Фонарь, что освещает реки и горы

Е Чжэнь, застёгивая манжеты белой рубашки, неспешно вернулся к машине. Сюань Линь, уткнувшись в телефон, не поднимая головы, пробормотал:
— Надо было кошельки отобрать у этих ублюдков. Ты знаешь, сколько стоит перекраска автомобиля? Лун Цзивэй взбесится... Хотя, даже если всех их продать торговцам людьми — всё равно не хватит.

— Дядя Сюань, — сказал Е Чжэнь, — у меня есть идея.

— ...Какая ещё?

— Мы можем купить венок. Такой, чтобы закрывал пятно от краски. И приклеить записку: «Мама, я тебя люблю». Скажем, что это декор.

Сюань Линь просиял:
— Гениально! Только я думаю, лучше написать «Жена, я тебя люблю» — так будет искреннее!

Е Чжэнь, видя, что наживка проглочена, хитро улыбнулся. Сюань Линь, как обычно, ничего не заподозрил. По дороге домой он действительно купил огромный букет роз, а по наущению Е Чжэня — ещё золотую бумагу и красную краску. На бумаге мужчина вывел крупными буквами: «Жена, я тебя люблю», приклеил записку к букету, а букет — к капоту. Так любимый «Рейндж Ровер» начальника Девятого отдела Госбезопасности стал выглядеть как свадебный лимузин.

Отец и сын, довольные, вернулись домой.

Еще издалека они заметили Лун Цзивэя, стоящего у ворот с выражением лица, от которого мороз бежал по коже.

— Ученик! Е! Ши! Сань! — ледяным тоном отчеканил Лун Цзивэй.

Е Чжэнь мгновенно юркнул за спину Сюань Линя:
— Ма! Я думаю, тебе стоит сначала посмотреть подарок от дяди Сюаня! Он украсил твою машину, тебе точно понравится!

— Ученик Е Шисань, — сказал Лун Цзивэй, — ты правда думаешь, что сможешь отвлечь меня такой жалкой уловкой? Я всё знаю. Ты устроил драку в школе, отправил ребёнка в медпункт... И вообще, кого ты там мамой называешь?!

Е Чжэнь божился, торжественно тыча пальцем в небо и чертя круги в воздухе:
— Ма, я клянусь, я не вру! Дядя Сюань очень старался! Сначала посмотри, а потом можешь вернуться и отлупить меня!

Сюань Линь сиял от гордости. Лун Цзивэй молча спустился, чтобы осмотреть машину. Увы, бедный, вечно самоуверенный Сюань Линь даже теперь не понял, что стал жертвой хитроумного человеческого плана. Он радостно побежал следом.

«Рейндж Ровер» начальника Девятого отдела был припаркован у обочины, а на капоте красовался огромный венок из роз. «Жена, я тебя люблю!» — крупные алые буквы, выведенные на золотой бумаге, развевались по ветру вызывающе и нагло, так что хотелось сорвать букет и отхлестать им кое-кого по физиономии.

«...»

Лицо Луна Цзивэя почернело. Выдержав зловещую паузу, он мрачно спросил:
— Что, черт возьми, вы сделали с моей машиной?

Е Чжэнь притаился у ворот, подслушивая. Внизу раздался вопль Сюань Линя:
— Жена, успокойся! Ааааа! Это не авария! Клянусь, не авария! Нет-нет-нет, это не я придумал! Жена, я тебя люблю! Жена! Жена! Лун Цзивэй! Начальник Девятого отдела! Будь человеком!! Я все-таки дракон – не бей по лицу! Ааааааа!!

Е Чжэнь, с каменным лицом, показал жест «победа» и спокойно пошёл ужинать.

Не всё решается кулаками. Некоторые задачи требуют ума. Наш ученик Е Шисань, попав в современный мир, действует решительно и уверенно плывёт по течению, ловко лавируя — настоящий герой, умный и храбрый.

Пока он с удовольствием поедал лапшу, сваренную лично Лун Цзивэем (заметьте – в обычной воде), в одной из школ боевых искусств Даляня японец – обладатель чёрного пояса в карате – нанёс внезапный удар ногой, с оглушительным грохотом выбив главного тренера угуаня за линию татами.

Ученики закричали:
— Мастер Чан!

На полу, корчась от боли, лежали другие тренеры школы. Руководитель школы, господин Чан остановил учеников, бросившихся к нему на помощь, с трудом поднялся и глубоко вдохнул:
— Мастера вашей страны действительно сильны. Мы признаём поражение.

