🕷РИТУАЛ🕷
[Питер]
Всё было так реально, словно действительно происходило на самом деле. Мозг Питера понимал, что это всего лишь сон, но сознание играло с ним злую шутку. Он видел и чувствовал свои руки, которыми обхватил знакомое лицо, расплывающееся перед глазами. Внутри бушевали эмоции. Их было так много, что они обрушивались подобно шквалам и торнадо, терзающим тело изнутри.
Стало дышать тяжелее.
— Питер... – слышит он голос, доносящийся до него сквозь шум в ушах. Такой знакомый и любимый голос. Еле-еле слышимый, как шёпот ветра.
— Просто держись, Бэт. Держись, прошу тебя. Скоро приедет помощь и всё будет хорошо, – говорят за него губы, а он пытается понять, почему это говорит. Почему улыбается, пытаясь вселить в неё уверенность, которой не было даже у него самого. Почему собственное тело и слова кажутся совершенно чужими.
Мысли текли в голове, как бурная река. Они твердили:
"Нужно дождаться помощи. Нужно дождаться. Нужно... дождаться... "
— Питер... – и снова зовёт она, а он, наконец, панически осознает кто у него на руках.
— Ты же веришь мне? – спросил Питер, поглаживая её лицо и не отрывая от неё своих глаз.
Не он спрашивал. Не он гладил.
Чужой. Чужой. Чужой.
Но одновременно это был и он.
— Да, – с трудом ответила она, слабо улыбнувшись. — Но мне... Я так устала. Просто хочу ненадолго... прикрыть глаза.
Почему это происходит? Почему она... умирает? Почему он видит и переживает это?!
— Нет, нет! – просит он, ощущая леденящие руки, что сжимают его сердце, причиняя невыносимую боль. — Не смей закрывать глаза! – голос режущий, но с нотками уже неконтролируемого отчаяния и страха.
А она всё ещё продолжала смотреть на него так, будто он был для неё центром всего мира. Эти добрые, любимые глаза, которые Питер так обожал. Из них медленно уходила жизнь.
— Я не смогу без тебя, – шептал Питер. — Не смогу, Бэт...
И это правда. Он без неё не мог жить. Как же он будет существовать? Нужно ли вообще такое существование, если в мире нет её?
Затем вспышка. Ещё вспышка. Мелькают картины. Прибывает скорая помощь. Питер передаёт Бэт на руки врачам. Слышит слова, как ножом врезавшиеся в его сердце.
— Мы теряем её! Остановка сердца!
Он видит, что бледная рука безвольно падает...
На этом сон оборвался. Но приснившегося вполне хватило, чтобы заставить резко подняться в постели и закрыть лицо руками, вздрагивая от ужаса, паники и страха, смешавшихся в один клубок.
Ему впервые было на столько страшно. Он и раньше боялся потерять Бэт, однако в этом сне всё происходящее казалось слишком реальным, будто он действительно перенёс подобное в жизни. В груди неистово билось сердце. Оно сжималось так сильно, что стало больно.
Питер сел на край постели, спустив ноги на холодный, деревянный паркет. Это хотя бы немного прояснило голову. Он постарался выровнять тяжёлое и учащенное дыхание. Лоб покрылся испариной. Даже температура поднялась достаточно высоко, так как горячую кожу он мог объяснить только так.
Он обвёл рассеянным взглядом свою комнату, чтобы убедиться, что сон закончился и что сейчас находился в реальности. То был ад. Настоящий, который причинял физическую и моральную боль. Именно так ощущалась её смерть. Подобного Питер снова переживать не хотел. Да и когда-либо тоже.
Что за странный сон, который посетил его? Он не был похож на обычный кошмар. Кошмары так не воспринимались им никогда. Может, осознанный сон? Он читал о таком, но не испытывал. При осознанном сне человек осознает себя спящим и может управлять своим сновидением. Только вот Питер лишь осознавал себя спящим, ощущал всё окружающее и понимал его, но не мог ничего сделать. Как будто он находился по ту сторону маски, в чёрном пространстве, и просто смотрел. Чувствовать себя таким беспомощным – убивало.
