наказание 18+
— думаешь, что если ты популярен и тебя приглашают на вечеринки, то тебе это дает право на то, чтобы тебя лапали какие-то мужики? — едва не рычит от злости наемник, впечатывая Разумовского в стену коридора. Парням пришлось сорваться с закрытой вечеринки по случаю открытия какого-то нового филиала ресторана, ведь картина, увиденная Волковым, заставила закипать кровь от ненависти.
— я напомню тебе, если ты вдруг забыл. Ты все еще принадлежишь мне и только я имею право касаться тебя. — Волков тычет пальцем в грудь Сереже, который стоит боясь даже вдохнуть, не то, что слово сказать. — сейчас идешь, принимаешь душ, а после идешь к нам в комнату без одежды. Ты понял меня? — строго говорит Олег и, получив кивок в ответ, хмурит брови, склоняя голову в бок. — словами, Сереж.
— понял, Волч.. — негромко говорит Разумовский и уходит в сторону ванной, скрываясь за дверью.
Волков фыркает и направляется в спальню, где расстегивается пиджак и белую рубашку, вешая их аккуратно на вешалку, но оставляет брюки. Пока рыжик плескается в ванной, наемник подходит к комоду и открывает верхний ящик, наугад выбирая один из нескольких десятков тюбиков смазки. Бросив его на кровать, наемник закрывает шторы и гасит основной свет, оставляя тусклый свет от ламп, стоящих на тумбочках. Олег садится на кровать, а в этот момент в комнату заходит Разумовский, неловко прикрывающий себя руками.
— иди сюда. — наемник хлопает ладонью рядом с собой и ждёт, пока рыжик неуверенными шагами приблизится к нему. — ложись на колени и задницу вверх. Живее, Сереж, я не кусаюсь. — оставаться спокойным становится все тяжелее и тяжелее, но переходить черту сейчас нельзя. Дальше будет только интереснее.
Устроив удобнее юношу на коленях, Волков делает глубокий вдох и опускает одну ладонь на ягодицу Сережи, но не делает ничего более.
— скажи мне, Сереж. По какой причине нам пришлось покинуть мероприятие? — спокойно начинает Олег, поглаживая нежную кожу, и изредка отводя ягодицу в сторону, открывая вид на сжатую дырочку.
— потому что.. потому что меня трогали.. и трогал незнакомый мне человек, который не имеет на это права.. — отвечает рыжик и опускает голову, понимая, что это очень вывело Олега. Хотя и самому можно было подумать головой, а не делать вид, что ничего не было.
— правильно. Но если ты такой смышленый мальчик, скажи мне, почему же ты позволил ему трогать себя? — нарочно спокойно говорит наемник, делая паузы между словами, чтобы потянуть время. Пока Олег задает вопрос, пальцы очень умело скользят между ягодицами, едва ощутимо поглаживая, на что Разумовский вздрагивает, шумно выдыхая.
— я подумал.. это было случайно и.. Олег, пожалуйста.. — по ягодице прилетает звонкий шлепок, заставляющий вздрогнуть и закусить губу, чтобы сдержать стон.
— не отвлекайся. Случайно говоришь? Я может забыл тот момент, когда люди, касающиеся тебя ниже пояса - стали делать это случайно? — Волков щелкает крышкой смазки и выдавливает на пальцы, распределяя ее меж ягодиц, даже не согрев предварительно в руках.
— Олег, я правда.. правда думал, что он не специально, тем более, что он был пьян и очень.. — не успев договорить, Разумовский прерывается на протяжный стон, потому что во внутрь скользнули два пальца с прохладной смазкой, выбивая все мысли из головы. Ерзая на бедрах, Сережа пытается сменить угол, чтобы получить такое нужное давление, но его перехватывают свободной рукой, прижимая сильнее, не оставив никаких шансов.
— не двигайся, иначе я оставлю тебя в таком состоянии и лягу спать. — строго отрезает Олег, продолжая двигать пальцами, и чуть ослабляет хватку на Разумовском, в надежде, что тот перестанет ерзать. — тебе может меня не хватает или что? Я все понять не могу. Мы трахаемся не так уж и редко, чтобы ты бегал к другим.. а может тебе надоел я? Давай найдем кого-нибудь, кто согласится трахнуть самого Сергея Разумовского? — Волков хмурится, добавляя еще один палец и нарочно давит на простату, чувствуя как сжимается рыжик и тихо стонет.
