Моя строптивая Омега [Larry Stylison]

// Исправляем ошибки хх

Двери черного хода вели на кухню, где царила такая неразбериха, что оставалось лишь удивляться, как дом еще не подожжен. Вдребезги пьяная прислуга честно старалась обеспечить непрерывное поступление еды и напитков к гостям, но кое-кто уже махнул на эту задачу рукой как на непосильную: баранья нога обугливалась на вертеле, а служанка рядом храпела, развесив губы. Никто даже не заметил, как Гарри нагрузил корзинку съестным, только кухарка слепо пошарила рукой в той части стола, где только что стояла миска взбитых сливок. Не найдя ее, махнула рукой.

— Зачем нам столько всего? — робко полюбопытствовал Луи.

— Разве у тебя не волчий голод? Я намерен удовлетворить его сполна.

Гарри улыбался, но тон был холодный, осуждающий. Это было даже кстати — не хотелось, чтобы он был нежен с омегой на одну ночь. Омега припомнил, что еще недавно шарахался от его нежности к Лувису. Они все время жили в паутине сотканной  лжи.

У черной лестницы стояла лампа для зажигания свечей. Гарри запалил одну и передал своему спутнику. Трудно объяснить, что он чувствовал в эти минуты. Он укрыл Луи Томлинсона в безопасном месте только для того, чтобы он сбежал оттуда, размалеванный и расфранченный. В поисках низменных удовольствий, конечно, — иначе зачем весь этот антураж? А он-то приписывал Луи невинность души!

С одной стороны, Гарри болезненно переживал свою ошибку, с другой — намерен был обратить ее себе на пользу. Его не одурачить, как беднягу Грешема, захотел — будь добр идти до конца! Если разобраться, это очень кстати, поскольку поможет утолить давнее вожделение. Его нельзя сравнить, например, с этим болваном Вернемом, и даже если Луи Томлинсон переспал с половиной Англии, Гарриа Стайлса шатен запомнит на всю жизнь!

Они поднялись на два пролета и оказались перед зеленой дверью, за которой начинался пыльный, безмолвный коридор.

— Я так и думал, что детское крыло в этом доме давным-давно заброшено.

Дверь закрылась, наглухо отделив их от вакханалии внизу. В коридоре царствовала не только тишина, но и холод. Осмотрев четыре комнаты, Гарри выбрал одну. Судя по узкой кровати под скромным лоскутным покрывалом, когда-то здесь была спальня няньки или гувернантки.

— В ведерке остался уголь, есть и растопка, — заметил Гарри, опуская корзинку. — Мерзнуть не придется.

Свеча давала слишком мало света. Луи поставил ее рядом с корзинкой и плотнее закуталась в сюртук, хранивший запах Гарри. Постепенно им овладели сомнения.  Луи Томлинсон с альфой, украдкой, в давно покинутой пыльной комнате, в чужой постели!

Между тем Гарри, пустив на растопку изъеденную мышами книгу, довольно быстро развел огонь. Комната сразу стала приветливее. Омега инстинктивно придвинулся ближе к камину и ненадолго забылся, глядя на танцующее пламя. Его вернул к действительности голос Гарриа:

— Милый, ложе готово!

Он успел сбросить матрас на пол и накрыть одеялом. Опустившись  на эту импровизированную постель, Омега понял, что его судьба решена. Гарри подвинул корзинку ближе, уселся и набросил лоскутное покрывало на колени им обоим.

— Вам не холодно без сюртука? — спросил Луи, кутаясь.

— Ничуть.

Луи смущенно отвел взгляд. Гарри желал шатена. Омега принял бокал вина, сделал сразу несколько глотков и благодарно ощутила в жилах горячую волну. Очень скоро его ударило в голову, перемешало мысли.

— Мне нужно поесть...

— Чтобы не опьянеть? — усмехнулся он. — Пьяней на здоровье, я не против.

— Вы полагаете, милорд, — спросил Луи, отставляя стакан, — что добьетесь меня, только подпоив?

— О нет! Это была бы нелепая мысль. — Гарри проследил контур его губ кончиком пальца. — Тебя учили в детстве не играть с едой? Наверняка учили. А между тем это забавная игра. — Он достал из корзинки ломтик ростбифа и свернул в трубочку. — Ну-ка скажи, на что это похоже?

— На... мясной рулетик! — предположил омега.

— Что? — Гарри оглядел свое творение. — Верно, маловат. — Он взял несколько ломтей и скатал их. — Любишь побольше — вот тебе побольше. — Он сомкнул пальцы Луи вокруг получившейся трубки и приставил себе между ног. — Теперь устраивает?

Луи сглотнул. «Полный ротик молочка»! Почему его не хотят просто накормить? Если вспомнить Грешема, даже такой рулон казался маловат. При мысли о том, что все альфы щедро наделены природой, не то что омег, бросало в холодный пот. Однако приходилось придерживаться выбранной роли. Луи постарался развратно улыбнуться.

— Вполне, милорд!

— Если устраивает, возьми в рот, — мягко произнес Гарри.

Что оставалось делать? Непроизвольно облизнув губы, омега наклонился и сомкнул губы на рулоне мяса.

— Ешь!

Луи откусил. Выпуклость под брюками дернулась, словно шатен впился зубами именно в нее. Ростбиф был отменный, и Луи сосредоточилась на жевательном процессе. Что дальше? Как в таких случаях поступает омега с опытом?

Луи попробовал убрать руку, но Гарри держал крепко.

— Я только хотела выпить вина!

Левой рукой он поднес к губам шатена стакан, а когда омега отстранился, сделав несколько торопливых глотков, облизнул ему губы. Выпуклость под  плененной рукой Луи двигалась, как живое существо.

— Ешь, — сказал Гарри вполголоса. — Силы тебе  пригодятся. 

// О да, и это только начала 

// Кто же знал что у лорда Гарри, такие кинки :D