Первым действием ему захотелось убедиться, что с Бэт всё в порядке, но затем он остановил этот порыв и убрал руку от телефона. Незачем её будить и нагружать своими страхами. У них впервые было всё прекрасно. Никаких злодеев в Нью-Йорке, ничего такого, чтобы могло сильно тревожить. А кошмары... это всего лишь остатки его прошлых переживаний. Да, вот именно. Плохое осталось в прошлом. Скоро они будут жить вместе и планировать совместное будущее. Для них начнётся новая жизнь.
Раньше это было весьма спорным утверждением, ведь у супергероев не бывает нормальной жизни. Так было до появления Майлза. Подростка, переехавшего со своей мамой в Бруклин. Оказалось, что и он обладает подобными способностями. Невероятно! Теперь Питер не был такой один во всем мире. Он сможет жить спокойно, уверенный в том, что городу и его жителям не будет угрожать опасность под присмотром нового Человека-Паука.
Из-за этого страшного и непонятного сна Питер совершенно не выспался. Он снова прилег, попытался уснуть, но сон не шёл. Возможно, подсознание не желало видеть тот же самый кошмар, поэтому и не давало провалиться в царство Морфея. Паркер отчаянно хотел забыть приснившееся и больше не вспоминать. Его мозг, увы, пытался анализировать увиденное и докопаться до мельчайших деталей. Зачем это было нужно? Может, так он пытался успокоить самого себя? Но что ему даст анализ собственного кошмара, похожего на явь?
Была одна деталь, которая не давала ему покоя. Она сперва не слишком ясно отражалась на поверхности, пока он не понял, что это единственное, показавшееся странным. Да, это точно был он сам в этом сне, а в его руках Бэт. И вроде бы такая же обстановка, потому что тот район он знал, так как иногда пролетал неподалёку. Но это слово "вроде" и смущало. Не смотря на знакомое место, всё казалось чужим. Не тем, к чему Паркер привык. Такое сложно объяснить, нужно почувствовать.
"Перестань себя накручивать и выдумывать нелепицы. Просто забудь", – мысленно твердил себе Питер.
Он взглянул на будильник, что стоял на прикроватной тумбочке, и увидел на часах горящие зелёным светом цифры – 5:30. Обычно Питер вставал в семь утра и отправлялся на очередное патрулирование улиц. У него ещё было два часа на то, чтобы более менее привести себя в порядок. Приняв душ, Паркер почистил зубы и побрился, отметив, что щетина стала отрастать быстрее. Бэт бы вряд-ли оценила его преображение в монаха с бородой.
Затем он побрел на кухню, найдя в шкафчике над плитой пачку кофе. Крепкий, как любил. Сделав бутерброды с колбасой и сыром, Питер неспеша ел их, смотря в окно с видом на просыпающийся Нью-Йорк. Даже отсюда он видел билборд с утренним, коротким приветствием от Джея Джоны Джеймсона. Такие висели в разных частях города. Кстати говоря, Питер собирался скоро покинуть Daily Bugle. Зарплата его не устраивала, как и отношение Джеймсона к фотографиям, которые он приносил ему на стол. Он уже давно думал о смене работы. Окончание стажировки в Оскорп открывало новые возможности и предложения, но Питеру было ближе преподавание. Наконец, он осознал это. Он думал над учителем химии в Мидтаунской школе.
Так как оставалось немного времени до патруля, Питер решил совершить пробежку до ближайшего парка и обратно. Одел синие, потертые местами джинсы, серую толстовку и и кроссовки. Он и забыл, когда вообще бегал или занимался каким-нибудь спортом. Да, было дело до укуса паука. Ему нужно проветрить голову и сбросить напряжение.
Питер вышел из квартиры, не забыв закрыть ее на ключ, и спустился по лестнице на улицу. Накинув капюшон, вставил наушники и неторопливым бегом направился в сторону парка. Дорога туда занимала не больше пятнадцати-двадцати минут, если бежать. Впрочем, что он и делал в данный момент. Пробежка помогла очистить разум и успокоиться. Он довольно быстро вернулся обратно, чтобы надеть костюм и выбраться через окно на встречу супергеройским делам.
