31. Никому не отдам
Домой мы приезжаем только ближе к одиннадцати вечера. Я никак не могу насытиться прикосновениями парня, ощущением близости его тела и любимым голосом, который не слышала почти весь день. Даже и не думала, что всего за несколько часов начну ощущать настолько сильную потребность в Гуке. Сейчас кажется, что даже если я на пару минут с ним расстанусь, то может случиться что-то ужасное, и снова его потеряю. От этой пугающей мысли я жмусь к брюнету ещё теснее, а он и не стремиться меня отпускать, крепко обхватив за талию.
Едва мы входим в лифт, как Чонгук тянет меня ближе к себе и накрывает требовательным поцелуем мои губы, прижимая спиной к прохладной стене. Я зарываюсь пальцами в тёмные волосы и едва сдерживаю стон, когда парень подхватывает меня под ягодицы, одновременно врываясь языком в приоткрытый рот. Жмусь к нему как можно ближе, ласкаю его язык своим языком и жадно соприкасаюсь губами, почти кусая от нетерпения. Я хочу его сейчас, хочу чувствовать как можно ближе, прикасаться к его телу, ощущать жаркие поцелуи на своей коже, хочу снова растворяться в нём, вновь забывая обо всём вокруг, кроме Чона, кроме всепоглощающих чувств к нему, которые даже при большом желании никогда не смогу в себе подавить.
Лифт останавливается на нашем этаже, и парень на ощупь отмыкает своим ключом квартиру, свободной рукой рисуя незамысловатые узоры на моей спине, от чего по телу пробегаются мурашки. Я крепче обхватываю его ногами, подаваясь вперёд, подставляясь под его прикосновения, стремясь утонуть в них. Гук чуть прикусывает мою нижнюю губу и быстро зализывает место укуса, от чего с губ срывается стон, который становится громче, когда губы парня припадают к моей шее, оставляя на ней грубые укусы, а затем вознаграждая нежными поцелуями и мягкими касаниями влажного языка, что отзывается во мне приятным трепетом ниже живота.
Чонгук переносит меня в гостиную и усаживается на диван со мной на руках, отстраняясь на пару секунд, чтобы стянуть с меня вязаное платье, оставляя в тонком нижнем белье, и снова захватить в плен мои губы, увлекая в страстный, отчаянный поцелуй, лишая меня последних капель рассудка, затерявшихся в опьянённой голове. Я быстро расстегиваю на нём рубашку, касаясь пальцами обнаженного торса, прохожусь по нему ноготками, прижимаясь к разгорячённой коже. Чонгук гладит меня по спине, опускается ниже, сжимает ягодицы и тянет меня ближе, заставляя ощутить его напряженный член через ткань джинсов. Я уверенно ёрзаю на нём, разжигая в нас обоих желание, и отрываюсь от его губ, чтобы лёгкими поцелуями коснуться кожи, уделив особое внимание татуировке на груди. На мгновение заглядываю брюнету в глаза и вижу в них такое же дикое желание, которое сейчас наверняка сложно не заметить в моих глазах.
Мой бюстгальтер летит куда-то в сторону, и Чон снова перехватывает всю инициативу на себя, втягивая губами затвердевший сосок, чуть цепляя его зубами, прикасаясь языком. Я обхватываю парня за плечи, вонзаясь в них ногтями, и с протяжным стоном выгибаюсь в спине, подаваясь навстречу брюнету. Припадая губами ко второму соску, он неторопливо скользит пальцами с ягодиц к внутренней стороне бедра, сдвигая в сторону ткань трусиков и проникая двумя пальцами прямо к самому центру разгоревшегося во мне жара, ритмичными движениями доводя меня едва ли не до исступления.
Чонгук убирает руку, но только для того, чтобы расстегнуть джинсы. Снова касается моих губ поцелуем и одновременно приподнимает за бёдра, сдвигая в сторону трусики, насаживая меня на твёрдый, горячий член. Я крепче цепляюсь за плечи Чонгука, с его помощью приподнимаясь и опускаясь на его члене. Тело словно окутывает жаром и сладкой истомой от этих тесных ощущений, от приятного чувства целостности, от размеренных проникновений.
