89(19)-Противостояние двух сил.
-Не сомневайтесь в моей храбрости, Ваша светлость. Я являюсь достойным противником каждому мужчине.
---------------
|POV Автор|
Двери в небольшие покои со скрипом открылись, пропуская молодого, но весьма задумчивого, мужчину. Он прошёл к середине помещения, где на небольшой тахте, больше напоминающей трон повелителя, восседала статная и властная женщина, познавшая всю горечь жизни с юного возраста. Мужчина, низко поклонившись, снял с головы чёрный тюрбан и внимательно посмотрел на женщину своими серыми, словно толща льда, глазами. Женщина не уступала ему, и приподняв одну аккуратную тёмную бровь, сверкнула изумрудно-зелёными глазами.
-Госпожа, для чего Вы желали видеть меня?-покосившись на двух евнухов, стоявших по обе стороны от госпожи, мужчина нахмурился.
Положив руки на колени и оперевшись на них, женщина хмыкнула, отведя взгляд от ненавистного ей паши.
-Все люди, которые находятся поблизости ко мне - верны мне, и ни за что их не переманишь на другую сторону,-горделиво заявила Гавхаршад, краем глаза наблюдая за поведением паши. Паша, сам того не понимая, громко сглотнул и опустил серые глаза вниз. -Эта преданность выявлялась ко мне долгие годы, и со мной остались лишь самые верные и преданные люди,-визирь, подняв взгляд поочерёдно посмотрел на Мустафу агу и Нурислама агу, которые, казалось, за всё время даже не шелохнулись. -Тех же, кто посмел меня предать, я сурово наказываю, чтобы в уме у них даже такого больше не велось,-сурово заявила Гавхаршад, резко метнув взгляд злобных изумрудных глаз на Хусана пашу. Тот съёжился, принимая на себе злобный тяжёлый взгляд женщины, но промолчал.
Будто подтвердив что-то мысленно, Гавхаршад кивнула темноволосой головой, увенчанной массивной короной из золота.
-Госпожа, я верен только нашему повелителю и никому более,-качая головой в стороны, боязно произнёс Хасан паша, потеряв былую решительность. -Я буду отчитываться только перед ним и ни перед кем более.
Гавхаршад в ответ усмехнулась, но после жестоко взглянула на третьего визиря.
-Если ты верен нашему повелителю, то ты верен мне,-из каждого сказанного слова сочилась сила и уверенность. -Ибо нет в этом государстве такого человека, как я, который бы не был равен по статусу и званию самому повелителю,-Хусан паша удивлённо посмотрел на Гавхаршад Бегим, уже в который раз подметив про себя, что эта женщина очень властолюбива.
-Я буду верен только нашему повелителю, и это продлится до конца моей жизни,-вновь сглотнув, заявил Хусан паша, сжав руки в кулаки.
-Раз так,-ухмыльнулась Гавхаршад, сузив изумрудно-зелёные глаза,-С твоей жизнью теперь будет покончено,-хладнокровно заявила Гавхаршад, а после жестом руки приказала евнухов подозвать стражников.
В покои вошли стражники и, взяв под руки Хусана пашу, пытались его удержать, чтобы другой из стражников натянул на визиря толстую верёвку, но тот упорно отпирался. Гавхаршад смотрела на всё это с неким удовольствием, плящущем в изумрудных глазах. Это представление перехватывало её дух, будто заряжая новой энергией. Никто бы поверить не смог, что этой женщине будут приносить радость мучения ненавистных ей людей.
-Госпожа, я не виновен!-восклицал Хусан паша, отрываясь от сильных стражников.
-Не виновен, значит, да?-зло спросила она. -А кто тогда, по-твоему, написал повелителю письмо обо мне?-казалось, Гавхаршад сейчас взорвётся от злости, но она сдержанно стиснула губы, пытаясь обуздать всю свою отрицательную энергию, скопившуюся в ней.
-Я...-хотел было что-то сказать в своё оправдание Хусан паша, но Гавхаршад жёстко перебила его, поставив перед собой руку, в знак того, что нужно замолчать.
-Если бы ты был верен повелителю, Хусан паша,-наричито подчеркнула Гавхаршад имя визиря,-То ты бы никогда в жизни не взял бы к себе во дворец дочь одного из торговцев.
Паша удивлённо посмотрел на Гавхаршад, проклиная тот день, когда она появилась в этом дворце. Гавхаршад же, ухмыльнувшись, решила отпраздновать свою очередную победу...