Не мог не позвонить Бэт и пожелать ей доброго утра. Его звонки обычно выливались в то, что он являлся к ней домой и они проводили время вместе, потому что всегда сильно скучал и находил любой повод для встреч. Пригласил её в кафе пообедать, на что получил положительный ответ. Стоило чаще куда-то ходить и выбираться.
Они посещали несколько кафе на Пятой авеню. Пятая авеню берёт начало у Вашингтон-Сквер-парка в Гринвич-Виллидж и ведёт на север через Мидтаун вдоль восточной стороны Центрального парка, далее через Верхний Ист-Сайд и Гарлем, и заканчивается у пролива Гарлем-Ривер. Какого-то одного места, любимого, не было. Каждый раз выбирали разное, где можно посидеть, побыть вдвоём и хорошо поесть. Все заведения открывались не раньше семи тридцати утра. Питер не смог устоять перед соблазном и заскочить за стаканчиком горячего какао, так как до обеда ему предстояло летать то тут, то там. Бывало, что спасать приходилось продавцов или владельцев таких вот небольших кафе, ресторанов или магазинов, за что ему буквально впихивали еду в качестве благодарности. Однажды, Питер обезвредил грабителей в китайском ресторане, а потом улетел оттуда с тремя коробками острой лапши, так что голодать не пришлось. Ему всегда были рады во многих заведениях и бесплатно угощали, поэтому Паркер наведывался туда пару раз. Он не любил, когда давали деньги или украшения. Еда... ну, здесь отказаться было трудно.
Питер хотел бы пойти с Бэт в кафе, когда оно только открывалось и посетителей было немного, но приходилось раздраженно оглядываться каждый раз через плечо, когда звонил колокольчик над дверью, потому что они с трудом успели занять место у входа. Но даже в таком положении у всего этого имелась своя особая атмосфера. Все кафе были, на удивление, уютными. Не смотря на то, что "маленькие дома" прятались между огромными, серыми, стеклянными высотками, они не переставали терять волшебство, принимая множество посетителей в свои объятия. Каждое заведение имело разный как внутренний вид, так и внешний. У каждого заведения свой владелец, подаривший душу. Сколько историй происходило здесь – не сосчитать.
Питер считал, что проблемы в жизни каждого человека бывают определённого уровня сложности. Он ни в коем случае не думал, что всё можно решить лёгкими путями, едой или выпивкой. Проблемы решаются либо действиями, либо разговорами. К чему он, собственно, вёл? В таких кафе нужно просто наслаждаться моментом и если есть какая-то проблема, у которой, на первый взгляд, нет решения, стоит спросить у незнакомца совет.
Они присели за столик и взяли меню, дожидаясь, пока официантка запишет заказы других посетителей.
Питер постоянно бросал взгляды на улыбающуюся Бэт, сидящую напротив него, и о заказе совершенно не думал. Её светлые волосы длиной чуть ниже плеч, тонкие губы, накрашенные розовым блеском, курносый и маленький носик, россыпь едва заметных веснушек, гладкая и чистая кожа – всё это отпечаталось у Паркера в памяти так глубоко, что только со смертью и исчезнет.
Он не сразу расслышал вопрос официантки, из-за чего пришлось переспросить:
— Что вы сказали?
— Я спросила, что вы будете, – любезно повторила девушка в короткой юбке и кремового цвета фартуке, одетого поверх фиолетовой блузки. Её красные волосы красиво переливались на солнце.
— Мне, пожалуйста, ванильный кофе с цедрой апельсина и... – Бэт задумчиво перелистнула страницу меню, а затем ткнула пальцем куда-то в верхнюю строчку, —... салат Цезарь!
Официантка записала её заказ в розовый блокнот и перевела взгляд на Питера, который слегка растерялся, но потом сказал:
— Мне тоже кофе. Крепкий, обычный. Можно ещё два хот-дога. Пожалуйста.
Красноволосая странно на него покосилась и, записав его заказ, перешла к следующему столику.