Японец тут же опустил руки, поклонился и на ломаном китайском ответил:
— Спасибо за урок.

Затем отступил за спину Хэй Цзе Чуаня и склонился в глубоком поклоне. Тот махнул рукой, разрешая подняться. Его помощник, Охара Цзинчунь, довольно улыбнулся:
— Похоже, в вашей школе не осталось достойных бойцов. Эту партию можно считать нашей победой.

Молодые ученики смотрели с ненавистью, не осмеливаясь возразить.

Охара повернулся к Хэй Цзе Чуаню:
— Господин, уже поздно. Нам следует вернуться в отель или ехать в следующий угуань?

Он говорил по-китайски — демонстративно нагло.

Группа бойцов Хэй Цзе Чуаня за последние недели разгромила десятки местных угуаней. Никто не мог им противостоять. Сначала находились смельчаки, однако все они были повержены и больше не решались бросить японцам вызов. Имя Хэй Цзе стало проклятием для местных мастеров боевых искусств. При одном его упоминании у бойцов подкашивались ноги, а в угуанях накрепко запирали ворота, надеясь переждать бурю.

Хэй Цзе Чуань начал терять интерес.
— Вернёмся в отель. Найти мальчишку с портрета — дело небыстрое.

Они уже собирались уходить, как вдруг вбежал запыхавшийся ученик:
— Шифу Чан! Шифу Чан! С тренером Чжэном беда! Скорее!

В зал вошли двое молодых тренеров, с трудом поддерживая высокого мужчину. За ними — группа подростков с разноцветными волосами в красной форме боевой школы.

Тренер Чжэн выглядел так, будто его только что размазали по асфальту... На теле не было ни малейших следов побоев, но походка была шаткой, движения — вялыми, одно плечо опущено, лицо перекошено, взгляд рассеянный. Говорить он не мог.

Хэй Цзе Чуань бросил на них взгляд. Решив, что это внутренние дела угуаня, он не стал вмешиваться. Его люди прошли мимо, даже не замедлив шаг. Мастер Чан, напротив, поспешил навстречу ученикам:
— Что с Сяо Чжэном? Где вы были? Что случилось?!
— Шифу Чан, тренера Чжэна избили!

— Что произошло?

— Не знаем! Это был какой-то школьник! — дрожащим голосом поведал рыжеволосый ученик. — Настоящий зверь! Он сломал обе руки нашему старшему! Его уже в больницу увезли!

Мастер Чан был потрясён. Он не стал выяснять, почему подросток подрался с учениками боевой школы — сейчас важнее было другое:
— Где его ударили? Что у Чжэна повреждено? Немедленно звоните в скорую!

Ученики бросились врассыпную, набирая 120.

— Мы... мы не знаем. Тот парень двигался слишком быстро... Мы только успели заметить, как он легонько стукнул Чжэна по спине — всего один удар — и Чжэн сразу рухнул!

— И ещё! — добавил другой ученик. — Перед уходом он ткнул Чжэна пальцем в ухо!

Хэй Цзе Чуань уже дошёл до выхода, но, услышав последние слова, внезапно остановился.

— Ткнул в ухо? — переспросил мастер Чан, ничего не понимая.

— Да-да! Просто пальцем! И после этого Чжэн перестал говорить нормально!

— Он сначала мог говорить, а теперь даже глотать не может!

— Он ткнул указательным пальцем, не сильно. Чжэн даже побежал за ним пару шагов, но не догнал — тот ушёл.

Мастер Чан велел уложить Чжэна на землю, расстегнул ему рубашку, осмотрел спину, но не нашел никаких видимых повреждений. Только на заднем плече темнело пятнышко размером с отпечаток пальца. Если не приглядываться — и не заметишь.

— Никаких травм... Почему он не может встать? Может, позвоночник? Или ногу подвернул?

Чжэн лежал, слабо мотал головой, пытался говорить, но рот не закрывался и слова не складывались.

— А с лицом что? — спросил Хэй Цзе Чуань. — Тот парень ткнул его в лицо? Как?

Хулиганы переглянулись. Наконец один, стоявший ближе всех, нахмурился:
— Просто указательным пальцем. Легонько. Чжэн даже не закричал... Но потом лицо как-то обмякло.

Зрачки Хэй Цзе Чуаня сузились. Он стремительно подошёл:
— Покажите!

