Fragments... |18+

Тереза

Техника никогда меня не слушалась. Я пыталась загрузить на телефоне электронный ящик с банковской информацией, без которой не могла открыть счёт. Увы, маленький засранец артачился, и у меня ничего не получалось. Ещё немного, и я бы с ругательствами выбросила телефон в окно.

Закрыв глаза, я откинула голову на подголовник. Несколько долгих секунд я глубоко дышала, уговаривала себя не нервничать и не злиться из-за мелочей. Но, начиная с моего возвращения в Хартфорд, всё шло кувырком, словно вселенная отчитывала меня и намекала, что мне здесь не рады.

Например, банк не получил мои данные, которые теперь я искала в телефоне. Плюс возникли проблемы с арендой дома. И это не упоминая того, что у меня барахлила машина. Похоже, пришло время раскошелиться и вложить в этот металлолом кучу денег, иначе он не продержался бы и года.

Проблема за проблемой, и я невольно гадала, правильно ли поступила, вернувшись сюда.

Но тогда перед моим мысленным взором появился Хардин, как и всегда, стоило мне вспомнить о Хартфорде. За минувшие годы не было ни дня, чтобы я не думала о нём.

Чёрт, я много раз порывалась позвонить ему, даже брала в руки телефон и набирала номер, но одёргивала себя, так и не нажав на кнопку. Я отговаривала себя и убеждала, что лишь впутаюсь в ещё большие неприятности.

Теперь мне было интересно, как пройдёт наша встреча. Я не сомневалась, что она будет неловкой. Конечно же, по моей вине. Я всё испортила, бросив единственного человека, знавшего меня, как никто другой.

Я была испугана и расстроена, но вместо того, чтобы рассказать Хардину о своих чувствах, убежала без оглядки.

Подняв руки, я потёрла глаза и глубоко вздохнула. Даже попытайся я избежать встречи, в городишке вроде Хартфорда наши пути рано или поздно пересеклись бы. У здешних людей не было иных занятий, кроме болтовни, и никто из них не умел держать язык за зубами. Очень скоро слухи дошли бы до Хардина. Было бы ложью – сказать, что вопреки своим страхам я не хотела столкнуться с ним. Но больше всего я боялась увидеть обиду и осуждение в его глазах. Боялась вопросов, которые он мог задать о моём внезапном отъезде, отстранённости и разорванной связи. Я не знала, смогу ли быть честной с Хардином. Не знала, смогу ли признаться, что люблю его и всегда любила.

Услышав стук, я распахнула глаза и повернула голову. Всё внутри меня оборвалось и обмерло. Я не дышала, и моё сердце практически остановилось. По ту сторону окна, за тонким барьером из стекла и металла стоял человек, занимавший все мои мысли. «Хардин.» Годы, минувшие с нашей последней встречи, пошли ему на пользу. Он больше не был парнишкой, только начавшим работать на отцовском ранчо.

Хардин стал большим, сильным, загорелым – конечно, благодаря ежедневной работе в поле – с горой мышц и опаляющим взглядом, способным растопить лёд на морозе.

Хардин смотрел на меня так, словно увидел привидение. Наверное, я в тот миг и впрямь напоминала призрака.

На несколько долгих мгновений я замерла, не в силах мыслить связно. Наклонившись, Хардин снова постучал в окно с ухмылкой, от которой у меня запылали щёки и кое-какие другие части пробудившегося тела. Моё сердце забилось чаще. Ладони взмокли, между грудями выступили капли пота. Протянув руку, я опустила стекло, но даже ворвавшийся в салон ветерок не помог мне остыть.

Мы с Хардином и словом не перемолвились, но всё равно чувствовала непреодолимое притяжение. Я успокоила себя тем, что он ничего подобного не испытывал. Как и раньше.

Наконец, я откашлялась и поёрзала на месте. Не знала, что говорить или думать. Последние пять лет исчезли.

Словно я вновь была девочкой-подростком, украдкой поглядывавшей на своего лучшего друга, пока он не видит. Словно мы могли начать с чистого листа и притвориться, что никогда не расставались.

— Будь я проклят, – глубокий низкий голос резанул меня ножом.

Мои глаза были как блюдца, и у меня по-прежнему горело лицо, разумеется, ставшее пунцовым.

— Вот уж кого я меньше всего ожидал увидеть, – Хардин ухмыльнулся, но также насторожился.

Разумеется, у него были вопросы, но я не знала, смогу ли когда-нибудь на них ответить. Как бы я ни хотела. Хотелось быть с Хардином честной, рассказать ему о своих чувствах и причинах моего отъезда.

Пока я смотрела в его бездонные зелёные глаза, моя любовь всколыхнулась, угрожая вырваться наружу.

— Да, давненько не виделись, – мой голос звучал тихо, будто издалека.

— Чертовски долго, Тереза, – выпрямившись, Хардин поправил на голове стэтсон, закрываясь от солнца. Поношенная любимая ковбойская шляпа, и я между делом подумала, не досталась ли она ему от отца. Щёки и челюсть Хардина затемняла лёгкая щетина. Мне стало интересно, какова она на ощупь. Чёрт, я хотела узнать, что почувствую, обняв Хардина, положив голову ему на грудь и послушав биение его сердца.