— Как мне кажется, ты показался ей довольно заторможенным, – произнесла Бэт, улыбнувшись. — Что с тобой такое?
— О чем ты? – Питер отложил меню, вопросительно посмотрев на неё.
— Я же вижу, что ты слишком погружен во что-то. Какие мысли тебя одолевают? Расскажи.
— Всё в порядке. С чего ты взяла, что со мной что-то не так? Хотя нет, знаешь, ты права. Я не нашёл в их меню горячего шоколада.
— Какая катастрофа, – засмеялась Бэт, откинувшись на спинку стула.
— И кофе у них на картинке выглядит не очень, – добавил он, мысленно радуясь, что смог соскочить с темы, которую обсуждать и, тем более, вспоминать не хотел.
— А ты значит специалист по кофе, Питер Паркер?
— Я недолго работал баристой, чтобы денег подкопить на подарок тёте Мэй. У неё тогда был день рождения, а у меня в карманах ни гроша. В копилке осталось пару долларов, но на что-то хорошее не хватало.
Бэт качнула головой и в её глазах он увидел сочувствие, восхищение и гордость.
— Не врёшь? – в ее голосе чувствовался смех. — Как-то не верится, что ты за недолгое время успел узнать, как должен выглядеть настоящий кофе.
— Неужели я похож на человека, который может тебе соврать? – поддельно возмутился Питер.
— Даже не знаю, – фыркнула она.
Вскоре, им принесли их заказы. Они вели непринуждённую беседу обо всём, не переставая смотреть друг на друга и переплетать пальцы.
Вдруг, по спине Питера прошли мурашки. Он опустил глаза на свою руку и заметил, что волосы встали дыбом. Что-то было не так. Не конкретно здесь, иначе бы он это почувствовал. Паучье Чутье отреагировало на опасность где-то неподалёку отсюда.
Бэт всё поняла, потому что коснулась его руки и спросила:
— Что-то случилось?
Питер кивнул, устремив взгляд в окно, за которым люди шли неспешно кто по своим делам, кто просто прогуливался. Не скажешь сразу, что где-то опасность. Но так было всегда. Опасность никуда не уходила, а затаивалась. Хотелось надеяться, что это не что-то слишком серьёзное. Однако, судя по тому, как трубило его Чутье, увы, это как раз было дело серьёзное.
— Пока не могу понять что, – произнес он, прислушиваясь к своим ощущениям. — Какие-то странные колебания в пространстве... Никогда такого не чувствовал.
— Иди, – сказала Бэт уверенно.
— Ты уверена? Не могу тебя оставить...
Уотсон приложила палец к его губам, чтобы он замолчал.
— Проверь, о чем тебя предупреждает твоё Чутье. Я буду здесь. Если что-то случится, позвони или отправь сообщение. В другом случае, я сама узнаю, когда на улицах начнётся паника.
— Последний вариант не слишком оптимистичный, – улыбнулся Питер, но сам внутренне оставался серьёзен.
— Мне не впервой избегать передряг, – ответная улыбка появилась у неё на губах. — Я смогу о себе позаботиться.
— В очень-очень плохом случае, – произнес он, доставая ручку из внутреннего кармана рубашки, чтобы записать на салфетке номер, — позвони Майлзу, – и пододвинул белый клочок с цифрами к ней.
Бэт взяла салфетку с номером и положила к себе в сумку. Как только она подняла взгляд, то Питера уже не было. Уотсон только вздохнула.
Он вышел из кафе, оглядываясь в поисках места, где можно незаметно переодеться в костюм. Таким оказался общественный туалет. Лучше бы никто не спрашивал, как в тесном пространстве ему удалось надеть костюм...
Выпуская паутину, взлетает в поисках источника опасности. Один квартал, второй, третий... И ничего. Чутье будто бы замолчало, но всё равно ощущалось очень слабо, что означало – он отдалился далеко. Развернулся в обратную сторону, пролетая над пробками из машин.
"О чем меня пытается предупредить Паучье Чутье?" – никак не мог понять Питер, безрезультатно осматривая улицы.
