Клятвы Теней

Я сидела на кровати и обдумывала дальнейшие действия.

Отец все прекрасно знал, сумел просчитать и сделал так, что я опять сделала все, что ему нужно было. Сама, без угроз и капризов. Все от чего я так стремилась убежать, снова и снова возвращало назад.

Минуты тянулись невыносимо долго. Казалось я начала сходить с ума. Запертая, с подавленной силой и беспомощная. Паника захлестнула с головой. Глубокие вдохи и выдохи не помогали, а только усугубляли положение. Мне надо выбраться отсюда, найти Ксана и сообщить о том, что Риван оказался предателем.

Эта мысль отрезвила меня. После всех его слов, просьб о дружбе и прощении я не могла поверить, что все это время он играл со мной. Глупая надежда, что его действия были лишь способом избежать подозрений отца, все еще теплилась в душе. Но его лицо и взгляд выдавали его. Он оставался тем же палачом, верным псом отца, исполняющим волю короля.

Теперь стало ясно, почему отец не искал меня все это время. Риван был рядом, докладывал ему о каждом моем шаге, шпионил и притворялся. Слёзы и обида душили, хотелось просто сдаться.

Я посмотрела в окно. Оно было распахнуто настежь, и в комнату проникал прохладный ветерок. В Благом Дворе всегда было лето. Здесь природа не подчинялась обычным законам, как в Дворе Теней, где царила вечная ночь. В остальных дворах времена года шли своим чередом. Даже в Неблагом дворе летом было много красок, а зимой — звенящий холод. Из-за тумана всё перепуталось, и люди давно не видели солнца. А некоторые даже родились в серости и тумане и не знают, что такое тепло.

Мне стало плохо, и я постаралась отвлечься на что-то более полезное. Отец хочет провести ритуал, который продлит его правление еще на сто лет. Если он найдет все ключи, то отыщет и корону, что сделает его неуязвимым.

Я зарычала от досады и ударила кулаком о поверхность кровати. Злость клокотала во мне смешиваясь с досадой и чувством обреченности. Я снова подводила всех.

Знать бы того, кто мог бы объяснить все, дать ответы на вопросы и подсказать как быть дальше. Но у меня не было такого человека, даже существа, что могло помочь, а поэтому я вновь раздосадованно ударила по кровати и повалилась на спину, раскинув руки звездочкой.

Я задремала.

Я поняла, что это сон, когда покои растворились и появилась лесная поляна. Вокруг мерцали светлячки, а звездное небо переливалось серебряными искрами. Ночная прохлада мягко касалась кожи, даря телу расслабление. Я шла по густой траве, ощущая пальцами ее мягкие кончики. Свежий воздух наполнял легкие.

— Давно не виделись.

На ветке дерева, которое стояло недалеко от центра поляны колыхнулась тень. Киран спрыгнул на землю и ленивой походкой направился в мою сторону. Я нахмурилась. Что-то в его облике изменилось. Он выглядел гораздо моложе и совсем как настоящий. Хотя я и не могла понять, было ли то призраком прошлого или реальностью.

На этот раз на Киране была черная накидка, напоминавшая дорожный плащ, белая рубашка и обтягивающие черные штаны. Руки он спрятал в карманы брюк. Взъерошенные черные волосы трепал ветер.

— Иногда мне кажется, что я схожу с ума, — буркнула я, расслабляясь. В Киране я чувствовала, что-то родное, давно потерянное и вновь обретенное. Как семья.

Киран усмехнулся и на его правой стороне появилась ямочка.

— Отчего же?

Я не стала отвечать. Не хотела портить атмосферу уюта, которой была наполнена эта поляна.

— Двор Теней был одним из самых красивых, — в его голосе звучала тоска и я взглянула на него. — Ночью здесь можно было танцевать с ночными феями, а блуждающие огоньки, что сейчас ютятся в Неблагом Дворе указывали дорогу к самому чудесному месту. Хочешь взглянуть?

Я часто заморгала.