Его китайский был безупречен, а аура настолько внушительна, что ученики невольно отступили, тревожно глядя на японца. Хэй Цзе Чуань опустился на одно колено. Помощник Охара тут же достал карманный фонарик и подсветил. Пятно на плече Чжэна потемнело и увеличилось в размере. Вначале оно было почти незаметным, теперь же отливало синевой.

Хэй Цзе Чуань слегка надавил пальцем и пробормотал:
— Точка Цзянь Цзин. [3]

Охара побледнел:
— Это... это он?

Хэй Цзе Чуань не ответил. Осторожно повернув лицо Чжэна, он внимательно осмотрел ухо. Странно — никаких следов. Хотя хулиганы клялись, что тот парень ткнул его в ухо, на лице громилы не осталось ни отпечатка, ни покраснения. Хэй Цзе Чуань, будучи экспертом по точечным ударам, знал: существует множество школ. Одни используют пальцы, другие — кулаки, локти, даже ударную волну. У настоящих мастеров пальцы – как клинки: легким движением они способны погасить свечу на расстоянии. Без десятков лет упорных тренировок такого мастерства не достичь.

И, судя по следу на теле Сяо Чжэна, тот китайский подросток по имени Е Чжэнь действительно владеет точечным ударом. После его прикосновения на теле остаётся след – всё потому, что он юн, и внутренняя сила ещё не достигла совершенства. Настоящий мастер, достигший уровня цзунши [4], может лёгким прикосновением заблокировать жизненную точку — и на коже не останется ни следа. Он способен лишить человека жизни, и ни люди, ни духи не найдут убийцу.

Цзе Чуань нахмурился, приблизил фонарик, надавил пальцами на несколько точек на лице Чжэна – и вдруг резко остановился:
— ...Ямэнь.

— Простите, что вы сказали? — директор Чан был в полном недоумении.

— Ему заблокировали точку Ямэнь. Поэтому у него парализованы лицевые мышцы, голос пропал, он не может говорить.

Мастер Чан был потрясён. Первая мысль — бред. Но увидев серьёзное, холодное выражение лица японца, понял: это не шутка.

— Когда тот подросток активировал точку на голове, он сделал это с невероятной точностью. Он не нажал напрямую на Ямэнь, а ввёл внутреннюю силу по соседнему меридиану, вызвав вибрацию, прошедшую от канала Ду Май до пересечения с Ян-вэй. Это ударило по продолговатому мозгу, вызвало потерю голоса и паралич лицевых нервов. В больнице это не увидят — такие техники не диагностируются.

— Точечный удар?!

Хэй Цзе Чуань не снизошел до ответа. Он резко повернулся к ученикам боевой школы:
— Как выглядел тот, кто применил точечный удар?

— Школьник, худой, из соседней школы... — один из хулиганов дрожащими руками показал рост. — Примерно вот такой, на девчонку похож...

Охара поспешно развернул свиток с портретом:
— Это он?

Портрет Е Чжэня был нарисован по описанию девушки с ресепшена, и с реальностью совпадал лишь отдалённо. Хулиган прищурился, долго всматривался, потом неуверенно сказал:
— Похоже... вроде да... А! Он имя назвал!

— Его зовут Е Чжэнь? — спросил Цзе Чуань.

— Е Чжэнь? Нет, он сказал, что его зовут Мао... Мао Цинси! — хулиган хлопнул себя по лбу. Японцы замерли.

— Да, точно Мао какой-то. Он из соседней школы. У них семья богатая, ездит на «Рейндж Ровере», отец его из школы забирает.

Хэй Цзе Чуань нахмурился. Охара тихо заметил:
— Господин, возможно, Е Чжэнь — не настоящее имя. Мы проверили местные документы, исключили всех с таким именем...

Цзе Чуань едва заметно кивнул и направился к выходу. Вдруг директор Чан бросился вперёд, преградив ему путь:
— Господин Хэй Цзе Чуань! Спасти человека — всё равно что построить пагоду в семь этажей! Если вы уйдёте, что будет с Сяо Чжэном?!

Охара усмехнулся:
— Он же не умирает...

— Повреждение не серьёзное. Растворите в выдержанном вине три грамма корня гуйшэнь, [5] пусть выпьет этот отвар, поспит — и точка Цзянь Цзин разблокируется. — Цзе Чуань перебил помощника. — Что касается точки Ямэнь — найдите хорошего китайского массажиста, пусть полчаса помассирует ему спину. Главное — в течение полугода не драться, не кричать, не возбуждаться. Иначе, если случится рецидив — голос не восстановится.

