Мой мир
Адлер.
Вся компания, измазанная пылью и кровью сидела на диване, а посреди гостиной стоял Цыган, который уже двадцать минут распинался о том, как ребят нельзя оставлять одних, а это он ещё не был в курсе о стычке с его сестрой, поэтому был не так груб в выражениях. Макс и Лиза все еще не вернулись, Лера и Фитиль находились в своей спальне, а вот Фаина будто боялась отойти от Гриши на лишний метр, и никто не понимал, с чем это связано.
—Я вам что говорил?! Я кого предупреждал? - кричал Цыган, пока Фитилева младшая держала его за руку, пытаясь успокоить, — мне вас надо в Антарктику отвезти, чтобы вы цепляться со всеми подрыл перестали? Хотя Семерка и до пингвинов найдет причину прикопаться!
—Ты бы лучше предупредил о том, что твоя рыжая родственница по пляжам шастает, - завелась Каверина, и встав с дивана, сделала пару шагов к Цыгану, который удивлённо вскинул брови, — глядишь, цела бы сестричка осталась.
Ноздри Гриши раздулись, и он провёл языком по верхним зубам, по нему было видно, как он начинает закипать, и единственное, что его останавливало от взрыва - это маленькая Фаина, что своими тонкими пальцами поглаживала тыльную сторону ладони мужчины. Ему не хотелось быть перел девушкой слишком агрессивным и гневным, но Есения выводила его не на шутку. Валера поднялся, и встав за спиной Есении, устремил свой холодный взгляд в глаза Цыгана, безмолвно говоря ему о том, что связываться с его девушкой даже в словесной перепалке ему не стоит.
—Что ты с ней сделала, ненормальная? - сквозь зубы прошипел Цыган, и Саша усмехнулась, понимая что сейчас будет шоу с участием озлобленной Есении и уже кипящего Цыгана, — ты умеешь пользоваться головой, а не кулаками?
—Не смей, - грубо проговорил Валера, и хотел бы сделать шаг вперёд, но Есения уперлась ему в грудь рукой, все еще смотря на Гришу, которого тоже держала девушка.
—А Рита умеет пользоваться головой, а не своей пи..., - речь Есении оборвалась в самый интересный момент, потому что в дом вошла как раз таки виновница торжества, чьё лицо тоже было в крови, как у Зимы и Валеры, — жива, здорова, остынь Цыган, тебя уважаю, а эту хрень подзаборную нет, и только попробуйте меня сейчас переубедить, я вам устрою веселую ночку.
—Ткнись, Каверина, - рыкнул Цыган, и аккуратно сняв с себя руку Фаины, двинулся к сестре, что стояла в дверном проеме и тихо всхлипывала, пытаясь вызвать жалость, — Маргоша, в норме?
—Она меня чуть не придушила! - заявила Рита, и Есения засмеялась так звонко, что Фая и Зима, что будто летали в другом измерении, испуганно дернулись.
Валера обхватил Есению за талию, и прижав к себе, поцеловал в макушку, потому что в этот момент ее стоило держать, мало ли, случится что. Цыган помог сестре дойти до кресла, и пытался сдержать свою внутреннюю ярость, что росла с каждым сказанным сестрой словом. Как бы то ни было, она была его кровью, и единственным человеком в этом мире, который любил его несмотря ни на что.
—Я приведу тебя в порядок, и ты поедешь в отель, - тихо проговорил Цыган, а Фая в это время побежала на кухню, где лежал ее чемодан, в котором были лекарства и бинты, — не лезь на рожон, ты ведь помнишь, о чем мы с тобой говорили.
Тело Есении напряглось, и она вцепившись рукой в запястье своего парня, попыталась сделать шаг вперёд, но выходило хреново, хватка у Валеры была слишком стальной.
—Пойдём отсюда, иначе она на этом кресле в окно вылетит, - прошипела Каверина, поднимая голову к Валере, — пойдём, зеленоглазый, иначе взорвусь, правда.
Валера не стал пренебрегать просьбой любимой, и подняв ее за талию, стал молча покидать гостиную, под вопросительные взгляды друзей и грустной Риты. Как бы то ни было, любить кудрявого она не перестала, но видела, как сильно он счастлив с той, которая за него готова в прямом смысле этого слова душить всех, кто к нему приблизится. Их любовь была хоть и специфичной, но была видна всем, кто замечал Валеру и Есю вместе. Они пережили слишком многое в своём возрасте, и то, что они нашли друг друга, было неким подарком от судьбы.
Оставив всех в гостиной, ребята поднялись в комнату, где оставили свои вещи, и решили что будут жить именно в ней. Посреди апартаментов стояла широченная, двуспальная кровать с резным изголовьем, а напротив него красовался туалетный столик с зеркалом в старом стиле. Как только Валера опустил Есению на ноги, она стала с интересом разглядывать шкафы, тумбы и окно, вид из которого открывался на берег моря.
—Успокоилась? - спросил Турбо, проводя рукой по грязным от пыли волосам, — или ещё подкипаешь?
—Не зачем кипеть, - резво ответила Каверина, и сев на край высокой кровати, стала болтать ногами, — задумалась просто. Опять наворотили дел, свалили, и теперь переживаю, хоть бы нас тут не нашли. Сильвестр много связей имеет.
Вопрос с проблемами был открыт всегда, и Есения, что постоянно их решала, не могла не думать о том, что она все же не успела разрулить. Внутренних терзаний из-за убийства у неё не было, а вот из-за смены места жительства и потери заработка были.
Валера присел с любимой рядом, и уложив ладонь ей на колено, обратил внимание девушки на себя. Взгляд ее был немного потерян, будто затуманен.
—Завязывай, Красавица, - ответил парень, поглаживая оголенное колено Есении, — не найдёт. Образумится все, надо переждать. Я и сам не рад всему происходящему, но я в этом виноват.
Когда парень заговорил о вине, Есе в голову ударили страшные воспоминания о ломке и этих двух неделях, что заставляли ее страдать. Она провела рукой по своему предплечью, где красовались желтые следы от прошлых гематом, и Турбо сжал челюсти от душевной боли за содеянное.
—Прости меня, Красавица, - вымолвил он так тихо, как только мог, и приложил губы ко лбу Еси.
Девушка прикрыла глаза, и поддалась вперёд, делая крепких объятий от наконец-то востановившегося возлюбленного. Ей так не хватало ласки и тепла за это время, что она даже немного отвыкла от того, что он обнимает ее нежно а не с бешеной силой, принося неимоверную боль. Валера обхватил руками талию девушки, и проведя ладонями по спине, уткнулся носом ей в шею.
—Было тяжело, Валер, - произнесла сильная Есения, что обычно была настолько уверенной в себе, что никогда не признавала слабости, — я много думала о том, чтобы бросить это дело, и оставить тебя...
Валера не был удивлён таким словам, хоть и не очень хотел их слышать, ведь это больно. Но он даже представить себе не мог, что бы делал он, если бы такое случилось наоборот.
—Я хотела жить мирно, хотела тебя нормального рядом, - скупая слеза скатилась по щеке Кавериной, и она провела рукой по кудрявой шевелюре, закрывая глаза, — и я вытащила. Я добилась. Я снова сделала то, что должна была.
—Спасибо, - прошептал Валера куда-то в ключицу девушки, — ты мой ангел-хранитель, Красавица. Мой мир.