60(12)-Начало противостояния.
—Ах, женщины, женщины! В одном их волоске больше хитрости, чем во всей нашей мужской бороде!
Александр Дюма. Робин Гуд.
———————————————
|POV Автор|
Карета остановилась возле входа к необычайной красоты дворца, округа которого была полность в окружении хвойных деревьев и прекрасных на цвет и запах цветов. Первым их кареты вышел евнух и незамедлительно подал руку своей властолюбивой Госпоже. И вот вышла она, Госпожа с изумрудно-зелёными глазами и светло-каштановыми волосами, которые при солнечном свете переливаются из-за множеством драгоценных камней, инкрустированных на её короне.
Она глубоко вобрала в себя воздух и вздохнула. Приподняв подол своего тёмно-синего платья, она прошла по мощённой мелкими камнями тропинке к входу во дворец. В изумрудных глазах горели амбиции и мечтания, которые она обязательно воплотит в реальность. Каждый её шаг, каждое её движение показывало, кем она является и каков её характер на самом деле. И вот она вошла в зал для сегодняшнего заседания дивана, которое самолично будет проводить эта целеустремлённая женщина. И даже государственные мужи склоняют перед ней головы, дабы показать всё своё уважение и почет к этой женщине. Она прошла мимо пашей, оставшихся во время похода в столице, к небольшой тахте и оглядела каждого присутствующего.
Она, взмахнув своим кафтаном, такого же тёмно-синего цвета, как и платье, только с вышевкой из золотых нитей и изящно воссела на тахту. Жестом руки, она приказала всем вернуться в прежнее положение и строгим, одновременно надменным взглядом посмотрел на пашей.
-И так, начнём... —глубоко вздохнув, она прикрыла глаза, но решительность и уверенность в каждом своём действии нахлынуло на неё с головой и уверенность вновь отразилась в её изумрудно-зелёных глазах...
***
К ташлыку, который был наполнен молодыми девушками, веселящимися всё своё свободное время, подошла миловидная девушка, держа за руку малыша, около трёх лет отроду. Её леденящие голубые глаза с интересом смотрели на предстоящую картину в ташлыке, прежде чем девушки, увидев её, поклонились в глубоком поклоне. Она прошла за порог ташлыка, одной рукой немного задрав подол своего светло-розового платья, вышитого мелким бисиром, практически на всём платье. Её белокурые волосы волнами спадали на её хрупкие плечи, а на голове сияла небольшая бриллиантовая диадема, которая вполне подчеркивала нежный образ девушки.
-Госпожа, добро пожаловать,—главная калфа вошла в гарем с другой стороны и так же, как и другие девушки поклонилась. -Вы что-то желаете? —искосо глядя на мальчишку, спросила Дильбар хатун.
-Я хотела спросить, где Гавхаршад Бегим. Я хотела проведать её вместе с Саидом, но мне сказали, что она отсутствует во дворце,—совершенно невинно глядя на главную калфу, ответила девушка, переметнув свой взгляд на мальчишку.
Дильбар хатун уже было запаниковала, но вовремя опомнилась, уверенно ответив:
-Она отправилась она строительство своей мечети.
-Благодарю, Дильбар,—девушка одарила главную калфу своей самой ослепительной улыбкой, которая так нравилась её мужу.
-Надира Ханым, может желаете, пока, прогуляться с маленьким Мирзой по саду?—улыбка появилась на слегка морщинистом лице, что не предвещало чего-либо худшего.
-Да, пожалуй, —белокурая девушка вместе с мальчишкой, не спеша, направилась к выходу из ташлыка, прежде чем кто-то успел поклониться.
И вот, некогда бывшая француженка, теперь стала Госпожой, женой наследника престола и родила от него сына. Спустя пять лет любовь, пробежавшаяся между двумя юноми сердцами, так на долго затянулась.
|POV Гавхаршад Бегим|
Прошло уже достаточно долгое время, но простить того, кто когда-то покорил твоё сердце, невозможно...Никак...Тот, кто множество раз врал мне, не заслуживает моего прощения! Я не желаю его видеть, но пришло время и он, вот вот, войдёт в эти величественные покои, в которых я уже долгое время пребываю в томительном ожидании, как бы побыстрее отсюда уйти.
-Дорогу, Шахрух Мирза!—провозгласил евнух и вот, массивные дубовые двери открыли и вошёл он...Бодрый, сильный, но одновременно уставший.
Не хочется кланиться, но нужно. Он взглянул в мои глаза своими пронзительными тёмно-карими глазами.
