Развлечения Для Серёжи

— А как же Маршалл? - между пылкими поцелуями произносит Сережа. Дыхание сбито, перед глазами плывет от выпитого.

Волков заталкивает его в дальнюю кабинку туалета и закрывает дверь. Люди на танцполе танцует, играет громкая музыка, которая сильно бьет по ушам, но это не важно сейчас. Он такой же пьяный и распаленный. Сережа весь вечер флиртовал с их новым знакомым, безуспешно пытаясь спровоцировать его на ревность. А после танцевал, изгибаясь всем телом, такой красивый и желанный. Как Олег мог дотерпеть до возвращения в их номер?

— А не плевать? Взрослый мальчик, не потеряется, - он руками лезет под майку Разумовского, поцелуями спускается к шее. Смотрит исподлобья насмешливо на парня, схватившегося за его плечи крепко, чтобы не упасть, ведь коленки подкашиваются. — Или ты хочешь, чтобы он присоединился?

Сережа, слегка покачиваясь, прижимается к стене кабинета, его дыхание смешивается с запахом алкоголя и пота. Голова идет кругом. Волков, с ухмылкой на губах, продолжает исследовать его тело, его руки скользят по гладкой коже, вызывая мурашки по всему телу.

— Нет уж, ты только мой, - Разумовский берет чужое лицо в ладони и притягивает, чтобы поцеловать. Мокро и пошло. Так, как сейчас надо — не сдерживаясь. Он почувствовал, как внутри него разгорается желание — Он и так тебе весь вечер глазки строит.

Олег смеется ему в губы, прикрыв глаза, руки сами по себе, совсем по-хозяйски расстегивает ширинку чужих штанов, обтягивающих стройные длинные ноги.

— Правда? Я даже не заметил, - майка Сережи задрана до самой груди, его растрепанные чуть влажные волосы лезут в лицо, и Разумовский безуспешно пытается их сдуть, чтобы не мешались. Он ртом жадно хватает воздух, чувствуя горячие пальцы с загрубевшими подушечками, проскользнувшие под резинку трусов. — А ты что, ревнуешь? Боишься, что к другому уйду?

Сережа фыркает. Еще чего? Он и так знает, что Олегу нравится только он, что ни на кого другого Волков его не променяет. Уж точно не ради минутного удовольствия. Не променяет ведь? Даже если от него куча проблем, если с ним сложно, если порой он невыносимый? Он же не проснется одним утром в постели один? Насмешливая улыбка и сомнения, начавшие крутиться в голове вихрем, заставляют настроение смениться за доли секунды: Сережа больше не игривый и возбужденный, он злится, боится и нервничает.

— Ты дурак!? - Разумовский смотрит недовольно, отчаянно. Сам не понимает, как резко подается вперед и кусает Олега в шею, смыкая зубы на смуглой коже, на которой чувствует солоноватый пот.

Волков теряется на пару секунд. Морщится немного от того, с какой силой кусает его парень, но оттолкнуть его не пытается. Напротив, притягивает ближе, обнимает за плечи и ждет, когда тот успокоится. Разумовский пыхтит тяжело и размыкает челюсти. Глядя на глубокие следы от зубов, он чувствует себя виноватым. Он не хотел снова делать Олегу больно. Правда не хотел! Страх накрывает его с головой. Сережа боится посмотреть в глаза Волкову, увидеть, что тот злится. Он жмется к его плечу напугано.

— Прости, - выдавливает тихо. — Прости, пожалуйста. Оно само получилось. Я не хотел.

— Ты один мне нужен, - ладонь Олега на его затылке. Гладит ласково, успокаивающе. Сережа смаргивает слезинки, выступившие на глазах, нижнюю губу закусывает. — Мне хотелось подразнить тебя. Я не думал, что ты расстроишься. Извини.

Сергей решается посмотреть в глаза Олегу: голову поднимает, смотрит робко, поджав губы. А Олег улыбается, мягко и нежно, смотрит с нескрываемым обожанием. Сережа ему столько боли причинил, столько гадостей наговорил, создал столько неприятностей один своим существованием, а Олег все так же, как много лет назад, смотрит на него влюбленно.