***
Юная девушка радостно улыбнулась, при виде ожидающего её молодого человека, который, заложив руки за спину, внимательно следил за приближающейся к нему девушкой своими зелёными, словно два крупных изумруда, глазами. Оставив служанок следить за обстановкой снаружи, девушка подбежала к парню и крепко обняла его за шею. Парень, подхватив девушку, закружил её в воздухе, отчего подол её светло-розового платья начал парить в воздухе. В дальней части дворцового сада, в самом укромном месте, раздался звонкий заливистый девичий смех вперемешку с гортанным смехом парня.
-Я так ждал этой встречи, Робия,-опустив девушку, но всё ещё придерживая за талию, произнёс парень и с нежностью в изумрудных глазах взглянул на такие же изумрудные глаза девушки.
-Я тоже с нетерпением ждала этой встречи, Салахиддин,-горячо произнесла девушка и радостно улыбнулась, блестнув изумрудными глазами.
Они долгое время мило беседовали обо всём на свете, но самой главной их темой была их любовь, которую они поровну разделяли. Изумрудно-зелёные глаза обоих сверкали счастьем и любовью, а длинные тонкие пальцы рук парня нежно поглаживали мягкие руки девушки. Подул не сильный осенний ветерок, отчего некоторые листья деревьев во дворцовом саду с тихим шумом упали на немного сырую землю, где лежало множество таких же жёлтых и красных листьев. Из-за ветра распущенные длинные волосы госпожи с тёмно-каштановым отливом слабо взметнулись в воздухе, приподняв тонкую розовую ткань, прикрывающую волосы девушки, которые были увенчаны низкой диадемой с бриллиантами. Взяв несколько кудрей волос в руку, парень, словно заворожённый гладил эти шелковистые мягкие волосы, словно пытаясь навек запечатлеть этот замечательный момент.
Неожиданно послышались шелест веток, а после в их тайном уголке сада появился Ибрагим, не понимающе глядя на свою сестру и друга изумрудно-зелёными глазами, такими же как у Салахиддина и Робии.
-Что тут происходит?-недоумевающе спросил Ибрагим, когда увидел соединённые руки его сестры и Салахиддина. -Робия, твои служанки не пускали меня и я сразу понял, что тут что-то не так,-пояснил Ибрагим, смотря на то, как Робия и Салахиддин быстро отпрянули друг от друга, словно ошпаренные.
Робия зло посмотрев на брата-блезница, отвернула голову в сторону, внутренне проклиная своих глупых служанок за то, что не смогли во время остановить её брата. Салахиддин же казался невозмутимым, но некий страх читался в потёмках изумрудных глаз.
-Вы так и будете молчать?-дал о себе знать Ибрагим, думая, что о нём и совсем позабыле, хотя, на самом деле, он был их главной темой в их непрерывных потоках мыслей.
-Ты всё не так понял, Ибрагим,-решила соврать Робия, но получила тяжёлый взгляд Салахидина.
-Мирза, мы уже давно любим друг друга, и эта любовь ни с чем не сравнима, поэтому, пожалуйста, поймите нас и не докладывайте повелителю,-быстро произнёс Салахиддин, лишь потом поняв смысл всех слов.
Робия удивлённо посмотрела на любимого, а Ибрагим, казалось, не был удивлён этим словам.
-Я давно заметил, что в моё присутствие вы как-то странно общаетесь друг с другом: то мимолётны переглядывания, то бессмысленные беседы, а твои слова, Салахиддин, окончательно всё подтвердили,-рассуждал Ибрагим, будто с самим собой, ибо Робия и Салахиддин были не в состоянии что-либо произнести от услышанного.
-Разве это было так заметно? -удивлённо спросила Робия, заметно нахмурившись.
-Всё было видно по вашим глазам,-сказал очевидное Ибрагим, скрестив руки на груди.
Робия и Салахиддин переглянулись, а после одновременно посмотрели на ухмыляющегося Ибрагима, сверкающего изумрудными глазами...