-Повелитель, добро пожаловать,—мой голос, на удивление, прозвучал уверенно, но сухо.
Он изумительно посмотрел на меня, но улыбнулся своей лучезарной улыбкой, в которую я когда-то влюбилась.
Он прошёл к Байсонкуру, а затем к Солихе, но я до сих пор не могу забыть эту лучезарную улыбку. Но всё в прошлом, я уже не та, дела государства, теперь, превыше всего! И если я должна буду враждовать с Шахрухом во благо государства, я буду!...
Время пролетело незаметно и я уже, наконец, смогу выйти из этих покоев.
-Матушка, я хотела бы с Вами поговорить,—подойдя ближе, робко произнесла Солиха, опустив взгляд вниз.
-Хорошо, поговорим у меня в покоях, —твёрдо ответила я и уже хотела было покинуть то место, где сейчас находится ненавистный мне человек, но грозный и надменный тон Шахруха остановил меня на полпути:
-Останься, Гавхаршад,—я застала на мгновенье, но сразу же пришла в себя.
-Солиха, я вскоре приду, пока что жди меня в моих покоях,—глубоко вздохнув, произнесла я и медленно прикрыла глаза.
-Хорошо, матушка,—она моментально вышла из покоев и дубовая дверь звонко захлопнулась за ней.
-Подойди ближе, Гавхаршад,—я медленно развернулась в его сторону и прошла ближе к нему.
-Не Гавхаршад, а Гавхаршад Бегим!—требовательно произнесла я и зло посмотрела на него.
-С каких пор?—недоумевал Шахрух, вопросительно посмотрев в мои глаза.
-С тех самых, как ты предал меня,—каждое слово было трудно произносить, но я старалась.
-Гавхаршад, выслушай меня,—его тёмно-карие глаза жалостливо посмотрели на меня.
-Я уже достаточно наслушалась тебя,—я отступила назад, прикрыв глаза.-С Вашего позволения, Повелитель,—я круто развернулась и моментально прошла к массивным дубовым дверям.
Я забуду это неприятное чувство, теперь оно будет мне чуждо, наступил новый этап в моей жизни, где нет место любви...
|POV Автор|
Весь его внутренний мир словно рухнул, исчез, разбился на множество мелких осколков; его покинула его самая первая и единственная любовь, которой он, увы, не дорожил. Тёмно-карие глаза потухли, руки опущены, ничего не выражающее лицо, он убит своим же равнодушием и знает это. Люди, которые окружают его, даже и подозревать не могут, что происходит с этим человеком, который одев простое одеяние, решил не выделяться из толпы, спрятав своё разбитое сердце. Все те годы, которые он прожил вместе со своей любимой, будто исчезли, испарились и нет пути назад...
-Повелитель, на рынке не безопасно, давайте лучше вернёмся во дворец?—предложил начальник стражи Повелителя, идя позади него.
-Не желаю впредь возвращаться во дворец, —рассеянно ответил Шахрух, будто смотря в никуда.-Зачем возвращаться туда, где тебя никто не ждёт? —казалось, он спросил это у себя, нежели у начальника дворцовой стражи.
-Ну как же, Повелитель?!—искренне удивился мужчина, расширив зрачки глаз.-Во дворце Вас ожидают Ваша жена, Гавхаршад Бегим, Ваши дети и внуки.
Шахрух горько усмехнулся, взглянув на чистое голубое небо, на котором не виднелось ни единого облака.
-Ошибаешься, Ферхат,—в этот момент к Шахруху подбежал молодой парнишка и взглянув прямо в тёмно-карие глаза. -Кто ты?—недоумевал Шахрух.
-Твоя смерть...—язвительный шёпот эхом раздался в ушах правителя, из-за чего встал в ступор от услышанного.
Парень достал из-за пазухи кинжал и медленно двинулся ближе к Шахруху, который даже не смог пошевелиться. Вся жизнь, все прекрасные моменты, связанные с дорогими для него людьми, пролетели перед глазами, не забывая о мельчайших подробностях.
-Повелитель!—все слова, произнесённые где-то вдалеке, но не рядом, также эхом отзывались в подсознании человека, которому всё уже было чуждо.
Парнишку повалили на землю и приставили к горлу кинжал, Шахрух всё ещё находился в оцепенении. Впервые в жизни вся жизнь промелькнула перед глазами, а ведь такого даже не было во время всех его походов. А самое главное – не было Гавхаршад, которая всегда спасала его от невзгод и проблем, но которая отныне бросила его...