Неожиданно он резко затормозил, когда бежал по крышам зданий, и присел на корточки, всматриваясь в небольшой переулок. Пустой. Лишь мусорные, зелёные баки и валяющийся рядом мусор. Переулок был длинным и по ширине примерно чуть больше одного метра. Некоторые окна домов выглядывали прямо туда. Питер переместился на одну из лестничных, ржавых клеток, и притаился, сам не зная, чего ждать или кого. Чутье указало на это место. Здесь должно было что-то произойти. Ему не нравились эти колебания в пространстве. Ничего подобного он никогда не ощущал. Этому вообще было какое-то название?
Питер едва ли сумел поверить своим глазам, когда в переулке, прямо из воздуха, возник... портал? Да быть того не может! Но это действительно был портал. То есть, вроде похоже на магию и всё такое. Оранжевые всполохи, форма круга. Портал погас и из него вышел человек в фиолетовой накидке, лицо скрыто за капюшоном. Он огляделся, но, к счастью, вверх и не думал смотреть, потому что именно там Питер и прятался. Со взмахом его руки на асфальте появилось несколько свечей, расставленных по форме пиктограммы, пользующейся спросом у оккультистов и разных сектантов.
"Этот человек задумал провести какой-то ритуал?" – Питер задумчиво не спускал с него глаз, готовясь в любую минуту спрыгнуть и остановить его. Но сейчас он ждал хоть чего-то что могло бы сказать о том, что этот человек хочет сделать.
По правде говоря, Паркер всё ещё не мог отойти от осознания того, что магия реальна. Хотя он сам когда-то и не думал даже, что станет супергероем. Одно казалось невозможнее другого, однако он здесь. Если теперь учитывать, что магия существует, то и многие теории в науке можно опровергнуть или же наоборот найти им другое объяснение, или все теории и вовсе... недействительны.
"Злодея с волшебными способностями у меня ещё не было. Это что-то новенькое", – усмехнулся Паук.
Но ритуал или что он там задумал, этот волшебник собирался провести не один. Разумеется, в таком деле нужны помощники. Через какие-то минуты сквозь тот же портал прошло несколько человек в темных рясах и лишь потом он закрылся.
"Пособники? Ученики?" – размышлял Питер, склонив голову.
Похоже всё таки второе, так как они встали вокруг свечей и зажгли их. Значит, и у них есть магические способности. И сколько же таких магов в Нью-Йорке? А на планете? Столь многое было скрыто от людей в обычной жизни...
Заженные свечи в виде пентаграммы выглядели ещё более зловеще. Кажется, что даже тени сгустились вокруг этого действия. Питера глаза точно не обманывали, когда по земле начал стелиться туман, окутывая весь переулок, будто закрывая его от посторонних. Главный маг выступил вперёд и у него в руках появилась странная книга. В чёрной обложке и... с металлическими страницами? Было похоже на что-то подобное. Питер впервые видел такую книгу, от того она и странная, необычная. Наверняка книга заклинаний. От неё веяло тёмной и злой аурой.
Вопросов у Питера было несколько: что это за маг, что за книгу он использует, почему именно этот переулок для проведения ритуала. Пора получить на них ответы.
— Эй! – воскликнул Паук, привлекая к себе внимание, и спрыгнул вниз, уперев руки в бока. — Что за собрание сатанистов?
Все взгляды тут же обратились на него. Ощутимое напряжение повисло в воздухе. Главный человек в фиолетовой накидке, которого Питер про себя окрестил Волшебником, поднял голову от книги и прищурил свои чёрные глаза. Паркер тем временем рассматривал его в ответ. Уже не молодой мужчина с седой, короткой бородой, орлиным носом, тонкими губами, сжатыми в прямую линию, презрением и ненавистью в глазах. Портрет злодея.
— Человек-Паук, – произнёс Волшебник, словно с трудом выплюнул это слово из себя. — Пытаешься снова помешать мне?
Что значит "снова"?
— Ты меня знаешь, а вот я тебя нет, – сказал Питер, напрягаясь. — Я в первый раз тебя вижу.
