спрашивает Джейн.

— Получается, что да, — улыбается брюнет.

Парень искренне радовался этому, потому что наконец-то сможет петь песни, которые он написал сам. Ему дали позицию главного вокалиста и ведущего гитариста. Звучит весьма красиво, учитывая то, что он невероятно обаятелен, когда поёт и играет на гитаре.

— Как ты себя чувствуешь? — убирая с волос девушки листок, упавший ей на голову, интересуется Алан. — Читаешь книги, которые я тебе принёс?

Нет, не читает. Всё её время занято Чоном. С самого утра и до самого вечера они проводят время вместе. Но даже когда она остаётся одна, наедине с собой, её мысли забиты Дэ. Она постоянно думает о нём, об их разговорах наполненных особой атмосферой. Джейн нравится Ки в роли собеседника. После их разговоров, ей становится лучше, не только физически, но морально. Она чувствует себя необычным цветком, что насыщается энергией не благодаря воде, а благодаря разговорам.

Джейн даже забыла о тех книгах. Всё как-то вдруг отошло на второй план, стало неважным. Но Алану она об этом, конечно же, не скажет.

— Знаешь, иду на поправку, — старается увернуться от вопроса про книги.

Тут она уже не врёт. Ей действительно становится лучше. Врачи говорят, что здоровье улучшается и от передоза успокоительными почти ничего не осталось, но для перестраховки всё же нужно еще несколько дней полежать в больнице.

— Очень рад слышать, — поднимает голову Алан, чтобы насладится лучами солнца. — Куда хочешь сходить? А, может, устроишь мне экскурсию по твоему временному местожительству? — улыбается сестре брюнет.

Они вместе заходят в холл больницы, и Джейн сразу же начинает всё рассказывать брату. Первым делом о картине, висящей возле входа, после показывает остальные. Почему показывает только их? Потому что они с Аланом ярые фанаты искусства. Глаза девушки аж сияли, потому что давно уже не разговаривала с братом на любимую тему.

Следующие полчаса они осматривают картины на первом этаже больницы. Но потом парень, несмотря на сопротивление и отговорки, с трудом отводит сестру в столовую, потому что та проговорилась, что ещё не обедала. Но даже за едой Адамс не прекращает ему рассказывать обо всем на свете. Джейн всегда очень разговорчива рядом с Аланом. Плотно пообедав, они пошли в палату девушки.

— Теперь я полностью спокоен за тебя, — поглаживая по волосам сестру, произносит брат. — Здесь точно не соскучишься, — смеётся в голос.

«Да, точно», — думает о Дэ Ки девушка.

С самого утра она его ни разу не видела и вроде бы его ещё не выписали. Вроде бы. Адамс не узнавала. Да и он же не уедет, не сказав ей об этом, так ведь? Хотя, кто такая Джейн, чтобы парень перед ней отчитывался. Пусть и вчера они весь день провели в палате девушки и заливисто смеялись из-за какой-то ерунды. Впрочем, они же проводят время друг с другом потому, что больше не с кем. Разве это не называется принуждённое общение?

— Милая, мне пора возвращаться, — взглянув на наручные часы, сказал Алан. — Мне на репетицию надо, а она первая, опаздывать не хочется. Ты же не обидишься? — демонстративно сложив руки в позе мольбы и сделав жалостливые глаза, смотрит на сестру.

— Эй, не считай меня такой собственницей, — в шутку бьёт его в плечо девушка. — Иди, конечно, я понимаю как это важно для тебя. Когда меня выпишут, я буду приходить к тебе репетиции.

Оба выходят из палаты и направляются к выходу из больницы.

— Джейн, когда ты уже перестаешь носить их? — взглядом указывает на ленты на руках сестры.

— Ты же знаешь, что я морально без них не смогу, — грустно вздыхает Адамс, проводя пальцами по лентам, что обвязаны вокруг тонких запястий.

— У тебя красивые руки, прошу, сними их, — упрашивает её Алан.

— Не бери в голову, — отмахивается Джейн. — Давай, иди. Удачи тебе! — крепко обняв брата, говорит девушка.

