6 глава
— Я действительно тебе нравлюсь? — чуть слышно прошептал, оставляя легкий поцелуй на горячей девичьей щеке.
Джейн серьезно посмотрела в медово-карие глаза и медленно кивнула.
— Ты мне нравишься, — коснулась подушечками пальцев щеки Пэйтона и, приподнявшись, на секунду прижалась к обветренным губам.
Мурмайер растянул губы в счастливой улыбке и уткнулся носом в светлые растрепавшиеся волосы. Одной рукой он придерживал Бёрнс за спину, не давая ей упасть. Студийный диван явно не располагал, чтобы на нем лежали двое.
Джейн рисовала на предплечье Пэя невидимые узоры, прижавшись щекой к широкой груди. Кудрявый водил ладонью по выступающим позвонкам, острым лопаткам и обнаженной девичьей пояснице. Брюнетка доверчиво прижималась к нему, оставляя нежные поцелуи под ключичной ямкой.
— Джейн , мы даже дверь не удосужились закрыть в студию. А если бы кто-то вошел? — тихо шепчет.
— Я бы тебя убила, Мурмайер, — ласково смотрит на него и убирает со лба Пэя кудрявые волосы.
— Меня? Я, к твоему сведению, мысленно молился всем богам секса, чтобы кому-нибудь не вздумалось сюда войти.
Бёрнс смеется и обнимает его за затылок.
— Твои просьбы были услышаны, — приближается и медленно целует его. — Но дважды испытывать судьбу мы не будем, — кусает его за нижнюю губу и выворачивается из неудобных, но желанных объятий.
Кареглазый разочарованно рычит и утыкается лбом в подлокотник дивана. Девушка на это лишь улыбается и подхватывает разбросанные вещи. Ей хватает ровно две минуты, чтобы привести себя в порядок и, как ни в чем не бывало, сесть в кресло напротив Мурмайера.
— Эй, я не дам тебе уснуть, — придвигается ближе и проводит ладонью по кудрявой макушке. — Пэй...
— Джейн, ты уже получила от меня все, что хотела, — недовольно проворчал, за что мгновенно получил по плечу. Взглянул на
брюнетку из-под непослушной челки и, не сумев сдержаться, звонко рассмеялся.
Бёрнс бросила на Мурмайера негодующий взгляд и скрестила руки на груди. Парень встряхнул волосами и, спустив босые стопы на пол, притянул Джейн к себе на колени.
— Какие у тебя планы на оставшийся день? Ну, кроме вечернего эфира.
— Постараться не покалечить своего единственного напарника за его дурацкие шутки, — равнодушно повела плечами
Пэй усмехнулся и положил ладонь на девичьи коленки.
— Тогда позволь мне угостить тебя самым вкусным кофе с пирожными.
— Хорошо. Только с одним условием, — уловила вскинутую бровь Бёрнс и немой вопрос во взгляде. — Оденься, пожалуйста, — рассмеялась и почувствовала крепкое объятие кудрявого, а потом уверенные горячие поцелуи в шею.
— Тогда у меня встречное условие, — хитро прищурился и выжидающе посмотрел на подругу. — Вечером мы снова поможем друг другу раздеться...
День был странный и непохожий на другие. Мурмайер кормил Джейн мороженым, а потом неожиданно целовал в уголки губ, пробуя пломбир. Кареглазая дико смущалась и покрывалась румянцем.
Они катались на колесе обозрения три раза подряд. Потому что первые два — безудержно целовались, забывая о красивых видах, на которые хотели посмотреть. В третий раз Джейн прижималась к шатену , слушая его размеренное сердцебиение и чувствуя горячее дыхание на макушке.
Несмотря на утренний дождь, днем погода разгулялась и позволила диджеям до самого вечера не вылезать со столичных парков, бульваров, прудов и дворов. В студию они вернулись за пятнадцать минут до эфира. Мурмайер помог Джейн настроить аппаратуру и, сделав себе большую чашку ароматного какао, поудобнее устроился на диване.
— Уверена, что не хочешь, чтобы я провел этот эфир с тобой?
— Не хочу. Слушатели привыкли к тому, что это моя рубрика.
— Хорошо, — сделал глоток горячего напитка и счастливо откинул голову на спинку дивана.