Маг усмехнулся и Паркеру стало совсем уж не по себе. Это ухмылка вселяла настоящий ужас.
— Верно. Ты меня не знаешь. Мы с тобой ещё не встретились. Но я не собираюсь отступать, чтобы ты не испортил мою жизнь ни сейчас, ни в будущем.
Его ученики выставили оранжевые щиты, делая шаги по направлению к Питеру.
— Вам не кажется, ребята, что это немного нечестно? У вас магия, а у меня никаких преимуществ, – удрученно вещает Паркер, но похоже жалости ни у кого не вызвал, так как на него напали, стреляя каким-то острыми и опасными сосульками, от которых тот увернулся, сделав прыжок назад.
— Задержите его, – приказал Волшебник, накрывая пентаграмму вместе с собой переливающимся защитным куполом.
Он начинает зачитывать заклинание и Питер понял, что нужно поторапливаться.
— Вы работаете в цирке? Должно быть, детям нравятся такие трюки, – с издевкой проговорил Паркер и выпустил из двоих запястьев паутину, которая отразилась от магических щитов и быстро истлела.
"Тогда нет другого варианта. Придётся драться в ближнем бою", – решил Питер и напал на первого мага, стоящего к нему ближе других.
Но не так-то просто оказалось с ним драться. Их что там, в Хогвартсе боевым искусствам учат? Одного он смог отвлечь на себя, а остальные окружили его, швыряя различными заклинаниями. Должно быть, Питер слишком увлёкся, поэтому не смог отразить направляющуюся на него атаку. Он только успел выставить ладони перед собой, когда мощный поток магии сбил его с ног. Паук отлетел предположительно на несколько метров от переулка, пробив собою витрину на другой стороне улицы, из-за чего люди в панике закричали и начали разбегаться. Осколки стекла посыпались на него и в некоторых местах распороли костюм. Питер охнул, переворачиваясь на спину.
Если он хоть на секунду поверит, что ничего не может сделать или как-то помешать планам чокнутого Волшебника, то... Нет. Ни за что. Нельзя поддаваться страху. Он обязательно справится, как и всегда. Ради людей. Ради Бэт и своих близких.
Он поднимается на ноги, стряхивая с себя стекло, и вновь устремляется обратно. На этот раз намереваясь решительно закончить это цирковое представление с главным фокусником с манией величия. У них есть магия, зато у него Паучье Чутье, рефлексы и физическая сила.
Рывок. Удар. Разворот. Удар.
Первого мага он смог опутать паутиной и прикрепить к стене. Волшебник всё ещё читал заклинание и похоже оно приближалось к своему завершению, так как небо заволокло тучами и начал громыхать гром.
Рывок. Удар. Разворот. Удар.
Он положил ещё двоих, но от электрического заклинания его знатно трепыхнуло, что дыхание стало прерывистым и из носа пошла кровь. Не смотря на всё это, Питер ударом в челюсть уложил последнего мага, опутав руки с помощью паутины, чтобы помешать ему колдовать.
Нужно было разрушить защиту, которую поставил Волшебник. Иначе к нему не подобраться. Но как? Вдруг ему пришла в голову идея. Если спровоцировать злодея, то у него будет немного времени на кражу тёмной книги, потому что защита падёт. Питер был уверен, что тот не откажется от возможности схватить его, судя по личной неприязни.
— Эй! – выкрикнул он, махнув рукой.
Но Волшебник не отреагировал на него, продолжая громко читать заклинание, зловеще слетающее с его губ.
— Кажется, ты говорил что мы знакомы, верно? – Питер медленно подошёл к куполу, разглядывая колдуна за ним. — Не припоминаю нашего знакомства. Возможно, я спас тебя и не запомнил. На такое обижаться как-то по детски, не находишь?
Волшебник лишь злобно сверкнул тёмными глазами.
