Chapter 22
К сожалению для Мила, но учебник не сгорел от его взгляда и ему пришлось продолжить его читать. Пять минут. Ровно столько он продержался, пока в его голову не пришел гениальный план.
— Мне нужна помощь. — Мил врывается в комнату монстров, где в этот момент между Аароном и Ники шел ожесточенный бой в какой-то игре. Кузены, казалось, совершенно его не заметили, продолжая кричать друг на друга и агрессивно нажимать кнопки на джойстиках. Аарон, не смотря на все старания Ники, вырывался вперёд, пока прямо перед ним не возник Мил, принявший позу разъяренной сахарницы и свирепо смотрящий на него.
— Эй! Я вообще-то выхожу в финал! — Миньярд пытается выглянуть из-за парня, чтобы увидеть картинку на телевизоре, однако Миллиан не дает ему такой возможности, наклоняясь вместе с ним. — Да что за нахуй! Джостен, свали с глаз моих!
— Мне нужна твоя помощь, Миньярд! Не смей меня игнорировать, — Для убедительности Веснински даже топает ногой, словно обиженный ребёнок и Аарону ничего не остаётся, кроме как потянуть его за руку, чтобы усадить между собой и Ники на свободное место.
— Что случилось? — Аарон снова вырывается вперёд, но в этот раз он не настолько сильно погружается в игру, чтобы иметь возможность слушать Миллиана. Того, кажется, устраивает такой расклад и он, с совершенно довольным видом, открывает учебник и указывает на слишком сложный для него абзац. — Предмет?
— Гистология. Она ужасна, я совершенно не понимаю о чем речь! — Аарон понимающе усмехается и просит зачитать этот кусок.
— Еще раз... — Аарон хмурится, его движения становятся все более хаотичными и необдуманными, намекая на то, что он сейчас ушел совершенно в другую область. Мил смотрит на него взглядом а-ля «ты сам нахера не понимаешь» за что получает пинка от Миньярда, после чего перечитывает абзац.
— Железистые эпителии. Для них характерна выраженная секреторная
функция. Железистый эпителий состоит из железистых, или секреторных, клеток. Они осуществляют синтез и выделение специфических продуктов. Форма клеток весьма разнообразна и меняется в зависимости от фазы секреции. В цитоплазме клеток, вырабатывающих секреты белкового характера, хорошо развита гранулярная эндоплазматическая сеть. В клетках, синтезирующих небелковые секреты, выражена агранулярная эндоплазматическая сеть. Многочисленные митохондрии накапливаются в местах наибольшей активности клеток, то есть там, где образуется секрет. Для образования секрета из крови и лимфы в железистые клетки со стороны базальной поверхности поступают различные неорганические соединения, вода и низкомолекулярные органические вещества: аминокислоты, моносахариды, жирные кислоты. Из этих продуктов в эндоплазматической сети синтезируются секреты. Они перемещаются в зону аппарата Гольджи, где постепенно накапливаются, подвергаются химической перестройке и оформляются в виде гранул, которые выделяются из клеток. Механизм выделения секрета в различных железах неодинаковый, в вязи с чем различают три типа секреции: мерокриновый, апокриновый и голокриновый.
— Так, — Аарон нажимает контрольную кнопку, выигрывая игру, из-за чего Ники огорченно стонет, падая прям на Мила.
— Ты так жесток, Аарон! Почему ты поступаешь так жестоко по отношению ко мне?
— Потому что ты ужасен, Ники. И мешаешь думать! — Аарон дает Ники щелбан, из-за чего тот еще больше расстраивается и обнимает Мила. Тот просто приподнимает руки с учебником, позволяя ему это сделать и продолжает перечитывать непонятный отрывок вместе с Аароном.
— Лисенок, спаси меня от его жестокости!
— Аарон, не обижай Ники, — автоматически говорит Миллиан, что делает Ники капельку менее несчастным.