***

Роза стоит перед зеркалом и наносит последние штрихи, для своего макияжа. Кристиан пообещал, что отведёт её в одно особенное место. Она понятия не имеет, куда именно они пойдут, поэтому оделась со вкусом и с комфортом одновременно.

Зная любовь парня к экстремальным вещам, то ожидать от него можно чего угодно, поэтому лучше перестраховаться.

В дверь постучали пару раз, не дождавшись разрешения, в комнату вошёл Лоран. Девушка нанесла блеск на губы и повернулась к парню.

Крис встал напротив блондинки, поправляя ей волосы. Большим пальцем стёр только нанесённый блеск и накрыл губы девушки своими, вовлекая Розанну в глубокий поцелуй. Парень подхватил её и аккуратно уложил на кровать.

— Кристиан, подожди, — пытаясь отдышаться, разрывает поцелуй девушка. — Мы так не дойдём туда, куда ты хотел отвести меня.

Парень неохотно встаёт с кровати, складывая руки в карманах спортивных штанов.

— Не используй больше помаду, — легонько поцеловав её, произносит Лоран.

На улице уже стемнело, дневная теплота сменилась вечерней прохладой. Был легкий ветер, который покачивал листву на деревьях. Тропинку, по которой медленно шагала пара, освещал лишь призрачный свет луны и звёзд. Роза крепко держит руку парня, чтобы не споткнуться и не упасть на плохо освещенном участке тропинки. Они идут уже минут десять, может даже чуть больше. Чем дальше они продвигаются, тем гуще становится лес.

Ночью лес имеет совершенно другую атмосферу и энергетику. Листья шелестят, как будто говорят шёпотом, вместо солнечного света, что пробивался через густые листья деревьев, на землю опустился серебряно-прозрачный свет Луны, что играла своими лучами с деревьями, кустами и лесными жителями.

Светлячки, словно маленькие звезды, летают в поисках света жёлтыми тучками. Даже птицы ночью поют как-то по другому. Странно, одна и та же птица, но она отличается от того, что было днём. Как-будто ночью все снимают свои маски, показываю себя настоящего. Даже люди.

— Ещё немного, Роза, — убирая руками ветки деревьев, говорит Крис.

Открыв калитку, которая заросла листвой, ветками и плющом парень пропустил девушку вперед, со скрипом закрывая за собой тяжёлую дверцу.

Девушка поворачивается и видит небольшую трёхэтажную башню. Кристиан берёт её за руку и ведёт за собой. Парень достаёт из своего кармана старые ключи, благодаря чему открывает большую старую дверь.

Блондинка заходит первая, а за ней Лоран, включая свет. Девушка, мягко говоря, в шоке от увиденного — целый дом. Интерьер довольно старый, но это наоборот делает помещение невероятно уютным.

— Первый этаж мой, а второй Дэ Ки, — объясняет он. — Мы это место нашли ещё в четвёртом классе средней школы, — рукой приглашает располагаться. — Здесь мы проводим большую часть нашего свободного времени, из-за чего тут так много вещей. Только, пожалуйста, на второй этаж не ходи, ни под каким предлогом. Дэ Ки даже меня туда редко пускает, поэтому располагайся на моём этаже. Третий этаж общий, так что можешь ходить туда. Вот только если в это время Чон будет здесь, то сдержись, — смеётся Кристиан, — лучше подожди, пока он уйдет. Он очень любит быть один, для него личное пространство на первом месте. Здесь мы зависаем, когда не хотим быть в обществе людей, — Розанна внимательно слушает парня, удобно расположившись на диване. — Раньше мы хотели и двор красиво обустроить, но потом передумали. Мы не хотим, чтобы это место видели посторонние. Дэ Ки первый нашёл этот дом, тогда у нас был предмет ориентировка в местности, после привёл сюда и меня. В доме было так много старых вещей и, судя по фотографиям, на которых везде были даты восемнадцатого века, дом очень старый. В этом и весь уют, — откидывая голову назад и расположив руки на спинке дивана, говорит парень. — Здесь я чувствую себя свободным, нет никакого давления со стороны других людей, можно быть спокойным. Представляешь, ни Дэ Ки и ни я, ни разу никого не приводили сюда, ты первый гость в нашем убежище.