— Не бойся, — Киран тихо рассмеялся, — Это всего лишь сон, в котором ни я, никто либо другой не смогут причинить тебе вред. Идем.

Он протянул руку и его лицо заискрилось лучезарной улыбкой. Внутри вдруг стало так тепло и я приняла его приглашение.

Сжав мою ладонь, Киран повел в сторону непроходимой чащи, которая сверкала точно сотня бриллиантов было рассыпано по листикам деревьев. Он вел меня мимо пологих склонов, обвалившихся толстых стволов деревьев и небольших проталинок, усыпанных голубыми васильками.

— Ты всегда их любила, — заметив, как я смотрю на цветы, произнес Киран. — Однажды когда ты была еще маленькой, ты нашла целую поляну усеянной этими цветами и когда отец приказал вырвать все до единого цветка, потому что они олицетворяли в тебе добро. Так он хотел сломить тебя уже тогда. Ты тогда так горько плакала, что я не смог сдержаться и не уничтожил то, что было дорого отцу.

— В нашем Дворе, никогда не росли васильки, — прошептала я, борясь с желанием убраться отсюда, как можно скорее. Его рассказ пугал до чертиков, а то с каким хладнокровием он это все рассказывал, наталкивали на мысли, что он был очень опасен. Может даже одержим.

— В Благом нет, но здесь во Дворе Теней их было огромное количество.

Я резко остановилась и выдернула руку. Киран с удивлением посмотрел на меня, а потом на свою ладонь.

— Я никогда не жила при Дворе Теней. Его не существует. Он уничтожен задолго до моего рождения.

Лицо фейца исказилось от злости, и он мгновенно оказался рядом. Схватив меня за лицо, он сжал так сильно, что я почувствовала, как оно вот-вот лопнет. Я колотила его по рукам, мычала и пыталась вырваться.

— Они заперли тебя, не дали умереть, заставив нести бремя, которое тебе на по силам. Я скоро приду и тогда каждый, кто встанет у тебя на пути, будет убит от моей руки.

Я открыла глаза и с шумом втянула воздух. Лицо все еще горело от боли, словно все это было реальностью. Меня трясло, а слезы катились сами по-себе.

— Это сон. Это всего лишь проклятый сон.

Я пыталась себя успокоить, но не получалось. Голос хрипел и я никак не могла унять эту дрожь, которая звенела в каждой моей кости. Холодный пот медленно стекал по лицу, капая на грудь. Это всего лишь сон.

Его слова все еще звучали у меня в голове, такие жуткие, пугающие и такие настоящие.

Шум за дверью заставил меня вздрогнуть и обернуться. Ручка повернулась, и на пороге появился Риван. Я почувствовала, как напряглась. Он был одет в форму командиров легионов: белый доспех переливался на свету, волосы были гладко зачесаны назад, открывая высокий лоб. Он вошел и сразу нашел меня взглядом. В его глазах мелькнуло беспокойство, но оно быстро исчезло, сменившись холодной решимостью.

— Как ты себя чувствуешь?

От его лесного голоса хотелось плевать, но я лишь скрипнула зубами и сильней сжала ткань одеяла.

— Ксан в курсе, что ты ведешь двойную игру? — холодно ответила вопросом на вопрос. Риван лишь усмехнулся.

— Не знает, но думаю догадывается. И если бы не дай, прародители, он понял это, то я боюсь, что мне пришлось бы принимать особые меры.

Я вздрогнула. Мне прекрасно были понятны его «особые меры» и от этого знания лишь сильнее скрутило желудок. Я прожигала его ненавистным взглядом, пытаясь понять, чего он хочет добиться. Мести? Власти? Плевать. Не стоило мне давать ему второй шанс и верить всему, что говорил.

— И что теперь? — голос дрожал. — Вы снова начнете меня мучать? Опалять огнем? Ритуал уже скоро, если верить словам отца.

Риван скривился. Казалось напоминание о его действиях приносили ему лишь боль. Но больше я не верила ему.