— Не командуй мной, — Мил возмущенно переводит взгляд на Миньярда, но тому абсолютно по барабану. Он тычет в книгу и пытается объяснить парню непонятные термины. — Знаешь, что такое секреторная функция?
— Херня отвечающая за слезы?
— Херня у тебя в голове, а секреторная функция – это процесс выделения химических соединений из клетки. В отличие от, собственно, выделения, при секреции у вещества может быть определённая функция.
— А секрет это что за ужас терминологии?
— Секрет — жидкость, выделяемая клетками и содержащая биологически активные вещества. Органы, выделяющие секрет, называются железами.
— Одним словом — слезы, — подводит итог Мил, на что Аарон раздраженно фыркает. — Что такое аппарат Гольджи? — И Аарон объясняет ему это и ещё десять неизвестных терминов. Ники сваливает в тот же момент, когда Аарон заводит шарманку про мерокриновый тип, намереваясь прочитать целую лекцию об этом. Хэммик говорит что-то про «слишком умных людей на квадратный метр» и «мне нужно поговорить с Элисон», после чего позорно сбегает с корабля науки в комнату девушек. Ни Мил, ни Аарон совершенно не обращают на это внимания, полностью увлеченные разговором. Как выяснилось, Аарон любит поговорить о таких заумных и научных вещах, а Миллиан всегда любил слушать людей, которые говорили на умные темы. Вот так и вышло, что Аарон получил благодарного слушателя, а Мил получил бесплатного репетитора. Когда с гистологией было покончено, парни продолжали говорить. Они говорили о многом, но в основном о медицине и своих будущих специальностях.
— Почему педиатрия? Насколько я знаю ты не очень любишь детей.
— Ты не совсем прав. Я не испытываю к ним большой симпатии, но это не значит, что я не люблю их. Просто... Дети, они же кричат, ноют, ведут себя слишком громко, за ними надо постоянно присматривать, учить, что не следует совать пальцы в розетку или слишком много пить. И, о боже, они же взрослеют. И чем старше они становятся, тем больше нужно с ними говорить на серьёзные темы. А однажды они приводят в твой дом девушку или парня который им нравится и это совершенно ужасно, ведь он или она могут тебе совершенно не нравиться, но он или она нравится твоему ребёнку и ты не можешь запретить ему общаться с этим человеком без веской причины...
— Вот! — Мил щёлкает пальцами, указывая на Аарона. Тот хлопает глазами, не понимая, почему Мил перебил его. Парень закатывает глаза и объясняет: — Это то, что делает Эндрю.
— В какой момент разговор про детей перешел на Эндрю?
— Сам виноват. Я имею ввиду, что Эндрю не нравится Кейтлин, так? Он видит в ней Тильду, закрывая глаза на ее хорошие качества. Он ждет подвох от нее, ждет того, что она будет плохо обращаться с тобой.
— Ты сейчас пытаешься доказать мне, что Эндрю... Заботится обо мне? Эндрю и забота не должны находиться в одном предложении, это глупо звучит.
— Но ты сам подумай, Аарон, стал бы он так яростно идти против нее, если бы ему было плевать на тебя? — Мил без стеснения осматривает шкафчики в поисках еды и, найдя крекеры, запрыгивает на столешницу и разрывает пачку. Аарон возмущенно смотрит на него, ведь это была последняя упаковка сырных крекеров, которая, кстати, принадлежала ему, но потом он забивает на это, решив, что вопрос Миллиана важнее украденной еды.
— Да, но Кейтлин же такая милая и прекрасная...
— И Эндрю плевать на это, — Миллиан снова перебивает его, качая головой. — Я подозреваю, что он такой же, как и Нил — ценит поступки, а не слова. Сколько раз Кейт делала что-то для тебя, ради тебя?
— Она... — Аарон задумывается на несколько секунд, пытается вспомнить хоть что-то стоящее, но, к своему ужасу, не может. — Она покупает мне кофе, если я задерживаюсь после пар или угощает кексами, если я пропускаю обед. Это считается?