Сереже хотелось бы сказать хоть что-то, но ничего не выходило. Слова на языке никак не складывались в предложения.

— Я... - наконец произносит он с трудом. — Я просто боюсь... Что ты найдешь кого-то получше и уйдешь.

— Никуда я не уйду, - Олег прижимает его к себе еще крепче. — Я с тобой навсегда. Веришь?

Сережа кивает быстро и нервно. Он очень хочет верить и верит, ведь Олег его никогда не обманывал. Губы сами собой растягиваются в улыбке. На душе становится легче, спокойней. Он чувствует тепло его тела и успокаивается от этого контакта. Сережа осторожно проводит языком по укусу и тут же чувствует, как Олег слегка вздрагивает. Тихий вздох говорит о том, что, к Сережиному облегчению, вовсе не от боли.

— Ты в настроении продолжить? – чуть отстранившись, Разумовский из-под ресниц смотрит на него хитро и задорно, отводя пальцами прядь волос за покрасневшее ушко.

— Ты еще спрашиваешь? - Сережа почувствовал, как его сердце забилось быстрее.

Олег лишь улыбнулся в ответ, его темные глаза сверкали от озорства. Он медленно наклонился к Сережиным губам, и их поцелуй снова стал страстным. Ладонью Волков провел вдоль Сережиного позвоночника, спустившись еще ниже, он сжал упругую задницу через ткань очень уж узких штанов. Отлипнув от чужих губ с влажным причмокиванием, Разумовский с довольным прищуром посмотрела в глаза Олегу, очаровательно покрасневшему, и спустился к его шее. Легкими, почти невесомыми поцелуями, от которых Волкову стало чуть щекотно, он покрыл смуглую кожу рядом со следами от собственных зубов. Его горячий язык широко мазнул по кадыку, вызвав у Олега судорожный вздох. Довольный реакцией, Сережа продолжил то целовать, то несильно прикусывать, даже не оставляя следов. Прикрыв глаза и запутав пальцы второй руки в длинных рыжих прядях на затылке, Олег наслаждался его лаской.

— Перейдем к большему? Или ограничимся тем, что я слюнявлю тебе шею? - съехидничал Разумовский, толкнувшись бедрами вперед, потеревшись своим стояком о чужой.

— Надеюсь ты готов? - горячее дыхание опалило Сережино ухо, его голос был низким и манящим, по коже побежали мурашки.

Сереже хотелось сказать еще что-нибудь, но Волков, сделав шаг назад, неожиданно опустился на колени перед Сережей. Сердце Сережи забилось еще быстрее от предвкушения. Он вжался спиной в дверь кабинки. Олег легко стянул его штаны до щиколоток. Вставший член оттягивал резинку трусов, Олег с усмешкой смотрел на это, шумно сглотнув скопившуюся во рту слюну.

— Не томи, - почти жалобно, на грани слышимости, попросил Сергей, положив правую ладонь на темную макушку.

Олег стянул и белье. Внутри все затрепетало от волнения и ожидания. Сережа вздрогнул. Олег провел носом от самого пупка до лобка по дорожке коротких медных волосков. Услышав короткий вымученный стон сверху, он обхватил чужой член ладонью у основания, посмотрел снизу вверх. Ему самому хотелось начать прямо сейчас, но как он мог не подразнить немного Сережу, трогательно сводящего брови домиком и кусающего свои пухлые губы?

— Олег, пожалуйста…

У Волкова и самого этим вечером нет сил и выдержки для долгих уговором. Поцеловав выпирающую тазобедренную косточку, он быстро проводит кулаком пару раз по члену, срывая с чужих губ несдержанный долгожданный стон. Волков касается губами головки, и Сережа запрокидывает голову, несильно ударившись.