— Кристиан, — пододвигаясь к нему ближе, зовёт Роза, — спасибо, что доверяешь мне.

Вдруг с громким грохотом открывается старая дверь, едва не слетая с петель, и в комнату входит Дэ. Очень злой Ки. Хватает одного взгляда, чтобы понять, что он в ярости. Парень резко и со злостью отбрасывает большую сумку на пол, затем также резко снимает свои массивные кроссовки, совершенно не замечая Криса с Розанной. Кажется, что он сейчас ничего не видит из-за такого количества злости, что была в нём. Чон громко дышал, сжимая и разжимая кулаки. Его грудь сильно и часто вздымалась, на висках вздулись вены, и вся поза показывала, насколько парень был напряжен и зол. Блондин прикладывает палец к губам и слегка мотает головой, намекая девушке не издавать звуков.

Вдруг Чон, до этого застывший статуей возле дверного проёма, резко поворачивается и со всей силы бьёт кулаком об стену, разбивая костяшки до крови, оставляя алый след на стене. Девушка от испуга вскрикивает и тут же прикрывает рот рукой, жалея том, что не сдержалась.

Дэ Ки сразу же переключает своё внимание на объект, нарушивший его личное пространство.

— Какого хуя она здесь делает?! — грубым голосом кричит парень на Лоран, в два шага преодолевая расстояние между ними.

— Дэ Ки, успокойся, — подходит к нему друг. — Что произошло? Почему ты не в больнице?

— Ещё раз спрашиваю: что она здесь забыла? — игнорирует вопросы блондина.

— У тебя кровь, — указывая на кулак, разодранный и истекающий кровью, говорит Лоран.

Чон отодвигает парня в сторону и подходит к девушке, что сжалась в комочек на диване. Да, он зол. И он совсем не будет чувствовать вину за то, что сейчас скажет.

— Вставай и проваливай отсюда. Ещё раз мои глаза увидят тебя здесь, то мало не покажется.

— Дэ Ки! — подходит к нему Крис. — Следи за словами, это мой этаж и мне решать, кто здесь будет находиться. Что случилось?

— Я скажу, когда она уйдёт, — не успокаивается брюнет.

— Она не уйдёт.

— Пошёл нахуй тогда, друг тоже мне нашёлся, — грубо огрызается Чон и направляется к лестницам, поднимаясь на свой этаж.

Кристиан садится обратно на диван, обнимая испугавшуюся девушку. Не просто так ходят слухи, да и каждый в школе знает, что Чона в злости нельзя трогать, иначе в фарш превратит. С Лоран он ни разу не дрался с того момента, как подружился, но блондин не один раз оттягивал его в разгар очередной драки Дэ Ки. Он чересчур вспыльчивый и об этом знают все.

Парень уверен, что Чон готов был уже устроить драку в столовой, когда они впервые столкнулись с Мёрфи, настолько он не терпит отказов.

— Я думала, он тебя ударит, — тихо говорит Роза.

— Дэ Ки никогда не ударит меня, не переживай, — отмахивается Кристиан. — Время позднее, давай я проведу тебя.

Блондин встаёт со своего места и подходит к входной двери, чтобы провести девушку до школы. Но он проводит её до самой комнаты. Убедившись, что теперь ему ничего не мешает вернуться обратно в дом, Лоран быстрыми шагами обратно возвращается туда. Подходит к двери Чона и несколько раз постукивает. Дёргает дверную ручку — заперта.

— Дэ Ки, — зовёт его Кристиан, — открой двери.

Но ответа не следуют; уши режет абсолютная тишина.

— Роза ушла, мы одни дома, — пытается его убедить.

Простояв минут пять возле двери, Крис уже почти сдался, но вдруг замок переклинивает и Дэ Ки открывает дверь. Чон сразу же садится на своё место, взяв в руки кисть и удобнее расположившись перед мольбертом. Парень начинает водить краской по полотну, предпочитая молчать дальше.