***
Тёмновласый молодой мужчина не спеша прошёл в глубь опочивальни и внимательно посмотрел на сидящую на тахте кареглазую шатенку, возле которой сидела её малая копия, трёх лет отроду.
-Огэ, Хасиба, как я рад вас видеть!—он поочерёдно одарил каждую нежным трепетным взглядом и, подойдя ближе к ним, сел на тахту.
-Наш Мирза, как мы долго тебя ждали. Бедная Хасиба иногда ночами плакала, не завидев тебя перед сном,—робко улыбнувшись, промолвила шатенка, преданно глядя на своего господина.
-Как обстояли дела во время моего отсутствия?—неожиданная нежность во взгляде сменилась холадностью, но в тот же момент он моментально взял на руки и усадил на колени кареглазую девчушку, подбежавшую к нему.
-Всё во дворце обстоит как нельзя кстати,—она умеляюще смотрела на молодого отца, весело играющего со своей пока ещё единственной дочерью.
-Как протекает беременность Ханики хатун?—невзначай, между игрой с дочерью, спросил старший сын Шахруха и Гавхаршад.
-Она чувствует себя прекрасно, —глубоко вздохнув, отозвалась о своей сопернице пока что главная жена Мирзо Улугбека.
-Ну и хорошо. Слышал, что ты в последнее время прекрасно с ней ладишь,—подметил Мухаммад Тарагай, всё ещё играя с дочерью.
-Да, это так, ведь будучи в её положении, нужно быть в хорошем расположении духа,—изо всех сил натянув на лице улыбку, произнесла девушка и расстроенно опустила голову.
Она была дочерью одной из знатных семей Чингизидов, которую засватали Шахрух и Гавхаршад четыре года назад и за эти четыре года, проведённые в супружестве с Мухаммад Тарагай Улугбеком, она родила ему одну единственную дочь, названную Хасибой Султан Ханзада, приняв в себя сразу два титула двух великих династий предков. Тот факт, что у неё был только один единственный ребёнок и то, девочка, очень сильно расстраивал её. Огэ Бегим всегда мечтала о мальчике, который будет похож на её суженного, но, видимо, мечты не всегда сбываются...
-Огэ, чуть позже я вновь навещу вас. Сначала мне нужно разобраться с государственными делами,—поцеловав свою дочь в макушку, он внимательно посмотрел на свою супругу.
-Да, конечно,—не успела она это ответить, как Улугбек встал с места, преодолел расстояние от тахты до дубовых дверей и, открыв рывком двери, покинул покои, не услышав даже прощальных слов своей супруги, которая любила его всем сердцем...
***
Госпожа с изумрудно-злелёными глазами, одетая в роскошно сшитое платье из тёмно-бордовой парчи с мелкой вышивкой из золотых нитей по всему материалу, внимательно вчитывалась в документы гарема, которые запустила в течении нескольких недель из-за стресса, связанного с прибытием Шахруха. Корона, что великолепно располагалась на её голове, иногда переливалась солнечным светом, исходящим от окон, в драгоценных бриллиантах. Светло-каштановые волосы были хорошо собраны сзади в скромную причёску. На шее, перстах и запястье красовались великолепной красоты бриллиантовые украшения. Весь её вид так и показывал, кем она является. Госпожа всех Госпожей, жена Повелителя земель, расположенные по обе стороны двух рек, мать правителя Самарканда и других наследников престола, вот, кто она!
Неожиданный стук в дверь вывел женщину из напряженного чтения гаремных документов, обратив всё своё внимание на пришедшую. Дильбар хатун на весь свой страж и риск вошла без позволения к своей благопочтенной Госпоже и поклонилась, не смея посмотреть на Госпожу.
-Что случилось, Дильбар?—Гавхаршад отложила все бумаги в сторону и одарила главную калфу внимательным взглядом своих изумрудно-зелёных глаз, обрамлённых густым слоем тёмных ресниц.
-Госпожа, наш Повелитель отстранил от обязанностей главу дворцовой стражи, Ферхата агу, который служил верой и правдой нашему государству ещё при жизни Великого Амира Темура, —искоса глядя на свою Госпожу, огорчённо сообщила тёмновласая женщина.
-Из-за чего же?!—недоуменно спросила шатенка.
-Сегодня утром наш Повелитель вышел в город инкогнито, а там на него кто-то хотел совершить покушение, но охрана вовремя среагировала и спасла Мирзу,—доложила Дильбар хатун, подойдя чуть ближе к Госпоже.
-Где он сейчас?—казалось, в голосе Гавхаршад на миг прозвучала тревога, но она моментально испарилась вместе с тем, как она мгновенно встала с тахты и незамедлительно покинула пределы своих покоев.