— Так делают все друзья, — отмахивается парень. — Что она сделала, чтобы доказать, что готова бороться за ваши отношения?
— Не было ситуации. И вообще почему она должна что-то доказывать?
— Потому что так делают любящие люди?
— Ты сейчас говоришь мне всю эту чушь, про борьбу за отношения, но ты сам стал бы бороться за свои отношения с Дженни?
— Нет, — без раздумий отвечает Мил. Он задумывается на долю секунды, чтобы выяснить стоят ли эти отношения доверия Нила и решает, что нет, не стоят. — Хотя, я бы попытался если бы Нил действительно хотел остаться здесь. Но это не имеет смысла, потому что в конце мы вернемся в Париж к своей семье. Я так же говорил об этом с Джен и она согласна, что не выдержит такого расстояния. Мы решили, что пока я здесь — мы будем вместе.
— Но это не логично. Нельзя просто... Нельзя в какой-то момент сесть и обсудить с человеком, который тебе нравится то, что в конце года вы расстанетесь. Тогда в чем вообще смысл этих отношений, если они не продлятся долго?
— В эмоциях? — Мил пожимает плечами. — В улыбках, объятьях, поцелуях? Я не хочу делать ей больно своим внезапным уездом, потому однажды в библиотеке я начал говорить об этом. Джен поддержала меня, сказала, что семья — это важно и что сама отдала бы многое чтобы быть с ней. Она конечно расстроилась, что это произойдёт так скоро, но тем не менее она согласилась быть со мной до тех пор, пока не настанет время расстаться.
— Но это все еще глупо, — Аарон хмурится, нервно постукивая пальцами по деревянному столу. — Оставаться вместе, даже зная, что вы расстанетесь. Зачем? Это ведь бессмысленно.
— Вся наша жизнь бессмысленна и что? Пойти скинуться в крыши? Дело не в том, чтобы в твоих действиях был смысл, а в том, чтобы хорошо провести это время. Мы оба знаем, что случится в конце года и это заставляет нас проводить это время вместе, ходить в кино, на прогулки, да даже просто сидеть в библиотеке и готовиться к тестам. Как много времени ты проводишь в Кейтлин? Как часто вы вместе ходили куда-нибудь вдвоём? Кино? Парки? Театр? Библиотека? Я никогда еще не видел, чтобы вы вдвоём ходили куда-нибудь, хотя у вас так много свободного времени. И, оо, не надо говорить, что у тебя слишком много домашки, я знаю, что это не так, Аарон, — Мил видит, что Миньярд собирается возразить, потому снова бесцеремонно перебивает его, вызывая новую волну раздражения у блондина. — Ты буквально час назад рубился с Ники в приставку, хотя мог провести это время с Кейтлин. Эндрю на тренировке будет еще минимум три часа, я знаю своего брата, а он не уйдет оттуда, пока не замучает Кевина отработкой упражнений, а Эндрю не уйдет оттуда без Дэя. И вот вопрос: почему ты предпочитаешь сидеть здесь и разговаривать со мной на всякие скучные темы, а не проводить свое время со своей девушкой?
— Ты тоже здесь, поэтому ты не можешь меня осуждать, Джостен.
— Да, я все еще здесь, потому что мне надо доделать реферат по гистологии, а после по фармакологии и доклад по микробиологии. У Джен тоже куча домашки по ее судебной работе, так что вот как раз у нас нет времени, но я все равно собираюсь завтра утром дойти до пекарни, чтобы купить ее любимых пирожных и притащить ей на пары, чтобы порадовать. А что будешь делать ты?
— Ну... очевидно просплю пары и весь день не буду выходить из библиотеки, чтобы успеть закончить домашнюю работу.
— Ты ужасен, Аарон Майкл Миньярд, — спустя две минуты сверления Аарона взглядом констатирует Миллиан. — Ты ужасно не романтичный придурок.