— Что с тобой? — садится рядом с ним Кристиан.

Дэ застывает с кистью в руках. Позже опускает голову и грустно вздыхает.

— Сука, отец разорвал на части картину Соён и хотел отправить меня в Голландию. Пиздец, да?

Крис тут же громко хлопает в ладоши перед лицом парня, проговорив:

— Не матерись так много.

— Мне пришлось уехать из больницы, чтобы съездить в дом и разобраться с ним.

Парень встаёт со своего места и подходит к своей большой сумке, доставая оттуда разорванные куски картины.

— Медальон и эта картина всё, что у меня есть от неё. Отец, блять, даже это уничтожил. Уебище, а не человек, вот кто он, — злобно произносит Дэ Ки, игнорирую слова друга о том, что не нужно так много материться.

— Давай всё склеим? Дай мне их, я всё сделаю, только успокойся.

Кристиан всё прекрасно знает и понимает. Ки ничем так сильно не дорожил, как этой картиной. Поэтому он поможет ему со всем, лишь бы он успокоился. Лоран достал из шкафа аптечку; парень уже привык к многочисленным разодранным костяшкам друга, поэтому всё необходимое для осуществления первой помощи Кристиан имел при себе. Крис намазал для начала мазью, чтобы не было раздражения и занесенной инфекции, а потом завязал руку бинтом.

На Дэ Ки не было лица, он сидел весь поникший и не произносил ни слова, лишь изредка следил за руками парня, пока тот возился с бинтом. После Лоран встал со своего места и достал большой новый мольберт, положив его на пол. Из рабочего стола взял клей и принялся склеивать разорванную картину.

— Крис, почему так несправедливо? — с неимоверной болью в голосе произносит Дэ Ки, подушечками пальцев касаясь оторванной части картины, а другой рукой крепко сжав медальон.

Никакими словами не описать его боль. Хотя слова даже не нужны, достаточно взглянуть на Чона и можно понять, насколько ему больно.

***

Музыка раздаётся эхом в большом тренировочном зале. Директор школы госпожа Фернандес захотела создать музыкальную группу, которая, может, в дальнейшем сможет выбиться на международный рынок музыкальной индустрии.

Soldi (Solladola) в переводе с языка сольресоль означает «живопись». Основной идеей является то, что искусство может быть разным, поэтому и жанры песен у группы будут разнообразными и экспериментальными.

Лидер и главный вокалист группы Алан Адамс, главная гитаристка и бэк-вокалистка — Милли Паркер, барабанщик — Кристофер Грей, а на синтезаторе — Даниэль Пари.

Идеальная смесь таланта и красоты.

Алан сразу же показал текст одной из песен, написанным им. Директору Фернандес очень понравилось, поэтому с радостью приняла этот вариант, попросив немного изменить аранжировку. Как-никак дебютная песня группы. Нужно хорошо вложиться, чтобы произвести большой ажиотаж.

Парень долго думал над названием песни и не мог подобрать нужное, но вот стоило Паркер взглянуть на лирику, то она сразу же сказала: «Damage». Так как группа состоит из подростков, то будет хорошо и правильно петь о проблемах и о душевных состояниях современных детей. У Адамса очень много песен есть в копилке, но выбрал он именно эту, потому что чувствует, что людям это понравится.

Репетиция

Josif Grey — Damage

Поставив перед собой ноты, которые Алан переписывал всю ночь, Даниэль стал играть подушечками пальцев на клавишах синтезатора. Всеми любимый стиль семейки Адамс — успокаивающая мелодия на интро. Милли губами касается микрофона, бормоча что-то под нос и тихо смеясь. Клавиши плавно уступают место друг другу, чтобы слиться воедино — Дэн мастерски владеет этим музыкальным инструментом. Музыка эхом отдаётся по стенам зала, играясь с прекрасной акустикой. Алан в предвкушении начала своей партии блаженно прикрывает глаза и начинает играть на гитаре.