Мурмайер умудрился уснуть в первые полчаса эфира и проснуться только тогда, когда Джейн убирала в стол рабочие папки.
— Выспался? — насмешливо посмотрела на заспанного и помятого напарника.
— Если бы, — потер переносицу и сладко зевнул. — Как прошел эфир?
— Отлично. Надеюсь, не было слышно твоего громогласного храпа, — усмехнулась и поднялась с кресла. — Шучу. Если поторопимся, успеем на последний трамвай.
— Ты же знаешь, что я нерасторопный, — хитро щурится и встает с дивана. — Мне нужен стимул.
— То, что такси сейчас по ночному тарифу — недостаточный стимул для тебя?Пэй отрицательно мотает головой и притягивает Бёрнс к себе.
— Останешься у меня сегодня? — негромко интересуется и сжимает хрупкие запястья.
— Если через семь минут мы будем в трамвае.
Мурмайер счастливо рычит и торопливо тянет брюнетку к выходу.
В трамвае никого нет, кроме них двоих. Пэй с Бёрнс занимают самые дальние места и обнимаются всю дорогу. Джейн почти засыпает. Мелькающий пейзаж ночного города за окном убаюкивает лучше любого снотворного. Мурмайер тоже чувствует наливающиеся свинцом веки и окутывающую усталость, которая только сейчас дала о себе знать. Но приходится держаться и контролировать порывы сна. Потому что если они проедут свою остановку, девушка его убьет.
Кудрявый осторожно целует кареглазую , слегка сжимая девичье плечо.
— Следующая остановка — наша. Просыпайся, — трется носом об ее нос. — Спать на кровати куда удобнее.
— Сейчас я готова с тобой поспорить, — тяжело вздыхает и утыкается лбом в его плечо.
— Идем, — усмехается и тянет девушку за собой, крепко сжимая хрупкую ладонь.
Добропорядочные соседи парня уже спят , поэтому в комнату Мурмайера они пробираются максимально тихо и незаметно. Джейн прижимается лбом ко лбу парня и закрывает глаза. Она обнимает его за поясницу, а он касается горячими ладонями ее талии под футболкой.
Пэй шумно дышит и накрывает ее губы своими. Целуются медленно. Ладони скользят по горячей коже. Бёрнс отстраняется, ощущая легкие нежные прикосновения в веки, переносицу, уголки губ. Мурмайер ловко стягивает с нее свою джинсовку и касается губами шеи, когда Джейн негромко говорит:
— Я так долго запрещала себе в тебя влюбляться, что теперь, наверное, не смогу без тебя. Парадокс, правда?
Пэй неспешно отстраняется и смотрит в карие глаза девушки . В них плещется целый океан разнообразных эмоций. Парень ласково проводит ладонью по девичьей щеке и притягивает Джейн ближе к себе за подбородок. Лица оказываются совсем рядом, губы почти касаются друг друга, что создает почти ощутимое напряжение.
— Чувства — еще тот парадокс. И, знаешь, чем больше ты запрещала себе в меня влюбляться, тем сильнее я влюблялся в тебя, — улыбается ей в самые губы так, как умеет только он.
Брюнетка непроизвольно улыбается в ответ и сплетает свои пальцы с его.
— Сколько километров между Шарлоттом и ЛА? — интересуется и на несколько секунд прижимается губами к щеке парня.
— Три тысячи четыреста четыре километра. Я сделаю все, чтобы ты как можно меньше ощущала это расстояние, — шепчет и шумно выдыхает. — Мне действительно нужно уехать. На время, — недолго думает и поясняет. — Родители на грани развода. Отец не ночует дома, мать звонит и вечерами рыдает в трубку. А Фейт — моей сестре, внимание нужно. Ей всего пять!Я должен помочь им.
Джейн понятливо кивает и упирается лбом в мужское плечо, коротко и очень нежно целует в левую ключицу.
— Спасибо, что поделился со мной.
— Все хорошо. Давай спать, — устало улыбается и гладит тёмные волосы.
— Давай. Утро вечера мудренее, — шепчет и отстраняется. Лукаво смотрит на него и медленно тянет черный джемпер вверх. — Я, кажется, обещала помочь тебе раздеться...
Пэйт усмехается и зажимает подушечками пальцев края белой ткани.
— Я тоже в долгу не останусь, Бёрнс , — широко улыбается и помогает ей избавиться от футболки.