Олег на удивление ловко для человека, выпившего столько, проводит по члену языком, набирая нужный темп. Ладонями сжимает дрожащие бедра Разумовского. Сереже остается лишь полностью отдаться ощущениям. Он сжимает в кулаке волосы Волкова. Не тянет, не направляет. Лишь держится за них пока Олег заглатывает его член, пытаясь удержаться от того, чтобы позорно кончить за пару минут.

Олег выпускает член изо рта, проводя самым кончиком языка по головке, давая себе передышку, а потом трогательно целует головку, поймав Сережин взгляд, и вновь вбирает его до самого основания, посасывая и двигая головой в размеренном ритме. Разумовский неловко почесывает его по макушке, этот жест вызывает у Олега прилив нежности, он стонет, пуская по члену вибрацию. Сережа ругается грязно, губы кусает, а его прекрасные стоны, горячо любимые Олегом, все равно прекрасно слышно.

— Олеж, - осипшим голосом тянет Сережа, чувствуя, что больше не может сдерживаться.

Разумовский запрокидывает голову назад вновь и стонет чуть отрывисто, кончая Олегу в рот, пока тот, носом вжавшись в его лобок, чувствует, как по стенкам горла стекает горячая сперма. Отстранившись с хлюпающим звуком, Волков пошло облизывается, зная, что Сережа наблюдает за ним своим поплывшим взглядом, проглатывает все.

Волков, вставший на ноги, нависает над размякшим Сережей, едва держащемся на ногах. Взяв его за подбородок, Олег заглядывает в раскрасневшееся милое лицо. Расстегнув собственную ширинку, он забирается под белье, обхватывает себя, быстро принимаясь кулаком по члену. Сережа, чуть отойдя, сам подается вперед, накрывает его губы своими и лезет языком в рот. Олег охотно отвечает ему, ничуть не сбавив темп. Воздуха не хватает, и голова кружится, но как же ему хорошо. Сережа сопит шумно, руками залезает ему под рубашку-поло. Волкову много не надо. Он кончает, испачкав свою ладонь и застонав в поцелуй.

— Маршалл нас, должно быть, потерял, - хихикнул Сережа, он быстро натянул белье со штанами, но застегнуть ширинку и пуговицу непослушными пальцами никак не получалось. С этим ему помог Волков, как только вытер руки.

— Ничего страшного, - Олег улыбается нежно, влюбленно. — Идем.

Олег берет Сережу за руку, чтобы тот не потерялся в толпе, ведет его за собой, прямо к столику, за которым увидел Маршалла. Маршалл выглядит скучающим, его взгляд блуждает по залу, а пальцы бездумно водят подушечкой по ободку бокала с коктейлем. Заметив их, он тут же засияли заулыбался.

— Я вас потерял! – воскликнул он. — Я принес нам еще выпить.

— Очень мило с твоей стороны, - Олег выпускает Сережину ладонь из своей, позволяя тому пройти вперед и сесть рядом с блондином. — Извини, мне стало нехорошо, и мы с Олегом ненадолго оставили тебя одного. Надеюсь, тебе не было скучно?

Маршалл переводит взгляд с Разумовского, притянувшего к себе один из коктейлей, на Олега. Его взгляд тут же останавливается на свежем следе от укуса, который не скрывает короткий ворот рубашки. Он изгибает губы в усмешке и щурится, глядя на Олега понятливо. Пока Сережа не видит, он кивает Волкову в сторону туалета, откуда они только что пришли, приглашая уединиться. Олег качает головой отрицательно, глядя на него снисходительно. Маршалл не выглядит расстроенным, пусть и надеялся, что ему что-то перепадет, он пожимает плечами и улыбается.

— Вик, а этот вкусный! - восклицает Разумовский, сделав пару глотков через трубочку, обращаясь к Олегу, который не сразу отзывается на чужое имя. — Хочу еще!

— Тебе не станет снова плохо?

Олег садится рядом. Отводит прядь за ухо ласково. Сережа неосознанно наклоняется к нему поближе, и Маршалл понимает, что у него нет никаких шансов.