***
Девушка долго не осмеливалась развернуть письмо, которое ей недавно принёс её верный евнух. Она прожигала взглядом чёрных глаз этот свёрнутый лист пергамента, не желая разворачивать его. Но всё же, интерес взял вверх и девушка медленно открыла письмо. Вчитываясь в каждую строчку, она всё больше понимала, что погрязла в паутину лжи и обмана, понимала то, что уже долгое время обманывала человека, который был ей не безразличен и от которого она успела забеременеть. Её госпожа приказала ей покончить с повелителем раз и навсегда, дабы принести неумолимую боль главному врагу её госпожи - Гавхаршад Бегим. Интисар помнила, как смотрела на неё Гавхаршад Бегим, она помнила этот, пронизывающий душу, взгляд изумрудно-зелёных глаз, в которых горел огонь амбиций, стремлений и власти. Она помнила эту статную, поистине королевскую осанку зелёноглазой госпожи, помнила, как она особняком держалась при людях, помнила, как важно она проходила мимо кланящихся ей людей и она отчётливо помнила, как холадно она поступала с теми, кто нарушал устои гарема и всего дворца. Иногда Интисар и вовсе казалось, что эта женщина напрочь не обладает сердцем, что не далеко от истины, ведь не стал бы человек, который обладает сердцем, отдавать провинившимся такие суровые наказания, но никто и понятия не имел, что послужило причиной тому, чтобы так жестоко поступать с провинившимися людьми. Но ещё Интисар помнила, что за последний год она успела привязаться к повелителю, который относился к ней ласково и радушно, в чьих тёмно-карих глазах можно было увидеть малую толику любви к ней, которую он в последнее время пытался скрывать под маской хмурого и вечно серьёзного правителя. Когда она видела его, сердце замерало, приходилось тяжело дышать и трудно говорить, но стоило повелителю прикоснуться к её губам, как она тут же обо всём забывала. Она не могла убить любимого человека, хоть это и трудно принять, она не могла убить отца своего, ещё не родившегося ребёнка, она не могла убить повелителя этого огромнейшего государства, просто не могла...
Аккуратно встав с тахты и подойдя к горящему камину, Интисар, не задумываясь, выкинула письмо в красные языки пламени, которые через несколько мгновений сожгли его. Она больше никогда не обманит своего повелителя, больше никогда не подведёт его, ибо он - её семья, которой она лишилась ещё в раннем детстве. Теперь она не будет больше служить этой тайной госпоже, теперь она будет служить только повелителю, самой монаршей семье и государству.
С этими мыслями Интисар развернулась и прошла обратно к тахте. Она уже было хотела опуститься на тахту, но дикая боль пронзила низ живота. Она душераздирающе закричала из-за чего служанки, стоящие перед её дверьми, испуганно вбежали в покои.
-Повитуху позовите,-тяжело дыша от боли, приказала Интисар, держась за округлый живот и тяжело сев на тахту.
Одна из служанок тут же выбежала из покоев за повитухой, а другая испуганно подбежала к Интисар, пытаясь хоть как-то ей помочь.
И Интисар только сейчас поняла, что готова вынести всё, ради своих новых чувств и своей новой семьи...
***
Тёмно-карие глаза повелителя пронизывали до самой души, опустившего голову, третьего визиря. Этот визирь никогда ещё так не унижался, как сейчас. Он горел со стыда, наконец, приняв тот факт, что Гавхаршад Бегим одержала победу в этой борьбе, она добилась своего.
-Почему ты вдруг решил покинуть занимаемую должность, Хусан паша?-строго спросил Улугбек.
Хусан паша некоторое время не мог ответить на этот вопрос, ведь он не мог сказать истинную суть своего прошения.
-Повелитель, я решил полностью посвятить себя религии, потому что понял, что это и есть моё звание,-подняв глаза на повелителя, вдруг заявил Хусан паша. -Я понял, что государственное управление - это не моё.
Улугбек долго смотрел на своего третьего визиря, который, всё-таки, смог найтись с ответом. Откашлявшись в сторону, Улугбек вновь направил взгляд тёмно-карих глаз на визиря.
-Что ж...Я снимаю тебя с должности третьего визиря, -в ответ уже бывший третий визирь, поразившись резкости повелителя, поджал губы, виня себя за то, что смог проиграть в противостоянии какой-то женщине, хотя он забыл, что это не простая женщина, а Гавхаршад Бегим, которая в любой момент готова взять бразды правления огромным государством на себя.
-Как Вам будет угодно, повелитель,-склонил голову Хусан паша.
Произошло то, чего он так больше всего опасался. Повелитель, последний раз взглянув на своего уже бывшего пашу, поднялся с трона и покинул покои, пройдя на террасу. В итоге, повелитель отвернулся от него и он потерял его покровительство. Он до сих пор не мог поверить, что женщина смогла его шантажировать и одержать над ним победу , хотя порой даже мужчины не могли тягаться с его умом и проворитостью. Он издал протяжный вздох, соглашаясь с общепринятым мнением о том, что Гавхаршад Бегим невозможно победить...
