Скрипка
Наступила суббота. Аня так хорошо помнила, что планировала провести весь день первого выходного в беззаботной радости от хождения по Медному Бульвару. Она представляла, как будет ходить по улочкам, лавкам, кафе. Но вчерашний день так чётко отпечатался в сознании девочки, что она не могла выйти из него. Она будто до сих пор стояла где-то там в лесу и разглядывала агрессивно настроенных Диан, которые гнались за заслуженной правдой. Аня ничего не рассказывала никому.
- Аня. - Обратилась к девочке деректриса. Она и ученица подходили к южным воротам. Сегодня солнце странно светило, отдавая мрачным блеском.
Юная ведунья подняла голову.
- Гомер ничего тебе не говорил? Ничего странного? - Анна Васильевна не хотела смотреть на собеседницу. Почему?
Странно, но это задело Аню. Необычная атмосфера, как неприятно звучащая скрипка отовсюду, преследовала Аню и терзала душу. Девочка буквально слышит наступающую на пятки "живую" отвратительно страшную музыку, которая вызывает тревогу и тошноту. Но каждый раз, когда Аня оборачивалась - она ничего подозрительного не видела, а скрип будто стихал. Давящая атмосфера была похожа на невидимых сектантов - они схватили тебя и ни за что не отпустят, пока ты до ужаса не испугаешься, а в последствии не сойдёшь с ума. Это все вызывало недоверие у Ани, которое с грубостью обрушилось на Хозяйку Медной Горы.
- Нет. Ничего особенного. Он лишь был в животном гневе. - Опустив вниз глаза, под ноги, равнодушно ответила Аня.
- Странно, что он не набросился на тебя. Его не морят городом, но и от человечины он вряд ли отказался бы. - Спокойно пояснила Анна Васильевна.
- Может, он уже был сыт... - Сказала девочка и только после поняла, что чуть не проговорилась.
Кажется, деректриса это заметила. Юная волшебница чувствовала её взгляд на себе. Но Анна Васильевна лишь шумно вздохнула.
Все оставшиеся пятнадцать пятнадцать минут директор и ученица шли в тишине. Через это время они уже были перед Южными Воротами.
- Аня. - Вновь обратилась к девочке старшая тёска, которая на этот раз смотрела на неё. - Если тебя вдруг что-то забеспокоит, ты всегда можешь прийти ко мне. Рассказать. Что угодно, хорошо?
В карих глазах директрисы было ни то сожаление, ни то раскаяние. Может все сразу. От этого Ане стало немножко стыдно, за ложь. Но...она всегда сможет же все рассказать, верно? Аня не видела сейчас в этом необходимость.
- Да-да...конечно, - уже с чувством ответила девочка.
- Хорошо. - Хозяйка Медной Горы тепло улыбнулась своими красными губами. Ученица улыбнулась в ответ.
Немного постояв, Анна Васильевна развернулась и пошла в школу.
Аня повернулась лицом к солнцу. Оно рыжело.
В ушах девочки вновь появилась скрипка.
- Аня! - Юля дёргает подругу за плечо, возвращая её к реальности. Что такое?
Ах да!
Аня и Юля ходили по Пинакотеке.
Здесь собраны и вывешены шедевры не магических, а простецовых художников, которые были пожертвованы Медной горе или попали сюда иным способом. Неизвестные полотна известных авторов, или считающиеся утерянными нашли здесь пристанище. Все картины защищены магией, а также отдельно за ними приглядывает трудовой сектор.
Это место было самым тихим, после Мраморных Террас, в которых побывали троица...то есть, Аня и Юля. С того дня ни Аня, ни Юля ни разу не разговаривали ни с Сашей, ни с Назаром. Вместе с другими мальчиками они шастале по школе и занимались мелкими пакостями. Назар был в восторге от этой деятельности, но было видно, что Саше некомфортно заниматься этим, хоть он это и скрывает, но получается у него плохо. Ну и Бог с ними!
- Смотри! Анастасия Руслановна Горелова. Представляешь, вдруг это моя далёкая родственница. А может и не далёкая. Кто знает. - С весельем Юля говорила это, стоя у картины, которая называлась "Орион - 1915". На ней были изображены улыбающиеся люди с добрыми лицами. В глазах их была отвага. Одежда была простецкая.
- Как думаешь, что такое Орион? - Поинтересовалась Аня у Юли.
- Возможно, какая нибудь революционная команда, группа. Не знаю. - Подруга пожала плечами. - О чем ты говорила с Нестором Павловичем?
Сердце почему-то ушло в пятки, а в голове начали бороться две стороны одной ржавой медной медали: рассказать или не рассказать?
На лбу появилась испарина.
Что будет, если она расскажет? Ничего... Тогда, чего она, собственно, боится? Тем более, хранить только в себе такое, не безопасно и вредно, наверное.
Аня все же решилась рассказать вместе со скрипом в ушах.
- И теперь, я не знаю что делать. - Подытожила свой эмоциональный рассказ девочка.
Юля с округлыми карими глазами смотрела на подругу.
- Знаю, ты не веришь...
- Нет, не то, чтобы не верю.... - Замялась Юля. Девочки стояли в последнем зале Пинакотеки. Здесь было много фруктов.
- Я не понимаю, почему ты не рассказала Анне Васильевне?
Юная ведунья с ответом не спешила. Главное, сейчас, не сказать чего-то не так, чтобы не отпугнуть подругу.
- Я...я просто не подумала. Я посчитала, что скажу позже, когда это понадобится. - Смотря в пол, произносила Аня.
- Что? Но...но разве ты не понимаешь, что ты знаешь не все. Может это действительно сейчас нужно...
- Нет, Юля. Возможно, ты права, но говорить этого я не стану, пока сама не разберусь...
- И с кем ты будешь разбираться? С Лидией Мстиславовной? - С неприятным напором сказала Юля, поэтому Аня растерялась.
- Что? Я...нет. Я...я не знаю... Юля, мне нужна помощь. Я чувствую, что в Колдовстворце что-то происходит, как и многие. Но почему-то я отчётливо понимаю, что это только начало. - Юная волшебница заглянула со всей серьёзностью в глаза подруги.
- Да, я с тобой... Я с тобой...