— Я тебе уже говорил, что мне совсем не претило пытать тебя. Я бы предпочел лучше что поприятнее, но твой отец настаивал и мне ничего не оставалось, как выполнять его волю.

— Что у тебя за цель? Ради чего ты готов предать того, кто помог тебе и дал возможность зажить новой жизнью?

Риван хрипло засмеялся, вводя меня в ступор. Я не понимала, чего смешного сказала. Шпион быстрым шагом приблизился ко мне, отчего я вскочила ногами на кровать и стала отползать назад. Спина коснулась бортика.

— Он ведь не рассказывал, как нашел меня? Раненного, истерзанного плетьми амбициозного парня, который был брошен всеми? — вот откуда у него на спине те шрамы. — Я был рожден от союза простолюдинки и аристократа. Позор. И чтобы не маячил перед лицом, напоминая об измене, меня выгнали, а мать заперли в темнице. Я скитался по земле, беспризорник, отрешенный и пока не попал в плен, — глаза Ривана вспыхнули и он поспешил отвести взгляд. Мне было плевать на его судьбу. — А потом меня подобрал твой ненаглядный, который увидел потенциал. Но я все равно жаждал большего. И знаешь, наши отношения невозможно назвать братскими или дружескими. Ксан всегда видел меня насквозь. Но когда узнал, что он ищет корону, чтобы разрушить ее, я испугался. Все истории, что тебе рассказывали о ней, сплошная ложь. Корона лишь металл. Найти ключи, — открыть проход его хозяину. А мы все знаем, что будет, если Тьма вырвется на волю.

Его грудь тяжело вздымалась, лицо искажала злость. На кого он злился? На себя? На окружающих? Я не могла и не хотела разбираться.

— Тогда для чего ты предал? Можно же было просто рассказать все, предупредить.

— Ксан не слушал. Он был одержим. Темный король отнял у него дорогое и я не виню его в желании уничтожить то, что было дорого ему и одновременно приносило власть. Но его одержимость стала неуправляемой. Единственный способ не дать злу вырваться, — это уничтожить ключи и запереть врата. Навсегда. Твой отец, не сказать, что добросовестный, однако он готов уничтожить их. И я ему верю.

— Ненормальный. Отец убивал, пытал и уничтожал целые деревни. Мне никогда не отмыть ту кровь.

Риван поднял на меня тяжелый взгляд, в котором вновь сквозило отчаянием. Непонимание разжигало во мне злость. Обида, отравляющая душу каждый день, притаилась где-то глубоко.

— Не Бранон убивал тех людей. Когда встретишься с принцем вновь, спроси его как появились туманы. И как он столько лет смог защищать свой Двор. Даже у самого могущественного фейри есть предел его магии.

После этих слов он встал и направился к двери. Я наблюдала, как он нарочито медленно открывает ее и бросает на меня долгий взгляд.

— Раз ты уже проснулась, то я позову служанок. Они помогут привести тебя в порядок. В конце концов ты должна выглядеть как подобает Благой наследнице.

— Когда будет ритуал? — я не смотрела на Ривана, не желала видеть его жалость и странную нежность в глазах.

Его слова и предательство ранили меня. Ксан верил ему, как и я. Все вокруг лгали, и никто не мог объяснить, чего от меня хотят.

— Через пол месяца. В полнолуние.

***

Как Риван и сказал, через некоторое время в покои вошли две служанки. Одна из них: низкая фея с бирюзовой кожей, держала в руках новое платье темно-синего цвета. Другая несла банные принадлежности. Я скривилась, наблюдая за всем этим великолепием и шиком. Они молча прошли в столу и сложили все вещи.

Одна из них направилась в дальнюю комнату, которая служила купальней и послышался звук наливаемой воды. Другая, с длинными зелеными волосами и большими черными глазами подошла и стала помогать снимать старое платье. Ее тонкие длинные пальцы ловко справлялись со шнуровкой корсета и уже через пару секунд платье с противным шорохом упало под ноги. Я не противилась, все это было бесполезно.