— Я ударю тебя, Джостен, — угрожающе щурится Миньярд, но тем не менее он устало вздыхает и откидывается на спинку стула. — Хорошо, гений, что мне сделать?
— Для начала подари ей что-нибудь, — Мил оживляется, как только понимает, что Аарон готов выслушать его и, возможно, предпринять какие-то действия. — Я не говорю, что это должен быть прям охрененно крутой подарок, но он должен быть приятным. Например, цветы? Или пирожные? Возможно кофе? Ты знаешь что она любит? Возможно доставка какой-нибудь ее любимой еды и совместный просмотр фильма?
— Она любит пионы, — неуверенно говорит Миньярд, затупив в одну точку на холодильнике, что стоял напротив. — И, я полагаю, зеленый чай?
— Полагаю? Ты не знаешь, что из напитков она любит? О боже, ты действительно ужасен, Аарон, — Мил смеется, едва не падая со своего насеста. Он выкидывает пустую упаковку от крекеров в мусорку, но слезать все еще не планирует, болтая ногами, словно ребёнок.
— Она постоянно пьет зеленый чай и я думаю он ей действительно нравится.
— Не обязательно, — Мил напевает одному ему известную мелодию, о чем-то задумываясь. — Можно спросить у Лисичек, они ведь дружат между собой. Я могу спросить Дженни, но...
— Но? — Аарон настороженно смотрит на него, ожидая подвох, и оказывается прав!
— Ты будешь заниматься со мной гистологией. Ты действительно знаешь этот предмет, в то время как я совершенно ничего не понимаю в нем.
— Приемлемая плата. И когда ты узнаешь?
— Прямо сейчас, — Мил достает телефон из кармана и набирает уже знакомый номер. Вызов принимают через несколько минут.
— Да, Милли? Я занята сейчас, потому по существу.
— Я пытаюсь уговорить Аарона сделать что-то милое для Кейтлин, но этот придурок совершенно не знает, что она любит. Ты не могла бы мне помочь?
— Оу... Конечно, я помогу, но ты должен будешь мне историю!
— В чем вопрос, — Мил усмехается и принимается слушать. Дженни говорит около десяти минут, а после, ссылаясь на большую загруженность, прощается и отключает звонок. — Значит так, план действий: завтра утром, первым делом, идешь в кофейню и покупаешь самый большой стакан горячего шоколада и обязательно с корицей. Потом в пекарню за кексами с кремом в виде животных и торжественно вручаешь все это Кейтлин. Завтра у нее окно на первой паре, поэтому их утренняя тренировка продлевается на пол часа, так что поймаешь ее в большом спортзале. У нас обычно тренировки проходят вместе, но если их перенесут в малый зал — Джен напишет тебе. План понятен?
— Предельно, — Аарон, во время монолога Мила, активно кивал, задумчиво хмурясь и парень был уверен, что если бы он дал ему бумагу с ручкой, то он бы начал все это записывать. — Но у меня первой парой форма...
— У вас окно, препод по форме подхватил грипп или что-то типа того и его не будет до октября в лучшем случае. После пар я постараюсь убедить Нила, что ему жизненно необходимо уехать на тренировку, Кевин поедет с ним из принципа, а куда Кевин...
— Туда и Эндрю. О боже, да ты чертов гений, Джостен! — Аарон весело усмехается, подходя к парню и ероша его волосы.
— Это еще не все! — Мил отпихивает его руку, приглаживая свои волосы, однако делает только хуже. — После пар идешь в цветочный за пионами и оттуда в общежитие чирлидерш. Дальше сам думай, я устал, — и Мил показательно закрывает глаза, превращаясь в желе, из-за чего падает прямо на Миньярда. Тот смеется с этого ребячества и обнимает в качестве благодарности. — А теперь мы идем готовиться к тесту по фармакологии!
— Я соглашался только на гистологию!