— Ладно, – пожал Паук плечами. — Я дам тебе свой автограф или можем даже сделать совместное селфи. Что скажешь? О, нет, погоди, постой! Я, наверное, понял в чём дело! Ты из будущего, да? И я что-то сделал не так в твоём времени? Извини, если не помню, я же не в том времени. По моему, это логично. Не подскажешь что я сделал? Должно быть, из-за меня ты лишился работы, тебя бросила девушка или...
Купол с треском пал и Питер почувствовал захват магии на своей шее. Его начало поднимать над землёй. Волшебник оставался на месте, однако удерживать Паука и читать одновременно заклинание он не мог.
"Книга... Нужно забрать у него книгу... ", – подумал Питер, стараясь прогнать чёрные точки перед глазами из-за недостатка кислорода.
— Ты, – прошипел колдун сквозь зубы, — отнял у меня мою семью!
Питер замотал головой и хрипло выдавил:
— Это какая-то ошибка. Ты ошибаешься...
— Здесь нет никакой ошибки, Человек-Паук! Ты отнял у меня самое дорогое в моей жизни и я хочу, чтобы ты мучительно страдал. Тебе не остановить меня. Твои попытки смехотворно жалкие.
— Правда? – Паук под маской улыбнулся. — Что же ты тогда так легко поддался на мою провокацию?
И выпустил паутину, притягивая книгу к себе. Магический захват ослаб и он тут же погасил все заженные свечи ещё одним залпом.
— Уже ничего не изменить. Слишком поздно, – произнес Волшебник и его губы растянулись в победной усмешке.
Питер поднял взгляд вверх, чтобы увидеть, как гром засверкал громче, а серые тучи расползались всё дальше по голубому небу, поглощая краски.
— Что ты сделал?! – яростно спросил Паркер, стараясь перекричать поднявшийся ветер.
— Забрал у вас магию, – ответил колдун, подняв руки, которые мерцали фиолетовым, и начал шептать последние слова на неизвестном языке, чтобы завершить ритуал.
За доли минуты Питер успел подумать о не самом рациональном поступке и ринулся в центр пентаграммы, сам не зная почему. Так подсказывало шестое чувство. Волшебник лишь на секунду прервался, удивлённый этим действием супергероя. Когда Паук занёс ногу над свечами, ступая ею внутрь, из центра ударил яркий и белый столп света, который откинул его в сторону. Мощный поток энергии бил в небо несколько минут, пока не иссяк. Тучи и гром медленно рассеялись, не оставив и следа на снова голубом полотне.
Волшебник засмеялся, подойдя к Питеру, что с трудом приподнялся на локтях, крехтя от силы удара, приложившего его в стену дома. Колдун склонился к нему и проговорил:
— Ты опоздал, Человек-Паук. Скоро вся магия этой планеты перейдёт ко мне и я смогу беспрепятственно воспользоваться Камнем времени, чтобы уничтожить тебя навсегда.
"Камень времени?" – зацепился Питер за его слова. "Это какая-то штука, которая перемещает во времени? Но как он тогда попал сюда из будущего, если им не пользовался?"
Вопросов было больше, чем ответов. Магия. Книга заклинаний. Ритуал. Камень времени. Всё это свалилось новой информацией, которую Питер сейчас был не в состоянии переварить и осмыслить.
— Это принадлежит мне, – Волшебник поднял раскрытую книгу, лежащую рядом с ним, и захлопнул её. — Неудачная попытка выкрасть у меня Даркхолд.
"Так вот как она называется. Очередное непонятное название", – подумал Питер, не зная, чем ему это знание пригодится.
— Ты жалок, Человек-Паук, – с ненавистью выплюнул маг, открывая портал и покидая переулок.
Похоже, это действительно было так, если он не справился. К чему могла привести потеря магии по всей планете? Уж точно к серьёзным последствиям. Он приподнялся, присев у стены, и облокотился на неё затылком, вздыхая со свистом. Его костюм был порван во многих местах. Порезы от стекла ещё не зажили. Синяки по всему телу обеспечены. Раздался звонок и Питер вытащил телефон, посмотрев на экран.
"Любимая", – высветилось на дисплее.
Приняв вызов, он уже был готов к потоку её обеспокоенности.