***
Зелёноглазая госпожа не спеша попивала прохладный шербет, сидя на тахте в своих покоях. Она наслаждалась своей очередной победой, которую смогла одержать. Она в очередной раз доказала себе и всем остальным, что она по праву является главной и старшей госпожой среди всего государства.
Постучавшись, в покои вошла Дильбар хатун и учтиво поклонилась перед своей госпожой. Гавхаршад отложила пиалу с выпитым шербетом и обратила внимание на неё внимание.
-Госпожа, счастье произошло!-радостно воскликнула Дильбар хатун, запыхавшимся голосом. -Интисар хатун сегодня утром подарила нашему повелителю сына.
На лице Гавхаршад появилась слегка заметная, но весьма радостная улыбка.
-О, Аллах, ты осчастливил меня!-воодушевлённо произнесла госпожа. -Где сейчас находятся мать с сыном?-встав с тахты, спросила Гавхаршад,
-Интисар хатун сейчас находится у себя в покоях, приходит в себя, -сразу же ответила Дильбар хатун, сложив руки перед собой.
-Дильбар хатун, пойдём, навестим роженицу и моего внука,-Гавхаршад стремительно отправилась к выходу, аккуратно придерживая подол платья...
***
Повелитель, нежно глядя на свою фаворитку, устало лежащую на широком ложе, подошёл к ней и не смело коснулся подушечками пальцев руки её бледного лица. Продолжительные роды утомили девушки, отчего она сразу заснула, как взяла на руки своего первенца.
-Какого состояние Интисар хатун,-не переставая смотреть на девушку, спросил Улугбек у стоявшей возле ложа служанки.
-Интисар хатун весьма утомилась после родов, а теперь лекарь прописал ей приходить в себя и побольше спать,-осунув голову, ответила служанка.
-Где сейчас находится мой сын?-глядя на свою фаворитку, спросил Улугбек у служанки.
-Ребёнок сейчас у акушерки, Господин,-ответила служанка Интисар.
-Принесите его сюда, и немедленно, -чуть более жёстче, чем нужно было, произнёс Улугбек, а после обернулся на звук открывающейся двери.
В покои важной походкой вошла Гавхаршад и, быстро взглянув на свою невестку, внимательно посмотрела на сына, ожидая когда тот всё же решится с ней поздоровоться. Но этого так и не произошло. Улугбек отошёл от ложа своей фаворитки к окну и глубоко вздохнул.
-Не думала я, что однажды мой любимый сын даже не соизволит меня по приветствовать,-упрекнула Гавхаршад, сложив руки за спину.
В опочивальни, кроме спящей Интисар, Гавхаршад и Улугбека, никого не было. Улугбек со всей силы сжал правую руку в кулак, сдерживаясь от того, чтобы вновь не нагрубить матери.
-Чего Вы хотите от меня?-взглянув, наконец, на свою мать, спросил Мухаммад Тарагай.
-Зачем ты так поступаешь, Улугбек? Разве ты не понимаешь, что наша ссора только на руку нашим недругам?-Гавхаршад подошла ближе к сыну, дожидаясь, когда он снова что-нибудь скажет.
-Ответьте, госпожа, это по Вашей просьбе, Хусан паша сегодня утром попросил у меня отставки? -пытаясь громко не говорить, чтобы не разбудить Интисар, спросил Улугбек.
-Хусан паша попросил отставки? -будто впервые услышав, удивилась Гавхаршад. -Что же, это на него не похоже... -Улугбек своим чистым сердцем на малую долю поверил своей матери, но что-то не давало ему покоя.
Изумрудно-зелёные глаза Гавхаршад наигранно опустились вниз, показывая тем самым, что ей очень жаль того, что третий визирь государства, её не названный враг, подал в отставку.
-Зачем же...-не успел Улугбек до конца произнести вопрос, как двери в покои открылись и вошла служанка Интисар Харун, держа на руках недавно рождённого ребёнка.
Улугбек уже не стал продолжать разговор при присутствии посторонних, и Гавхаршад сама прекрасно поняла это, но их разговор не был ещё окончен...
---------------------
Всем привет! Простите, что так долго не было новой главы. В начале сентября экран телефона поломался, и невозможно было нормально писать книгу, но сейчас проблема в какой-то степени решена, и я вновь смогу Вас радовать новыми главами моей книги!!!))))
😘😘😘