— Жизнь не справедлива, так что смирись, — Мил убегает в свою комнату за конспектами так быстро, словно за ним гонится стая голодных собак, и возвращается так же быстро, а то мало ли его бесплатный репетитор съебется?
***
— Я не хочу учить эту хуйню, — в стол простонал Мил. Под его головой лежала осточертевшая тетрадь с конспектами, а спереди лежал учебник по анатомии. Очень увесистый томик с подробными рисунками и описаниями, который Милу хотелось сжечь.
— Так не учи, — флегматично заметил Аарон.
— Я пришёл к тебе, что бы ты помог мне подготовится к тесту. А ты совсем не помогаешь, — недовольно заметил Мил, повернув голову в сторону голоса.
— Вот именно! Ты пришёл ко мне за помощью, а в итоге ноешь на свою несчастную судьбу и лежишь лицом в мою, между прочим, тетрадь, надеясь что записанное в ней магически перетечёт в твою дырявую голову, — Аарон скептически выгнул бровь, а Мил сделал вид, что это замечание обращено не к нему.
— Сезон тестов? — сочувствующе поинтересовался Ники, голова которого показалась в дверном проёме. Мил только страдальчески простонал, снова уткнув лицо в исписанные аккуратным почерком листы, — Ничего, мы все к этому приходим. Его нужно либо пережить, либо сдохнуть. Мы все, к сожалению, сдаем, — Аарон бросил на Ники испепеляющий взгляд, который тот предпочёл игнорировать. Ники ещё секунду стоял в дверном проёме, затем словно что-то вспомнил, и гамма отрицательных эмоций, сменяющих одна другую, проявилась на его лице слишком отчётливо. Он тихо выругался на немецком и скрылся.
— Что это только было? — спросил Мил, будучи немного в шоке от таких резких перемен.
— Вспомнил, что ему тоже нужно к тестам готовиться. И на его примере мы могли видеть все пять стадий принятия. И, что феноменально, они пошли всего за три секунды, — Аарон задумался и недовольно добавил, — Мне вообще-то тоже нужно готовиться. Но тут ты, как снег на голову.
— Ну хочешь, я могу уйти и будешь спокойно готовиться? — Мил уже начал собираться, но был остановлен тёплой рукой, лёгшей ему на плечо:
— Хочу, чтобы ты перестал ныть и начал учить эти грёбаные термины, — прошептал Аарон, и его дыхание опалило ушную раковину. Мочка, как и скулы, слегка покраснела, а по спине прошлась волна мурашек, — Воняешь слабостью.
В Аарона полетел увесистый томик анатомии, от которого он благополучно увернулся. Довольно улыбаясь, он подошёл к учебнику, поднял его, открыл на нужной странице, аккуратно положил перед Милом и, с напускной презрительностью глядя на него, выдал:
— Негоже так с книгами обращаться. Тем более со священным фолиантом по анатомии.
— Иди ты! — воскликнул Мил, но снова бросаться предметами не решился.
— Только после тебя, — сделал приглашающий жест Аарон. Мил надулся, ничего в ответ не придумав, и уткнулся в тетрадь Аарона, принимаясь читать.
***
Когда Нил возвращается с Кевином с ночной тренировки они застают такую картину: Мил сидит на подоконнике, а Аарон у противоположной стены. В руках у младшего стопка учебников, которым он, по всей видимости, кидался в Миньярда. Оба кричали друг на друга и ладно бы просто ругались, нет, они говорили на своем медицинском языке, хотя скорее всего они ругались. Ну конечно они ругались, потому что обычно люди говорят тихо и не пытаются убить оппонента... Мастером и Маргаритой?
— ПОЛОЖИ НА МЕСТО ГДЕ ВЗЯЛ! — Нил буквально летит к брату, чтобы спасти свое любимое произведение от встречи со стеной. — Никогда, ни-ког-да не кидайся такими вещами в моем присутствии!