Они провели в купальню. Пока одна подливала воду и готовила пену, другая помогла залезть в ванну. Горячая вода тут же обожгла кожу и я сжалась.

— Прошу вас, расслабьтесь, — писклявый голос феи пронзил мои уши.

Мягкая мочалка коснулась кожи. Мурашки разбежались по спине, точно гонимые паразиты и я задрожала. Аромат сладких цветов проникал в нос, заставляя морщится.

Они натирали меня, как старую грязную реликвию, — тщательно, до блеска. Закончив с ванной, они занялись нарядом и прической. Влажные волосы высушили магией, а шелковое платье, закрытое до горла, висело на мне мешком. Нейна, одна из служанок, объяснила, что это для чистоты и невинности. Мне еще предстояло узнать обычаи Саньяна — таинство, которое посвящали непосредственно перед ритуалом наследника и его приближенных.

До самого ритуала должен пройти бал, на котором представят избранного перед всеми Дворами.

— Вы готовы идти, — Нейна робко улыбнулась, когда последняя шпилька была всунута в прическу от которой хотелось выть. Я нахмурилась, не понимая куда мне нужно идти и заметив мое смятение, служанка поспешила пояснить: — Сегодня у вас ужин с его Величеством. Он настоятельно просил, чтобы вы были. Пройдемте.

Она указала на дверь и поспешила выйти, я последовала за ней. Коридоры встретили меня пугающей тишиной. Я отвыкла от всего лоска и блеска, которым был обиты стены и пол. Все внутри сделано из белого золота, с вкраплением синих бриллиантов. Стены украшенные гобеленами и портретами моих предков. Они смотрели на меня с укором и презрением, точно так же как и отец. Подол платья шлейфом тянулся по до блеска начищенному полу.

Мы свернули к главной лестнице. Я спускалась по гладким ступеням, крепко держась за золотые перила. Нейна остановилась около больших отделанных тонкой линией сапфиров вдоль проема дверей. Двое стражников в блестящих золотых доспехах низко поклонились и отворили двери. Яркий свет на секунду ослепил меня и проморгавшись, я ступила в большую трапезную. Дубовые стол ломился от множества яств, а калейдоскоп ароматов витавший в воздухе, заставлял предательски урчать живот. Будь на то моя воля, я бы вообще отказалась от ужина, но отец тогда силой бы вытащил меня из покоев и притащил сюда.

Я шла вдоль стены с изображениями древних богов. Никто точно не знал, как они выглядят — лишь по рассказам и записям прошлых королей можно было лишь догадываться. Толстые белоснежные колонны поддерживали ровный золотой потолок. Звук моих каблуков по полу отражался от стен и тонул в гомоне придворных, которые уже глазели на меня и громко, с презрением, перешептывались.

Нейна задержалась в коридоре, не торопясь идти за мной. Внезапно я почувствовала тревогу. Отец сидел во главе стола. Огромный стул, похожий на миниатюрный трон, был сделан из золота. От этого богатства меня охватило отвращение.

По правую руку от Бранона сидел Риван. Завидев меня, он медленно поднялся и грациозно, точно пантера, подошел ко мне. Его взгляд скользнул по моему лицу, спустившись на закрытую тканью грудь, а затем вновь вернулся к лицу. Ленивая улыбка тронула бледные губы и он протянул мне руку.

Его ладонь обжигала, и я поспешно взяла его под руку, чтобы не чувствовать этот жар. Риван подвел меня к свободному стулу рядом с собой. Передо мной стояла тарелка с едой, от которой мутило, но под пристальным взглядом отца мне пришлось есть. Придворные громко обсуждали предстоящий ритуал, делая ставки на то, как быстро богиня накажет меня за использование черной магии.

— Зачем ты меня сюда позвал? — я не смотрела на отца, но знала, что он слышит. Все это время он не проронил ни слова. — Чтобы в очередной раз показать насколько я ущербна?

