13 глава
Не успела я привыкнуть к тому, что мама уехала, как этот недопонятый гений выдаёт нам информацию, что он женится на Ларисе, как только разведется с мамой, и она переезжает к нам.
Сегодня Лариса должна привезти свои вещи. И на вечер старым придурком запланирован "семейный ужин".
У меня очень противоречивые чувства. Вроде бы, я очень хорошо отношусь к Ларисе, она прекрасная женщина, но, с другой стороны, мама, это же предательство, чем же я тогда лучше моего отца-мудака.
Я решила не наряжаться. Натянула оверсайз футболку и велосипедки. Прозвенел дверной звонок, и отец, суетившийся, чтобы все прошло идеально, побежал открывать дверь. На пороге стояла Лариса в прекрасном наряде. А сзади неё стоял недовольный Ваня. Отец обнял Ларису и подал руку Кисе. На что тот проигнорировал жест и повернулся ко мне. Он обнял меня в знак приветствия и традиционно протянул кулак.
– Ванюша, ну так нельзя, – сказала мама Вани.
– Мам, скажи спасибо, что я вообще сюда пришёл, и это далеко не его заслуга, – он посмотрел на меня и улыбнулся.
Мы сели за стол, напряжение явно витало в воздухе.
Отец сиял, Лариса старалась поддерживать непринужденную беседу, но Ваня всем своим видом демонстрировал презрение к происходящему, а Боря не выражал вообще никаких эмоций. Я же ковырялась вилкой в салате, пытаясь не выдать бурю эмоций, клокочущих внутри. Чувство предательства, смешанное с симпатией к Ларисе, создавало невыносимую кашу в голове.
"Семейный ужин" был похож на фарс. Отец рассказывал какие-то нелепые истории из своей молодости, Лариса вежливо улыбалась, Ваня демонстративно смотрел в окно, а я пыталась не думать о том, что мама сейчас чувствует. В какой-то момент я не выдержала и встала из-за стола, взяла за руку Ваню:
– Спасибо за ужин, мы уходим, если что, мы у меня, а вам надо побыть вдвоем.
Я посмотрела на Борю, явно намекая, что и ему пора свалить.
Ваня, не ожидавший такого поворота, удивленно вскинул брови, но послушно поднялся. Я чувствовала его взгляд на себе, полный вопроса и, кажется, даже благодарности. Не дожидаясь реакции отца или Ларисы, я потянула его за собой в свою комнату. Брат, уловив мой намек, поплелся следом.
В моей комнате повисла тишина. Ваня огляделся, рассматривая мои постеры на стенах и разбросанные вещи. Боря тут же пошёл в свою комнату.
– Что это было? – наконец спросил Ваня, нарушая молчание.
– Спасательная операция, – ответила я, чувствуя, как напряжение немного отступает. – Я не могла больше там находиться. И ты, кажется, тоже.
– Мне кажется, Хенкин старший сейчас был готов убить тебя за то, что ты потащила меня в свою комнату.
– Это определённо так, – не могла скрыть довольный тон я, – и это он такой добрый, потому что перед мамой твоей выпендривается.
Ваня усмехнулся, но в его глазах читалась усталость.
– Спасибо, что вытащила. Я бы там взорвался, – он плюхнулся на мой диван, закинув руки за голову. – Ненавижу эти фальшивые семейные посиделки. Как будто ничего и не было.
Я села рядом, чувствуя, что нам обоим сейчас нужно просто побыть вместе, помолчать.
– Знаю, – тихо ответила я. – Мне тоже кажется, что это какое-то безумие. Мама… она бы этого не одобрила.
Ваня вздохнул.
– Моя мама… она просто хочет быть счастливой. И я рад за нее. Но видеть их вместе с твоим отцом… это какой-то сюр, – он замолчал, глядя в потолок. – Знаешь, мне кажется, мы с тобой единственные, кто здесь вообще хоть что-то чувствует.
Я кивнула.
– Да, наверное. Боря вообще в своем мире, а папа… – Я замолчала, не зная, как описать чувства к отцу. – Он просто хочет, чтобы все было хорошо, не понимает, что делает только хуже.
Мы еще долго сидели в тишине, каждый погруженный в свои мысли. Но в этой тишине было что-то успокаивающее, как будто мы оба понимали, что сейчас нужно просто побыть рядом, поддержать друг друга в этом странном, перевернутом мире.
– Стой, мне только пришло осознание, мы теперь типо сводные брат и сестра.
Ваня подскочил на диване, его глаза расширились от внезапного осознания. – Боже мой, ты права! Это же полный треш! Мы теперь как в дешевой мелодраме.
Я рассмеялась, но в моем смехе звучала доля истерики.
– Ну да, только вместо страстных взглядов и тайных встреч у нас – общий травмирующий опыт и родители, которые пытается казаться счастливым.
Знаешь, буквально недавно, тогда, когда мы ходили в кино, я твердила Боре о том, что ты мне как брат, и вот это поворот событий, теперь ты нам реально брат. Как же это комично, но смеяться почему-то не хочется.
– М-да уж, я всегда просил у мамы братика или сестрёнку, но не двоих и сразу, погодок моего возраста.
Я усмехнулась.
– Тебе, кстати, сказали, что ты теперь вместе с мамой будешь здесь жить?
– К сожалению, меня не удостоили такой информацией. Но я уже ничему не удивляюсь.
– Да, теперь официально. Добро пожаловать в наш сумасшедший дом, – сказала я, стараясь разрядить обстановку. – Боюсь, у нас тут не всегда бывает весело, но зато скучно точно не будет.
Ваня снова ухмыльнулся.
– Ладно, раз уж судьба решила над нами поиздеваться, придется как-то с этим жить. Может, будем вместе тайно курить на балконе и обсуждать планы мести менту.
Я засмеялась.
– Звучит неплохо. Главное, чтобы Боря нас не сдал. Хотя, может, и его возьмем в компанию. Ему тоже не помешает немного бунтарства.
В этот момент дверь в мою комнату приоткрылась, и на пороге показался брат.
– О чем это вы тут шепчетесь? – спросил он с любопытством. – Мне тоже можно?
Ваня и я переглянулись, и я поняла, что в этой неразберихе мы, возможно, нашли что-то общее. Что-то, что поможет нам пережить все эти перемены.
– Заходи, Боря, – сказала я, улыбаясь. – У нас тут собрание анонимных жертв семейных обстоятельств. Будем вместе придумывать, как выжить в этом хаосе.
Я так была рада, что Боря и Ваня помирились. Ведь я не могла разорваться между ними.