фильмовские сероволки
Думаю про Сережу утром. Ему очень тяжело дается вставать по утрам. Разумовский кое-как садится на край кровати, свесив ноги, ступнями шарит тапочки, так и не разлепив глаза. На голове хаос, волосы спутаны, торчат во все стороны. На щеке след от подушки.
Такого Сережу каждое утро находит Олег, привыкший выскальзывать из постели на час раньше парня. Волков к моменту, когда Сережа только поднимается, уже полностью собран: умыт, волосы уложены, одет как с иголочки. Так еще завтрак для них двоих успел приготовить. Мечта, а не мужчина.
Именно это лепечет непослушным языком Сережа, глядя на Волкова снизу вверх, щурясь сонно и до того очаровательно, что Олег расплывается в нежной улыбке, наклоняется и чмокает парня в лоб, убирая непослушные волосы за уши. Сережа, такой мягкий и податливый с утра, словно пластилин, в руках Олега совсем плавится, растекаясь лужицей. Олег пользуется этим.
Разумовский даже не замечает, как с него стягивают трусы, когда уже Волков в своих тщательно отглаженных брюках опускается перед ним на колени прямо между ног, которые раздвигает, уложив большие мозолистые ладони на острые коленки, усыпанные веснушками и мелкими шрамиками, оставшимися с детства. Сережа вздыхает судорожно, чувствуя, как горячим дыханием Олег опаляет внутреннюю сторону его бедра, как царапает нежную кожу бородой.
— Помочь тебе взбодриться? - Волков смотрит своими и без того темными, блестящими от возбуждения глазами. Улыбка на его губах напоминает оскал. Сережа кивает лихорадочно, закусив нижнюю губу.
Носом Волков утыкается в лобок, покрытый короткими жесткими медными волосками. Сережин член трется о его щеку, мокрая головка оставляет влажный след. Олег за бедра подтягивает Разумовского ближе к краю, чтобы ему было удобней. Мягкие губы смыкаются вокруг члена, Волков вбирает сразу на половину, Сережа вздыхает отрывисто, сжав в кулаках простыни.
Сережа поджимает губы, глядя на Олега, на то, как спокойно и умело он действует, и хочет толкнуться в его горло сам, сильнее и быстрей, но мужчина не дает ему это сделать, крепко держа дрожащие бедра своими ладонями. Сережа скулит жалобно и задыхается, пальцами зарывается в темные волосы, оттягивает их, портя укладку.
Олег замирает, уткнувшись носом в лобок. Сережа стонет протяжно, весь дрожит, жмурится до цветных пятен перед глазами. Волков проглатывает все и улыбается довольно, глядя на Сережу снизу, целуя напоследок его в колено. У Сергея сил хватает только на то, чтобы откинуться назад, распластаться на постели, раскинув руки.
— Сережа, не валяйся долго, а то опоздаешь, - мягко говорит Волков, поправляя свою одежду. — Я жду тебя на кухне.
Приоткрыв один глаз лениво, Сережа видит улыбку Волкова, такую нежную и добрую, предназначенную лишь для него одного. На душе сразу становится легко и губы растягиваются в ответной улыбке.
— Приду через пять минут, родной.