— Мне не нравится ход твоих мыслей. Чтобы поужинать с дочерью, которую не видел пять долгих лет, разве нужна причина?

Я оторвала взгляд от тарелки и посмотрела на Бранона. Отец сидел с невозмутимым лицом и держал в руке кубок с красным вином.

— К тому же, мне тут одна птичка нашептала, что ты стала неравнодушной к одному очень занятному фейри, — я вздрогнула. Нет. Нет. Нет. — Я бы хотел с ним познакомиться.

— Уверена, вы уже знакомы.

Отец впервые посмотрел на меня и в его черных глазах сверкнула жестокость. Я понимала, что теперь он не оставит двор Ксана в покое. И если я не смогу предупредить принца, то все кто остался в живых снова под угрозой. У меня похолодело все внутри, а руки взмокли от пота.

— Тогда тем более, мне будет приятно побеседовать со старым другом. Однако, я не могу сам прийти и даже выслать приглашение. Его туманы слишком сильные.

Внутри на мгновение стало спокойно. Если даже Верховный правитель не может пробраться сквозь них, значит все фейри в безопасности.

— Древняя магия породила их. Такую я встречал только у богов. Расскажи мне, что это за магия.

Я ошарашено взглянула на Ривана, а затем вновь на отца. Он до сих пор не знает? Если это так, то Риван явно утаил эту деталь. Внутри вновь что-то зашевелилось, надеясь быть может Риван также как и я вынужден играть свою роль.

— Если ты думаешь, что он рассказывает мне все, то ты ошибаешься. Ксан слишком умен, он не будет говорить дочери его врага все свои секреты.

Бранон задумался. Его вид вызывал неприкрытый ужас. Я машинально дернулась, когда отец опустил голову и придвинулся ко мне. Он навис точно грозовая туча, готовая вот-вот обрушить всю свою ярость. Его пальцы сомкнулись на моем подбородке и мне стало больно.

— Я думаю, что нашему принцу следует напомнить, кто здесь главный и показать что бывает, если идти против меня. Ты так не считаешь, дочка? — он наклонился ко мне еще ближе, так чтобы никто не слышал, что он говорил. Черные глаза утаскивали в бездну. — Думаешь, я не знаю зачем ты действительно здесь.

Я дрожала, широко распахнутые глаза пытались отыскать спасение, но никто не спешил приходить на выручку. Всем было глубоко наплевать.

Затем Бранон отстранился от меня и вновь принялся за еду. Я тяжело дыша, опустила голову, пытаясь скрыть свой ужас и выровнять дыхание. Но все попытки были провальными: Риван видел каждый мой судорожный вдох и я уверена слышал тихие всхлипы.

Нет. Я не доставлю им такой радости. Не буду реветь, показывая всю свою слабость и тем самым подтверждая их счеты на меня. Если они хотят, чтобы тьма взошла на трон, то я дам им то, чего они хотят. Браслеты на руках больно укололи, забирая всю магию, что молниеносно отозвалась во мне от мыслей. Я сжала челюсть до боли и резко встала. Отец даже не поднял голову,

— Если ты позвал меня сюда, чтобы лишь угрожать или показывать всем, насколько имеешь здесь власть, то извольте откланяться. Я не голодна и сыта уже вашими лестными речами.

Развернувшись на каблуках, я зашагала в сторону выхода. Придворные открыто лупились вслед, победно улыбаясь. Пусть сейчас они и выиграли, но это лишь начало.

— Уверен, твоему принцу понравится мой подарок. Я знаю, что он сейчас где-то поблизости. Если желаешь вновь его увидеть, завтра ты явишься на бал.

Я с силой толкнула двери и почти бегом выскочила в коридор. Меня тут же окружила стража и служанка, которая все это время стояла около зала и ждала меня. Она поклонилась и жестом указала следовать за ней. Мне нужно придумать как связаться с Ксаном. Паника от слов отца вилась точно змея, отравляя меня своим ядом.