Между нами, снова повисла тишина.

— Иногда я вижу твою маму, но она держится особняком, – Хардин оперся предплечьем на капот и наклонился вперёд. Рубашка в клетку не скрывала мускулов. От того, как на его бицепсах натягивалась ткань, у меня покалывало между бёдер. Покрепче сжав ноги, я попыталась выглядеть сдержанной и собранной, хоть и не была таковой.

— Да, после моего отъезда она стала домоседкой, – упомянув свой побег, я невольно напряглась всем телом.

Хардин ничего не сказал, и я не знала, ждать ли мне ответа. Возможно, он намеренно делал вид, что ничего не случилось. Что я не поступила как сволочь, бросившая своего друга.

Облизнувшись, снова его осмотрела. Подвёрнутые рукава рубашки привлекали внимание к мозолистым рукам и нескольким тонким шрамам, оставленным тяжёлой фермерской жизнью.

— Ты к нам надолго или только в гости?

— Честно говоря, я к вам насовсем, – сглотнула я. — Получила диплом и нашла здесь работу.

Хардин вдумчиво кивнул.

— Переедешь к маме?

— Нет, – покачала я головой. — Арендую дом на Уилкенс-роуд.

— Там, можно сказать, уединённо, – опять кивнул он.

— Да, такой дом я и искала, – натянуто улыбнулась. И снова повисло молчание. — Я бы хотела наверстать упущенное и узнать, чем ты занимался после школы.

Хардин стиснул зубы, и я испугалась, что сейчас встанет вопрос о моём внезапном отъезде.

— Я бы тоже хотел, – он ухватил дверь моей машины и сжал так крепко, что у него побелели суставы. Хардин прекрасно меня понял. Ему не терпелось спросить, но он сдержался. И я была ему признательна. — Что ж, значит, договорились, – Хардин улыбнулся, сверкнув белыми зубами. — Давай я оставлю тебе свой номер? Позвонишь, когда обустроишься на новом месте и будешь свободна?

Я кивнула, не в силах связать двух слов. Внеся продиктованные цифры в список контактов, я тоже назвала свой новый номер. Ещё мгновение мы ничего не говорили, и под взглядом Хардина моё сердце застряло в горле. Он стукнул ладонью по капоту и снова усмехнулся.

— Я прослежу, чтобы ты не отвертелась от свидания.

На слове «свидание» я медленно выдохнула.

Я уже не знала, с чего вдруг решила, что смогу оставить парня и жить без него. Без Хардина Скотта – это не жизнь. 

Хардин

Чёрт, долгий выдался денёк. Вечером я попрощался с Бертом Дэвисом – моим заместителем – и забрался в Ford F150. Берт был более чем способен сам завершить рабочий день. Нам оставалось пополнить запасы сена, и он вызвал трех помощников из загона для рогатого скота. Компетентный специалист и трудолюбивый сотрудник, заслуживавший доверия. Десять лет назад он устроился к папе на ранчо и с тех пор ни разу не прогуливал.

Мне пришлось признать, что последние три дня я передавал Берту бразды правления куда охотней, чем обычно. Я постоянно отвлекался и беспокоился кое о чём более важном.

Точнее, кое о ком.

Все мои мысли занимала Тереза. Прошло всего три дня с нашей встречи у банка, и я не мог думать ни о чём другом.

Тессы не было пять лет, но после её возвращения три дня без единой весточки показались мне долгим, очень долгим сроком. Конечно же, она обустраивала дом, осваивалась на новой работе, встречалась с матерью и друзьями. Да, я был жадным. Я тоже хотел её времени и внимания.

Тем более, у меня были вопросы. Много вопросов, список которых начинался с «когда». «Когда мы снова увидимся? Когда сможем прояснить ситуацию и поговорить? Когда я схвачу Тессу в свои руки и обниму? Когда наконец-то попробую на вкус её губы и всецело завладею ей?»

Из-за того, что она была в городе, фактически рядом... в общем, я не мог не фантазировать о ней.

Третий день кряду я поминутно гадал, чем занималась Тереза. Переехала ли она в новый дом? Помогли ли ей друзья и семья? Ходила ли она на работу? Радовалась ли возвращению в город?

Лёжа ночами в постели и зная, что блондинка была на расстоянии в несколько километров, я едва дотягивал до утра. Я хотел быть рядом. Утыкаться носом ей в волосы, водить руками по всем выпуклостям и впадинкам на её теле. Чувствовать девушку кожей, сплетаться с ней руками и ногами.

Я сто раз пожалел, что сболтнул лишнего и не назначил дату следующей встречи. Пожалуй, нагло потребовать свидания – не самый подходящий способ возобновить отношения, но лучше выставить себя грубияном, чем ждать. Нужно было пригласить Тессу куда-нибудь или предложить поужинать у меня дома, даже если мне пришлось бы приготовить одно из двух моих коронных блюд – мясо на гриле с жареным картофелем или рёбрышки с овощами. Я не блистал кулинарным талантом, но хотел постараться. Ради Тессы я бы приложил усилия и научился.