— А если не поможет?.. — директор Чан поспешно догнал уходящих японцев.

— Не может не помочь. — Хэй Цзе Чуань остановился у двери и, не оборачиваясь, пояснил:
— Тот, кто применил точечный удар, хотел лишь преподать урок, а не убить. Поэтому сила воздействия была минимальной. Нажми он чуть сильнее — и господин Чжэн уже был бы мёртв.

Лицо мастера Чана побледнело. Он застыл на месте.

Хэй Цзе Чуань спустился по ступеням угуаня. Помощник поспешил открыть дверь автомобиля.

— Не ожидал, что этот Е Чжэнь — человек с добрым сердцем.

Голос был ровным, без эмоций. Нельзя было понять — это насмешка, восхищение или просто констатация факта. Охара взглянул на его лицо, но не осмелился ничего сказать.

— Настоящее имя — Мао Цинси, да? Мао Цинси... — Хэй Цзе Чуань медленно смаковал это имя.

Не смотря на презрительный тон, в глазах его вспыхнул огонь, как у охотника, встретившего достойную добычу:
— Этого человека... я запомнил.

Автор говорит: катаюсь, извиваюсь, прошу цветочков!!

[1] Меридиан Ду Май (督脉, dū mài,), или Заднесрединный меридиан — это один из восьми чудесных меридианов в традиционной китайской медицине, который отвечает за управление янской энергией в теле человека. Согласно классическому трактату китайской медицины «Хуанди Нэйцзин», меридиан Ду берет начало в нижней части живота, выходит из матки через точку Цюйгу на поверхности тела , проходит через промежность и возвращается к точке Чанцян на копчике . Он поднимается по задней части тела, проходит через заднюю часть шеи к точке Фэнфу, входит в мозг и поднимается по средней линии головы к точке Байхуэй на макушке. Он спускается через переносицу на лбу к точке Суляо на кончике носа, проходит через желобок и достигает точки Иньцзяо в середине верхних зубов.

[2] Ямэнь (哑门) — название акупунктурной точки. Упоминается в трактате «Сувэнь. Теория ци-фу». Другие названия: «Поперечный язык», «Отвращение к языку». Принадлежит к каналу Ду-май (поясный сосуд). Расположение: на задней части шеи, по средней линии, на 0,5 цуня выше задней границы роста волос, под первым шейным позвонком. Находится между шейной связкой и мышцами шеи, в глубине — между дугообразной связкой и спинным мозгом. В этой области проходят ветви затылочной артерии и вены, межостистое венозное сплетение, а также ветви третьего шейного нерва и большого затылочного нерва. Показания к применению: вялость языка, потеря речи, охриплость, ощущение тяжести в голове, головная боль, напряжение и скованность шеи, ригидность позвоночника, опистотонус, инсульт с потерей сознания, эпилепсия, истерия, носовое кровотечение, утолщение языка, рвота.

[3] Акупунктурная точка Цзянь Цзин (肩井 , jiān jǐng)— точка канала желчного пузыря, расположена в области надплечья, является локальной точкой лечения боли в надплечье, спине, шее, напряжения и боли затылочных мышц. Кроме того, Цзянь Цзин эффективна при лечении боли в верхних конечностях. Согласно записям в древних письменных источниках, иглоукалывание точки Цзянь Цзин способствует возбуждению родовой деятельности при беременности. Точка может применяться в родах при слабости родовой деятельности и при задержке плаценты. В других случаях использование Цзянь Цзин при беременности строго противопоказано. Точку также можно использовать при лечении мастита и снижения секреции молока после родов.

[4] Цзунши (宗师, «великий мастер») – человек, добившийся выдающихся успехов в определенной области и пользующийся большим уважением, как, например, Конфуций. Этот термин ввел Чжуан-цзы в своём труде «Чжуан-цзы . Внутренние главы. Глава 6. Великий мастер». Хотя данный титул принадлежал наместнику образования и просвещения и действительно существовал в эпоху династий Мин и Цин, к реальным современным рангам в боевых искусствах он не имеет никакого отношения, зато используется в играх и комиксах, например, в онлайн-игре «Dungeon & Fighter» это титул дзюдоиста-мужчины, а в «League of Legends» звание «Грандмастер» соответствует уровню лучших игроков.

[5] Корень гуйшень (или «Гуйшaнь») — это вымышленное растение из игры Nine Sols. Он обладает человекоподобной формой и ядовитыми алкалоидами, способными убить даже гигантского зверя.