— ты такая блядь, Сереж. Ты настолько развязано себя ведешь, что тебя даже незнакомые мужики лапают. А ты и подставляться готов. — Волков хмыкает, ускоряя движения пальцами, и свободной рукой поднимает голову Разумовского за волосы, натягивая их у корней.
— Волче, пожалуйста.. я не.. — Сережа срывается на пронзительный скулеж, потому что Олег восхитительно хорошо давит пальцами на комочек нервов, заставляя бедра дрожать, а узел возбуждения затягиваться еще сильнее.
Утопая все глубже в неге собственного удовольствия, Разумовский пропускает тот момент, когда вокруг его члена смыкается кольцо из пальцев Волкова. Юноша на это лишь разочаровано мычит, ерзая на бедрах, чтобы получить дополнительное трение, способное вновь подтолкнуть к разрядке.
— это твое наказание, а не способ получить удовольствие. Лежи спокойно, я еще не закончил. — строго отрезает наемник и убирает пальца под недовольный скулеж, но только для того, чтобы вновь щелкнуть крышкой смазки и щедро налить ее в промежность, тут же размазывая ее пальцами. — только и можешь, что тереть о брюки как жалкая шлюха. Хотя нет, даже девушки в борделях так себя не ведут. — Олег хмыкает, резко вгоняя уже четыре пальца, и двигает ими быстрее, заставляя его задницу хлюпать невыносимо громко, отчего рыжик покрывается краской, съезжая бедрами в сторону.
— Волче, Волче, Волче… — сбито шепчет Разумовский и поворачивает голову, строя максимально жалостливый взгляд. Если правильно состроить глазки, то можно добиться своего - излюбленная тактика Сережа. — пожалуйста, я правда буду внимателен в следующий раз..
Олег замедляет движения, но разводит пальцы на манер ножниц, еще сильнее раскрывая юношу.
— почему я должен тебе верить? Чтобы ты в следующий раз уже зажимался с кем-нибудь в туалете? — наемник вскидывает бровь и нарочно пальцами задевает простату, получая задушенный стон в ответ.
— Олег, пожалуйста.. я обещаю. Я сделаю, что угодно. — рыжик старается говорить ровно, но выходит из рук вон плохо из-за ловких пальцев внутри.
— допустим. Терпишь до тех пор, пока я не скажу. Кончишь раньше - пойдешь спать так. Условия понятны? — Волков убирает руку с члена Сережи, предварительно пару раз двинув ею, и дожидается ответа. Юноши хватает на тихое «понятны..» и наемник хмыкает, ускоряя движение пальцами.
С хорошим терпением Разумовский дружил плоховато, отчего и отхватывал частенько. Это и было хитрым планом Олега, который целенаправленно двигал пальцами исключительно по простате и явно не жалел скорости. Рыжик на бедрах нехило потряхивало, а его жалобный скулеж слышали, кажется, все соседи, однако держался он на удивление хорошо, что не осталось без внимания Волкова. Продолжая терзать юношу еще на протяжении минуты, Олег сжаливается над рыжиком и хрипло говорит:
— можно.
Разумовский едва не складывается пополам оттого, насколько сильным был оргазм. Послеоргазменная судорога продолжает его бить еще на протяжении какого-то времени, пока он окончательно не приходит в себя.
— ты хорошо постарался, Сереж. Умница. — спокойно говорит Олег, поглаживая его по влажным волосам, и аккуратно вынимает пальцы, вытирая их о покрывало.
— спасибо, Волче. Это было.. так хорошо. — рыжик расплывается в мечтательной улыбке, пока его перекладывают на кровать, и обнимает Олега, прижимаясь к нему. — теперь спать?..
— а что, ты готов на еще один заход? — с тихой ухмылкой спрашивает наемник, целуя юношу в лоб.
— кто знает.. ты же еще не кончил. — Разумовский закусывает губу, смотря в глаза Волкову, в которых начинает загораться знакомый ему огонек возбуждения.