Но тревога, казалось, испарилась только в её голосе, но не в душе. Человек, в которого она когда-то влюбилась, возможно, находится в подавленном состоянии, но чем она может помочь, если саму буквально пару дней назад сделала ему больно? Но всё же, она стремительно преодолевала тёмные коридоры в намерении побыстрее оказаться внутри роскошных покоев её мужа.
Дубовые массивные двери медленно отворились, пропуская зелёноглазую шатенку внутрь опочивальни Повелителя. Она останавливается посреди покоев и вглядывается в тёмный силуэт, который освещает несколько лучей солнца, падающих с решётчатого окна. Он согнулся в три погибели, оперевшись локтями о колени.
Гавхаршад сочувственно наблюдает за мужем и проходит ближе к нем, присев рядом с ним на тахту. Она глубоко вздыхает и досконально изучает каждое движение брюнета с проседью на висках. Слова в этом случае ничем не помогут, лишь моральная и душевная поддержка ценна в такой трудный момент, тем более, когда рядом сидящий человек некогда был самым близким человеком в мире...
Гавхаршад трепетно прикасается к висящей на колене руке и несильно сжимает. В этот момент она будто прочувствовала всю ту боль, что сейчас чувствовал Шахрух – отчаяние, злость, боль и обиду на весь мир и на самого себя...Но этот не продлился долго, Шахрух резко отдёрнул руку и зло взглянул на Гавхаршад своими тёмно-карими глазами, при этом, встав с тахты и пройдя к тому месту, где яркие отблески лучей солнца освещали его красивые, но одновременно грубые черты лица.
-Это ты виновата в том, что на меня совершили покушение сегодня утром на рынке!—злость так и слышалась в его грубом баритоне, что не на шутку разозлило Гавхаршад, отчего она последовала примеру и встала напротив Шахрух, сжав руки в кулаки, а красивой формы тёмные брови сошлись на переносице.
-Как ты жалок, произнеся эти слова!—воскликнула шатенка, зло искря своими зелёными глазами.
-А что мне ещё думать, когда ты меня так безжалостно бросила, даже не выслушав?!—парировал Шахрух, сузив тёмно-карие глаза.
-Значит, ты меня до сих пор ещё хорошо не знаешь?!—казалось, на мгновенье обида затаилась в её сладчайшем нежном голосе, но она сразу же спрятала эту слабость за холодным непроницаемым взглядом её изумрудно-зелёных глаз и сжатых в прямую линию всегда пухлых алых губ.-Думаешь, мне было бы резонно покушаться на твою жизнь?! Ты сам хоть думаешь, о чём говоришь?!—насмешка промелькнула в словах женщина, а изумрудной зелёные глаза коварно сверкнули в приглушинном свете опочивальни.
-Как ты тогда объяснишь сегодняшнее покушение?!—смутившись, спросил мужчина, на мгновенье прикрыв глаза.
Возможно, Гавхаршад почувствовала укол там, глубоко в сердце, кромешном уголке, который питал хоть малую долю оставшейся любви к стоящему напротив. Она вновь сжала пухлые алые губы в тонкую линию и невозмутимо посмотрел на, так называемого, мужа.
-Если бы я только обвиняла тебя во всех покушениях, которые были совершены на меня, то ты бы не стоял в этих покоях и не жил бы в этом огромнейшем дворце! —Гавхаршад всплеснула руками по сторонам и, казалось, Шахрух действительно впал ступор, по расширившимся тёмно-карим глазам это было явно показано.
-Что ты хочешь этим сказать?!—в его голове слышалась растерянность и непонимание.
-Будучи беременной на близнецов, на мою жизнь покусилась твоя бывшая фаворитка, но не обвинала тебя, хотя могла потерять наших близнецов. А что же делаешь ты?! Ты обвиняешь меня в том, чём сам виноват! Прежде чем наслаждаться плотскими утехами, нужно было уследить за своими подданными! —зло прошипела Гавхаршад, сузив глаза.
-Ты...—Шахрух ничего не мог сказать, он был обескуражен её прямолинейностью.
-Отныне, я буду следить за делами государства и ты не посмеешь мне перечить!—зло прошипев последние слова, Гавхаршад круто развернулась и покинула пределы покоев Шахруха.
В этот момент кровь в её жилах наполнилась адреналином и несказаннной уверенностью в своих действиях. Теперь всё будет зависит от её слов и действий, и никто не посмеет ей перечить...
———————————————
Как вам глава? Напишите, кто ваш любимый герой, мне очень интересно знать.