— Нил! О боже спаси меня от этого ужасного человека! — Миллиан прячется за братом, когда тот поворачивается спиной. Аарон продолжает грозно смотреть на него, однако кричать перестает.
— Что у вас случилось?
— Этот идиот сказал, что я нихера не понимаю в книгах.
— Но ты действительно нихера в них не понимаешь!
— ЗАТКНИСЬ, ДЖОСТЕН! — Взрывается Аарон и Мил прячется обратно за спину Нила.
— Окей и что?
— И что? Он оскорбил мои вкусы в литературе, хотя сам читает какую-то ужасную чушь!
— Сумерки прекрасны!
— Это отстой!
— Сам ты отстой, Миньярд! — И в Аарона летит еще одна книга, от которой он легко уворачивается.
— Это что? Мой том по аэродинамике? — Аарон медленно поднимает взгляд от книги на Мила и в его глазах загорается хищное пламя, желающее крови. — Беги.
— Ой... — и Мил действительно побежал, однако Аарон не собирался бежать следом, он был выше того, чтобы гоняться за всякими придурками, чтобы отвесить им хорошего пендаля. Да. Определённо точно. Он не... Он побежит за ним следом, чтобы дать пинка.
***
— Абрам! — Миллиан не вошёл, а вбежал в комнату, бросаясь на брата. Он все-таки смог спрятаться от разъяренного Аарона в комнате девушек, которые просто не пустили его в комнату. Он просидел с ними час или около того, но когда Элисон достала шоколад из своей сумки — сразу убежал, потому что осталось одно очень важное и срочное дело. — Где мой шоколад?!
— Да не трогал я твою шоколадку! — сразу открестился Нил, поднимая руки в знак капитуляции.
— Хорошо-о, — подозрительно тянет парень, все еще с прищуром смотря на брата. — Мы вернемся к этому разговору. Сейчас мне нужна помощь с математикой, — он посмотрел на брата, состроил такую мордашку, что даже кот в сапогах позавидовал бы. Знает же, что Нат на это не купится, но продолжает пробовать. Мил, видя, что Нату, мягко говоря, по боку, разочаровано вздохнул, — Там эти грёбаные треугольники. Ну, пожалуйста, Нил, ну очень помощь нужна. Я если эту задачу не решу, мне пиздец от препода.
— Ну... Я подумаю, — с сомнением протянул Джостен. Конечно он поможет, но поиздеваться над младшим братом — это святое. В глубине льдисто-голубых глаз за холодным безразличием уже во всю веселились демоны.
— Ну, Ни-ил. Ну, бра-а-ат. Ну помоги, пожалуйста! — в голосе Мила почти осязаемое отчаяние. Видимо и правда препод жестит.
— Помогу-помогу. Куда ж я денусь, — Нил вздохнул, как бы с огорчением, но в его голове уже созрел план, как бы ещё поиздеваться над Милом, — Показывай, что там такого сложного.
***
Над ухом раздался чей-то голос, от чего Нил проснулся, автоматически залезая рукой под подушку, в попытке нащупать ствол. Не нащупал. Зато мозг окончательно проснулся и он смог различить лицо брата в темноте комнаты. Посмотрел на экран телефона. Недовольно простонал:
— Три ночи, Мил. Что тебе от меня нужно в три, чёртовых, ночи?
— Где моя шоколадка? — вкрадчиво прошептал Мил, и Джостен внутренне содрогнулся. Миллиан редко мог напугать брата, но когда такое всё-таки происходило... Скорее всего дальше наступит пиздец, лучше бегите в бункер: возможно сможете выжить.
— Мил, — кажется, в его голосе на секунду мелькнул ужас, но вскоре был скрыт за недовольством, — Я не трогал твою шоколадку. Скорее всего, ты лунатил, сожрал и не помнишь этого.
Глаза напротив недоверчиво сощурились. В тишине, вставшей между ними, можно было услышать напряжённую работу мозга Мила. Он кивнул самому себе и растворился в темноте. Нат больше не смог уснуть.