Развлечения Для Серёжи

Объяснить все Олегу, только вернувшемуся из Сирии, было трудно. Соскучавшемуся, голодному до ласки, дуреющему только от одной мысли, что он наконец-то рядом, наконец-то вернулся домой, может прикоснуться к Сереже. И все-таки Олег выслушал все Сережины "Я осознал, что у меня нет полового влечения", понял. Принял.

Волков старательно маскировался, но внимательный Сережа все видел. Видел, что Олегу не хватает секса. Как бы Олег не старался скрыть это и справиться самостоятельно, проблема никак не решалась. Поэтому Сережа взялся решать эту проблему со всей своей целеустремленностью, присущей молодому миллиардеру.

— Олеж, я тут подумал, - одним вечером, подкатившись Олегу под бок, начал Сережа, удобно уложив голову на плечо мужчины. Тот посмотрел на него, выжидая продолжение. — Я вижу, что тебе... Хочется. И, раз я не могу помочь тебе в этом, может, тебе стоит найти кого-нибудь еще, чтобы снимать напряжение? Я...

— Нет, - короткое и емкое.

Сережа чувствует, как пылает весь от смущения, но все же находит в себе силы посмотреть на Олега, заглянуть ему в глаза. Серьёзные. Такие красивые, родные и любимые.

— Олеж, но я же не против. Правда. Все хорошо, если...

— Нет, - повторяет уже грубее, но тут же смягчается, свою большую мозолистую ладонь укладывает парню на плечо, поглаживает осторожно. — Трахаться с кем-то на стороне? Я не могу так. Я же тебя люблю, как кого-то другого... Даже смотреть противно, не то, что трогать. Сереж...

Разумовскому за свое предложение стыдно становится. Он шепчет извинения и утешения Олегу, притершемуся к его ладони, щекочущему ее своей бородой и покрывающему ее нежными мелкими поцелуями. Такой ласковый и преданный, что Сереже плакать хочется от переполняющих душу чувств.

И тогда Сережа придумывает другой способ решения проблемы.

Он начал с более откровенных, чем обычно, объятий. Вот ладонь Сережи плавно соскользнула ниже талии, к пояснице, и опустилась на упругую задницу. Вот Сережа, подобравшийся со спины к Олегу, моющему посуду, прижимается к нему со спины, обнимает одной рукой поперек груди, а вторую запускает под футболку, где прохладными пальцами начинает поглаживать низ живота, прямо над резинкой домашних штанов. Вот Олег и не замечает, как внезапно ленивые вечерние поцелуи в постели перебираются с лица на шею и грудь. Вот Сережа, целуя Олега перед тем, как убежать по работе, притирается к нему.

И каждый раз Олег сбегает. Стоит Сереже только почувствовать, как член Волков твердеет, как тот настойчиво отстраняет его от себя и уходит в душ. Разумовского поражает его упертость. Он понимает, что Олег не хочет его отпугнуть или вызвать неприязнь, и очень благодарен. Но ведь ему же правда хочется помочь.

***
Олег просыпается еще до того, как восходит солнце. Он не сразу понимает из-за чего проснулся так рано и какое-то время осоловело смотрит перед собой. На спящего Сережу, сопящего тихо и пускающего слюни на подушку. От этого зрелища губы невольно растягиваются в улыбке, и он подавляет смешок, боясь потревожить чужой сон.

Лишь через пару минут Олег понимает, что в трусах тесно. И причина его пробуждения — Сережа. Сережа, который снился ему, любимый и желанный. Провокатор.

Волков, приподнявшись на локте, аккуратно целует спящего в щеку и тихо выскальзывает из постели. Он уходит в душ, как делал много раз до этого, даже не надев тапочки.

Стянув белье и так и оставив лежать его на полу, Олег зашел в душевую кабину и включил воду. Теплая вода легко стекает по расслабленному после сна телу, лаская. Олег прикрывает глаза, подставляя лицо под струи.

Волков, жмурясь, обхватывает себя ладонью. Он так устал, так устал бегать от Сережи, тепла и ласки которого хотелось до дрожи. Только бы не напугать его, только бы тому не стало противно от его, Волкова, низменных желаний. Сережа, до безобразия тактильный, заставлял его чувствовать себя так, что он готов был завыть от отчаянья.

Олег водит кулаком быстро, дергано. Просто чтобы быстрее закончить, скорее избавиться от стояка и вернуться к Сережа, под теплое одеяло. Крепко обнять, прижав к себе, поцеловать в макушку, вдыхая сладкий запах волос. Чувствовать тепло, исходящее от чужого тела. Такого манящего и вместе с тем недоступного.

Олег, погруженный в свои мысли, не слышит, как незапертая дверь открывается и внутрь бесшумно заходят. Он понимает, что не один лишь тогда, когда Сережа, обнаженный и безбожно красивый, прижимается к нему со спины всем телом, липнет к нему, словно пытается вплавиться. Изящные руки обвивают его поперек живота, заставляют остановиться. Мягкие губы нежно прижимаются к плечу.

— Сережа? Я не... - он не должен был проснуться. Олег должен был сделать свое дело и вернуться обратно к нему. Волкову неловко за свое положение. — Прости.

— Тише.

Одна из ладоней спускается к его паху, настойчиво убирает его руку и ложится на ее место. Обхватывает так хорошо, что Олег прикрывает глаза, сделав глубокий вдох.

— Сережа... - шепчет. Что, если ему противно? Сереже же секс неинтересен, что, если еще и противен? — Не надо...

Разумовский медленно ведет кулаком вверх-вниз. Чувствует дрожь, мурашки, пробежавшиеся по чужому телу.

— Хочу сделать тебе приятно.

Сережа дрочит ему неспешно. Торопиться же некуда. Второй рукой оглаживает загорелую кожу, накачанное тело. Он скользит к груди. Олег вздрагивает, почувствовав, как Сережа осторожно зажимает один из сосков пальцами.

— Ты не обязан... - мысль остановить Сережу стекает вместе с водой в сток. Слишком хорошо, чтобы собственноручно прекратить это.

— Я знаю, Волч, - не прекращая выводить узоры на рельефном прессе, отвлекшись ненадолго покрывать поцелуями затылок и плечи, шепнул Разумовский. — Все хорошо.

До чего же его Олег красивый, прекрасней всех античных скульптур, которыми Сережа восхищался. Дыхание Волкова становится тяжелее и чаще. С губ Олега срывается невнятный стон. Он кладет свою ладонь поверх Сережиной, сжимает ее и ускоряет темп. Он жмурится, запрокидывает голову назад, подставляя шею под поцелуи и покусывания. Бедра дергаются бесконтрольно.

Олег закусывает нижнюю губу и, тихо заскулив, кончает в Сережину ладонь. Дышит тяжело, будто марафон пробежал. Разумовский подставляет ладонь под струи, позволяя воде смыть сперму.

— Сережа... - Олег разворачивается в его руках, жмется близко и тесно, ласковый и мягкий. — Ты не...

— Тебе было хорошо, - Сережа улыбается, чмокает мужчину в губы быстро. — Если хорошо тебе, значит, и мне тоже. Пойдем обратно в постель, хочу еще поспать?

Волков кивает и выключает воду. Через пару минут он заботливо обтирает Сережу махровым полотенцем, тот чуть ли не мурлычет от приятных осторожных прикосновений к телу. Олег лишь улыбается и целует сладкие губы, прижимая Сережу к себе.

— Я люблю тебя, - пальцы путаются в мокрых прядях, с которых капает вода.

— Знаю. Я тебя тоже.