Чёрт, ради неё я бы пошёл на всё.

На всё, кроме ожидания. Единственное, что я не мог вынести.

Каждая проклятая клетка моего тела стремилась быть рядом с Тессой. Разум, тело, душа.

Вот почему я изменил маршрут и поехал домой другим путём. Отъезжая от амбара на краю своих владений, вместо того чтобы повернуть налево, я поехал направо. Всего пять километров по главной дороге, и я добрался до Уилкенс-роуд.

Не следовало приезжать сюда. Являться в гости без приглашения и предупреждения – дурной тон. На грани с преследованием.

Но я и не хотел быть вежливым. Во дворе банка я был милым, дал Тессе свой номер и до сих пор ждал звонка. Ждал ответов. Ещё больше времени проводил с ней порознь.

В своё оправдание я мог сказать, что не хотел упустить второй шанс, размышляя, придёт Тереза ко мне или нет, и если придёт, то когда.

Чёрт, нет.

Притормозив, обратил внимание на хруст гравия под колёсами пикапа. Так я и оказался у двухэтажного кирпично-деревянного домика, который, как мне подумалось, арендовала Тереза.

Не иначе. На улице было семь домов, и я знал владельцев шести из них. Тереза выбрала хороший район, где селились парочки и молодые семьи.

Сегодня вечером здесь было тихо. Наверное, её соседи готовили ужин. Рассаживались за столами, чтобы поесть, побыть в кругу семьи и рассказать друг другу, как прошёл день. Пока мои родители были живы, мы ужинали точно так же. Ежевечерний семейный сбор был для мамы грандиозным событием. Иногда ей приходилось ездить к стойлам и напоминать папе, что пришло время поесть. Затем она находила меня в моей комнате или там, где я работал по хозяйству, чтобы мы раз в день собрались все вместе.

Я не припоминал, когда в последний раз ужинал за столом. Столовая на ферме болезненно напоминала о родителях. Мне было некомфортно жить в унаследованном доме. Холостяку, да и в принципе одному человеку, семьёй не стать.

Возможно, теперь, с Тессой...

Заглушив двигатель, я выбрался из машины на прохладный вечерний воздух и прошёл по мощёной дорожке к парадной двери. Её Chevrolet нигде не было. Скорее всего, Тереза оставила его в гараже. Сейчас она наверняка распаковывала вещи, расставляла мебель и искала идеальное место для каждой мелочи. Тереза знала толк в сочетании цветов.

Появись я на пороге, она была бы в шоке.

Через дверное окошко без занавески я заглянул в дом. В гостиной были бежевые обои, и посередине стоял диван под ярким покрывалом с цветочным орнаментом. Да, идеальный дом для Тессы. Какой она и хотела. Раньше девушка рассказывала мне, что мечтала заходить в дом и видеть яркие краски. Чтобы он стал для неё убежищем.

Посмотрев в конец длинного широкого коридора, я увидел её. Она сидела за ярко-красным деревянным обеденным столом. Блондинистые волосы водопадом ниспадали на высокую спинку стула из того же гарнитура. Наклонившись к блюдам и тарелкам, Тереза повернула голову. Даже глядя на неё со спины, я понял, что она беседовала с кем-то, сидевшим вне моего поля зрения. Наверное, с матерью. Или с подругой. Подняв руку, я гадал, постучать или позвонить в звонок.

Да, я неудачно выбрал время. Было бы куда разумнее дать ей спокойно поужинать и позже написать сообщение. Но тогда собеседник Тессы потянулся к салатнику. Большие руки схватили блюдо и легко его подняли. Мне стало видно самого мужчину. Густая щетина. Тёмные короткие волосы. Широкие плечи и массивная грудь, обтянутая футболкой.

Тереза ужинала не с матерью.

Я замер с поднятым кулаком. От открывшейся картины мою грудь переполнило неверие и разочарование, сменившееся чистым раскалённым гневом. С моей женщиной ужинал мужчина, которого я впервые видел.

Этот парень... Тереза с ним встречалась?

Не успел я совладать с собой, как мною завладели ревность и собственнические порывы. Желание выломать дверь, ворваться в дом и избить незнакомца стало непреодолимым. Он был не для неё. В отличие от меня. Произошла какая-то ошибка. Тереза и словом не обмолвилась, встречалась ли с кем-то. Но и не сказала, что одинока. Возле банка мы почти не поговорили, хоть я и почувствовал между нами искру. Тогда, три дня назад возродилась давняя сильнейшая связь.

Не иначе.

Или я совершил огромную ошибку?

Окончательно запутавшись, я опустил руку и бросился к машине, словно ураган. Мне нужно было убраться отсюда, пока я не натворил непоправимых глупостей.

Но уехать я не смог. Добравшись до машины, развернулся и понёсся обратно к дому.

Я не мог уйти, не доказав Тессе, что для неё не существует другого мужчины.

================================

Жду 40 звёздочек и публикую следующую главу😙

Не забудьте написать отзыв о прочитанной главе🙏🏼