Couldn't manage — Не смог справиться

If you had to leave i'd be damaged — Если бы тебе пришлось уйти, я бы пострадал

Heart up on my sleeve cus you a bad bitch — Сердце на рукаве, а ты, плохая

All your love that shit turned me to a savage — Вся твоя любовь к этому дерьму превратила меня в дикаря

Паркер сразу же подхватывает бит и начинает играть на своей гитаре, умело перебирая пальцами струны, а Кристофер барабанными палочками медленно постукивает по тарелкам, ногой нажимая на педаль, стучащий в бас-барабан.

I don't wanna break your heart, don't wanna damage — Я не хочу разбить тебе сердце, не хочу повредить

Алан наконец-то наслаждается собственной музыкой. Его время настало.

I hope you hear me — Надеюсь, ты меня слышишь

Cause i know sometimes it get hard — Потому что я знаю, что иногда бывает трудно

Идеальное произношение английского Алана и едва слышный, но поддерживающий тон песни голос Милли создают идеальную гармонию. Грей и Пари подстраиваются под учащающийся бит, используя резкость, которая не бьёт битом в уши, а наоборот заставляют наслаждаться.

I can't forget you — Я не могу забыть тебя

This feeling is brand new — Это ощущение совершенно новое

Something that i never knew — Кое-что, чего я никогда не знал

Break your heart i break mine too — Разобью тебе сердце, разобью и своё

В мелодии ярко выражаются клавиши синтезатора и постукивающие барабаны, всё созвучие поддерживают Алан с Милли, играя на электрогитаре. И да, кто сказал, что нецензурная лексика в музыке запрещена, наоборот, она придаёт большей насыщенности, создавая полную атмосферу музыки для современных подростков, которые страдают от недостатка любви и разбитого сердца.

My love go deep — Моя любовь погрузилась в глубину

It's to the bone for you — Это до мозга костей для тебя

Clear the throne for you — Освободить трон для тебя

В проёме двери появляется Мёрфи, громко произнося:

— Прошу меня великодушно простить, но можно мне Алана на минуточку? — сразу привлекая внимание на себя.

Адамс перестаёт петь и играть на гитаре, а остальные следуют его действиям. Милли же подходит к Кристоферу, уточняя и немного меняя бит песни, показывая на примере, Алан же снимает гитару с ремня и аккуратно кладёт на чехол.

— Я сейчас вернусь, — обращаясь к ребятами, парень быстрыми шагами идёт к брату.

Парень хватает руку Мёрфи и уводит за собой подальше от тренировочного зала. Блондин никогда просто так поболтать к нему не приходит, либо что-то произошло, либо он чем-то недоволен, либо же Алан лоханулся по всем фронтам.

— Говори, — скрывшись за очередной книжной полкой, разворачиваясь к брату лицом, говорит брюнет.

— Почему ты ушёл к Джейн, не сказав мне об этом? — Мёрфи прожигает взглядом своего брата.

— У тебя были уроки, — спокойно, пожимая плечами, отвечает старший. — Хочешь увидеть её, то иди, я ж тебе руками и ногами дорогу не перекрыл.

Они никогда не были друг другу братьями, никогда лично не рассказывали друг другу свои тайны и переживания, единственная нить связи, которая их держит — Джейн. Только благодаря ей они общаются друг с другом, иначе только здоровались и всё. Слишком они разные, чтобы найти общий язык.

— Как она себя чувствует?

— Идёт на поправку, но видел, что её что-то сильно волновало, — хмуря брови и отводя взгляд, Алан вспоминает глаза сестры. — Не стал давить на неё, но это точно не со здоровьем её связано, ибо она сказала бы мне об этом.

— Не успею к ней сегодня пойти, — взглянув на часы, обеспокоенно проговаривает младший. — Завтра обязательно пойду к ней.

— Мёрфи, — брат его редко зовёт по имени, поэтому звучит довольно странно, — только не дави на неё, нужно, чтобы она скорее оправилась и вернулась в школу.

Тот лишь молчаливо кивнул в ответ и сразу же ушёл в неизвестном направлении, что-то печатая в телефоне.

«Sì, il mio italiano sta migliorando, non si preoccupi, signore» — быстро напечатав, он выключает телефон и кладёт обратно в карман.