Немного неуклюже отвечаю на поцелуи парня, чувствуя, как пламя ниже живота разгорается всё ярче. Чон прерывает поцелуй и теснее обхватывает мои бёдра, уже самостоятельно контролируя проникновения, вторгаясь в тело резкими грубыми толчками. С моих губ с протяжными пошлыми стонами срывается имя парня, и я уже никак не могу себя сдерживать, вонзаясь ногтями в его плечи.
По телу проходится приятная дрожь, и пламя медленно стихает, оставляя мне ощущение лёгкой расслабленности. Чонгук с глухим стоном кончает мне на бедро и откидывается на спинку дивана, заключая меня в объятья, зарываясь носом в распущенные волосы и вдыхая их запах. Всё ещё рвано, прерывисто дыша, я прячу лицо у него на груди, прикрывая глаза. Мы оба молчим, но мне сейчас и не нужны слова. За нас говорят мягкие прикосновения к телам друг друга и негромкий стук сердец.
Спустя примерно полчаса, может, чуть больше, я всё ещё сижу на руках у брюнета, уткнувшись носом ему в плечо. На мне рубашка Гука, накинутая на голое тело, на парне только джинсы, в то время как торс так и остаётся обнаженным, и я могу спокойно очерчивать татуировку в виде Феникса у него на груди, ощущая приятное покалывание от прикосновений к его коже.
— Мне так хорошо с тобой, — шепчу, чуть отстраняясь и заглядывая в голубые глаза Чонгука, в которых виднеется привычная хитрая усмешка. — Не хочу, чтобы это закончилось.
— Не закончится, — обещает парень, лёгким поцелуем коснувшись моих губ. — Ты всегда будешь только моей, Бурундук Чэнн, и я уж точно никому не позволю тебя отнять.
В голову так не вовремя рвутся мысли об отце, от которых я старательно отмахиваюсь, не позволяя омрачить такой прекрасный момент. Но они всё равно не дают покоя, и Гук будто бы чувствует это.
— Посмотри на меня, — просит он, приподнимая мою голову за подбородок. — Я уничтожу любого, кто хоть попробует прикоснуться к тебе, обидеть тебя, а уж тем более сделать больно, — рычит Чонгук, не сводя с меня уверенного взгляда. — На этот раз без пустых слов и ошибок с моей стороны. Я убить за тебя готов, и ты это прекрасно знаешь.
— Это меня и пугает, — усмехаюсь криво, тем не менее его слова сейчас не вызывают сомнений. За то время, что мы снова вместе, я полностью и безоговорочно доверилась Гуку, хоть порой кажется, что именно это когда-то сыграет с нами обоими плохую шутку. — Не только ты готов за меня убить. А я не хочу ничьей крови.
— Тогда я просто тебя никому не отдам, — смеётся Чонгук, чмокнув меня в висок, — чего бы мне это ни стоило.
Что-то подсказывает, что это чистой воды лукавство. Одно дело – просто держать при себе, а другое дело - бороться за то, что принадлежит. Чонгук всегда выбирал второй вариант, не желая стоять в стороне и ждать, пока всё решится само собой. Он слишком импульсивный, слишком резкий, слишком уверенный в собственных силах... иногда даже хочется добавить, что он слишком... смелый, эта черта в нём практически граничит с безрассудством, абсолютным отсутствием инстинкта самосохранения. Это пугает меня в нём, но вместе с тем я понимаю, что именно за всё это я его и полюбила. Будь Чонгук хоть немного не таким, какой он есть сейчас, быть может, мы бы и не стали парой. Правда, не могу утверждать, что так лучше для него, ведь порой кажется, что без меня Гуку было бы проще... выжить.
— Идёт, — отзываюсь с наигранной усмешкой, снова пряча лицо у него на груди. А уж я позабочусь, чтобы стоило ему это как можно меньше.
Спасибо, что дочитали данную главу, люблю каждого ❤️