— Питер! – послышался взволнованный голос Бэт, еле слышимый из-за окружающего шума в динамике. — С тобой всё хорошо? Что произошло? На улице настоящая паника. Люди не понимают, что это был за свет, ударивший в небо. По новостям только об этом и говорят.
— Долго рассказывать, – устало сказал Паркер, скривившись от привкуса металла во рту. — Ты в кафе? Я сейчас вернусь к тебе.
— Да, я осталась ждать здесь. Я почти позвонила Майлзу, испугавшись за тебя.
— Я... не в лучшем виде, – вынужден был признаться он.
— В на сколько не лучшем? – осторожно интересуется Бэт.
— Тебе не понравится ответ, – хрипло вырвался у него смешок.
Чтобы собраться с силами, понадобилось несколько минут. Болело всё тело. Он не мог сказать, как ужасно выглядел внешне, но когда заявился в кафе, Бэт ахнула и, оглядываясь по сторонам, наверное хотела убедиться что никто не обращал на них внимание, подскочила к нему, схватив за руку. Она вывела его из заведения, не переставая задавать вопросы о самочувствии. Конечно Питер не любил сильно волновать её, поэтому отвечал, что вполне может с этим справиться. Больше его беспокоило случившееся в переулке.
Пока они возвращались на квартиру Бэт в районе Гринвич-Виллидж, Питер всё ей рассказал. Про то, что магия существует, про чокнутого и повернутого на мести колдуна, его ритуал, из-за которого в небо и бил столп энергии, про книгу заклинаний и Камень времени.
— Погоди-погоди, – Бэт нахмурилась, приостановив шаг у входа в дом. — Я не могу это всё уложить в голове. Как такое может быть?
Питер пожал плечами, засунув руки в карманы джинсов. Свет от уличного фонаря падал на каменную дорожку, освещая участок, где они стояли. Уже темнело.
— Я и сам не могу разобраться. Думал, вместе что-нибудь придумаем.
Бэт сложила руки на груди и стала ходить туда-сюда, задумчиво надув губы. Затем она снова остановилась, заправив прядь светлых волос за ухо, и произнесла:
— Если тот ритуал, что провел этот волшебник, лишает планету всей магии, сам он всё равно будет представлять опасность для нас. Не уверена, что думаю верно, но вряд-ли он единственный сильный маг в Нью-Йорке. Должны быть и другие.
— Предлагаешь обратиться к ним за помощью?
— По крайней мере, я не вижу больше никаких вариантов. Да, они лишились магии после ритуала, но это не отменяет того, что они могут нам хоть как-то помочь.
— Ты права, – согласился Питер, зарывшись рукой в волосы.
— Предполагаю, что не втянуть Венди и Неда не получится, – тяжело вздыхает Бэт, подойдя к нему и уткнувшись макушкой в грудь.
Он приобнимает её.
— Чтобы Купер, и не знала чего-то, что произошло в городе, – усмехнулся Питер. — И Нед не глупый.
— Как скоро Джеймсон обвинит тебя по всем своим каналам? – в её голосе слышалась обречённость.
— В этот раз он окажется прав, – ответил Паркер, стараясь справиться с отчаянием и страхом. Кто знает, что ждёт их завтра? Пока никаких изменений не ощущалось. Надолго ли? Может быть, это последний день, когда они видят окружающий мир таким...
Паучье Чутье завибрировало, посылая вибрацию в затылок. Питер отстранился от Бэт, которая непонимающе взглянула на него, и осторожно задвинул её к себе за спину, оборачиваясь.
— Что такое? Ты что-то почувствовал? – спросила она, касаясь своими дрожащими и холодными от переживаний пальцами его ладони.
— Вернее кого, – настороженно ответил ей Питер, вглядываясь в темноту улицы, не освещенную светом фонаря. — Эй! Кто здесь? Покажись!
Из темноты медленно вышла фигура. Свет упал на неё и тогда Питер обомлел, не веря глазам. Его лицо наверняка вытянулось от шока. Бэт сильнее сжала руку Паркера. Тот, кого они видели прямо сейчас, оказался... самим Питером.