***

5 дней спустя

Не хватает одного человека. Третья парта возле окна пустая, Чону не по себе от неё. Ему стыдно и он не знает, что делать. Переступив через себя, он всё же садится за эту чертову парту, которая без неё кажется неправильно пустой.

Учитель Дориан начинает объяснять новую тему, а Дэ даже не старается делать вид, что слушает. Абсолютно все слова пролетают мимо ушей. Рассматривает свою правую руку, костяшки которой заклеены пластырями. Ему некомфортно находиться здесь, ему нужен всего один человек, которого он готов слушать бесконечно.

Ки наказан отцом за устроенный переполох в доме. Ему даже не позволено на территорию школы выходить, только ходить в пределах стен академии. Физкультурные занятия он тоже не посещает. Пять дней он думает, как же выбраться, но пути решения этой проблемы не всплывают в его голове.

Он ушёл моментально, стоило услышать два слова «картина Соён», не попрощавшись с Джейн. Ярость и злость затмила всё, руки чесались, чтобы размазать лицо отца по белоснежной стене его кабинета, превратив эстетику комнаты «ангела белоснежного» в «ангела кровопролития». От злости, кипящей в венах парня, он разбил какую-то фарфоровую вазу, купленную на аукционе за миллиард вон, конечно же, за это он должен понести наказание.

— Есть ещё другие варианты? — возвращает в реальность громкий голос учителя. — Какая же самая большая проблема человечества?

Ки думает. Думает, как бы ответила на этот вопрос Адамс. Что бы сказала девушка?

«Люди всему проблема», — голосом Джейн озвучивает ответ Чон.

— Бесчеловечность людей делает их самой большой проблемой человечества, прошу прощения за тавтологию, — резко выпаливает Дэ Ки. — Что? Разве нет? — развернувшись всем корпусом к ошарашенным лицам одноклассников, парень закидывает одну ногу на другую. — Не надо оправдываться климатом, Патрик, — обращается к парню, который ранее сказал, что изменение климата — самая большая проблема. — Эгоистичность и пылающая в глазах зависть с ненавистью довели людей до такого неизбежного состояния. Свиньи и то убираются за собой, а мы лишь сорим и оправдываемся несчастным климатом. Я ведь прав, учитель Дориан? — поворачивает голову к преподавателю с ухмылкой на лице.

— Твои ценности другие, — прокашлявшись, отвечает учитель, — ты ищешь проблему в личных качествах людей, а не в природе. Признаю, твоя точка зрения полностью соприкасается с моей.

«Ты же так ответила бы, да?», — не перестаёт думать об Адамс.

Ему надо к ней. Срочно. Чувство стыда его поглощает с каждой накатывающей минутой. Но выхода нет, он заперт и связан. Дэ Ки бессилен перед отцом. В голову опять бьёт голос Джейн, которая говорит:

«Безвыходных ситуаций не бывает, мы просто думаем неправильно», — один раз сказала она, во время очередной беседы за завтраком в больнице.

«Думаю неправильно?», — смеётся над самим же собой.

«Зато действовать я могу правильно», — потянувшись за рюкзаком, висящим на крючке, брюнет наспех собирает школьные принадлежности и сразу же срывается со своего места.

— Мне надо очень срочно, учитель Дориан, — быстро протараторив какую-то отговорку, он выбегает из кабинета.

Со всех ног несётся в сторону общежития парней, несколько раз врезавшись в резкие повороты стен. Залетает в свою комнату, кидает рюкзак на пол, второпях снимая с себя школьную форму. Быстро переодевается в комфортную одежду. Выходит из комнаты и достаёт свой телефон, на который уже пришло сообщение от Кристиана.

CL: Ты куда выбежал, идиот?

JD: Мне надо в больницу. Прикрой меня и никому об этом не говори.

CL: Тебе плохо? Подожди меня, я с тобой.

JD: НЕТ! Я сам дойду, только придумай что-то, чтобы Фернандес думала, что я всё ещё в школе.

CL: Мне у девочек отобрать твои картонные версии и ходить с ними? Окей, будет сделано!

Дэ Ки смеётся со слов друга. В нём он не сомневается, как-никак Кристиан ни разу не подводил.

С бешеным страхом и с невероятным риском Чон открывает винтажное окно на первом этаже, вид которого направлен на задний совсем маленький двор. Коленями становится на подоконник и вылезает наружу спустя пять дней заточения. Аккуратно и очень медленно перелезает забор, не издавая лишних звуков.

Преодолев немалый путь до одного дома, гараж которого арендует Дэ Ки, парень забирает свой мотоцикл MTT Turbine Superbike чёрного цвета, выезжая на главную дорогу этого района.

Мысли в голове запутались. Одна сторона полушария думает о Джейн, а вторая — какое наказание получит за побег. Нужно скорее добраться до больницы, поэтому нажимается на газ до самого максимума, разгоняясь до триста семидесяти километров в час.

А вообще, нормально ли такое поведение? Толком незнакомы, друг о друге ничего не знают, абсолютно разные, но почему кажется, что нужно объяснить-расставить всё по полкам и извиниться? Из-за чего чувство вины разрастается с каждым разом, достаточно только мозгу кинуть и выбить красным мысли о Адамс.

Говорят, чтобы привычка стала постоянной и необходимой для организма нужен месяц, но почему тогда за три дня, пока Дэ Ки находился в больнице вместе с ней, ежеминутные разговоры и голос девушки стали чем-то потребным для него? Парень начинает думать своим голосом в голове и заканчивает мысль голосом Джейн. Это считается нормальным в пределах адекватности?

По какой причине он столько всего чувствует рядом с ней? Что такого притягательного в девушке, что Чон не может отвыкнуть от неё? Мысли бесконечно путаются, и брюнет забывает о светофоре, от чего проезжает на красный свет. Выжимает весь максимум из мотоцикла. Осталось совсем чуть-чуть, и он скоро доедет.

И всё же, что он скажет в первую очередь? В каком настроении девушка? Злится на него или же обижена? Какая личность сейчас играет в Джейн?

Чон въезжает на территорию больницу, быстро паркуя свой мотоцикл и снимая с себя шлем. Смотрит на часы в телефоне — 14:24.

«Придётся подождать», — понимает, что девушка сейчас на процедурах.

Подойдя к регистратуре, убедившись, что он прав, идёт в палату девушки. Хватается за дверную ручку, а в душе колеблется. Чувство, будто Дэ Ки загнан в тупик.

Зайти или уйти? Тогда каков был смысл так гнаться сюда? К ней.

Взвесив все «за» и «против», парень неуверенно переступает порог комнаты. Всё в стиле Джейн: везде лежат книги, тетради и блокноты. Брюнет подходит к кровати девушки и замечает на ней лежащую книгу, которую немного закрывает плед.

«Дневник памяти», - читает название книги.

Из страниц что-то выпирает, отчего парень открывает страницу, которая мешает полностью закрыться книге.

Лилия. Подаренный им цветок лежит здесь. Хранит её. На душе становится тепло, по венам растекается и греет всё тело Дэ. Невольно улыбается, не замечая, как сильно его радует мысль, что Джейн соврала ему о выброшенном цветке. Книга лежала не на подоконнике, не на полках шкафов, не на тумбе. Она лежала именно на кровати Адамс.

Мозг строит логическую цепочку мыслей, доводя до вывода, что она думает о нём. Или же, быть может, он сам себя оправдывает или же ищет чувство невиновности перед Джейн. Крепко сжав книгу, брюнет садится на рядом стоящий возле кровати стул, полностью теряясь в ощущениях.

Зачем сердце раскидывает столько чувств по всему телу? Просто цветок, но почему так важно? Скорее бы увидеть Джейн и сказать ей... Сказать что?

Дверь открывается и в палату заходит Адамс, со спущенной головой, из-за чего не замечает Чона. А парень сидит, приросший к стулу, замерев, стоило только увидеть девушку.

— Господа, кого я вижу, — с ярко выраженным сарказмом говорит девушка, поднимая глаза на Дэ, — что-то забыли?

«Всё-таки обиделась», — пролетает в мыслях парня.

— Я... тут, — запинаясь, Ки с трудом встаёт со своего места, — Дже...

— Не утруждайтесь, не стоит вам, — перебивает парня, сильно делая акцент на слове «вам», обходит его и садится на кровать, — оправдываться передо мной, — укрываясь пледом, договаривает она.

— Мне надо было уйти срочно, а приехать не мог, — Чон всё равно пытается разъяснить ситуацию. — Пожалуйста, выслушай меня. Отец...

— Ты не слышал, что я только что сказала? — с упреком в глазах, смотрит на него Джейн. — Прекрати делать из меня тирана. Я тебе никто, чтобы ты тут стоял и распинался. Ушёл, значит, ушёл. Мне-то что?

— Да, блять, дай мне слово сказать! — срывается на крик Чон. — Если я захотел объясниться, значит, буду это делать. Послушай меня, в конце концов, — тяжело вздыхает, со злостью зачесывая свои волосы назад. — Мне позвонила прислуга из дома и сказала, что отец разорвал картину моей сестры, поэтому пришлось уехать, ничего тебе не сказав, — садится обратно на стул. — Я разнёс все вещи в кабинете отца, разбив вазу за четыре миллиона евро, из-за чего меня наказали и не выпускали на улицу, даже на физкультуру не ходил, — Дэ Ки нервно теребит рукава свой чёрной толстовки, изредка разглядывая свою обувь. — Эта картина... Самая дорогая вещь, которая у меня есть... — с трудом выговаривает каждое слово, кроме Кристиана о ценности картины никто не знал. — Не знаю, поймёшь ты меня или нет, но я был очень зол, будто не картину, а меня разорвали на мелкие части, — Джейн молча слушает и глазами следит за выражением лица парня; она понимает, всё прекрасно понимает, эти чувства как родные для неё. — Мне было очень тяжело, да и ещё было стыдно перед тобой, — резко поднимает голову вверх, не позволяя слезам выкатиться из глаз. — Я сбежал из школы, надеюсь, Крис уже придумал какое-то оправдание мне, иначе отец и вправду отправит меня в Голландию, — немного грустно смеётся парень. — Когда тебя выпишут из больницы, то я обязательно тебе покажу эту картину, хорошо?

— Разорванную?

— Нет, Крис её склеил, — шмыгает носом он, — хочу услышать, что ты скажешь про неё.

— Ки, — выпутывается из одеяла и свешивает свои ноги с кровати, — ты не должен был всё это рассказывать, — спокойным голос говорит Джейн, — Ничем ты не обязан мне. Я всё понимаю, не принимай в счёт мои проблемы с ментальным здоровьем, — смеётся, чтобы немного разрядить обстановку; настроение девушки сменяется с ночи на ясный день. — Чем занимался взаперти? — встаёт с кровати, подходя к окну, чтобы его открыть.

— Сидел в комнате и придумывал план побега, — парень немного удивлён, ведь думал, что она не скажет ни слова, как обычно это бывало, но сейчас уже по-другому, — Джейн, можно я кое-что попрошу? — с осторожностью спрашивает Чон.

— Я никому об этом не скажу, — подумав о картине его сестры, сразу ответила Адамс.

— Нет, я о другом, — девушка выгибает бровь, ожидая его просьбы. — Пожалуйста, обними меня, — приглушённым шепотом, еле слышно, просит он с отчаянием и мольбой в голосе.

Где-то в глубине души он понимает, что она этого не сделает, но попробовать всегда стоит. Не попросил бы, жалел.

— Ну что ты как ребёнок, а с виду брутальный пацан, — смеётся Джейн, в шутку ударив его в плечо. — Раз хочешь, то давай обниму, иди сюда, — потянув на себя, поднимает Дэ Ки с места и крепко обнимает, обвив свои тонкие руки вокруг его талии, расположив голову на груди парня, прямо на сердце, что бешено колотилось о рёбра.

«Идиот, я скучала», — остаётся неозвученным. Да и зачем слова, если всё сказали действия?

До сердца и доходит.

Перевод: Да, мой итальянский улучшается, не волнуйтесь, господин.